Где нужно быть?

***

      Обычно повествование начинается с того, что герой знакомится с читателем. В моей истории я героем являюсь чисто номинально, а читатели мне грезятся пока где-то на линии горизонта. Поэтому начну издалека.       Я живу в маленьком Городе, где трудно выделить спальные и индустриальные районы. Потому что вся индустриальность здесь издохла еще до моего рождения, а в спальных районах не ко всем приходит сон.       Мой дом - унылая кирпичная громада, возведенная для работников железной дороги. Поэтому и стоит он в ста метрах от этой самой дороги и от главной станции города. Ни я, ни моя семья железнодорожниками не были, но сказать, что к романтике рельсов и шпал я непричастен, означало бы соврать.       Днем присутствие Дороги почти незаметно, потому как окна выходят во двор, и в моей одинокой квартире слышно лишь шелест тополя или возгласы играющих детей. Зато ночью, когда жизнь в городе замирает, слышен мерный стук колес бесконечных вагонов. Иногда объявляют поезда. Голос, многократно отражающийся между нашим и соседним домом, причудливо искажается, теряя отдельные звуки и разносясь жутковатым эхом из одних лишь гласных. От моего окна до этой «говорилки» совсем недалеко, но это эхо слышится как будто из ниоткуда и улетает дальше, в другие спящие дворы.       Когда я выхожу в Город, то прохожу прямо по рельсам, которые границей из металла и стука колес ограждают квартал от оживленной вокзальной площади. Иногда я останавливаюсь на переходе через рельсы и смотрю вдаль - туда, куда поезда уходят из Города. Я знаю, что он еще долго преследует их, мозоля глаза пассажиров гаражными кооперативами и панельными домами. Но когда я стою на путях и смотрю на Дорогу, то кажется, будто сразу за перроном начинается нечто иное.       Я очень хотел чего-то иного.       И я его получил.

***

      Я - отшельник.       Не по какой-то трагической случайности или ужасного характера. Так вышло.       У меня есть родня, с которой мы регулярно созваниваемся и обмениваемся поздравлениями. У меня есть товарищи, с которыми я когда-то проводил время в веселых попойках. Сейчас мы иногда шлем друг другу веселые картинки и обсуждаем насущное. Но большую часть времени я один.       Я получил образование, но не нашел ему применения. На жизнь я зарабатываю тем, что набиваю символы-без-пробелов, пытаясь выстроить из них пригодный для рекламы текст. Жизнь моя проходит по большей части перед монитором, без счета времени, в попытках добыть денег на пачку сигарет, чтобы все было не так уж плохо на сегодняшний день.       И такая жизнь меня устраивала. Я получил то, что хотел - минимум социальных контактов, отрешенность от проблем внешнего мира, кучу свободного времени для бесцельных прогулок по закоулкам Города и Сети. Наверное, многие так живут. И мне было комфортно быть одним из многих.       Некомфортно стало тогда, когда я понял, что не могу нормально спать. Не важно, сколько времени я проводил в кровати - 4, 8, 12 или все 24 часа - я не высыпался. В короткие моменты забытья, приходившиеся на тихие часы всего Города, мне снилось, как я еду в поезде без паровоза. Я сидел на полу вагона, чувствуя хребтом ритмичный стук колес, и смотрел перед собой - на дверь с прозрачным окошком, за которой должен находиться локомотив. Вместо этого в окне была рваная тьма из дыма или обрывков туч, через которую вагоны неслись на какой-то невидимой силе. Я знал - стоит мне приехать, и со мной случится что-то ужасное.       Поэтому каждую ночь я просыпался, тяжело дыша, от собственного стона. Стук колес никуда не исчезал. Я думал о том, что это тот самый поезд «без головы» сейчас отходит от вокзала, высадив меня из кошмарных грез. Я боялся, что однажды стоп-кран пробуждения не сработает.       В какой-то момент это стало невыносимым.       Я боялся засыпать, потому что меня тошнило от мысли об очередной поездке. Я боялся не спать, потому что меня измучают мигрени. Я боялся выходить из дома, потому что тогда я снова увижу эти ненавистные поезда, которые после моих кошмаров стали вызывать стойкую ассоциацию с гробами на колесиках из детской страшилки.       Целыми днями я лежал в кровати. А когда не лежал, то топил организм в литрах кофе и никотина. Стало трудно работать, думать и мало-мальски поддерживать свое существование. После очередного пробуждения я очнулся в мокрой от пота постели, слыша эхо собственного крика, еще стоявшее в ушах. Мое сердце билось в такт уходящему поезду.       Тук-тук, тук-тук, тук-тук.       В тот момент я решил, что с меня достаточно.