1863 год

— Всё, Деймон, хватит. — Стефан поднимался на второй этаж, следуя за братом, — Ты выпил всё, что было, это последняя бутылка. — В таком случае, сходи в магазин. И забери Елену, — Деймон остановился, чтобы Стефан подошёл ближе и шёпотом добавил: — А то её жалостливые взгляды отрезвляют и раздражают. — Я всё слышу. Елена остановилась на лестнице. Непривычно узкие глаза, от того, что девушка пыталась сдержать слёзы. Об этом взгляде говорил Деймон. Ей плевать на него, как и Кэтрин. Обе просто хотят держать при себе верного пса, но пытаются показать, что он им не безразличен, и каждый раз Деймон в это верит. — Тогда, за твой отличный слух. Два глотка из бутылки, всё, что нужно для появления отвращения на лице Елены. Но это не оно. Она переживала за Деймона. Её беспокойство и жалость были искренними. Когда Стефан сказал ей про укус оборотня, девушка поняла зачем Деймон приходил к ней. Елена чувствовала вину за свои слова. Она шла сюда, чтобы поддержать Деймона, а он, словно, возненавидел её за несколько часов. — Деймон, я прощаю тебя, хочу поддержать, быть рядом, пока Стефан ищет лекарство. — Елена подошла ближе и погладила Деймона по щеке, но тот резко оттолкнул её. — Мне не нужна твоя поддержка, твоя жалость, твоё прощение. И ты мне не нужна. Деймон пошёл в спальню. Он не обратил внимания на то, что брат пытался схватить его, но заметил, как того остановила Елена. — Неужели Стефан не видит, что она такая же, как Кэтрин? Вопрос в пустоту. Деймон часто говорил сам с собой, это его отвлекало. Да и за столько лет, он понял, что лучший собесебник — это ты сам. Только Деймон знал, что он чувствует, почему стал убивать, почему перестал думать о других людях. Как он превратился в Стефана. Не обожаемого всеми, а Стефана, который убивал. — Елена видела его настоящего, но простила, если, вообще, придала этому какое-то значение. А вот, чтобы простить меня ей нужно время. — Деймон начал кашлять, лёгкие, словно, сужались с каждой секундой, не позволяя вдохнуть. Вот она, страшная и мучительная смерть. Деймон сделал ещё глоток, лёг на кровать и закрыл глаза. 1864. Деймон сидел на берегу и бросал камни в воду. Он вспомнил всё, что произошло с ним за этот год. 1864. — Деймон Сальваторе, — к нему подошла девушка, Кэтрин Пирс, гостья, которая приехала пару дней назад, — мне кажется, вы меня избегаете. Деймон улыбнулся. За время её пребывания в поместье Сальваторе он говорил с ней лишь в день приезда. Но он не избегал Кэтрин, Деймон видел взгляд брата. Он смотрел на Кэтрин, как Деймон смотрит на Кару. Он хотел, чтобы брат научился общаться с девушками, особенно, если они ему нравятся. — Что вы, я не избегаю красивых девушек, — Кэтрин расплылась в улыбке, — просто, пока не было случая для бесед. — В таком случае, — девушка коснулась щеки Деймона и посмотрела в его глаза, — сделай так, чтобы случаев стало больше. Пару секунд Деймон не мог пошевелиться, пока его руки не коснулась Кара. Она потянула его на улицу. Но Деймон остановился, не сводя взгляд с брюнетки, которая говорила со Стефаном. — Не помешаю? — Конечно, нет, брат. Кэтрин хочет прогуляться по лесу. Идёте с нами? — Да, — Деймон посмотрел на Кэтрин, — думаю, нам пора познакомиться. — Отлично, чем больше людей, тем веселее. Кара осталась дома. Её пугала Кэтрин. Кара чувствовала, что с ней что-то не так, но она не понимала, пока Деймон не зациклился на Кэтрин. Тогда она решила, что это ревность. Но сейчас она знала, что чувствовала кто она. Это была энергия вампира. Та же, что исходит от Деймона. Но она слабеет вместе с ним. Содержимое бутылки вылилось на пол, и в комнате стоял сильный запах виски. Кара открыла окна. Ему было плохо, очень плохо. — Не уходи. Ты не можешь снова уйти. Деймон говорил тихо, выдавливая каждое слово. Было тяжело, но он поднялся с кровати. Он смотрел на неё, как сто пятьдесят лет назад, также касался её. — Деймон, открой дверь. Стефан ушёл, сказал приглядывать за тобой, я должна знать, что ты в порядке. Кара закатала рукав рубашки и провела ладонью по укусу. — Я могу помочь.