Однажды в Рождество

— Почему бы нам не сыграть в «7 минут в раю»? Вечеринка началась всего пару часов назад. Иссей не был уверен, что выпил достаточно для подобных игр, но все буквально загорелись азартом, так что его мнения никто не спрашивал. Комната оживилась. Люди начали обсуждать как все устроить. Матсукава не хотел принимать в этом участия. Он открыл себе новую бутылку пива и плюхнулся на диван. С ним рядом сразу же приземлился Ханамаки. — Сегодня очень много народу. — Это все чертов Ойкава, — Матсун нашел его взглядом. Тоору во всю лип к Сугаваре и чуть ли не вис на нем. — «Я просто хочу провести рождество со своим парнем! Кто знает, сможем ли мы отметить его вместе после выпуска? А вечеринку мы можем устроить в любой другой день!» — Ханамаки спародировал голос Ойкавы. Иссей рассмеялся и отпил из бутылки. Они пытались найти компромисс целую неделю. Рождественские вечеринки в Сейджо были их традицией, да и никто не хотел упускать возможность последний раз встретить рождество с нынешними третьегодками. В итоге Иваизуми предложил просто пригласить Сугавару к ним, чтобы все остались в выйгрыше. Вот только он не учел, что с Коуши придет еще половина Карасуно, а с ними — ребята из Некомы, а те позвали Фукуродани. В итоге маленькая вечеринка разрослась до невероятных масштабов. Ханамаки слегка тронул Матсуна за плечо, возвращая в реальность. Все пытались разместиться в комнате так, чтобы получился круг. Было решено выбирать «жертв» с помощью бутылочки. Куроо встал в центре комнаты и стал рассказывать правила, которые они придумали. — Так, мы все здесь взрослые люди, правила игры знаем. — Все в комнате наконец уселись и затихли. — Выбираем двух человек с помощью бутылочки, отправляем их в соседнюю комнату и запираем на семь минут. Только им известно, чем они будут там заниматься. — Разве есть вообще смысл в этой игре? Половина присутствующих встречаются, — казалось, что Акааши озвучил мысль, которая никому до этого не приходила в голову. — Что за пошлые мысли, Акааши? Никто не запрещает вам семь минут вести душевные разговоры, — Куроо ухмыльнулся. Кейджи закатил глаза, но больше ничего не сказал. Ячи предложила установить правила о том, что можно, а что нельзя делать парочке, но все отбросили ее идею моментально. Только спустя несколько минут, когда девушка уже чуть ли не плакала, до всех наконец дошло: она переживала, что кто-то спьяну может начать распускать руки. В итоге было решено, что девушек нужно будет спрашивать, какой «уровень доступа» они дают. Сошлись на четырех: при уровне «a» можно только разговаривать, при уровне «b» — подержаться за руки, уровень «c» дает чуть больше свободы, но все еще в пределах разумного, и, наконец, уровень «d» снимает какие либо ограничения совсем. И ежу было понятно, что уровень «d» никто не даст, но Ойкава не мог его не предложить. Спустя минут десять все наконец уселись, и бутылочка пришла в движение. Первыми в комнату отправились Хината и Нишиноя. За время решил отвечать Танака. Парни отправились в соседнюю комнату. В ней плотно завесили окно, так что единственным источником света была только гирлянда на стене. Семь минут пошли. Все затихли, так как старались услышать, что происходит в той комнате. Кагеяма казался недовольным, но не больше, чем обычно, а вот Кенма слегка ерзал на месте. — Слушай, Матсун, как думаешь… Договорить Ханамаки не смог. С диким воплем из комнаты вылетел Шое и тут же спрятался за подорвавшегося Кагеяму. Из комнаты, едва не падая от хохота, вышел Нишиноя. Он смеялся так сильно, что не мог сделать вдох. Все были озадачены происходящим, но ничего не спрашивали. Только лишь Танака оповестил, что прошло всего две минуты. — Нам тоже нужны уровни, — это было единственным, что смог выдавить из себя Хината. После этой фразы Ноя зашелся в новом приступе смеха. Прошло по меньшей мере минут десять, прежде чем все наконец успокоились и Нишиноя смог рассказать в чем было дело. — Сначала мы были максимально далеко друг от друга. Я был у окна, а Хината, как позже выяснилось, сидел на кровати. Мне сначала показалось, что так все семь минут мы и проведем, но… — Ю вновь начал хихикать, но постарался взять себя в руки. — Короче, я решил тоже сесть. Ну, и случайно задел его ногу. Хината выглядел максимально убито. Он продолжал цепляться за руку Кагеямы и смотреть в пол. — Он подпрыгнул, как ужаленный. Это показалось мне забавным, поэтому я коснулся его еще раз, но уже намеренно. Он снова вздрогнул. Вот и решил устроить ему тест на выдержку. — Справился он плохо, судя по всему, — сказал Ханамаки, и в этот раз уже большая часть присутствующих зашлась в хохоте. Своими действиями Нишиноя открыл ящик пандоры. Теперь почти каждая парочка пыталась проверить друг друга на прочность. — Ладно, это уже начинает мне наскучивать. Думаю, надо заканчивать, — сказал Куроо после того, как из комнаты вышли дико довольные Ойкава и Сугавара. — Но еще ведь не все ходили. — Разве? — Матсукава очень зря решил подать голос. — Да. Как раз ты и не ходил. И Ханамаки тоже. — Что поделать, раз я такой удачливый, — Такахиро самодовольно улыбнулся и отпил из стакана. Они с Матсуном по прежнему сидели на том самом диване, как и два часа тому назад. — Что поделать? Брать Матсуна под ручку и топать в комнату за вашими минутами счастья, — стоило Танаке это сказать, как все подхватили. Ханамаки было слишком лень отмазываться, поэтому он просто встал и пошел в комнату. Иссею ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Дверь закрылась. Семь минут пошли. — Да не напрягайся ты так. Посидим здесь семь минут и вернемся на диван. — Такахиро плюхнулся на кровать и раскинул руки в сторону. — Я не напрягаюсь. Минута прошла в тишине. Иссей пытался разглядеть обстановку комнаты, но света тусклой гирлянды явно не хватало. Вдруг Такахиро приподнялся, оперевшись на локти. — Слушай, Матсун, а какой бы уровень ты мне дал? — Иссей не мог этого видеть, но на лице Ханамаки играла усмешка. — Что за глупые вопросы. Тебе бы я спокойно дал уровень «d». — Правда? Не врешь? — С чего мне врать. Матсукава едва успел заметить какое-то движение сбоку от себя, как тут же оказался прижатым к стене с чужими руками по обе стороны от его головы. — Что ты делаешь? — Ты дал мне полный доступ, разве нет? — Ханамаки приблизился так, что их носы почти соприкасались. Иссей мог чувствовать чужое дыхание у себя на губах. — Тоже решил проверить меня на прочность? — Матсукава отвернулся. — Готов признать поражение уже сейчас. Такахиро пропустил его вопрос мимо ушей. Он взял Иссея за подбородок и снова повернул на себя. Не отпуская руки, Ханамаки несколько мгновений, которые показались Иссею вечностью, всматривался в его лицо, а затем резко отпустил и сделал два шага назад. — Почему ты так себя ведешь? — Как я себя веду? — Матсун тут же воспользовался возможностью и отошел как можно дальше. — Странно. Вот как. Они опять замолчали. Ханамаки ждал, что Иссей что-то скажет, но тот даже и не думал об этом. Он просто мечтал, чтоб эти семь минут скорее закончились. К сожалению, время как назло тянулось невероятно медленно. По ощущениям они здесь уже не меньше получаса, но в дверь все еще никто не ломился. — Слушай, ну, нормально же общались. Поговори со мной. — Все в порядке, Макки. Ты выдумываешь. — Он не выдумывал. Но это все равно не значило, что Матсун собирается говорить об этом. — Дело в том вечере? Ночи, если быть точнее. — Такахиро повысил голос, но, увидев как вздрогнул Иссей, постарался взять себя в руки. Если он будет слишком агрессивным, никакого разговора не получится. — Разве не ты сто раз повторил, что все будет нормально, это ничего не изменит? Ты буквально уговаривал сделать это. Матсукава что-то ответил, но Ханамаки не смог разобрать и слова. — Что? Ты бы еще тише сказал, нет, серь… — Я и без тебя знаю, что облажался! — Иссей буквально выплюнул это. Он провел рукой по волосам и стал ходить по комнате туда-сюда. — Я был уверен, что это ничего не изменит. Правда. Но оно изменило. И я ничего не могу теперь с этим сделать. Под конец его голос опять стих, запала энергии хватило ненадолго. Ханамаки сделал шаг в сторону Матсукавы, но тот тут же отступил. — Ну, да. Назад не откатишь. Переспать-то мы уже переспали. Последняя фраза Такахиро повисла в воздухе. Матсукава снова отвернулся к окну, надеясь, что разговор не продолжится. Он бы сделал, что угодно, чтобы стереть ту ночь из своей памяти. История стара как мир. Два лучших друга напились до потери сознания и решили, что отличной идеей будет переспать. Так же все делают, правда? Ханамаки в ту ночь до последнего сомневался. Казалось, что вся эта ситуация даже его отрезвила, но Матсукава изо всех сил уверял его, что это ничего не изменит. Такахиро поверил. И что теперь? С той ночи прошел месяц, а Иссея будто подменили. В компании он остается прежним, но вот стоит им остаться вдвоем, как он тут же становится холодным и отгораживается. Ханамаки решил, что поможет время. Если он будет себя вести, как обычно, делать вид, что ничего не произошло, то рано или поздно прежний Матсун вернется к нему. Но дни шли, а становилось только хуже. — Слушай. Если ты жалеешь, то… — Нет, — Матсукава тут же повернулся к нему лицом. Гирлянда мигнула и отбросила неровную тень на лицо Иссея. Ханамаки показалось или он действительно увидел на нем огромную боль? — Тогда в чем дело? В чем проблема? — Такахиро снова сделал шаг вперед. В этот раз Матсун не стал отступать. — Да как ты не понимаешь, — он обреченно вздохнул. — В этом как раз и есть проблема. Я переспал со своим лучшим другом и вместо того, чтобы испытывать стыд и желание забыть все, я думаю о том, что был слишком пьян и помню это недостаточно ярко. — Ты хочешь сказать, что… — Ханамаки остановился на расстоянии вытянутой руки. — Алкоголь не подкидывал мне эту идею. Он лишь дал смелости наконец предложить это, — Матсукава сделал шаг вперед. Они вновь оказались нос к носу. В комнате было слишком темно, да и Ханамаки стоял спиной к гирлянде. Иссей не мог разобрать выражение лица Такахиро, о чем он думает. Макки же напротив видел все очень ярко. Эмоции Матсукавы менялись с космической скоростью. Неловкость, паника, печаль — так много всего. — Если дело только в этом, то у меня есть решение. Матсун не успел спросить какое. Ханамаки аккуратно взял его лицо в свои ладони и медленно поцеловал. Их губы едва шевелились. Это было похоже на первый неумелый поцелуй подростков, но никто не спешил углубить его. По закону жанра, именно в этот момент дверь в комнату распахнулась и внутрь почти ввалился Ойкава. — Черт, вы не устали тут сидеть? Танака уснул, поэтому никто не следил за временем. Вы здесь уже почти час. Глаза Тоору наконец привыкли к темноте и он смог разглядеть, что парни стояли максимально близко друг к другу и оба с раздражением смотрели на него. — Что здесь… — У нас тут уровень «d», Ойкава. Не мог бы ты свалить? Тоору не пришлось повторять дважды. Он ухмыльнулся и с ехидным «развлекайтесь» тут же скрылся за дверью. — Хэй, Макки, не хочешь сходить на свидание? Ханамаки еще раз поцеловал его. На этот раз было коротко, но куда жарче. Такахиро сделал несколько шагов назад и, когда его ноги коснулись кровати, поманил Иссея рукой. — Только после того, как освежим твои воспоминания.