Рождественский календарь Наруто. Карантин.

— Это здесь у нас ковид-вечеринка? Суйгецу буквально втиснулся в открытую дверь. Снег, до этого незаметный на светлой куртке, рассыпался каплями по полу. — Не боишься? — усмехнулся Саске, пропуская внутрь. — Может, он наконец-то заболеет и хоть на пару дней успокоится. А это уже была Карин, топчащаяся на придверном коврике и стягивающая ненавистную маску на подбородок. Очки безвозвратно запотели, отчего на лице читалось привычное раздражение. — Эй-эй! Полегче, — Суйгецу парировал, проходя внутрь и начиная разматывать широкий полосатый шарф, — я прошел обследование перед тем, как сюда прийти и, прошу заметить, — это уже он высказывал стоящему напротив Саске, — я тебя засужу, если выйду отсюда ковид-положительным. — Ты ныл, чтобы я сделала тебе эту справку в фотошопе. Так что нечего ёрничать, — добавила Карин, фыркнула и стащила с плеч пальто, ставшее мокрым за то время пока они шли от метро до подъезда. Метель, начавшаяся с самого утра, не собиралась заканчиваться. — Эй, мы могли бы стать богатыми! — раздосадовано протянул Суйгецу. Капризный избалованный ребенок, не меньше. А потом ткнул своим пальцем в грудь Саске. — Но тест я сделал неделю назад. — С чем тебя и поздравляю, — ударил по пальцам Учиха, а потом кивнул в сторону гостиной, где прямо на полу уже расположились остальные. — О, привет! — тут же махнул гостям Узумаки, а потом сделал глоток из стакана. — Сливочное пиво, как в Гарри Поттере, хочешь? — Что-то мне последнее время от него поясница болит… — сварливо пробубнил под нос Ходзуки, за что получил «как бы случайный» тычок под ребра от проходящего мимо Учихи. — Хотя, знаешь, не откажусь. — Я со своим, — продемонстрировала бутыль с Аперолем Карин. «Женское пойло», как любил напоминать сосед по кровати, но сам же первый опустошал бокал. — Будешь со мной? Хината была единственной девушкой в этой комнате, поэтому Карин обращалась именно к ней. — Я? — глаза девушки распахнулись («Твою маму никто не убивает, Бэмби», — пришло в голову Саске), — Я… я не… Карин цокнула языком, закатила глаза и утащила за локоть Саске: — Покажи, где у тебя лед и бокалы. Наруто протянул стакан со сливочным пивом Суйгецу. Тот осторожничая понюхал. — Там «Новичок», — гоготнул пялившийся для этого в телефон Инузука. — Ты в каком веке живешь? Его сейчас применяют иначе, — фыркнул Ходзуки и сделал глоток. Приторно…жирно, но терпимо. — Что, вечеринка в стиле Хогвардса, да? Где моя распределительная шляпа? Ходзуки оглянулся вокруг, но не было видно ничего (кроме огромной банки со сливочным пивом), что напоминало бы о популярной франшизе. — Эм, было бы круто, — прервал тишину Узумаки почесывая затылок. Он уже выпил этого пива достаточно, чтобы не различать сарказм. — А что, Саске обещал? Ходзуки разочарованно выдохнул. Даже его плечи опали. Вокруг валялись коробки от настольных игр. Наверное, они выбирали, чем же развлечь гостей. («О господи, я в последний раз веселился, когда нарядил кота в смешные штанишки и шапочку!») — А ты, значит, не пьешь… — скучая протянул Ходзуки. Нет ничего хуже, чем молчание. Сплетни! Нет ничего лучше неловкости и сплетен! Ну, покажите того, кто это не любит, м? — Решила выносить ребенка для Саске и Наруто? Какой срок? Лицо девушки залилось краской до самых волос. Суйгецу сделал удивленное лицо, но все равно не смог сдержаться от гордой усмешки. — Чт… нет!.. — Хината сжала пальцами бумажку (кажется, то были правила одной из игр), — Я… у меня свои причины. — Она участвует в испытании вакцины, — вставил слово Киба. — О, правда? — приблизился Наруто, стараясь заглянуть в лицо и интересуясь этим куда больше, чем суррогатным материнством собственных детей. — И как оно? — Н-нормально, — все еще заикаясь, залепетала она. Ее взгляд потупился, а голос стал тише. — Я не могу знать наверняка, была ли введена мне вакцина или плацебо… «Ей что, тринадцать, раз она до сих пор не может нормально разговаривать с парнями», — хотел было подумать Суйгецу, но вслух сказал другое: — Прямо как лабораторная мышь. — Что? — обернулся на голос Наруто. — Мы-ышка, — сладко пропел Ходзуки под вопросительный звон бокала Карин и вернувшегося к ним Учиху. Он должен был устранить это допущение, — наша мышка испытывает вакцину, представляешь? Саске даже обнажил клык от усмешки, когда услышал это так подходящее тихой Хинате — «мышка». Льющийся, словно мёд, голос Суйгецу и блеск хитрых глаз, выдавали его с головой. Только вот что именно послужило причиной их веселью — Наруто понять не мог. Ведь это не было ложью, да и «мышка» не казалось обидным. — Ну так что, будем сидеть? — устроившись на диване, спросила Карин и отпила терпкого апероля. — Я так сопьюсь быстрей, чем вы успеете произнести «выматывайся с нашей квартиры». — Ребята принесли новую игру, — решил взять в свои руки общий настрой Наруто, — Про серийного убийцу и детективов… — Падение с высоты, огнестрельное ранение и подставное ДТП, — перевернул три карточки со способом убийства Ходзуки, а потом поднял взгляд на жертву, — кто-то явно решил тебя прикончить, мышка. Хината сидела с оставшимися на руках картами. Она смотрела на выложенные ей способы и понимала, что ее игра подошла к концу. — Я могу высказать предположение? — вскинул вверх руку Наруто. — Если у тебя есть такая карта, — напомнил правила Учиха. Наруто открыл было рот, закрыл, выложил на стол «Версия», после чего набрал целую грудь воздуха. — Использую карту «шантаж»! — опередил Суйгецу, выглядя словно кот перед миской со сметаной. — Выберешь идеальную репутацию или рискуешь «выйти в окно». — Ага, я уже «застрелился в своем кабинете», — протянул Киба, который вышел из игры первым и сделал неверное предположение, указав на Карин, как на убийцу, а потом вытянул карту с собственной смертью. — Рискну! — положил на пол карты Наруто, и вытянул руку, чтобы пальцем указать на маньяка. — Это ты! Саске ни капли не удивился сделанным выбором, но художественно вскинул вверх подбородок. — Арестуете меня, детектив? Используете карту «ареста»? — Нгх! — Наруто бы обязательно схватил того за грудки, но тот сидел слишком далеко, чтобы лезть на другую сторону комнаты. — Только ты можешь поступить так… так!.. — Как? — фыркнул в ответ Учиха и сощурился. — Я считаю, что она убийца, а карты «ареста» нет. Я действую в интересах города, используя те возможности, что у меня есть. Ты никогда не читал нуарные детективы? — И зачем же так много? — насупившись и раздув от того щеки, бросил в ответ Наруто, — И огнестрел, и ДТП… всё это? — Я бы использовал еще, если бы была возможность. — Потому что ты не любишь Хинату? — Потому что разыграно как минимум три карты «выкарабкаться». Наруто замолчал, раздуваясь от негодования, подобно африканской жабе. Но Саске вновь взялся за свои карты, чтобы перевернуть их значениями вверх. — Вы ошиблись, детектив, — объявил Учиха. — Позволили чувствам взять над собой верх. — Это было легко! — обозначил Суйгецу и показал карточку, с которой улыбался не слишком приятный тип с кровавым ножом в руке. — Прости меня, мышка, я не хотел, чтобы пала ты… Он прижал кулак к груди в районе сердца и имитировал поклон. Хината сгребла оставшиеся карты рукой и смиренно кивнула. — Я понимаю. Наруто все еще чувствовал подвох, но не знал — где именно. Он потянулся за пустым стаканом, чтобы долить в него пива. — Клянусь, моим факультетом был бы Гриффиндор! — заявил Суйгецу под цоканье и хмыканье коллег по работе. Ему обновили стакан с пивом, которое оказалось не так уж и плохо. — Не, вы видели, как я храбро защитил нашего детектива Саске? Хината сделала глоток зеленого чая и принялась размешивать карты. Ни обиды, ни злости — святая простота! Идеально! Наруто проверил, все ли бокалы полны и, пока случился такой момент, решил подать голос: — Друзья! — начал было он, но театральная пауза тут же заполнилась смехом и дружным гоготанием. — «Это был очень тяжелый год», — спародировал начало любой из речей Киба. — Не, ну это правда, — попытался оправдаться Наруто, смотря на приятеля, — хочешь сказать, что кому-то сейчас легко?.. Это могло быть началом очередного ничего не значащего спора, но Саске поднял стакан над головой, чтобы кивнуть. — Пусть наша маленькая вечеринка будет только началом будущих побед. Наших общих и каждого в отдельности, — сказал он, а потом скривил губы в фирменную однобокую, хоть и искреннюю улыбку-усмешку, — Счастливого Рождества! И шумная компания на все голоса и ритмы вторила ему с дружеским смехом: «Счастливого Рождества»!