Объятья Теней

Никогда не знаешь, что ждёт тебя тут за следующей дверью. За поворотом в коридоре. Что поджидает тебя за углом с единственной известной тебе целью? Дом превращается в лабиринт, из которого уж точно нет выхода. Приходится бежать сломя голову, чтобы преодолеть очередную галерею с нависшими тяжелыми сводами, но ни один смертный не возымеет равной со светом и мраком скорости... Скоро всё заволакивает непроглядным мраком, и всё, что остаётся, чтобы не глядеть в это пустое холодное и, кажется, живое пространство – это зажмуриться. Идёшь на ощупь, осязая всем телом, как вокруг тебя уже что-то движется. У него нет имени. Нет языка. Нет формы. Размеры его тоже значения не имеют. И посмотрят на тебя из тьмы тысячи, мириады глаз с узкими кошачьими зрачками, и застынешь, как статуя, в оцепенении, и закроешь лицо ладонями. Но даже опущенные веки не спасут от буравящего взгляда того, что следит за малейшим движением твоего бренного тела, ничтожного перед вечным, колоссальным могуществом Бездны. Пытаешься кричать, но тщетно – глотку сдавил ужас, ты не в силах произнести ни слова, а голову схватывает и давит извне. Духота побеждает дыхание, ты жадно глотаешь ртом воздух, но напрасно. В конце концов, эти бесплодные попытки уступят гибели. Но нужна ли Ему твоя смерть? Звуки далёких ударов закладывают уши. Пустошь воздуха наполняется звоном гонга, загробным ритмом, эхом разносящимся, бьющимся о холодные колонны, аркады, летящим по залам поместья. В сердцах воскликнешь «Нет!», но что-то схватит тебя по рукам и ногам и потащит куда-то во тьму. Ты будешь сопротивляться. Но кто сказал, что тебе это как-то поможет?.. Хочешь ущипнуть себя, представить, что реальность другая, но можешь ли? Способен? Есть ли право? Уши режет едва различимый шёпот, явь становится невыносимее самого кошмарного сна, и ты, наконец, выдавливаешь из себя вопль, сходный с криком роженицы, принимающей свою участь, не имеющей по чистоте мучений равных… Чуть ли не вскочишь с постели и откроешь глаза в холодном поту… "…с тех пор как всё это началось, я просыпаюсь так каждое утро. " Судорожно ощупываю каждый сантиметр своего тела, которое успело уж за все те годы, что я провёл в этом городе, постареть и обветшать. Да всё здесь уже пахнет безвозвратной стариной. Открытый платяной шкаф с отваливающейся дверцей, письменный стол с ободранным по краям лаком. Я никогда не задёргиваю занавески. Чтобы по утрам просыпаться среди света зари. На самом деле я бы и продал их совсем, но исходя из положения моего это вряд ли позволительно. Да и купят их, только если я цену изрядно занижу, но где из этого выгода – один Бог ведает. Люблю ли я свет? Кто его знает. Но боюсь ли я темноты? Стыдно и страшно признать, но да. Но на вашем месте я бы не делал насмешливых предубеждений. Всё намного сложнее, чем может казаться поначалу. Мягкий полумрак встречает меня привычным уютом, и я ложусь обратно. Глаза мои уже не закроются на остаток дня. И, пожалуй, я и сам не собираюсь способствовать этому. Некоторое время наслажусь рефлексиями на предмет того, что пока всё если не хорошо, то, по крайней мере, не ужасно, после чего встану и разомну суставы. Мой изменившийся облик в зеркале меня уже давно устраивает. Давненько осознал, что бывают и люди, от одного вида которых к горлу подступает рвота. Нужно радоваться, что седина среди каштановых волос, давно не бритая щетина, переросшая в бороду, и угрюмый взгляд усталых глаз пока в дрожь не бросают. Немногие из светского окружения Его Величества понимают меня, кто привык всё делать самостоятельно. В жестокой реальности мне приходилось полагаться только на себя. Им никогда не испытать то, что я пережил. Страх и человечность непременно от того их удержат. Надеваю свой наряд на все случаи – рубашку, штаны старой кройки, камзол с длинными полами, и пару добротных сапог. Окидываю взглядом письменный стол на предмет оставленных с прошлой сначала бессонной, а потом и кошмарной ночи, записей. Подхожу, видя, что там действительно есть лист бумаги, исписанный напоминаниями. И в ужас меня бросает первая же строка…

"Встретить юнца "

- Как же я мог забыть… Ведь не сегодня так завтра сюда прибудет мой сын. А по совместительству и преемник этих владений. Я перечитываю несколько слов-свидетельств об этом событии, которое явно не было новостью, снова и снова, до тех пор, пока не бросаю лист на пол и не хватаюсь за голову. Его же нужно будет и принять по достоинству. Он ведь может неправильно воспринять меня и, самое главное, интерьер особняка. Чуть ли не всё поместье обставлено старинными находками, об истории и былом назначении которых лучше бы ради приличия и сохранения вашего самообладания умалчивать. Придётся принять некоторые важные меры… Вдруг в дверях послышался голос лакея: - Господин Хоффман, вы уже пробудились? Молодой слуга вряд ли понимал, что действовать нужно решительно и быстро. А значит, немедленно. - Распоряжаюсь!.. – мой голос стал сбиваться от волнения, руки тряслись, как у эпилептика, - Все… все старинные реликвии, вещи, драгоценности, всё, что содержит наш фамильный символ, кроме мебели и статусных вещей, приказываю! Спрятать в библиотеку под запор! Понял?.. - Еще бы не понял, господин… Он удалился в тёмный коридор и скрылся из глаз с быстрым уверенным топотом. Люблю, когда мне не задают лишних вопросов. Отвечать на них – занятие воистину угнетающее. Вновь и вновь пробегаясь взглядом по интерьеру своих покоев, я с некой тоской заметил, что наступит день, когда всё это получит наследник. Каким я помню Мартина, он всегда был любознательным. Можно сказать больше – его любопытство и стремление к познанию мне всегда напоминали мне о том, каким был мой отец. Лишь бы Мартин не повторил в будущем тех же ошибок… Как бы то ни было, время опережает нас всех в своем бесконечном течении, и мне, рано или поздно, придётся смириться с тем, что не будет от меня зависеть. После таких навевающих депрессию мыслей всегда неплохо подышать свежим воздухом. С этой целью я отправился на балкон. Наверное, и мой отец так же, когда-то, выходил туда почти в той же манере, и видел похожую панораму. Отсюда видать далеко – покатые крыши домов, колокольня церкви, лес в окрестностях городка. Богом забытого портового поселения на отшибе мира с древним особняком на холме. Звучит как строки из популярных романов? Или мадригал какой-нибудь напоминает? И всё это когда-нибудь достанется моему сыну. По праву наследования. По тому же, по какому и я перенял эту землю от своего Предка. Утренний воздух бодрил и веял прохладным ветерком в лицо. Я успел забыть и о кошмаре, и о том, что по той самой дороге, что проходит сквозь городок, скоро прибудет и мой потомок. Уже ничуть не было интересно, как с делом справляются слуги. Как они шныряют туда-сюда по хоромам нашего древнего, но малоизвестного рода, и звенят ключами. Хотелось просто смотреть вдаль и наслаждаться плывущими облаками и звуками просыпающегося мира, в котором всё встаёт с ранней пташкой, и засыпает с воем волков в лихой чащобе. Колокольный звон и топот лошадиных копыт вернули меня к реальности, и я, будто гончая, сорвавшаяся с цепи, понёсся к выходу из особняка, будучи уверенным, что моё беспокойство не напрасно.