Подарок Для Сломленных

Что, чёрт возьми, он натворил? Уильям отнюдь не был хорошим человеком. Он не гнушался убивать невинных детей только ради собственного развлечения. Лгать Генри было легко, как и убивать дочь его предполагаемого «лучшего друга». Чарли была быстрым убийцей; она боролась и боролась с каждой унцией энергии, которая была в её слабом, усталом маленьком теле. Однако Уильям явно одолел ребёнка. Он всегда мог одолеть своих жертв. Дети слабы, и их легко обмануть; какую лучшую цель он мог бы найти? Уильям многое почувствовал после совершения своих первых убийств. Последовал короткий период паники, затем сожаления, затем принятия и, наконец, гордости. Отнимать жизни было волнующе для этого человека, поэтому он продолжал отнимать их. Его никогда не ловили, и он чувствовал себя непобедимым. Не было никакой причины останавливаться, когда не было никаких последствий. К несчастью для него, его новая жертва не принесла в его жизнь ничего, кроме сожаления и боли. Генри был его лучшим другом и доверил Уильяму свою собственную жизнь; поэтому, когда Уильям забрал у него Чарли, чувство сожаления, которого он не испытывал уже много лет, нахлынуло на него снова. Он медленно начал подкрадываться, когда Чарли перестала корчиться на полу, задыхаясь и всхлипывая, когда кровь хлынула из её горла, которое было жестоко распилено. Когда жизнь покинула её глаза и маленькое тельце замерло, Уильям перестал улыбаться. Он смотрел на ребёнка несколько мгновений, наблюдая, как тепло Чарли исчезло и сменилось холодом, который принесла смерть. Несколько минут он молча смотрел на неё, потом отвернулся от девушки. Он мог бы привести её в порядок позже. Это было не так, как кто-то шёл, чтобы искать его в подвале… Первый панический телефонный звонок Генри раздался около шести вечера того же дня. Мужчине потребовалось чуть больше часа, чтобы понять, что Чарли исчезла с заднего двора. Генри явно был в смятении; он бессвязно бормотал, что Чарли, возможно, забрела в лес или вниз по дороге. Как и Уильям, Генри жил в деревне, вдали от любопытных глаз. Не было свидетелей, которые видели, как «дядя Уильям» забрал Чарли с обещанием мороженого и ночевки с Элизабет. — Ты поможешь мне найти её? — Генри рыдал по телефону; это была дрожащая мольба, которая заставила Уильяма почувствовать… что-то. Это было сожаление, Уильям знал это. — Да, да.… Конечно. Я буду через пять минут. — Пообещал Уильям тихим, приглушённым голосом. Когда Уильям повесил трубку и схватил куртку с вешалки, ему пришлось подавить рвотный позыв. Что, чёрт возьми, он натворил? Уильям подъехал к дому Генри через пять минут, как и обещал. Когда солнце скрылось за горизонтом, в воздухе стало прохладно. Тот факт, что Чарли всё ещё отсутствовала, возможно, в лесу в сумерках, поверг Генри в панику. Когда тот, что покрупнее, сел в машину Уильяма, стало ясно, насколько сильно он нервничает. По лбу Генри струился пот, а фланелевая рубашка была завязана вокруг талии; ему явно стало слишком жарко. Он беспрестанно вытирал потные ладони о штаны в тщетной попытке вытереть их. Уильям растерянно посмотрел на Генри, как олень в свете фар. Он даже не знал, что сказать Генри. В уголках глаз Генри выступили слезы, и было ясно, что он уже плакал раньше. -…Генри… — Прошептал Уильям себе под нос. К его собственному удивлению, голос его дрожал и звучал почти как жалобный стон. Генри без колебаний бросился вперёд и крепко обнял Уильяма. Уильям сначала напрягся, совершенно сбитый с толку внезапным контактом. Однако ему не потребовалось много времени, чтобы расслабиться. Он положил руку на спину Генри и потёр её вверх и вниз, пытаясь успокоить гораздо более крупного мужчину. — Мы найдём её, Генри. — Заверил он его тихим шёпотом. Он уже много раз лгал Генри, не задумываясь, но на этот раз это было ужасно. Генри кивнул, но не сделал ни малейшего движения, чтобы отстраниться от Уильяма. Уильям позволил Генри прильнуть к нему на некоторое время, прежде чем они отправились вниз по дороге, ведя машину медленно и высматривая пропавшую брюнетку. Клэй сообщил об исчезновении Чарли в ту же ночь, и была послана поисковая группа. Они прочесали лес вокруг владений Генри, но не нашли никаких следов девушки. Миссис Эмили была очень огорчена, когда, вернувшись домой вместе с Сэмми, обнаружила, что её муж рыдает, уткнувшись в плечо Уильяма. Уильям поднял глаза и встретился с ней взглядом; в них была такая печаль, что женщина испугалась узнать, почему её муж плачет. Как только она узнала, что Чарли пропала, разгорелась драка. Она кричала во всю глотку на Генри, ругая его за то, что он не присматривал за Чарли, пока она играла на улице. Она винила во всём, начиная с аниматроников, над которыми он работал, и кончая тем, что он не любил свою дочь по-настоящему. Уильям взял Сэмми за маленькую ручку и повёл его из гостиной на кухню. Семилетний выглядел пугливым, как он вцепился в его бока. Его большие глаза были опущены, когда мысли о Чарли, без сомнения, заполнили его разум. Когда Уильям закрыл тяжёлую деревянную дверь кухни и подошёл к обеденному столу, крики стали приглушёнными. Уильям усадил Сэмми на стул и принялся рыться в шкафах. — Где твои родители хранят печенье, малыш? — Спросил Уильям с мягкостью, которую обычно приберегал для своих собственных детей. Сэмми шмыгнул носом и вытер глаза, отказываясь смотреть на Уильяма, вместо этого он уставился на свои красно-белые туфли. Один из шнурков был развязан, но сейчас это не было одной из его самых насущных забот. — А где Сисси? — Тихо всхлипнув, спросил Сэмми. Уильям уставился на Сэмми, и его снова охватило чувство вины. Комок застрял у него в горле, и ему захотелось немедленно покинуть комнату и дом Генри. Как он посмел убить дочь Генри и войти в его дом, как будто он все еще принадлежал ему? Он никогда не принадлежал к ним, просто никогда не давал Генри повода ненавидеть его. Уильям наклонился к Сэмми и осторожно приподнял его подбородок кончиком пальца. — Где бы она ни была, я уверен, что она в безопасности. Она скоро будет дома, Сэмми.… Ладно? — Еще одна ложь. Несколько слезинок скатилось по щекам Сэмми, и тихий всхлип был едва слышен сквозь приглушенные крики из соседней комнаты. Уильяму хотелось пойти туда и заткнуть эту сучку; Генри не виноват, что Чарли похитили. Харрикейн был маленьким городком, который считался безопасным; почему Генри должен был пристально следить за своей дочерью именно в этот день? Уильям никогда не забирал детей из Харрикейна, так что у города не было никаких причин следить за своими детьми, как ястребы. Уильям еще не использовал рестораны в качестве ловушки для своих жертв, поэтому Харрикейн не знал настоящей трагедии. Детей выпускали на улицу играть во дворах без присмотра и без всяких происшествий. Хотя Уильям понимал, что он почувствует, если пропадет один из его собственных детей, он никогда не отвернется от своей жены, как жена Генри так легко отвернулась от него. Тихие рыдания Сэмми привлекли внимание Уильяма. — Сэмми, — прошептал Уильям. Сэмми посмотрел на Уильяма полными слез глазами. Уильям обхватил ладонью щеку Сэмми, пытаясь утешить его так же, как он утешал собственного сына. — Она скоро вернется.… ладно? — Этих слов, несмотря на то, что они были пустой ложью, было достаточно, чтобы успокоить плачущего мальчика. Сэмми понимающе кивнул Уильяму. Уильям одарил малыша самой лучшей улыбкой, на какую только был способен, прежде чем встать и направиться к шкафам. Покопавшись несколько минут, он нашел то, что искал. Он быстро вытащил коробку печенья и протянул ее Сэмми. Уильям не очень хорошо разбирался в эмоциях, но печенье обычно помогало успокоить его собственных детей. — Ешь столько, сколько хочешь. Сэмми не пришлось повторять дважды. Уильям выдвинул стул и сел рядом с Сэмми, пока Генри и миссис Эмили дрались в соседней комнате. Уильям слышал только голос миссис Эмили. Генри, без сомнения, рыдал перед ней, тихо пытаясь защитить себя, пока его жена вымещала на нем свой гнев. Наконец все стихло, послышалось какое-то шарканье, и мать Сэмми открыла кухонную дверь. Она явно все еще кипела от злости, если судить по выражению ее глаз. Уильям недоумевал, как она могла сначала прибегнуть к гневу вместо беспокойства и горя. Неужели она не понимает, насколько серьезным может быть отсутствие Чарли? Ребенок мог быть мертв или умереть в лесу, и вместо того, чтобы беспокоиться о своей дочери, она кричала на своего уже сломленного мужа. Сэмми съежился, когда ее взгляд упал на него. Мальчик нерешительно вынул свою маленькую ручку из коробки с печеньем и поставил коробку на стол. Уильям удивленно приподнял бровь, заметив странную перемену в поведении мальчика. — Что ты делаешь, Самуил? — Женщина обратилась в строгий тон. Это звучало так, словно она изо всех сил старалась не кричать на своего сына. — Д-дядя Уильям сказал, что я могу. немного… — Сэмми замолчал, его била дрожь, и глаза снова наполнились слезами. Уильям широко раскрыл глаза от удивления, переводя взгляд с матери на сына. Почему Сэмми снова так расстроился? — Разве я сказала, что ты можешь взять их, Самуил? — Тихо спросила она. Прежде чем Сэмми успел расплакаться, Уильям встал и отряхнул куртку. — Я отдал их ему. Если бы я не должен был… — прежде чем Уильям успел договорить, женщина оборвала его. — Тебе нужно вернуться домой, Уильям. Уильям удивленно моргнул. Он перевел взгляд с нее на Сэмми и кивнул. — Увидимся позже, малыш. — Уильям вздохнул и взъерошил Сэмми волосы. Проходя мимо Миссис Эмили, Уильям почувствовал на себе ее яростный взгляд. Он не видел Генри, когда тот выходил, но не собирался злоупотреблять его гостеприимством больше, чем уже сделал. Уильям поймал себя на том, что молча надеется, что с парнем все в порядке, прежде чем выйти через парадную дверь, оставив позади бедного, испуганного маленького Сэмми.