Зимний Мондштад

      — И что это было? — грозно спросила Люмин, поглядывая на Чайльда, но не переставая быстро шагать. Словно девушка хотела убежать от кого-то, от чего-то. Ее уши горели, и Люмин казалось, что каждый житель Мондштада смотрит на них осуждающе. «Будь прокляты Фатуи!» — Люмин топнула ногой, чем испугала Паймон и Тарталью.       — Воу, принцесса, сбавь обороты. Что я сделал? — усмехнулся он.       — Я… — смущенно прервалась Путешественница, — я не знаю. Пока что. Но хочу спросить у тебя: что это за непонятная агрессия на Кэйю? «Ты его защищаешь?» — радостный смешок потух на лице Тартальи.       — Вот оно что. Тебе стыдно со мной находиться?       — Что? — Люмин ощутила себя так, словно ее током ударили. Неужели Тарталья попал в точку?       — Что-что? — подхватила Паймон. Даже фея не ожидала такой обиды в голосе вечно саркастичного Тартальи.       — Сама посуди: я пришел в город, чтобы попросить тебя, как друга, о маленькой просьбе. «Твой» Капитан ни с того ни с сего устраивает мне допрос. И он первый начал разговаривать со мной как с преступником. Хотя… я не горжусь своими сородичами из Фатуи, но, черт, конкретно сейчас я ни тебе, ни ему ничего плохого не сделал! Люмин потеряла дар речи от такого эмоционального выступления. Она не ожидала, что Тарталья может вообще на что-либо обидеться. Что его можно было задеть. Он ведь снова и снова твердил только о реванше, о воинах и… о семье. «Нет, он всегда был человечным», — Люмин поникла, вспомнив в очередной раз день, проведенный с младшим братом Тартальи. Это пробудило новую волну тоски по Итэру. Наверняка ему тяжело находиться вдали от семьи, подвергать их опасности, не иметь возможности сказать им, кто он на самом деле, и не находить даже дня для того, чтобы вернуться на родину.       — Ладно, — Чайльд едва не лопнул от продолжительного молчания и отвернулся. — Извини уж, что потревожил. Мне не нужна твоя помощь. Как-нибудь сам справлюсь.       — Но… — Люмин хотела сказать кучу ободряющих слов и споткнулась о пустоту мыслей. Она не знала, какие слова хочет услышать Тарталья. Она боялась снова ненароком задеть его. Поэтому невысказанные слова остались висеть в тишине. Тарталья долго смотрел на нее, но, вздохнув, ушел.       — Какой ранимый… — проговорила вслед Паймон.

***

Тарталья неустанно бил себя по голове. «Черт, я был так близок, так близок…» Ему вспомнился сон с бабочкой. Только вместо того, чтобы догонять ее, он сам же оттолкнул свою цель. Разве подобает истинному воину поддаваться эмоциям? «Теперь куда?» — грустно спросил себя Чайльд. Он слишком горд, чтобы возвращаться к Люмин. Но что ему еще остается? Он же не достиг своей цели.       — Аррргх! — прикрикнул Чайльд, в беспомощности сжимая свою голову.       — Фатуи? — услышал он похожий на капитана Ордо Фавониус голос. — У вас тут какие-то незавершенные дипломатические переговоры? — перед ним стоял красноволосый владелец винокурни — Дилюк. Чайльд был наслышан о нем как о готичном богатом парнише из Мондшата. Впрочем, Мондштадское виноделие известно по всему Тейвату.       — Дилюк, верно? — Тарталья в одну секунду успокоил бурю эмоций и протянул руку мужчине. Дилюк остановил взгляд на руке, как будто убеждаясь, что она не ядовита. Тарталья был раздражен таким отношением, но ничего не мог поделать. Единственный человек, который относился к нему чуточку лучше в этом чертовом городе, была Люмин. И он сам же ее отверг.       — Да, верно. Теперь ответь на мой вопрос, — сухо проговорил Дилюк, пожимая руку. «Он меня уже бесит», — Предвестник устало выдохнул.       — Нет, я здесь по личным делам. Пришел увидеться с Путешественницей Люмин.       — А, — лишь коротко ответил Дилюк и развернулся. «Что?! Это все, что его интересовало?! — Чайльд горько сожалел о том, что потратил время на этого сухого мондштадского грубияна. — Капитан Ордо Фавониус и то был поприветливее!».       — Постойте, Дилюк. Красноволосый виноделец просто развернулся, давая понять, что у Чайльда есть минутка его внимания. Тарталья раздраженно продолжил:       — Раз уж пошла такая пьянка, давайте сразимся.

***

      — Ну чего ты до сих пор молчишь! Ну-у-у-у! — Паймон вертелась вокруг Люмин, пытаясь узнать хоть малейшую часть долгих дум напарницы. Люмин продолжала молчать. На самом деле, она раздумывала, что же делать в такой ситуации. Она привыкла исполнять роль младшей в семье, несмотря на то, что они с Итэром родились в один день. Она заботилась, но часто обижалась. Итэр был всегда тем, кто приходил мириться первым. С Чайльдом получилось иначе. А что Люмин ожидала? Они ведь не связаны родственными связями. И он — не Итэр…       — Паймон.       — Да? — фея радостно взлетела, услышав хоть какое-то слово с уст подруги.       — Мы отправляемся за Серебряным мечом.

***

В Мондштате наступила ночь. Жители закрывали двери своих магазинов, забирали холодное белье с веревок, звали детей на ужин. Город потихоньку погружался в ласковый вечер, но только бар «Доли Ангелов» пополнялся все большим количеством гостей.       — И я Люмин… -ик-… говорю… — щеки Тартальи непривычно покраснели, и он расплылся как слайм за барной стойкой. — Че-е-рт, вино из одуванчиков… -ик… действительно неповторимое. Дилюк устало вздохнул:       — Ты точно совершеннолетний? — «И зачем я согласился на спор пить с этим малолеткой?». Зазвенел короткий колокол. Дверь резко отворилась, и в бар зашел Кэйа. Настроение Дилюка и так было не самым лучшим, но для полной картины не хватало еще увидеть сводного братика.       — Что здесь творится? — Капитан нервно поглядел на пьяного Чайльда. — Почему он все еще здесь? «Он раздражен?» — удивился Дилюк. Нечасто на вечно улыбающемся лице Капитана можно увидеть настоящие эмоции.       — Я не знаю, но был бы благодарен, если ты заберешь его и себя отсюда.       — Как любезно, — приятная улыбка быстро вернулась к Кэйе, когда он усмехнулся. — Чайльд, почему ты не с Люмин?       — Точно! — вдруг «проснулся» Тарталья и едва не опрокинул бокал. — Я здесь слишком (-ик-) задержался. Мне пора! Тарталья со скоростью молнии выбежал из заведения. Дилюк и Кэйа проводили парнишку взглядом и с недоумением посмотрели друг на друга.       — И что это было? — Кэйа попытался скрыть злость за неумелой усмешкой. Владельцу Винокурни было в диковинку видеть Капитана таким… растерянным? Ведь даже в разгаре битв синеволосый придурок не теряет своей уверенности.       — Этот Фатуи вызвал меня на бой, и когда я отказался, он предложил посоревноваться хотя бы в выпивке. Как видишь, пьет он никудышно.       — Да уж, — долгий выдох, — зачем он вообще явился в Мондштат? О нем ходит много дурных слухов. Но… не обращай внимание, это мой долг — переживать за прекрасный город ветров и свободы. Лучше налей мне вина. «Только правда ли ты за Мондштат волнуешься, Капитан?» — с подозрением хотел спросить Дилюк, но решил не озвучивать этот вопрос вслух. Как будто Кэйа ему ответил бы честно.

***

Тарталья опросил всех неспящих жителей. Правда, форма из Снежного не вызывала доверие людей. И исходящий от него ярый запах алкоголя — тоже…       — Куда же Люмин подевалась?! Голова Чайльда неприятно кружилась. Он чувствовал себя потерявшимся ребенком. Это ощущение было ему знакомо — во сне, когда он бесцельно гнался за Люмин и так и не догнал ее, Тарталью поглотила печаль. Ему вдруг стало неумолимо грустно. В этом городе без Люмин ему нечего делать. А раз она, видимо, убежала на очередное задание, нет причин терять время в пустом городе. Чайльд и не заметил, как вышел в Долину ветров. Протоптанная тропинка вела в Спрингвейл, и он шел вперед, не зная, где остановиться. Его сопровождал только зимний пар изо рта. Головная боль понемногу отступала, но теперь началась легкая тошнота. Впрочем, какой воин не сможет справиться с похмельем? «Впрочем, какой воин проигрывает первому встречному виноделу?» — трезвость мыслей дала ему жестокую пощечину. Чайльд неспешно шагал мимо Спрингвейла, как вдруг услышал вдалеке крик.

***

      — Люмин!!! — вскрикнула Паймон, когда девушка резко пропала из виду.       — Я здесь! — подала голос Люмин. Подлетев, Паймон увидела Путешественницу в воде.       — Угх, зимой купаться в озере вряд ли приятно…       — Скажи это тупому Слайму, — Люмин попыталась залезть наверх, пока Слайм, столкнувший ее в озеро, ожидал девушку прямо у обрыва. Ее руки подскальзывались и дрожали. Она не надеялась на помощь Паймон, но уже жалела, что вышла в путешествие в таком разбитом состоянии. «Как я могла не заметить огромного слайма?» — разочарованно вздохнула девушка. «Держись, принцесса», — услышала Люмин до боли знакомую фразу и несколько звуков ударов сверху.       — Чайльд? Когда она подняла голову вверх, Тарталья уже ловко спустился к озеру и протянул ей свою руку, немного покачиваясь от опьянения:       — Твой верный рыцарь пришел спасти тебя.