Одно желание на двоих

      Какой прекрасный день! – прозвучал звонкий голос в моей голове, и сразу стало понятно, что этой ночью мне снова не уснуть. Я не знал точно, сколько эти мучения уже продолжаются, но залегшие темные круги под глазами, да и образ угрюмого потрепанного парня стали моими особенностями.       Я засыпал на ходу, когда ехал в метро, когда садился за очередной перевод статьи или документа, на переговорах или в деловой поездке, словом, каждый раз, когда приходило время работы. Отсюда я понял, что мы в разных часовых поясах. Я и предназначенный мне судьбой.              К моему сожалению, мне моя работа нравилась. Да, я не был кем-то выдающимся, знаменитым или до одури богатым, на мой взгляд. Но я был доволен тем, чем занимался. А как мало людей в настоящее время находят себе дело по душе.              Я не помню, когда я первый раз услышал его голос. Это было точно после моего совершеннолетия. Официального американского. Зато запомнил особенно день, когда понял, что этот голос звучит у меня в голове, а не во всеуслышание. Я был на очередной встрече с потенциальным поставщиком вместе со своим менеджером по продажам. Мы обсуждали, как будем осуществлять поставку – напрямую или через посредника. Когда я услышал какой-то вскрик, а затем тихий успокаивающий шепот. Резко обернувшись и оборвав тем самым вопрос поставщика, я поставил всех в недоумение. Но в первую очередь себя. Я не придал значения этому – вдруг кто-то на производстве поранился, и ему пришли на помощь. В то время мне казалось, что все это слышат. Как голос прохожего. И тем же вечером, только за выпивкой с другом я и узнал, что этот голос звучит только в моей голове, когда мы были вдвоем, но в разговор вмешался третий.              Казалось, я сходил с ума. А как объяснить это иначе? Не все же слышат голоса у себя в голове. Чаще это происходит проще – хватает одного взгляда, чтобы понять – вот она моя вторая половина. Сколько историй я слышал об этом: «меня так впечатлили ее глаза, я будто тонул в них», «его цвет голос так манил, а эта морская синева напоминала о лете», «взглянув на него, я сразу понял, что он тот самый» и еще бесконечное множество вариаций на тему. Мысленно передернулся от побежавших мурашек. Я хотел упрекнуть всегда собеседников, что звучит наигранно или слишком слащаво. Но смотря в такие искренние глаза и видя их улыбка, я держал свои рассуждения при себе. Лишь поздравлял коллег, радовался за товарищей и лучшего друга, и слабо верил, что со мной может произойти что-то подобное. Не говоря уже о чувствах.              Я стал изучать вопрос более подробно, возможно ли, чтобы мы слышали друг друга вместо этого «ясного взгляда», но статей и мнений было немного. Такие случаи считались редкими и зачастую встречались только тогда, когда половинки были разъединены настолько, что иначе им не встретиться. Природа подталкивала и искала возможности. Возможно, так и было у нас.              И если сначала я слышал просто обрывки, иногда просто фон, то чем дальше шло время, тем чаще он стал появляться в моих мыслях. Я уже слышал его не только в каждодневной рутине, его речь прерывала меня в самый неподходящий момент, будила по ночам и лишала сна. Мне больше не хватало ночных часов, чтобы восстановить силы. Поэтому выбора уже не оставалось – пришлось сменить стабильную пятидневку на временный гибкий график, а вместе с тем, покинуть излюбленное место в компании. Таким оно казалось на тот момент. Может просто устраивало.       Мысль стать фрилансером появилась как-то внезапно, и не казалась пропащей. Поэтому поискав денек-другой возможные варианты, я остановился все на тех же переводах официальной документации, что было близко мне. Литература, хоть и привлекала своим масштабом, казалась пугающе затратной по времени. Я не боялся использовать множество часов на перевод художественных оборотов и погружения в небывалые миры. Скорее я переживал, что мой график вновь пойдет по косой из-за него одного, по ту сторону океана. А брать ответственность за просроченный дедлайн по книге – было бы роскошью. Хотя это не мешало задуматься освоить курс дизайна. А что? Время есть, благо документации набиралось всегда немного. Да и некоторые дизайнеры весьма успешны и неплохо так зарабатывают. И это к тому факту, что мое далекое чудо тоже было дизайнером. Может здесь хоть мог, чем помочь.              Появилось время и на развлечения, коими я пренебрегал пару лет. Просто в один момент перегорел, и все. У меня появилось необычное увлечение: я стал писать "шутки". Небольшие зарисовки и юморески. Некоторые из них я даже отдал начинающим ребятам в стэнд-апе.              В личной жизни же никак подвижек я не сделал. Как говорили друзья, в праведники заделался. Шутили, мол и целибат блюду. Я молчал. А что сказать, если так и есть? Хотя скорее, что так вышло, и мне не хотелось этого. Да и, вроде вторая половина у меня все-таки была.       Так я стал жить ночной жизнью во всех смыслах.              На какой-то момент я задался вопросом, почему только я должен подстраиваться под этого. Ведь он даже не пытается что-либо менять, живет себе, наслаждается всем. Но даже тот заряд энергии, который я получал от его слов в голове, складывал о нем впечатление, как о гиперактивном. Говорят же, шило в заднице. Вот, похоже это как раз про него. Так что, мой размеренный образ жизни просто ему поддался и подавился. Искать же его я отказывался, да и как, если всю информацию, которую я о нем получал, давала смутное представление о нем, неполное и не до конца ясное. Общее, но без деталей.              С сегодняшнего дня я в отпуске! Как чудесно! Я могу столько всего…       Сколько счастья-то! Будто премию Оскар выиграл! Но я понимал его. Как-то ранее я тоже с наслаждением ценил дни отдыха. Они заряжали энергией и дарили новые впечатления. И неважно, где ты проводишь их. Главное, ведь как.              Я его слышал теперь часто. Почти каждый день по несколько часов стабильно. Это не была связная речь, или что-то вроде диалога. Скорее вырванные из контекста слова и фразы. И даже так я был в курсе всего, что происходит у него в жизни, в общих чертах.              Я знал, что он еще учится. На последнем курсе института. А все свободное время отдавал на подработку в крупной компании. У него много друзей, с которыми он проводит огромное время. Но самыми близкими людьми считает только свою семью и кота Петровича. Странное имя для кота, как по мне. Но этот парень – творческая личность, поэтому странности составляют часть его жизни.       Он нереально позитивный, с пропеллером, казалось, и довольно наивный. Он верит людям. И сколько они его не обманывают, не предают, он все равно ищет в них хорошее, защищает и помогает. Как таким можно быть? У меня не укладывается в голове.       А еще он любит писать небольшие рассказы. Ни разу не слышал об этом чего-то конкретного, но то, что это вызывает у него восторг, заметил. Интересно, а рисует он тоже хорошо? Как дизайнер он должен уметь. Я бы посмотрел. Возможно.              Но я не слышал ни одного упоминания названия компании или университета. Он также молчал и про город. У себя в жизни, как я замечал, я часто использовал упоминание компании, в которой работал. Или город. Но не моя вторая половина.              А еще он меня не слышал. Конечно, есть вариант, что он просто не замечает, или воспринимает как внутренний голос. Но ни на один мой мысленный вопрос, обращенный к нему, парень не ответил. Озвученный вслух тоже. Неприятно осознавать, что только я тут страдаю от голосов и нестабильного сна.              Пожалуй, мне стоит сегодня отоспаться наконец. И выключить все телефоны.       Я никогда не был так рад это слышать. Если он на том конце засыпал, меня тоже одолевала сонливость. И никакой кофе с энергетиками не спасали. Сейчас чувствую острую необходимость наконец поспать пару часов, я воспринял это как манну небесную. Но это возможно только мое мнение, на том же конце сразу спать ложиться никто и не собирался.              В это же мгновение я почувствовал тепло как от касания. Это было странно. Будто кто-то коснулся сначала дотронулся до плеча, легким ветерком проскочил по груди и остановился в районе талии. Я вздрогнул. Температура воздуха же напротив опустилась на пару градусов. Или это я стал печкой. Как появилось тепло, так же быстро и непонятно оно исчезло. А вместе с ним сонливость. Черт возьми. Я завозился на кровати и поднялся.              Выглянул в окно. Там на горизонте разворачивался пейзаж одного, возможно, из самых зеленых американских городов. Порой его еще по-доброму могут называть хипстерским городом. Особенно местные жители, которые в шутку могут так описать город проходящему туристу. Он, конечно, не такой большой, как Лос-Анджелес или Сиэтл, не говоря и про Нью-Йорк. Этот город привлекает не этим. И любители шумных мест с огромным количеством людей и автомобильного гула в бесконечных пробках не смогут оценить его по достоинству.              Мне, как жителю культурной столицы России, здесь так и вовсе было как дома. Слишком привычно. Особенно погода. В Портленде она схожа с питерской, такая же дождливая. И порой кажется, что вот – час назад ливень прошел там, а через мгновение – он дошел и досюда. Хотя скорее по погоде нас разделяли несколько дней. Серость на такую же мрачность мог только я разменять, убегая от прошлого. Но бывает и «светлая сторона» у города, когда в летний сезон и в моменты самой ранней осени прохожие снуют по улицам, вдыхая аромат цветов и свежести. Но если вдруг устаешь от этого среди года, всего пару часов на машине в сторону Калифорнии, как например, и уже нежишься в тепле и наслаждаешься солнцем.              По душевному настроению города слишком разнились. Несколько свободный и даже где-то сумасшедший Питер с его невероятной культурой и историей не шел совершенно в сравнение с чуть даже провинциальным Портлендом. Здесь было спокойнее, несмотря на пустые слухи, что «в тихом омуте – черти водятся». Не без фриков, которые могли встречаться за редким случаем. Мне хотелось этой тишины и спокойствия. Здесь я это нашел. И это подкупало.              Взглянув еще раз на пейзажи старого города, я направился к письменному столу.       Стой! Подожди!       От неожиданности я остановился как вкопанный посреди комнаты. Я не с первой минуты осознал, что только что произошло. Я стал очередным слушателем разворачивающейся истории по ту сторону. Его голос звучал пронзительно. Как окрик кого-то с желанием, чтобы его услышали и остановились. Я поежился, сгоняя наваждение, что это предназначалось мне.              Сна так и не было ни в одном глазу. Похоже он все-таки не лег. Кинув идею отоспаться, я сел за перевод очередной сделки. Настроившись на рабочий лад, я сделал погромче музыку в уже полюбившемся Spotify. Сегодня плейлист утверждал, что у меня лирическое и немного меланхоличное настроение, подбирая музыкальные дорожки, похожие под копирку одна на другую. Я усмехнулся. Мне же легче. Такая музыка не отвлекает, наоборот, дает возможность сосредоточиться на деле. Будь это рок-композиция или динамичный поп, захотелось бы начать двигаться в такт или отщелкивать карандашом бит. А как начнешь – так и не закончишь вовсе.              Текст обретал форму и находился потаенный смысл, который искал один из моих заказчиков - Рифферсон. Он не хотел явно попасть впросак, не зная языка. А понимая все нюансы и скрытые лазейки, он точно сможет выторговать лучший товар высшего качества и по низким ценам. Рифферсон, по имени, к счастью, не приходилось его звать, был тем еще дельцом. Я не уставал этому удивляться, сколько времени бы не прошло. Нас свела жизнь как раз на самом старте его деятельности, даже идее, чем подарила мне быстрый рост и перспективы в дальнейшем, а ему талантливого юриста и переводчика-референта. Я знал и мог свободно общаться на трех иностранных языках – английский, немецкий и испанский. Португальский поддавался логике, и я довольно легко его освоил, но говорить так же свободно не выходило. Риффесон же знал, как правильно и куда вкладывать, что немаловажно для будущего стартового капитала и развития бизнес. Сколотив небольшое состояние, он смог открыть свою собственную фирму, сделав себя своим партнером. Долгих 6 лет в бизнесе мы рука об руку шли с ним, но в конечном итоге мне пришлось покинуть его. Обиды было не счесть моему партнеру. Но как хороший друг он меня понял. Да и расставаться навсегда нам не пришлось – я все так же по его просьбе «вмешивался» в его контрактные сделки и порой чихвостил подрядчиков.              А дружба наша свелась как раз на его любимом имени. При рождении, как шутил Рифферсон, его регистрировал пьяный врач. Как так вышло, в именитой больнице да при должном вмешательстве его семьи, попросту связям, никто толком не может сказать. Факт оставался фактом: вместо милого мальчика Кайла, в его документах сияла прекрасная надпись – Кайли. А второе имя в честь любимой бабушки довершил это дело. Так, мой друг стал Кайли Кристен Рифферсон. И все бы ничего, но в мире жестоких подростков имя стало как черная метка или красная буква «А». Над тогдашним юношей издевались и пытались выжить из коллектива. Привычная ситуация, к сожалению, в американских школах. В очередной потасовке я вмешался и загородил парня собой. Это было импульсивное решение стать перед толпой агрессивных зачинщиков. С вполне ожидаемым результатом. Нас били теперь вдвоем. И стоило мне, как и ему, дюжине синяков и порезов, а ему еще и сломанной руки. Но раз за разом мы учились давать отпор, наша маленькая банда росла и вместе с ним – наше влияние. Вскоре даже самые отчаянные обходили нас стороной – так, от греха подальше. Учеба и совместные драки сплотили меня с Рифферсоном. И если изначально я старался держаться как-то особняком, то этот парень нашел во мне почти что отдушину. Тогда его даже мой скорый отъезд на родину не останавливал.              Как же я не хотел уезжать, меня страшила мысль, что я вернусь в свой город к тем людям, что меня ждали. Не родители, нет, с ним все было еще мирно. Скорее окружающие. И если бы не тот же Рифферсон и его семья, которые помогли мне закрепиться здесь и на время даже стали опекунами, я бы возможно проживал не самую лучшую жизнь. За это я был бесконечно им благодарен, и ему в особенности.              Где же…       Ворвался знакомый голос в ворох моих воспоминаний, возвращая на землю. Я зевнул, убеждаясь, что время летит быстро и усталость делала свое дело. Поставив точку в финальной версии документа, я направила Рифферсону файл с красными пометками, на что обратить внимания, а что и вовсе убрать. Закрыл крышку ноутбука и направился пару часов поспать.              Не вижу четкого…       Снилось мне что-то поистине удивительное. Как человек, который довольно давно, если не никогда не видел отпуск, я наслаждался каждой минутой разворачивающейся передо мной картиной. А наслаждаться было чем. Перед глазами открывался чудесный вид на море. Вода была лазурного цвета и мерно колыхалась на ветру. Под ногами ощущался нежный песок. Он не обжигал, а согревал. И хотелось пробежаться по нему, растягивая удовольствие. Осмотревшись вокруг, я видел ярко-зеленые пальмы и тропические растения. Эта зелень притягивала взгляд, а встречающие фрукты манили своей сочностью и красотой. Сорвав красно-оранжевый персик, я впился в него так яростно, будто жажда одолевала меня несколько суток кряду. На вкус – сладкий мед. Я щурился от солнца, вглядываясь в небо. Ни облачка. Я скинул майку со сланцами. Хотелось быстрее окунуться в объятия водной глади.              Ммм… ах…       Сквозь толщу сна раздалось в моей голове. Этот голос я мог, казалось, уже узнать везде. Голос того, кто не давал мне покоя нигде и кто сейчас так сладко стонал.              Не хватает….       Картинка прекрасного острова начала меркнуть, исчезая перед моим взором. Еще мгновение - и я вынужденно открыл глаза. Сон исчез так же быстро, как и голос в моей голове. Вопрос, что он делает, для меня был риторическим. И это безумно раздражало. На часах был 11:00, и где-то на фоне радиоприемник вещал о новостях региона. Я тяжело вздохнул и пошел заваривать кофе. Похоже, день будет тяжелым.              Сколько это будет еще продолжаться…       Мне тоже было это интересно, но на мой вопрос ответа не было.