Не игра

– Ну-ну, и что мы имеем? – с усмешкой уточнил почти молодой человек. Взгляд его тёмных глаз был колючим и каким-то бесконечно усталым. Жизни. Жизни в них не было, было только желание спокойно делать своё дело, чтобы никто не отвлекал. Но как-то не получалось у него, вечно срывали с места. Вроде, мэтр уже, специалист – а лети к какому-то оболтусу. А потому что служба, будь она неладна. Наклонил голову и с презрением посмотрел, как на муху, которую бы раздавить, но руки заняты. Кое-где в волосах была заметна седина, хотя лицо было всё ещё вполне подвижное и с гладкой кожей. Почти молодой человек сидел на стуле за небольшим круглым столиком и был очень недоволен. Почти молодой человек секунду назад соткался из воздуха. Почти человек. – Мне повторить или приступить к активным действиям? – тяжело вздохнув, уточнил дьявол. – Будь ты проклят… – прорычал с ненавистью молодой человек. Этот действительно был человеком. И он исподлобья смотрел на владыку преисподней, желая прожечь того взглядом. Но даже сотканное из воздуха тело прожигаться не хотело. Русые коротко стриженые волосы чёлки достигали реденьких бровей и не могли прикрыть глаза парня, которому на вид было лет девятнадцать. Длинные пальцы забарабанили по столу. Такие могли бы принадлежать какому-нибудь пианисту, но как-то не срослось. И перелом в детстве не сросся как нужно, и с любовью к музыке не срослось. Зато как-то срослось с картами. Но обо всём по порядку. – …Два с половиной… – дьявол заканчивал отсчёт и готовился щёлкнуть пальцами. Для молодого человека, кстати, Игоря, это имело бы печальные последствия. Нет, душу он бы не потерял, но шесть дней жизни за ложный вызов – вполне. – Мне нужно ещё время! – наконец, решившись, выкрикнул парень, уставившись дьяволу в глаза. Тот запрокинул голову и обратился к потолку. А может, к небу? – Как же меня это достало. Делаешь, делаешь. Планы, чертежи, условия… А потом тебя вырывают из… Вечно людям что-то нужно. Ну почему так? – вроде бы, радуйся клиентам, ан нет! Количество не переходит в качество. Хоть толкай его к этому. Нет! Сизифов труд. А у дьявола от всего этого муки не хуже танталовых. Всё верно: в каждом предмете отражается личность творца. – И что с того? – всё же задал вопрос дьявол, устало посмотрев на Игоря. – Мне нужен ещё год жизни! – выпалил он. – Ну-ну, – усмехнулся собеседник. – Когда ты заключил договор, ты сам выбрал свой срок жизни. Ровно десять лет. Ни днём меньше. Ни днём больше. Ни секундой. Если не вдаваться в детали… Там всяко порча тела без согласования с подрядчиком в лице дьявола или его доверенного лица, влекущая пребывание на земле в форме призрака до срока исполнения обязательства по передаче души в срок, установленный в договоре… – прикрыв глаза, дьявол зачитал наизусть пункт контракта. Игоря трясло, в горле пересохло, сердце колотилось. И тут он ударил кулаками по столу. – Я требую… – начал он. – Тю-ю-ю… – протянул дьявол с усмешкой. – И на… – Пункт 8.3 контракта. «Заказчик имеет право использовать результат работ по своему усмотрению. В том числе получает изначально не предусмотренный сторонами, но полученный как обычный при исполнении данного типа работ результат – принудительное использование результата работ по требованию заказчика или подрядчика». Я… – парню потребовалось перевести дух, после того как он прочёл, водя пальцем по строкам, нужный пункт на пергаменте. – И ещё. Пункт 13.8 контракта. В случае выявления брака в результате работ, который не мог быть выявлен при приёмке, или в случае необходимости составления дополнительного соглашения к настоящему контракту заказчик имеет право вызвать подрядчика лично для урегулирования разногласий. Данный вызов возможен не более раза в год, ложный вызов влечёт наложение санкций, предусмотренных пунктом…» – зубы Игоря дрожали. Нелегко было произносить вслух текст договора о продаже собственной души. – Неплохо… – покивал дьявол. – Редко кто-то читает контракт, ещё реже пользуется этим. Ну? Что такое? – уже с интересом спросил сатана. – Я следил: результат работ отличный, претензий нет. В одностороннем порядке ты отказаться от договора не можешь. Пункт 8.4. На расторжение по соглашению сторон я пока не согласен. Так что? – он погладил свой гладко выбритый подбородок. Козлиные бородки уже давно не в моде. Ещё и извращенцы всякие приставать начинают. – Мне нужно время. Год. – Игорь кивнул сам себе. – Тю! – снова протянул дьявол. Вообще, он ругал себя за то, что подхватил это выражение. Но ничего, ничто не вечно. – Так я добро не даю. – Он усмехнулся. – Я вообще повелитель зла, если что. Контора справок не даёт. Давай оформим ложный вызов, что ли? Хотя… Можем и не оформлять! – дьявол отмахнулся. – Ты меня позабавил, а в наши времена это редкость. В общем… – он снова решил щёлкнуть пальцами и исчезнуть. – Я требую дуэли на моём оружии. По сумме пунктов я имею право тебя вызвать и обязать принять бой. Как по контракту! Игра в карты! Полученный мной результат работ! – выкрикнул Игорь. Сатана сплюнул на пол, и линолеум зашипел. – Когда я сотворил юристов, я как-то не думал, что всё до этого дойдёт… – пожал он плечами и сморщился. – Одна партия. Один вызов, одно требование, одна партия, – пояснил дьявол, припоминая, что уже выдавал схожую формулировку одному дёрганому усачу. – Дальше, кхе-кхе, не ранее года. Доставай карты. Оба знали, что никакая колода не краплёная – ни святой водой, ни чем иным. В обмен на душу Игорь получал на десять лет особый дар: с кем бы он ни играл в карты, он всегда выигрывал. Потому что просто не мог проиграть. Не мог проиграть – и всё тут. Только вот в обмен на эту способность ровно через десять лет с подписания контракта заказчик умрёт, а душа достаётся подрядчику – сатане. – А что ставить будешь на кон? – уточнил дьявол, обводя взглядом со вкусом обставленную кухню. Противники сидели за тем самым круглым столом, накрытым зелёным сукном, между ними лежала колода карт. – Ты, может, не догадываешься, но меня не интересуют побрякушки типа денег и бумаг на дом. – Я… – начал Игорь. – И твой оставшийся месяц жизни меня тоже как-то особо не возбуждает. Нет, мы, в принципе, можем сыграть на твой месяц жизни. Только в ответ я поставлю тоже месяц, – сатана улыбнулся как-то даже великодушно. – Только ведь тебя, говорил, не устроит. Ты ведь хочешь го-о-од… – протянул он. – Влюбился, что ли? – щёки парня зарделись. – О-о-о… Тяжёлый случай… Сатана отклонился назад. – Мне нужен год! Я люблю Марго и желаю быть с ней! Это истинная любовь! – А она в курсе? – смеясь, уточнил владыка преисподней. – Что это истинная любовь? И что ты связан с ней куда меньше, чем со мной? Дьявол поиграл бровями, гаденько ухмыляясь. Как же давно прошли те времена, когда можно было улыбаться открыто, без задней мысли, от души… – Неважно! Я чувствую, что вот-вот! Но мне нужно время, и я не могу дать любви расцвести и сразу сгореть! – выкрикнул игрок. – Неплохо, – прищурившись, кивнул сатана. – А ещё у нас в Контракте есть условие: «Если заказчик под влиянием истинной взаимной любви пожелает отказаться от настоящего контракта, он имеет право вернуть результат работ подрядчику и с рассрочкой в десять лет – пострадавшим от использования результата работ субъектам или их преемникам. В данном случае обязательство по оплате результата работ считается аннулированным, расходы сторон, связанные с исполнением настоящего контракта, возмещению не подлежат». Ненавижу небесную канцелярию и их канцелярских крыс, которые везде суют свой нос и требуют от монополиста включение дополнительных условий! Твари… – прорычал дьявол, а потом вздохнул. – Ну, несправедливо же. Я работаю, а они там нектаром давятся. Они поработали в начале, а я с ног сбиваюсь… Да ну вас… Отмахнувшись, сатана загрустил и повесил голову. – Играем? – Игорь дрожал. С недавнего времени тиканье стрелки на часах очень сильно нервировало. Как будто крохотная гильотина отрезает секунды от и так крохотного остатка жизни. – Я не имею права отказаться, сам знаешь, – пожал плечами почти человек. – Я ставлю десять лет жизни, а ты ставишь душу своей избранницы! – наконец, злодейски ухмыляясь, произнёс дьявол. – Не могу же я взять ничего у тебя, так возьму у неё. А в обмен… что-то типа равноценное – весь срок твоего контракта. Игорь не мог поверить. Дьявол согласен даже на безнадёжную игру, в которой парень не может проиграть. Но и ставка, ставка была невообразимой. Он не имел права тронуть это кристально чистое создание. Маргарита, такая молодая, нежная… Перед глазами встал милый образ – девушка, похожая на ангела, с кудрявыми золотистыми волосами и выпирающими от худобы ключицами. И всё же… – По, – сглотнул, – рукам. Раздача. Карты прилетели на стол. Осторожно подняли. Замена. Ни тени жульничества. – Вскрываем. Сам сказал, сам чуть в обморок не упал. Будто в висок себе выстрелил. – Равенство. Ничья, – с деланным безразличием объявил сатана. – Но это же… невозможно… – произнёс сипло с недоверием и страхом Игорь. Сам того не заметив, он вскочил со своего места и теперь возвышался над так спокойно сидевшим «подрядчиком». – Твоя колода. Я ничего не делал. У меня, правда, есть врождённый дар – не проигрывать в играх. Но… У тебя ведь такой же, юноша? – уточнил сатана. – Ты не проиграл, я не проиграл, так что у нас боевая ничья, – с улыбкой заявил он. Игорь более-менее взял себя в руки. В конце концов, он мужчина. И он не проиграл. За месяц тоже ведь можно… – А как гласит свод правил потустороннего мира: «Лицо, победившее в поединке, а равно игре с нечистой силой, имеет право требовать, а вторая сторона обязана передать ей то, что ставилось на кон сторонами перед поединком или игрой, также называется «банк игры». В случае, если случилась ничья, то есть ни одна из сторон не победила и не проиграла, банк забирает сторона, вызванная для проведения поединка или игры со ставками». – Чёрт! – закричал Игорь и, схватившись за сердце, рухнул на колени. На глазах выступили слёзы, а грудь настолько сдавило, что он разевал рот беззвучно. Сатана небрежно стряхнул руки парня со своих брюк, наконец поднялся со своего места и потрепал клиента по макушке. – Пойду-ка я. За девушкой заедут мои коллекторы. Тебе остаётся твой месяц, проведи его с удовольствием, если сможешь, всё равно скоро увидимся, – он повернулся спиной к Игорю. – И ещё, думаю, ты всё-таки не очень её любил, раз поставил её душу на кон ради своего спасения. А она, дурочка, тебе доверилась. Иначе б я не мог принять ставку. – И как-то между делом, уже теряя очертания: – Ещё восемь вызовов…