Eclipse

Голоса эхом отзывались в ее голове, и глаза Луны открылись в слабом свете костра. Заглянув вниз, она обнаружила, что растянулась на столе, которым пользовалась прошлой ночью, и последовала за голосами, чтобы увидеть, что остальные уже проснулись. Флаттершай смотрела за огнем, болтая со своими друзьями божьими коровками, Хоуп листала бумаги и книги, бормоча что-то себе под нос, а Пинки таинственным образом ела кекс, который появился из ниоткуда. Внезапно она почувствовала, как ткань ласкает ее кожу, и потянулась за нее. Это был плащ Сомбры. Ошеломленная, она повернулась на бок и увидела, что он лежит рядом с ней и крепко спит. События прошлой ночи нахлынули снова. Раньше она считала Сомбру бесчувственным и бессердечным. Она никогда не думала, что увидит, как Король Теней плачет. Но она крепко прижала его к себе, когда он это сделал, потому что он отдался ее прикосновениям, его дыхание было тяжелым, а эмоции бурными. Очень бурными. Но ему не следовало этого делать. Он должен был давно оставить их, когда у него появилась такая возможность. Ему следовало наброситься на саму мысль о предательстве Рабии и его народа. Он должен был попытаться убить ее. Но он этого не сделал. Вместо этого он вернулся и отдал им оружие, которое могло убить его. Вместо этого он отпустил тысячелетнюю обиду и согласился помочь им. Вместо этого он показал ей самые уязвимые и побежденные части себя. Вместо этого он остался человеком, а не монстром, ослепленным яростью и местью. Луна не могла сказать, хорошо это или нет. Она снова пристально посмотрела на него. Его обычные зачесанные назад волосы цвета воронова крыла упали вперед, а тело медленно поднималось и опускалось. В нем есть какая-то мягкость, поскольку его лицо не излучало ничего, кроме покоя. Как это по-человечески. Она сразу же отвела взгляд, чувствуя, как к ее щекам приливает жар, и приподнялась, чтобы посмотреть на собранное Сердце, которое светилось лишь голубым мерцанием. Она поджала губы. Это только начало. После… этого они вернулись к работе, ничего не сказав о случившемся, и всю ночь молча работали над реликвией, обменявшись всего несколькими словами, но их работа так и не смогла исправить это полностью. В нем чего-то не хватало, и они оба понятия не имели, чего именно. Но прежде чем они смогли понять это, оба поддались усталости, накопившейся за долгие часы бодрствования. Это была довольно долгая ночь. Бархатная накидка давила на нее, и она резко вернулась к реальности. Ее рука скользнула по материалу, когда она медленно стянула его, чувствуя его успокаивающее тепло на кончиках пальцев. Она почувствовала, как кто-то похлопал ее по плечу, и, подняв глаза, увидела, что Флаттершай предлагает ей чашку воды. — Хоуп создала его с помощью своей магии. Хотя на вкус это будет немного странно.— Предупредила она, протягивая ей чашку. Луна улыбнулась и повернулась со стула лицом к Флаттершай, стараясь не издавать ни звука. — Спасибо тебе. Она сделала глоток. — Как долго ты не спала? — Около двух часов. Остальные поднялись после меня. — Сказала Флаттершай. Она посмотрела за спину Луны, увидев собравшееся Сердце и спящего Сомбру. — Я предполагаю, что вы с ним выяснили, как починить Сердце? — Не совсем так. Есть еще один элемент, необходимый для полного исправления, но мы не уверены, какой именно. Сомбра пошевелился, и он неуверенно поднял голову, чтобы осмотреться. Луна немного рассмеялась от выражения его лица, а Флаттершай уставилась на них обоих с задумчивой улыбкой. — Тогда я пойду за остальными, и мы сможем обсудить вместе, чтобы выяснить, что еще нам нужно. Луна кивнула головой, и Флаттершай пошла за остальными. Она снова повернулась к Сомбре, который неуклюже пытался привести в порядок свой неопрятный вид. Она повернулась к нему лицом, предлагая свою чашку. — Воды? Он моргнул, глядя на нее, все еще сонный, и поправил прядь волос в своем обычном стиле. — Принцесса? Она улыбнулась, делясь с ним своей водой. — Так и есть. Мы будем обсуждать с остальными о Сердце, пойдем со мной. Он пробормотал согласие и встал, следуя за Луной. Пока они шли, она заметила, что в его теле чего-то не хватает. Она поняла, что его плащ все еще у нее в руках. — О, вот! Должно быть, она упала с тебя где-то ночью. Приношу свои извинения за то, что взяла его. Он прикрыл зевок рукой, возвращая ей накидку. — Не нужно извинений, я отдал его тебе. Луна бросила на него странный взгляд. Он поймал выражение ее лица, осознав, что только что сказал. — Ты немного дрожала прошлой ночью, поэтому я подумал, что одолжу его тебе. — быстро объяснил он, внезапно гораздо более проснувшись. — Тебе не было холодно? — Она спросила. Он одарил ее дерзкой улыбкой. — К нему привыкнешь после тысячелетия, проведенного в морозной ловушке. Луна уставилась на него, не упуская момент, чтобы его шутка закрепилась. Она рассмеялась, приятно удивленная. Она определенно никогда не представляла себе этого. Они подошли к костру, вокруг которого все сидели, и последовали их примеру. Хоуп обратилась к ним. — Флаттершай уже рассказала нам о Сердце, так что теперь нам просто нужно выяснить, что еще нам нужно, чтобы это исправить. — И когда Умбрумы собираются сделать свой ход! — добавила Пинки. — Три дня, — ответил ей Сомбра, теперь его лицо стало серьезным. — Это то, что Рабия сказала остальным, когда я был во Дворце. Они планируют свой маршрут, пока мы разговариваем. — Разве мой барьер не удержит их внутри на неопределенный срок? — Спросила Луна, обменявшись взглядами с Сомброй и Хоуп. Он покачал головой. — Умбрумы черпают магию из страха и ненависти, и у них их предостаточно, чтобы использовать. Вот как они превратили меня в человека. Хоуп согласилась. — Аморе пришлось создать Новую магию, чтобы удержать их в ловушке в Кристалле. Твоя магия выиграла нам время, но она может задержать их только на неделю, если мы настроены оптимистично, если нет, то на несколько дней. Напряженная тишина заполнила комнату по мере того, как новая информация оседала в ней. Не больше недели, прежде чем они действительно вырвутся на свободу. Флаттершай нервно потерла запястье. — Знаем ли мы что-нибудь, что могло бы быть пропавшим предметом? Никто ей не ответил, так же невежественный. Луна тоже молчала, но слова Хоуп громко звучали в ее голове. Аморе пришлось создать Новую магию… Новую магию… Глаза Луны широко распахнулись, как будто с нее сняли занавес. Она повернулась к Сомбре. — Магия Любви. Я думаю, нам нужна магия Аморе. Сомбра нахмурил лицо. — Сердце все еще содержит остатки ее магии, и даже тогда оно повреждено только физически. — Ее магия по-прежнему является фундаментальной частью Сердца, но Рабия, вероятно, свела ее почти на нет своей полярной магией Страха, — сказала Луна, объясняя свою гипотезу. — Я подозреваю, что нам понадобится больше ее магии, чтобы полностью исцелить это. — Даже если ты права, магия Аморе — это Любовь. — сказала Хоуп. — Ты овладела Любовной магией? — Нет, — призналась Луна. — Любовь — трудная специальность для овладения. Мои собственные знания об этом являются лишь основополагающими. Пинки склонила голову набок. — Тогда кто здесь силен в Любовной магии? Она подумала об этом, затем глаза Луны блеснули, то же самое чувство озорства, которое было у нее в юности, пронеслось в ней, когда она заговорила. — Ми Аморе Каденза. Флаттершай и Пинки поперхнулись, в то время как Сомбра и Хоуп озадаченно уставились на нее. — Кто это? — Одна из дальних родственников Аморе. — Сказала она, улыбаясь Флаттершай и Пинки, чьи выражения сказали Луне, что они уже знали, что она планирует. — Моя сестра отправила ее сюда со своим мужем до того, как ее ученица пришла следующей. — Розовый аликорн? — встревоженно спросила Хоуп. — Но это значит… — Направляюсь обратно во дворец. Атака начнётся немедленно. — Это место заполнено Умбрами! — Сказала Флаттершай. — Мы пытаемся заполучить целого человека, а не мешок с кристаллами, как в прошлый раз! — Пинки взвизгнула. — Должен же быть кто-то еще, способный справиться с Любовью! — Рассуждала Хоуп. Она подняла руку, и они замолчали. — У нас нет времени, — твердо сказала Луна. — Как бы это ни было опасно, Каденза — наш единственный шанс наконец покончить со всем этим беспорядком. Она встретилась с каждым из них взглядом, позволив им высказать все остальные возражения, которые у них еще оставались. Никто ничего не высказывал в ответ. Луна повернулась к Сомбре, единственному, кто не протестовал. — Ты знаешь, где Каденза? — Под Дворцом. — Ответил он, рисуя карту тронного зала с помощью своей магии. — Он скрыт моей магией, и войти в него можно только здесь. Она оглядела планировку комнаты. — Тогда мы немедленно отправимся туда. Она пронзила щит своей магией и повернулась к Сомбре, положив руку ему на плечо. — Разведай место и сообщи о количестве умбрумов, охраняющих территорию. Оставайся в безопасности. Сомбра легонько сжал ее руку, прежде чем раствориться в тени, и он вышел через выход. — Полагаю, мы остаемся здесь? — спросила Пинки с надеждой, когда Луна смотрела, как он уходит. — Нет, нам всем придется прийти с Сердцем. — сказала она, заделывая дыру и поворачиваясь к ней. — Как только мы найдем Кадензу, Сердце, надеюсь, будет исправлено, но если нет, я телепортирую вас, если не всех нас, обратно в Кантерлот, чтобы немедленно подготовить нашу защиту. Она видела смесь страха и более или менее решимости в глазах Хоуп и Пинки. Но Флаттершай выглядела нерешительной. — Когда ты говоришь победить Умбрумов, ты имеешь в виду… убить их? Луна застыла, застигнутая врасплох. — Что? — Это то, что Кристальное Сердце сделало с Лидером, верно? Просто заставило его… умереть вот так. — тихо сказала Флаттершай, встретившись с ней взглядом. Луна посмотрела вниз, запустив пальцы в меха гранатовой накидки, которую она все еще держала на коленях, чувствуя благодарность за то, что ее владельца здесь не было, чтобы слушать, о чем они говорят. Она глубоко вздохнула. — Что еще мы можем сделать? — Тихо ответила Луна. — Поймать их в ловушку уже не удалось. Они не будут слушать нас, и они придут за остальной Эквестрией, если мы позволим им освободиться. У нас нет выбора. В комнате воцарилась тишина. И так продолжалось долгое время. Они не могли посмотреть друг другу в глаза. Флаттершай потерла большим пальцем руку, Хоуп сосредоточилась на земле, зная, что Луна права, и даже Пинки, всегда веселой, нечего было сказать, чтобы разрядить обстановку. Тысячи людей. Просто ушло. — Долг Сердца — защищать граждан Империи. Возможно, это сочтет некоторых из них заблуждающимися и пощадит их. — Луна попыталась. — Это не всегда понятно. Остальные выпрямились, новость немного обнадежила. — Нам просто придется подождать и посмотреть. — Сказала Хоуп, выдавив легкую улыбку. Луна улыбнулась ей в ответ, но была еще одна проблема, которая мрачно нависла над ней. Она взглянула на Кристальное Сердце, наблюдая, как оно мягко пульсирует слабым голубым светом, и крепко сжала плащ в руках. Что насчет него? Если Сердце не признает умбрумов безопасным видом, то Сомбра наверняка будет убит вместе с остальными. Ее желудок скрутило. Когда-то давно она была такой же, как он. Заблуждающийся, гневной и жаждущей мести. Но она была спасена и очищена Элементами, и самое худшее — это то, что ее временно лишили магии. Сомбра может умереть. Это было бы несправедливо. Аморе знала, что она строит, конечно, это не повредит ему. Подумала Луна, пытаясь успокоить себя, крепко сжимая накидку между пальцами, боясь, что она выскользнет из ее рук. Конечно, правда?