some day

— Боже, Сагэ, ты даже не представляешь, как я счастлив! — громко восклицает Чонгук, чуть не выровнив телефон, из динамика которого доносится смущенный смех, — правда, это невероятно! — его глаза забавно бегают по красивой коробке с широким бантом, из которой он буквально пару минут назад достал новую приставку. Между прочим, уже полгода на неё заглядывался, — ты супер! — напоследок говорит Чонгук, наконец распрощавшись со своим щедрым другом. Тэхён тоже уверен, что этот Сагэ — просто супер. Он постоянно водится вокруг Чонгука, болтает с ним между пар, делает с ним домашку и готовит итоговый проект. Они одногруппники, и это совсем неудивительно, но прямо сейчас Тэхена просто разрывает от досады и ярости. — Надо скорее всё подключить, поможешь разобраться? Сагэ действительно подарил Чонгуку новейшую приставку. Он просто взял и исполнил его заветную мечту, в то время как Тэхён поздравил Чонгука своими дурацкими самодельными билетами на свидание. Он рисовал их долгие пять часов, приклеивал стикеры с бабочками и расписывал каждый из билетов словно он чёртов монах искуссно-писец. Его идея заключалась в том, чтобы подарить Чонгуку три самых счастливых дня, когда они смогут заниматься, чем он пожелает и сколько. — Конечно, подай мне инструкцию, — отвечает Тэхён, хотя вопрос до него доходит далеко не сразу. Сейчас туго с деньгами. В книжном много не заработаешь, а новых вакансий даже на горизонте не видать. Тэхён прекрасно знает о страсти Чонгука к играм, и конечно же он знал об этой чёртовой приставке, но копить на неё ему бы пришлось пол жизни, в то время как Сагэ просто взял и подарил его парню весь лакшери комплект. — Она такая красивая, — не перестаёт восхищаться Чонгук. Он переодически ахает, отклеивая защитную ткань и прикасаясь к гладкой чёрной поверхности. Его глаза так красиво блестят, когда он занят чем-то увлекающим. — Да, просто класс, — соглашается Тэхён, но в его голосе проскальзывает нотка язвительности. Он очень рад за Чонгука.

***

— Я хочу потратить один из билетов, — игриво улыбаясь, говорит Чонгук. Он машет разноцветными бумажками перед Тэхёном, и выглядит самым счастливым человеком на земле. Это происходит через пять дней после дня рождения Чонгука. Он говорит, что хочет пойти на каток, а потом купить мороженое в их любимом кафе. — Конечно, малыш, — отвечает Тэхён, а после звонит владельцу книжного магазина, чтобы взять отгул. Это стоит ему угрозы увольнения, но он молчит об этом, отправляя Чонгука переодеваться. Может Тэхён и правда хороший актёр, а может всё дело в Чонгуке, который делает вид, что не замечает его потухший взгляд и глубокие синяки под глазами. Тэхён так устал за эти дни, пока обдумывал происходящее каждое ночь, прокручивая в голове момент, когда его парень так искренне и красиво смотрел на подарок от лучшего друга. Он думал о том, сможет ли когда-нибудь заставить Чонгука быть таким же счастливым рядом с собой. — Я не хочу, солнце. У меня побаливает горло, — говорит Тэхён, когда они уставшие после катания на льду, сидят в кафе и выбирают самое вкусное мороженое. Это не правда. Тэхён не сильно заботится о своём здоровье, и точно бы не стал отказываться от десерта, но сейчас он считает каждую копейку. Он не может ограничивать Чонгука, ведь всё, чего ему хочется сейчас — это купить ему что-то более дорогое, чем приставка этого Сагэ. И он знает, что Чонгук давно мечтает о кольце с гравировкой их инициалов.

***

Всего месяц требуется для того, чтобы их отношения начали разлетаться в щепки. Не сказать, что они крепко держались. Чонгук видит каждую мелочь, поэтому начинает волноваться, когда Тэхён пропадает целыми днями. Раньше он всегда приходил на ночь. Даже когда употреблял, чёрт возьми… — Я не могу, ты всё держишь в себе, всегда, твою мать! — он не выдерживает, когда застаёт Тэхёна, не спящим и не спешащим по каким-то делам впервые за целую неделю, — ты снова принимаешь? В глазах Чонгука стоят слёзы, и он так сильно зациклен на идеи того, что Тэхён снова накуривается или проводит под кайфом всё свободное время, что не замечает его огрубевшие пальцы с потемневшими ногтями. Тэхён устроился на дополнительные работы, на одной из которых ему приходится собирать ретро машины часами напролёт. — Зачем ты мне их вообще подарил, если сливаешься уже десятый раз? — Чонгук швыряет «билеты на свидания» в сторону Тэхёна и, схватив полу-пустой рюкзак, выбегает в одной футболке на лестничную клетку, громко хлопая дверью. В их квартире снова становится тихо. Как и в тот раз, когда Чонгук сбежал на пару суток. — Чёрт… — как и тогда, шепчет Тэхён, потому что ему просто не хватает сил на то, чтобы сделать это громко. Он так сильно хотел сделать Чонгука счастливым, что в итоге вновь подарил ему боль. И неизвестно, кому теперь больнее.

***

Они снова склеивают осколки их любви в уродливую и нелепую кашу. Чонгук возвращается в тот же вечер. И с последней истерики проходит ещё две недели. — Я верю тебе, — отвечает Чонгук, когда его снова убеждают в том, что всё в порядке. Тэхён в порядке. Он истощён и убит где-то внутри, но снаружи он целует веки Чонгука перед сном и позволяет ему закасать свои рукава, чтобы убедиться в отсутствии порезов. Чонгук ластится к нему, словно котёнок, выпрашивая хоть каплю внимания. Он сам уставший после учёбы и податливый, буквально растворяется в объятьях Тэхёна. — Давай немного расслабимся, — просит Чонгук, ещё крепче обвивая парня ногами и руками. Он целует шею Тэхёна, и тот тихо вздыхает, потому что он знает, что означает «расслабиться». Чонгук говорит так, когда хочет заняться любовью. У Тэхёна нет сил, но Чонгук раздевает его самостоятельно, и не оставляет выбора.

***

— Я думаю, нам нужен психиатр, — говорит Чонгук. Они снова медленными шагами доходят до пика, и на этот раз точка невозврата действительно мигает красным. Не то чтобы это прекращалось, но на какое-то время они оставили все разборки. Тэхён продолжил пропадать целыми днями, а Чонгук закрылся в себе, делая вид, что он всегда засыпал один. — Я обещаю, всё закончится, — отвечает Тэхён, и они трепетно соприкасаются лбами, закрывая глаза. — Давай закончим прямо сейчас, — неправильно понимает Чонгук, но никто даже не вздрагивает от этого предложения. Возможно, им будет легче если они отпустят друг друга. Вот только их хватки слишком жёсткие, чтобы оторваться, не задев ничего живого. — Просто дай мне время до нового года, — умоляет Тэхён, и по его щеке бежит одна, едва заметная слезинка. Она немедленно высыхает, и они снова засыпают под одним одеялом, переплетая холодные пальцы. Если бы Чонгука спросили, что в их отношениях никогда не прекращалось, он бы непременно ответил — тепло. Ему всегда так тепло рядом с Тэхёном, что он боится замёрзнуть намертво, если вдруг лишится его хоть на секунду.

***

— С Новым годом! — Тэхён потратил всю накопленную сумму на это чёртово кольцо. Оно невероятно красивое, и эта бархатная коробочка ложится в руки Чонгука так трепетно, что у Тэхёна щемит сердце. Только сейчас он понимает ценность этого подарка. Он ведь даже на одну сотую не стоил того, что он сделал с ними. — Что это? — Чонгук плачет, когда ему на палец надевают его самую заветную мечту. — Давай поженимся, — шепчет Тэхён, и хочет добавить что-то ещё, но они снова понимают всё без слов. И всё что Чонгук делает, это просто начинает бить Тэхёна, едва ли причиняя ему хоть каплю боли. — Ты такой дурак, — сквозь всхлипывания и заикания говорит Чонгук. У них стоит небольшая симпатичная ёлка с разноцветными шариками и прошлогодней гирляндой. И они обнимаются всю ночь, когда наконец-то понимают, что всё закончилось.