Давай возьмем паузу

- Том! Ты где? - теплая ладонь опустилась на спину, нежные пальцы пробежались вниз по позвоночнику и замерли на пояснице. - Я здесь. С тобой, - улыбнулся Том, наслаждаясь нехитрой лаской. На большее он и не рассчитывал. Хотя… Они же договорились. Друзья-любовники. Как удобно, не правда ли? - А по-моему, ты где-то за тысячу миль отсюда, - нахмурился Ларри. - Прости, - теперь улыбка Хиддлстона была виноватой. - Прости. Я, наверное, поеду... И правда. Не надо ему было приезжать. Всему виной пара лишних бокалов шампанского на вечере Пинтера да чертов Хемсворт, кружащий в танце Зоуи. Когда они вместе со Спеллманом садились в такси, Том заметил, как тот выскочил вслед за ними на улицу, и неприятная мысль о том, что на следующее утро этот бездарный выскочка будет доставать его глупыми подколами относительно того, как режиссер проводит свободное время, не добавляла радости. А уж если ушлые папарацци расстараются, то эта самодовольная белобрысая рожа завтра будет сверкать во всех таблоидах. Проклятье! - Прости, - еще раз повторил Том и сделал попытку подняться с кровати, но Спеллман не пустил, прижал к себе покрепче. - Тебе не обязательно уходить, слышишь? - шепнул он, щекоча дыханием ухо. - Если не хочешь — ничего не будет. Просто останься. Отдохни. - Фрэнки… - сделал последнюю попытку улизнуть Том. - Он один дома… - И он большой мальчик. Поверь, парень только счастлив будет остаться на одну ночь без твоего присмотра. - Боюсь себе представить, что он сотворит, - Том беспокойно заерзал. - Ничего такого, чего бы ты не делал в его возрасте, - поспешил успокоить его Ларри. - Я тебя не заслуживаю! - Том тронул губами плечо… Любовника? Друга? - Ты меня не заслуживаешь! - самодовольно улыбнулся Спеллман. - Ты нагло пользуешься моим расположением и вообще ты несносный тип, Хиддлстон. Но я люблю тебя. Видит бог, Томас хотел бы ответить ему тем же. Пожалуй, ему ни с кем не было так легко и так спокойно, как с Ларри. Вот только не было огня. Не было того фейерверка эмоций, которые Том испытывал… Но да этого человека сейчас точно не стоило вспоминать. Чем еще был хорош Спеллман, так это тем, что напоминал о своих чувствах достаточно редко, чтобы не быть назойливым. Вот и сейчас он решил не углубляться в выяснение отношений. Однажды они с Томом договорились, что останутся друзьями. Друзьями-любовниками. Ларри все устраивало. Правда. Одно дело — любить Тома Хиддлстона. И совсем другое — жить с Томом Хиддлстоном. Спеллман бы не позавидовал тому несчастному, которому выпадет сомнительное удовольствие — разделить быт с Томасом, этим прекрасным чудовищем. - Послушай, - предложил он, меняя тему, - ты правда какой-то нервный последнее время. Давай смотаемся на выходные куда-нибудь! Туда, где тепло. Поедем, а? - А Фрэнк? - вздохнул Том. - Я не могу оставить его надолго. И не говори мне, что он уже большой… Он балбес тот еще… - Трудно, да? - сочувственно спросил Спеллман. - Я почти не знаю сына, - признался Томас. - Два года прошло, и я по-прежнему его не знаю. Но я должен быть ему отцом. Это тяжело, да. - У тебя вроде неплохо выходит, - Ларри погладил Тома по плечу. - Вроде — ключевое слово. И знаешь, если бы не Зоуи… Она здорово помогла мне с Фрэнки. - Как она? - оживился Ларри. - Мы сто лет не общались. Все так же горяча? - И кажется, она задалась целью захомутать моего нового актера. Ну да я говорил. Хемсворта. - Того, с которым она сегодня читала отрывок? Том утвердительно кивнул. - Он неплохо сыграл, - задумчиво произнес Спеллман. - Действительно неплохо. Почему ты считаешь его бездарем? - Потому что он бездарь! - Хиддлстон почувствовал, как начинает раздражаться. - И еще он, кажется, решил довести меня своими тупыми шуточками до белого каления. Я… - Тссс! Тихо, Том, успокойся, - Ларри легко тронул губами висок Томаса. - Ты слишком бурно реагируешь. Не обращай внимания. А лучше наоборот. Присмотрись к нему. Он правда неплох, если хочешь знать. - Оу, Ларри! Только ты еще не рассказал мне о том, насколько хорош этот типчик. Я же не вижу в нем ничего хорошего. Ни сколечки. Да бревно и то лучше играет, чем Хемсворт! - Зато ты самый лучший режиссер в Лондоне. Да что там в Лондоне! Том! Если у Хемсворта есть хотя бы искра таланта, то ты из этой искры такой пожар раздуешь! Я-то знаю, как ты можешь задергать своими придирками во время репетиций… Но в результате у тебя даже бревно заиграет. Том смущенно улыбнулся. Семь лет назад он едва не довел Спеллмана, игравшего у него в спектакле, до нервного срыва. Зато какие рецензии писали после критики! - Так вот, будь к нему помягче, - попросил Ларри, - и сам перестанешь раздражаться. - Фрэнк, похоже, влюбился в его дочку, - тяжелая складка образовалась у Тома над переносицей, когда он рассказал Спеллману о том, что произошло в доме Хемсворта в эти выходные. - И вновь я повторю: тебе не стоит так волноваться. Им по шестнадцать, Том! Сколько еще в их жизни будет таких вот влюбленностей! - Я боюсь, что эта девчонка такая же самовлюбленная эгоистичная особа, как ее отец, - признался Томас. - Я боюсь, что она разобьет Фрэнсису сердце… - Каждому хоть раз в жизни нужно, чтобы его сердце было разбито, - мягко улыбнулся Ларри. - Ты был бы хорошем отцом, Ларри, - Том откинулся на подушки, стараясь не смотреть в лицо другу. Ему было стыдно за то, что он так расклеился перед ним, за то, что вывалил все это на Спеллмана. - Ты, а не я. - Эй! - позвал его любовник, наклоняясь и целуя судорожно сжатые губы. - Том, не загоняйся, слышишь? - И еще этот Хемсворт! Откуда только взялся на мою голову! Том прекрасно понимал причину своего раздражения. Не желая врать самому себе, он мог только признавать, что несмотря на все усилия, которые Крис прилагал для того, чтобы выбить его из колеи, с каждым днем, проведенным рядом с ним на репетициях, он волновал Томаса все больше и больше. Тома тянуло к Хемсворту. Он злился — на него, на самого себя, на Зоуи, что так откровенно выражала свой интерес к актеру — на всех подряд. Но ничего не мог с собой поделать. И нужно было что-то срочно сделать с этой своей тягой к чертову голливудскому выскочке, иначе спектакль, который Том так давно мечтал поставить, окажется под угрозой срыва. - Понимаешь? - попытался объяснить режиссер Спеллману. - Хемсворт… В нем есть что-то... - Замолчи! - неожиданно резко оборвал его Ларри. - И моему терпению иногда наступает предел. Раз уж ты в моей постели, то пусть нас будет только двое. И он накрыл губы Тома своими, втягивая в долгий, сладкий поцелуй. - Ларри! - попытался воспротивиться Томас, когда тот оторвался от его губ, для того только, чтобы позволить вздохнуть. - Просто. Замолчи, - и рука любовника накрыла пах, умелые пальцы заскользили по стволу, возбуждая. И Том подавился стоном, принимая эту горячую ласку. Пусть сейчас будет так, как хочет Ларри. Пусть он позволит себе это. Пусть вытрахает все мысли из головы Тома. Мысли о гребаном Хемсворте — неправильные, неуместные.

***

Это помогло. Не сильно, но по крайней мере на сегодняшней репетиции Хиддлстон пытался сдерживаться. Он честно пытался не обращать внимания на то, как Хемсворт, в свойственной ему манере «я звезда, а вы все пальцем деланные» пытается что-то там комментировать относительно своих же реплик. Том даже согласился не проходить ту сцену, которая, видимо, в голове не укладывалась у этого узколобого создания. Еще бы — где там укладываться? Наверняка в этой тупой черепушке нет места для чего-то чуть более сложного, чем комиксы. Перешагивая через сиденья, Том думал о том, как природа, или господь бог, или кто там, кто создавал это несуразное творение по имени Крис Хемсворт, наверняка решил посмеяться, потому что как можно было создать столь прекрасное тело и не наделить эту красивую голову хоть каплей мозгов? А несколькими минутами позже, когда репетировали сцену с поцелуем, тогда только Том понял, что проведенная в объятиях Спеллмана ночь помогла не так чтобы сильно. Видя, как Крис целует Зоуи, как его язык сплетается с её — о, этот идиот не дал себе труда подумать о том, насколько развязно они будут выглядеть со стороны — так вот глядя на целующего партнершу Криса Том ощутил болезненный укол ревности. Тем более неуместный, что эти двое действительно проходили сцену, а не были пойманы целующимися за кулисами, например. Не выдержав, Том рванул на сцену. Обругал Хемсворта, дескать, он не умеет целоваться. И сам впился в губы Зоуи. Так, чтобы этот проклятый идиот увидел. Чтобы он понял… Чтобы… Что? Что он должен был увидеть и понять? Да ему же совершенно все равно! От досады Том готов был себе локти кусать — едва только закончился их поцелуй, как Хемсворт запросился на перерыв. Ну бревно и есть бревно, чего еще от него ожидать? И только когда Тому прилетело дверью по лбу, когда он, падая, на грани сознания увидел глаза Хемсворта — широко раскрытые, перепуганные — тогда только он заметил, что в этих глазах промелькнуло что-то… Смятение? Досада? Но уж точно не безразличие. Крис заорал его имя — громко, срывая голос — Томас еще подумал: "как же он будет играть, если сорвет голос?" И это было последней мыслью, которую выдал его мозг прежде чем отключиться.

***

Крис вел машину быстро, но осторожно, не отпуская взглядом впереди идущий автомобиль Чарли. Можно было бы позвонить и спросить, в какую именно больницу они едут, но Хемсворт от этой идеи отказался — не дай бог дорожная полиция заметит, что он разговаривает по телефону за рулем. И все же ему не повезло. Какая-то бабуля, которой пора бы уже было о душе подумать, а не рассекать на автомобиле на старости лет, да еще при таком напряженном трафике, обогнала Криса и, встав ровно перед ним, сбросила скорость, плетясь на тридцати километрах в час. И надо же было ему пойти на обгон там, где этот обгон не был разрешен! И надо же было инспектору дорожной полиции принять Хемсворта как раз после маневра! Чертыхаясь, актер заглушил двигатель, приготовившись объясняться со служителем закона. В то время как бабуля, все на тех же тридцати километрах в час, проплыла мимо остановившегося автомобиля Криса, и - вот же наглая старушенция! - показала тому из окна средний палец. Была возможность, что инспектор узнает всемирно известного исполнителя роли бога грома. Была, но не в этот раз. Полисмен, похоже, Криса видел в первый раз в жизни и его намек на то, что он знаменит и вообще прямо сейчас готов подарить полицейскому и автограф, и селфи, и даже записать на камеру обращение его детишкам, если таковые имеются, должного эффекта не произвели. Страж порядка выписал Крису штраф. Но дело было даже не в том, что придется раскошелиться, а в том, что он по милости бдительного инспектора теперь потерял из виду автомобиль Чарли. Придется звонить. Не запуская двигатель — не хватало только, чтобы еще за разговоры за рулем штраф вкатили — Крис набрал номер Кокса. И хвала небесам, что тот не стал выеживаться и упираться, а просто назвал Хемсворту адрес больницы. И слава богу, эта больница была совсем рядом, и уже через десять минут Крис парковал свой автомобиль около самого входа. Если сотрудники клиники вызовут эвакуатор из-за неправильной парковки — пусть. Главное, он доехал! Хемсворт заметил сидящих на скамейке Тома и Чарли сразу же, как только вошел внутрь. - Вы что сидите?! - заорал он. - Почему никто из врачей не займется Томом? - Не ори, - зашипел на него Хиддлстон, - без твоих воплей голова раскалывается. По твой милости, между прочим. - Крис, все врачи заняты, - спокойно объяснил Чарли. - Какого черта?! - глядя на платок, которым Том зажимал рану, мокрый и абсолютно красный от крови, Хемсворт завелся еще сильнее. - Эй, мисс! - кинулся он к стойке регистрации. - Мисс! Энни! - прочел он имя девушки на бейдже. - Энни, мой друг, мистер Хиддлстон, он пострадал… - Ой, это правда вы? - всплеснула руками Энни, когда оторвала взгляд от своих бумаг и посмотрела на Криса. - Это же правда вы? Ну, Тор! - Да-да, это я. И мне нужна помощь. То есть, моему другу… - Ой, а можно с вами сфотографироваться? - кажется, девушка сейчас находилась в том самом состоянии, которое Крис про себя называл «эффектом Хемсворта» - когда восторженные фанатки не понимали, что происходит вокруг, и даже собственное имя забывали, глядя на своего кумира. - Давайте телефон! - и Крис, взяв в руки смартфон Энни, очаровательно улыбнулся в камеру. - А теперь, пожалуйста, - попросил он, - пусть кто-то из врачей осмотрит моего друга. Крис сам не понимал, отчего это он зовет Хиддлстона своим другом. Но это слово как-то само слетало с языка. Не объяснять же Энни, что он на самом деле терпеть не может заносчивого режиссера, вот только сегодня по его вине этот самый режиссер нуждается во врачебной помощи. - Да угомонись ты уже! - Хемсворт не заметил, как Том подошел к нему сзади и дернул за рукав, оттаскивая от стойки ресепшн. - Как можно так себя вести? - Я беспокоюсь о тебе! - честно признался Крис, когда Энни, вскочив со своего места, побежала по коридору в сторону хирургического отделения. - Поэтому ты решил, что можешь вести себя, как мудак? Что можешь отрывать врачей от работы? - Томас был так зол, что только эта злость помогала ему сейчас держаться на ногах. - Том, сядь на место! - Чарли все-таки заставил Хиддлстона усесться обратно на скамейку. - Сядь и не бегай по всему приемному отделению! - Да, ты лучше посиди, - Хемсворт взял Тома за руку, но тот немедленно отдернул ладонь. - Не трогай меня! Не прикасайся даже! - Прости, я… Прости! - Какого черта ты приперся следом? Кто тебя звал? - не унимался Томас. - Я… Я не должен был… - мямлил Крис, встревоженно глядя на разбитый лоб Тома. - Вернее я должен был… - Оу, заткнись! Просто заткнись! - раздраженный сверх меры, Хиддлстон отвернулся от Хемсворта. Благо, через минуту в конце коридора показалась Энни и рядом с ней мужчина в белом халате. - Я доктор Стронг, - представился эскулап. - Энни сказала, тут тяжелая травма. - Вот у него! - Том кивнул в сторону притихшего Хемсворта. - У него тяжелая травма головы. С детства. - Что ж, раз вы в состоянии ерничать, значит не все так плохо, - улыбнулся доктор Стронг, впрочем, одними только губами. Глаза, которые внимательно рассматривали рану Тома, были серьезны. - Пойдемте за мной, сэр! - позвал он. - Идти можете? Том кивнул головой и послушно пошел вслед за врачом. Едва они скрылись из виду, как Крис попросил Чарли уехать: - Пожалуйста! Просто позволь мне дальше позаботиться о нем! - Ты уже позаботился, - недоверчиво посмотрел на него Кокс. - Пойми, я действительно не хотел! - пытался убедить его партнер по сцене. - Просто дай мне возможность извиниться. - Ты заколебал! - видимо, раздражение Томаса предалось даже такому всегда спокойному человеку, каким был Чарли. - Честно! Достал! Уж не знаю, какая кошка пробежала между вами с Томом, но вы оба ведете себя, как полные придурки, ясно? Почему мы с Зоуи должны терпеть твои выходки и его вопли? - Прости… Я действительно вел себя, как мудак, но ты же видишь, что он… - Я вижу, что вы двое должны разобраться между собой. Но я не думаю, что сейчас — самое время. - Поверь, Чарли, сейчас как раз самое время. Я все улажу, обещаю. - Ну хорошо, - после небольшой паузы согласился Кокс. - Оставайся здесь. Отвези Тома домой. И постарайся не убить его по дороге. - Если он меня не убьет, - попытался отшутиться Хемсворт. Том вернулся через десять минут после того, как Чарли уехал. Доктор Стронг сопровождал его. - Я пытался оставить вашего приятеля в больнице хотя бы до завтра. Но он подписал отказ, поэтому я настоятельно прошу вас проследить за тем, чтобы он прямо сейчас ехал домой и соблюдал постельный режим… - Я никуда с ним не поеду! - запротестовал Томас. - Где Чарли? - Он уехал, - ответил Крис. - Я попросил его, и он уехал. - Какого черта? О боже, Хемсворт! - Хиддлстон схватился за виски — голова начала болеть просто нестерпимо. - Так я могу быть уверен, что Вы отвезете мистера Хиддлстона домой и… - Можете! - бесцеремонно перебил врача Крис и все-таки, хоть тот и упирался, схватил Тома за руку. - Прекрати дергаться и иди за мной! - велел он и потащил Томаса к выходу. И только когда они оказались на улице, он с сожалением отпустил руку Тома. Тот немедленно сунул руки в карманы. Впрочем, тоже не без сожаления — ладонь у Криса была теплой, кожа немного шершавой. И он так аккуратно и в то же время так крепко держал Тома, что тому вдруг захотелось, чтобы это прикосновение продлилось чуть дольше. - Я должен извиниться, - Крис избегал его взгляда, предпочитая пялиться на пластырь, которым хирург закрыл шов на лбу. - Дьявол! Ты знаешь, что ты чертовски сексуально смотришься с этим пластырем? - вдруг выпалил Хемсворт. - Чтооооо?! - от неожиданности глаза Тома округлились, делая его похожим на удивленного совенка. - Прости! - еще раз повинился актер. - Я несу полный бред, я знаю. Это потому что я переживаю за тебя… - Ты уже говорил, - буркнул Том, смущенный внезапным признанием Криса. - Так вот я должен извиниться, - продолжил Хемсворт. - Не только за то, что случилось… Ну с дверью… Я не знал, что ты там стоишь. Но я был не прав, когда… В общем, я дурачился… Ну, на сцене… Театр — это не то, о чем я мечтал всю жизнь. И наверное как театральный актер я действительно не очень. Поэтому знаешь что? Давай-ка заканчивать это представление. - Что? - Хиддлстон опять посмотрел на него этим своим невозможно умильным совиным взглядом. - Что ты сказал? - Я говорю, что не буду больше раздражать тебя одним своим присутствием, - ответил Крис. - Сейчас я отвезу тебя домой, а после позвоню Эмили, предупрежу её. Я ухожу из проекта, Том. Репетиции еще только начались. Вы с Воган-Баррат сможете найти другого актера на роль Роберта. Томас ничего не ответил. Взял чертову паузу. Строго по Пинтеру. Крис грустно улыбнулся. Зря он вписался в этот проект. Вон оно как вышло. В последнее время он все только портит… Хиддлстон долго молчал, размышляя о том, как было бы здорово — никогда больше не видеть этого нахала Хемсворта. Не слышать его голос, который вибрацией отдается у Тома где-то внизу живота. Не смотреть на то, как он любезничает с Зоуи. Не наблюдать украдкой за его такой теплой улыбкой. Не видеть его губы, к которым так и тянет прикоснуться. Раз и навсегда вышвырнуть его прочь из театра. И из своей жизни. Соблазн был велик. И пауза затягивалась.