Acedia: Тишина Вселенной

― Прям все? За последние полгода? Это большой список... ― Ну, не прям все. Может было что-то необычное? Служащий архива, невысокий, сутулый, но крепкий мужчина с недельной щетиной и усталыми глазами, нехотя со вздохом встал со своего стола. Он открыл дверь и впустил Громова внутрь. Они шли в другой конец зала, там после ряда высоких стеллажей, забитых коробками под завязку, стоял длинный стол. Служащий шёл медленно, слегка покачиваясь. Освещение в архиве было холодным, неприятным. Одна лампочка постоянно моргала. Сергей пробыл тут пару секунд, но это мигание уже его стало раздражать. Неудивительно, что служащий архива показался ему чересчур спокойным и сонным ― в таком месте либо сходишь с ума, либо вырабатываешь удивительную способность «не парится по пустякам». Наверное, если вдруг случится катастрофа и город опустеет, то до этого места новость дойдёт в последнюю очередь, а когда дойдёт служащий с уставшим видом, заваривая себе чай скажет: «прям катастрофа? Так завтра на работу не приходить?». Небольшие уточнения Громова сократили количество коробок до двух. Папки лежали в них плотно прижатые друг к другу так, что сами коробки трещали по швам, а сверху лежали ещё 5-6 штук. Сергей поставил на стол первую коробку и начал с папок, что лежали сверху. Некоторые из них были совсем тонкими, но всё равно, чтобы всё просмотреть нужно время. Пока Громов решил действовать по обычной схеме ― Света узнаёт больше о личности убитого, Белов ищет адрес, а эксперт Трофимов занимается телом. Больше всего Сергей надеялся на эксперта, но ему нужно время. У Трофимова обычно аутопсия занимала полтора часа минимум. Он очень дотошный и не любил «зря языком молоть». Значит пока полезной информации у Громова нет, он попробует наработать её наперёд. Конечно, разбирать архивы можно было поручить кому-нибудь другому. Громов и сам об этом думал. Но он в этом городе недавно, как и в этом участке. Стоит ли поручать работу, в которой необходима внимательность к деталям как у финансового аналитика и интуиция пилота в условиях плохой видимости, кому-то кого он не знает ни лично, ни на деле? Сергей закатал рукава, положил свой блокнот на край стола и разложил перед собой папки в обратном хронологическом порядке. По статистике более 120.000 человек пропадает ежегодно по всей стране. Каждый день 300 человек исчезают без следа. Только 17% из них находят. «Исчезают без следа». Странная фраза. Иногда следов предостаточно, но толку? «Находят» ― слово тоже не слишком внушает доверия. Находят не значит спасают. Находят не значит «возвращаются домой». Статистика не имеет ничего общего с реальностью. Когда родственники обращаются к вам за помощью, никто не думает о статистике. Вы можете оказаться одним из 17% так же легко, как и в оставшихся 83%. Статистика не играет никакой роли. Говорят, умереть от кирпича, свалившегося вам на голову пока вы идёте на работу, гораздо больше шансов, чем в аварии, но у Громова не было ни одного знакомого пострадавшего таким образом. Статистика. Занятная вещь. У Громова в голове постоянно всплывала та сцена в парке. Именно сцена. Подготовленная, отрепетированная. Тело нашли там, где и задумывалось, в таком виде, как и задумывалось. Кем не был этот «режиссер», он будто проделывал такой спектакль и раньше. Сергей открывал каждую папку в поисках «репетиций». Он заострял внимания на тех, где были «удушения» и «выжигания». Но ему не везло. Громов читал записи, смотрел на фото ― всё можно было описать одним словом «беспорядок». Хаос в самом кровавом его виде. Ничего общего со сценой в парке. Там был порядок, аккуратность, расчётливость. Здесь на фотографиях он видел панику. Когда вы стоите на краю моста или платформы в метро и у вас возникает желание сделать шаг вперёд, французы назвали это явление «зовом пустоты». Когда человек осознано идёт на убийство, сей это зов? Сцена в парке была холстом опытного художника, он брал свои инструменты и создавал свой чудовищный образ, не поддаваясь внутреннему зову к разрушению. Он его контролировал, направлял. Но здесь, в этих папках был хаос из неприятных, отталкивающих оттенков красного, черного и, как ни странно, белого. Если представить на мгновение, что всех этих людей растерзал дикий зверь, всё становилось логичным, понятным. Но зверь убивает без злого умысла. Он не знает других способов бороться за жизнь. Бей или беги. Убивай и живи. Громов перелистывал папки, одну за другой. Он старался не думать, о том, что же держит в руках. Одна страница ― сорванная жизнь. Нераскрытое преступление. Но там за дверью миллионы жизней. Ему не исправить, того что случилось. Ему даже не предотвратить то, что произойдёт. Громов здесь, чтобы найти виновного и сделать всё возможное, чтобы он не смог совершить преступление снова. По крайней мере Громов хотел в это верить. Во второй коробке наконец-то показалось то, что он искал. Громов оперся о стол, раскрытая папка лежала перед ним. Он смотрел на фотографии. На них был мужчина, лежащий в куче мусора. Сергею показалось, что он смог услышать этот тошнотворный, кислый запах через фотоснимок. На одном из них были видны следы на шее. Правый глаз был выжжен. Сергей взял свой блокнот. Он сделал несколько записей по поводу необычных следов на шее у трупа в парке, даже попробовал зарисовать. Сейчас ему показалось, что они были точно такими же как у мужчины на фото. Действительно. Его схематичный набросок выглядел практически так же как след на фотографии. Громов пролистал документы в папке, их было совсем немного, оно и понятно, мужчина явно был без определенного места жительства, кто бы захотел долго с ним возиться. На последнем листе имелась подпись: Корягин С.В. Коробки Громов оставил на столе, а папку забрал с собой. На главные вопросы содержимое папки не помогло бы найти ответ. Но может быть человек, что составил её смог бы? ― Корягин? Семён Валентинович? ― снова будто спросонья ответил служащий. ― Он уже как года два на пенсии. В базе он должен быть, вы его легко найдёте. Громов поблагодарил служащего и поспешил покинуть это сонное царство. От мерцающего света у Сергея уже стал подёргиваться глаз.

***

― А что наши собирались? А-а-а. Не, послушай, я хоть раз тебя подводил? Ага, вот именно. Да, давай пришли лучше на почту. Ага. С меня потом, ну ты понимаешь. Класс. Давай, пока! Белов отбросил телефон на стол. Хорошо, когда у тебя много друзей. Отлично, когда они на нужных местах. Всего пару минут разговора не о чём и у него на почте появилась выписка звонков с телефона погибшего. Только вот самого телефона нет. Пока Саша пытался заставить себя приступить к монотонной работе, в дверь постучали. ― Входите! ― сказал Белов, пытаясь найти телефон, который пару секунд назад куда-то закинул. ― Здравствуйте, ― сказал молодой парень, едва аккуратно открывая дверь. ― Мне нужен Сергей Владимирович... эм... Громов. ― Ага, ― ответил Белов не поднимая глаз, он всё ещё искал телефон. ― Зачем? ― Я новый сотрудник, ― парень замялся, не зная, что ещё добавить. ― Вот. Белов нашёл телефон и наконец поднял голову. Саша смотрел на парня в недоумении: почему этот мальчик двенадцати лет в папиной форме называет себя новым сотрудником? Конечно, он не был двенадцатилетним. Просто явно вчерашний студент. Парень стоял чуть, покачиваясь в ожидании. Форма действительно выглядела на нём, мягко говоря, несуразно. Круглые очки были немного наклонены вправо, но парень не собирался их поправлять. Но Белова тут же осенила потрясающая, как он сам думал мысль. «Новый сотрудник» тут же, у него на глазах перешёл из категории «проблемы на мою голову» в «избавитель от монотонной работы». Про своё повышение парень ещё не знал, но резкая смена настроения у Белова вызвало у него настороженность. ― Громова ещё нет, он скоро будет. Как тебя зовут-то? ― Белов встал из-за стола и подошёл к парню. ― Павел Евгеньевич. Павел, ― ответил «новый сотрудник» и протянул руку Белову. ― Я Саша, ― Белов пожал ему руку и провёл к своему столу. ― Знаешь, Павел Евгеньевич, ты пришёл как раз вовремя. ― Правда? ― до этого момента Павел и не подозревал, что куда-то опаздывал. ― Не представляешь даже как ты нас выручишь. У тебя сейчас будет ответственное и интересное задание...

***

Довольный Белов вышел из здания участка. Сейчас можно поехать в университет. Хотел бы он увидеть выражение лица Светы, когда он... ― Белов, чего прохлаждаемся? «Гром среди ясного неба. Ну, почти», ― подумал про себя Белов. ― Ты уже сделал то, что я просил? ― Громов захлопнул дверь своего «крузака» и подошёл к Саше. ― Выписку с телефона получил, адрес нашёл, ― Белов пытался придать больше уверенности своему голосу, будто он ничуть не удивлен. ― Остальным занимается наш новый сотрудник. Толковый парень. ― Новый сотрудник? ― Ну, да. Павел, ― невозмутимо сказал Белов. ― Вы ж знали, что он сегодня придёт. Просто из-за всего этого утра... ― Вспомнил, ладно. ― Сергей поправил папку, которую держал в руках, ― кстати, ты Корягина Семёна Валентиновича знаешь? ― Да, он на пенсии уже, ― Саша облегченно выдохнул и поспешил продолжить так вовремя сменившуюся тему, ―классный мужик. Раньше был тоже главой убойного. ― Контакты его есть? ― Я знаю где он живёт, можно заехать. Недавно как-то у него были с ребятами, поздравляли с юбилеем. ― Ладно, садись. Поехали, ― Громов снова достал ключи от машины. Белов занял место спереди и назвал адрес. Мысль о том, что ему не придётся весь день сидеть за столом в участке уже грело душу. Громов не разделял его радости. ― Дверью не ляпай, ― предупредил Сергей, завёл двигатель и протянул Саше папку. ― Посмотри на следы на шее. Сергей выдержал паузу, выехав на дорогу. Работает он в этом городе недавно, однако знал его хорошо. Улица, которую назвал ему Белов, была ему знакома. Может вывески, магазины, цвета некоторых зданий и могли поменяться, но в целом город остался прежним. Правда раньше он казался Сергею ярче, живее. Возможно, потому что раньше город не был связан у него в памяти с трупами в парках. ― Что скажешь? Память вроде у тебя хорошая, ― Громов знал, что у Белова была фотографическая память. Лишний раз он конечно её старался не напрягать, но навык действительно хороший. ― Такие же как у нашего, ― Белов прочёл документы. ― Может Корягину лучше позвонить заранее? ― засомневался Сергей. ― Да не. Он один живёт. Да и всегда рад меня видеть. Громов бросил взгляд на Сашу, но тот всё ещё был погружен в документы. ― Хмм. Громов сосредоточенно смотрел на дорогу. Вряд ли этот Корягин расскажет им больше, чем было в той папке. Но по опыту Сергей знал, что в таких делах есть что-то, что не упоминали на бумагах. ― Притормозите-ка здесь, ― резко вскочил Белов. Это было неожиданно. Машина резко затормозила. Сергей даже не успел спросить зачем. Белов вышел из машины и направился к магазину. Через пару минут Саша вышел с чёрным пакетом. Когда он садился в машину, содержимое пакета зазвенело. ― Это ещё что? ― Не с пустыми же руками идти к уважаемому человеку, ― сказал Белов пристёгиваясь. ― Так он мне ещё больше обрадуется. К тому же он разговорчивый, может и сам начать о делах рассказывать. Даже спрашивать не придётся. ― Стратег, ― усмехнулся Громов.

***

Незаметно пройти в морг было легче всего. Оставалось только позаботиться о том, чтобы никто не помешал работе. Просто запереть дверь ― недостаточно. Не говоря уже о том, что было бы глупо. Закрытые двери привлекают внимание. Лучше оставить дверь открытой. И пусть у людей просто не возникает никакого желания заглянуть внутрь. Такое Страж мог вполне устроить. Голова стала болеть сильнее. Ариен знал, что дольше тянуть ему нельзя, нужно что-то придумать. Пока у него есть всего в запасе всего один gouls или, если немного округлить, 20 часов. После, его сознание, как самый затратный по энергии процесс, отключится. Это, конечно доставит неудобства, но Страж бы успел добраться до дома. Его волновало другое. Сложно оставаться человеком, когда не можешь выспаться. Ариен подошёл к двери, достал из внутреннего кармана своего пальто две небольшие пластины. Они были не шире бумажного листа, размером с зажигалку. Страж прикрепил один из них в правом верхнем углу двери, а второй в противоположном внизу. Затем молодой человек в чёрном сделал пару шагов назад и достал металлический шарик из кармана брюк. Шарик чуть дрогнул и откатился на пару сантиметров в сторону. В это время между дверными проёмами появилась синяя световая сеть. Она загорелась чуть ярче и исчезла. Одна проблема решена Страж развернулся к двери спиной. Он знал. Что теперь любой человек снаружи, если заглянет внутрь увидит лишь пустую комнату. При чём под любым углом. Но это на крайний случай. Страж уже позаботился о том, чтобы ни у кого не возникло желания прийти сюда. Справа от него находились холодильные шкафы, шесть рядов. Ариен знал который ему нужен. Он подошёл к третьему ряду и открыл тот, что был снизу. Раздался скрежет металла, но какие бы не были громкими звуки внутри этой комнаты, они останутся внутри. Голос звучал знакомо, но Ариен по-прежнему не реагировал на него. Ариен выдвинул содержимое шкафа. Перед ним оказалось то самое тело, что он видел в парке. Только теперь в другой позе. Более подходящей для мертвеца. ― Акедия, визуализация, ― глаза Стража снова стали белыми на несколько секунд. Комната озарилась синим светом, который сжался в одну точку, прямо над телом. Точка вздрагивала, потрескивала, была похожа на маленькую шаровую молнию. Затем она увеличилась до размеров яблока и теперь напоминала человеческий глаз. ― Визуализация Включена. Внимание! Обнаружена Угроза Здоровью! Причина: Недостаточно Энергии! ― Знаю, заткнись, ― Страж отмахнулся от «ока», висящего в воздухе. ― Предупреждение! Возможна некорректная работа системы, во избежание нарушений в работе системы и установленной модификации необходимо ... ― Отключи уже протокол безопасности и сделай сканирование, ― Ариен протёр глаза, пререкания с системой — это явно не то, на что он бы хотел сейчас тратить время. «Око» осветило тем же синим светом тело. ― Сканирование завершено. ― Напомни-ка мне утреннюю сцену в парке. Перед Стражем появилась проекция его утренних воспоминаний. ― Почему всё в таком... хаосе? ― Ариен смотрел на «галерею» своей памяти. Воспоминания разбились на отдельные изображения той сцены, что была у него перед глазами некоторое время назад. У каждой картинки был свой звук: Ариен слышал обрывки фраз Константина и свои. Но всё изображения подрагивали, разбивались на куски и снова складывались, как рой пчёл. Вот, что называют «бардаком в голове». ― Причина: недостаточно Энергии! Желаете сопоставить сканируемый объект с лучшей версией aerimmo? ― Да, хочу, ― Ариен опустил глаза, ― пока сопоставляешь сделай проекцию c наилучшей версии. Страж указал в сторону. Напротив, стены появилась проекция фонарного столба и мертвеца под ним. Ариен смотрел на подрагивающую проекцию с его воспоминаний ― жутковатое зрелище. Страж перевел взгляд на тело ― «оригинал» выглядел не лучше. На проекции было видно, как тело удерживала металлическая проволока. С тела в морге проволоку уже сняли. Ариен увидел только следы от неё. На тело ещё не было Y-образного разреза ― значит Страж появился вовремя. Ну, почти. Ариен подошёл к проекции. Поворот головы, расстояние между пальцами ― всё было точно поставлено. Будто согласно какому-то плану... ― Слишком много мелких деталей, ― сказал Страж вслух, ― слишком точно всё сопоставлено... Молодой человек смотрел на «око», зависшее в воздухе. Он не сразу понял, что стало причиной его пристального взгляда, учащенного дыхания и странного жжения в груди. Это эмоция. Злость. Раздражение. Пока в голове шумела наковальня, отдаваясь ноющей болью, вокруг царила тишина. Установка на дверь поглотила все звуки снаружи и внутри. Теперь от единственного раздражающего звука невозможно избавиться. Шум вокруг пережить было бы легче, а вот от шума в голове... Любое существо поблизости раздражало своим спокойствием. Даже система. ― Акедия, подключайся к разговору. Мне нужен более надежный собеседник, чем я сам, ― сказал Ариен, нехотя сдерживая жжение внутри. ― Режим компаньона включен. «Око» плавно приблизилось спустилось к Стражу, зависнув в стороне. Ариен смотрел на проекцию своих воспоминаний. ― Что думаешь о человеческом мозге? ― Страж наклонился к проекции, чтобы разглядеть металлические крепления. ― В вашем бывает довольно тесновато. ― Тебе бы чувство юмора подрегулировать, ― буркнул Ариен, тратить время на споры с системой в его планы не входило. ― Человек может полностью сконцентрироваться только на одной вещи. Уделить всё своё внимание только чему-то одному. ― Не единственный баг в вашей системе. ― Ему нужно было на что-то опираться, ― Страж продолжил, не обращая внимание на слова системы. ― Слишком много мелких деталей, слишком точное выполнение. Это не фантазия... интерпретация. ― Думаете у него было карта или рисунок? ― Необязательно, ― Страж выпрямился и обошел проекцию со стороны. ― Он мог следовать чему-то ещё. ― Он? Вы уже говорите о конкретном человеке? ― Ещё нет, ― Ариен смотрел на проекцию лица жертвы. ― Знаю только, что это был мужчина чуть больше за тридцать, ростом метр восемьдесят и с необычно тонкими пальцами как при синдроме Марфана. ― От чего отталкивались, делая такие выводы? ― А разве это нуждается в объяснении? ― Страж удивленно вскинул бровью. Они с «оком» переглянулись. На мгновение тишина снова заполнила комнату. Акедия проплыла мимо Стража и повернулась к проекции. ― Очевидно, нет! Это я просто, разговор поддержать. ― Это была скульптура, ― осенило Стража, вернувшегося к осмотру. ― Отсылка к одному знаменитому литературному герою. Голову трупа поддерживала проволока, как и всё тело. Ариен смотрел на его голову и попытался повернуть шею также: слишком неудобный угол, ощущение будто вот-вот скрутит позвоночник и шея треснет. Страж смотрел в пустые глазницы, пытаясь пририсовать в своём воображении глаза. Направление тоже показалось не самым удобным, но в том, что пустые глаза смотрели в определенном направлении, Страж уже не сомневался. ― Но герой по истории был слеп. У этого человека выжжены глаза, ― сказал Ариен, растирая шею. ― Зачем тогда направлять его взгляд? ― Прошу заметить, что здесь присутствуют все признаки деятельности человека, выходящего за рамки абстрактного понятия «нормы» и «логики». Ввиду этого, в действиях данного индивида может отсутствовать мотив и причина. ― Дельное замечание. Страж снова протёр глаза. Визуализация помогает сосредоточиться на своих действиях, можно всецело заняться одной задачей пока система занимается другой. Но Ариен уже понял, что в его состоянии сосредоточиться сложно, а времени мало. ― Акедия, ― Страж очертил в воздухе квадрат над головой трупа, ― подсвети мне звезды в этом секторе. На потолке появился небесный свод. ― Только этот участок, ― Ариен зажмурился от света и вздохнул. ― Вам следует выражать свои мысли точнее. Или носить солнцезащитные очки. Когда блики от света перестали мелькать в глазах, на потолке появился узор из знакомых созвездий. Холодный свет проекции отозвался внутри чем-то мягким, согревающим, таким знакомым, почти родным. Это чувство вспыхнуло внезапно. Ариен едва успел его осознать, но прислушавшись к нему... ...оно исчезло. Осталась головная боль и тяжесть. На плечах будто лежат огромные каменные, гробовые плиты. ― Это ведь созвездие Лебедя? ― Страж смотрел на проекцию звезд, твердо решив, если он может стоять на ногах и думать, значит он будет это делать, пока время не прижмёт его к полу. Или к земле. Как повезёт. ― Запрашиваемые данные не обнаружены. ― Я имел ввиду местные названия, ― буркнул Ариен. Акедия провела светлую линию от глазниц проекции тела до созвездия на потолке. Линия указывала на самую крайнюю звезду, где должен был быть клюв созвездия птицы. ― Альбирео... хм. ― После небольшой паузы, Страж снова обратился к сисетме: ― Акедия, выключай проекцию. Полюбовались на звезды и хватит. Ариен развернулся к телу. Когда пропали звезды с потолка и «галерея» памяти в помещении стало значительно темнее. ― Сопоставление завершено. ― Как вовремя. Покажи мне три минуты до смерти. Пока система выстраивала ещё одну проекцию, Страж подошёл к телу. ― Решили взглянуть смерти в лицо? ― Нет, решил познакомиться с нашим другом поближе, ― Ариен попытался спародировать саркастический тон Акедии. Он поднял руки, будто открывал крышку рояля. Над телом появились линии прямые и закруглённые, они сплетались друг с другом и разъединялись. Со стороны Ариена было не совсем ясно, что они из себя представляют, так как находили они на уровне его глаз. Страж опустил руки ниже и теперь, когда смотришь на линии сверху, картина предстала будто с учебника по анатомии. ― Пора рассказать немного о себе, приятель. Информации было много, внутренний мир человека как на ладони. Взгляд молодого человека остановился напротив печени. Ему удалили селезенку, но в брюшной полости появились вспомогательные... две. Нет, три. Удалили из-за повреждений. Парень участвовал не в одной драке в своей короткой жизни. Сердце в своей околосердечной сумке, покоилась в полном порядке, без повреждений. Легкие тоже были в норме, что на мгновение удивило Ариена. Из-за головной боли местный воздух казался ядовитым. Конечно, если бы Страж отдохнул как следует, краски были бы оптимистичнее. Насколько это возможно в морге. ― При загрузке данных обнаружена ошибка. ― Акедия, ― Ариен говорил снисходительным тоном, не отрываясь от «внутреннего мира» трупа, ― есть вещи которыми шутить не стоит. ― Боюсь, что ошибка всё же произошла. Однако, я не могу в полной мере использовать глагол «бояться» ... ― Стой, стой, стой! ― Ариен перебил систему, ― Ты хочешь сказать, что у тебя случился... сбой? ― Глагол «хотеть» также не совсем подходит для моего лексикона. ― Что случилось? Конец света? Это твоё единственное оправдание. ― Я могу привести вам список из 264 подходящих оправданий для меня. Но к сожалению, причина текущего сбоя неизвестна. ― Ладно. У системы, к которой есть доступ только через мой мозг, произошёл сбой. Бывает, ― Страж попытался подобрать в голове подходящий план действий. ― Тогда отправь последние доступные данные в Запретный город. Страж поднял руку и все проекции, голограммы исчезли. В комнате стало пустовато и мрачнее, синий свет уже не заливал белую и холодную плитку стен. Молодой человек сделал несколько шагов в направлении двери и назад к металлическим ящикам. Единственная ясная мысль, которая показалась ему наиболее верной, была о том, что труп лучше задвинуть обратно и закрыть на замок, во избежание лишних подозрений. Погрузившись в свои мысли он, казалось бы, не обратил ни малейшего внимание на то, как за дверным проёмом показалась тучная фигура судебного медэксперта Трофимова. Мужчина потоптался на месте, намереваясь войти, затем похлопал карманы халата, поискал что-то в карманах, развернулся и ушёл. Не обратив никакое внимание на незнакомца в чёрном, ходившего по комнате рядом с трупом, и зависшим в воздухе, пылающие ярким синим цветом «око» посреди комнаты. ― Бинго! ― Чего? ― от неожиданности Ариен чуть не потерял равновесие. ― Вы приказали начать два процесса невозможных из-за сбоя из двух. Бинго! ― Мы отрезаны от штаба? ― Ариен со скрежетом задвинул тело обратно и закрыл на замок. Голос его звучал спокойно, просто потому что пока с трудом верилось в происходящие. ― Быстрая диагностика показала, что система в состоянии принимать сигналы извне. Но не способна передать сообщение. ― Вряд ли это из-за бессонницы, ― Страж поймал себя на мысли, что это объяснение всё равно было бы лучше, чем неопределённость. ― Значит отправляемся в Запретный город сами. Энергии хватит? ― Только на билет в один конец, далее в вашем распоряжении будет один omentum. Хватит, чтобы добраться до места для отдыха. ― Да уж, ― один omentum был равен примерно двадцати минутам, Ариен знал, что этого мало. ― Акедия, спасибо за разговор. Выключи визуализацию. ― Удачного перемещения, постарайтесь не отклоняться от маршрута. ― Как всегда дельное замечание. Глаза Стража снова стали белыми, око исчезло, как и синяя сеть в дверном проёме. Шарик и две пластины вернулись к Ариену прямо в руки. Комната снова стала совершенно обычной. Пока Трофимов быстрым шагом направлялся в комнату, Ариен исчез в чёрном тумане.