Глава 15
6 мая 2025 г., 21:09
Ученые, сидя в своём гараже, отчаянно пытались починить погнутую Киллером дверь. Понятное дело, что её нужно было снимать, но эта задача казалась им невыполнимой, ведь они учёные, а не механики.
— Чёрт! Да как она прикручена?! Божьей помощью?! — ругался Раст, осматривая гаражную дверь.
— Вполне возможно. Всё же Инк художник, а не механик и мог допустить «неточности», — выдохнув, сказал Санс, что устал от вечных поломок всего и вся.
— Была бы тут Мигель, то управились бы со всем за пять минут максимум, — раздражённо подметил Раст, а затем загрустил. — Я так скучаю по моей любимой девочке… И вроде я понимаю, что не виноват, но не могу отделаться от мысли, что просто позвонил ему её забрать…
Саенс хотел погладить Раста по плечу, но вместо этого стал его дёргать. Парень поднял глаза и увидел свою жену, свою Мигель. Та шла в окружении чем-то опечаленных хранителями.
— Мигель! — выкрикнул Раст после чего побежал к ней в объятия. — Ты жива! Цела! — Парень всё никак не мог нарадоваться столь внезапному воссоединению, потому безъустали расцеловывал рыжую девушку в его объятиях.
— Хе-хе! Я тоже рада тебя видеть, мой хмурик-Растик! — хихикая, согласилась та.
Саенс, предвкушая скорую починку двери и их перерыва, взял свой кофе со стола и стал пить его. Раст же, даже не отойдя от первоначальной радости, стал задаваться вопросами.
— Но… Как ты выбралась? Или… Кто вызволил тебя? Кого мне благодарить?!
— Не знаю. Спроси это лучше у них, — указала девушка на хранителей, — но мне кажется, они не в самом лучшем расположении духа.
Мигель ещё мягко сказала… Кросс и Дрим были разбиты и постоянно находились на грани слёз. Кросс все время шмыгал носом, а Дрим пытался улыбаться, но у него это плохо получалось. Инк из троицы был единственным, кто мог хоть что-то более-менее делать.
— Хей, Инк, — обратился Раст к Инку. — Что они такие хмурые?
— Блу умер, — дрожащим голосом произнёс Кросс
— Ну так мы знаем, — Раст вздохнул — Вы всё также переживаете о его превращении в ошибку? — с сочувствием сказал парень
— Блу… он… — Дрим запнулся, не в силах произнести это. — Его больше нет.
— Да я знаю! — уже более раздражённо произнёс Раст. — Инк, что с ними?! Объясни!
Инк от крика на него вздрогнул, а после отведя взгляд сказал.
— Так они уже сказали. Блу умер — был убит. Растворился, — произнёс хранитель непринуждённо.
Мигель, услышав это, обернулась к хранителям и вместе с Растом смотрели на хранителей, так будто те были одеты в клоунские костюмы. Саенс же, услышав ответ Инка, подавившись, выплюнул свой кофе. Кофе брызнул во все стороны, попадая на стол и другую аппаратуру.
— Блу, что?! — в шоке прокричала троица, не веря в услышанное.
***
Найтмер и Киллер сразу после победы отправились к себе в дворец, ведь второму была крайне необходима медицинская помощь. Опять. Киллер почти не чувствовал рук. Те казались ему чугунными, неподъёмными. Руки и во время боя не слишком хорошо себя чувствовали, а после того состояния «машины для убийств», когда их не щадили, и то хуже. Найтмер же используя бинты и магию пытался хоть немного исправить эту ситуацию, но чужим руками всё ещё нужен был отдых, который они более чем заслужили. И всё же Найтмер посчитал вполне уместным прийти вместе с Киллером к Расту и Саенсу. Всё же те понесли от них ущерб, который мог закрыть для них путь в город, а также создать ненужных врагов. Им и так хватает. К тому же учёные всегда были ценны не только для хранителей, но и для плохишей. Постучавшись в новую металлическую дверь, Найтмер вполне ожидал криков в их сторону, но не волновался. Привык. Киллер слегка нервничал, но по большей части успокаивал себя тем, что часть вещей всё также была при нём, а именно банка с пинцетом, которые он мог наконец вернуть и остудить чужой гнев хотя бы на градус. Дверь открыл Раст. За его спиной стояли Саенс, разговаривающий с Дримом, и Мигель. Найтмер не стал дожидаться вопросов и сразу перешел к делу. Вежливо и спокойно: — Здравствуйте. Мы по поводу ущерба. — УЩЕРБА?! — поражённо крикнул Раст — ВЫ ХОТЬ ПОНИМАЕТЕ ЧТО СДЕЛАЛИ?! — Сломали дверь, украли и скормили душу, украли- — начал перечислять ущерб Киллер, тот, кто и нанёс его. — ДА Я БЛЯТЬ НЕ ПРО УЩЕРБ! — ошарашил парочку Раст. Найтмер и Киллер сильно растерялись. — А про что тогда? — спросили Киллер и Найтмер одномоментно. Дрим, услышав крики, отвлёкся от разговора с Саенсом, попытавшись вклиниться в разговор, однако слова давались ему через усилия. — Просто… Есть… — Дрим заметив собственную ошибку поспешил исправить самого себя — Точнее было одно негласное правило. Закон. У учёных не было терпения дожидаться, когда Дрим наконец всё произнесёт, потому те сами спросили то, что хотели, и то, что волновало. — ВЫ КАК, БЛЯТЬ, ОШИБКУ УБИЛИ?! Найтмер пожал плечами, словно это было обыденным делом. Киллер же с улыбкой произнёс. — Ну, знаете, как говорится, «увидел Руткита — убил Руткита». — Киллер вопросительно поднимает бровь — В чем проблема? — Мне кажется, ваши товарищи не понимают, что сделали… — вздыхает Раст, в ярости сжимая кулаки, готовый вновь сорваться на крик. — И это после того как вы здесь меньше недели! — Саенс, как всегда, пытался вернуть себе привычное спокойствие, но в его глазах читался шок. — Всего три дня! — Среди путешественников было всего сука две парадигмы на счёт ошибок. — начал Раст — Первая, что найти логово Руткитов НЕВОЗМОЖНО. — Что невозможного-то? Сложно да, но не невозможно. — вопросил Киллер — Ну тут соглашусь… да. В теории это возможно — согласился Саенс, а после нахмурился — Только вторая парадигма звучит как-то, что «Ошибку. Нельзя. Убить.». — не выдерживая эмоций Саенс вновь срывается на крик: — Даже теоретически, гипотетически, метафорически или как-либо! Просто невозможно, ведь при достижении 0ХР они уходят на перезагрузку и возвращаются из неё целые как огурчики! Киллер и Найтмер переглядываются. Их глаза горят от восхищения и какого-то еле уловимого понимания насчёт друг друга. Оба улыбаются друг другу… Нежно. В этих улыбках — отражение взаимного восхищения, нежности и… надежды. — Я горжусь вами, босс. — говорит Киллер довольно улыбаясь, и в его глазах — восхищение и обожание. Глаза Найтмера на мгновение расширяются, словно Киллер сказал нечто большее, чем просто слова. Затем его губы трогает легкая, почти незаметная улыбка. Несколько долгих секунд они просто смотрят друг на друга, и в этой тишине слышно больше, чем в любых словах. Найтмер усмехнувшись, словно в ответ на невысказанные слова, глядя Киллеру в глаза, кладет руку на грудь, словно на сердце, и мягко отвечает. — Благодарю. Дриму со стороны казалось, что слова «я горжусь тобой» были не только про восхищение ими друг другом, а намного более глубокими и личными, как своеобразный способ признаться в любви, понятный только им. Он чувствовал сильную связь между ними, но понимал, что эта связь — как айсберг, лишь малая часть которого видна на поверхности. — Получается, мы сделали работу хранителей лучше чем хранители? Лол! — довольный собой спросил Киллер. — Не знаю насчёт работы, но то, что вы убили неубиваемое, уж точно. Можете гордиться собой, — ответил Дрим, выдавливая из себя улыбку. Она получилась кривой и неестественной, словно маска, натянутая на уставшее лицо. Найтмер взглянул на Дрима и заметил, в каком подавленном состоянии тот находился. Да, на его лице была улыбка, но она была такой вымученной и неестественной, словно её пришили к его лицу. Его взгляд был пустым и отстраненным. Он словно находился здесь, но в то же время где-то очень далеко. Он был в апатии. Повелитель не успел ничего сделать, как его брат похлопал по плечу, сказав: — Мне нужно Кросса подбодрить. Думаю вы без меня справитесь. — сказал Дрим, выдавливая из себя улыбку. Ложь. Очевиднейшая ложь. В глазах Дрима не было беспокойства, там было еле уловимое раздражение. Видимо комментарий Киллера его глубоко задел и дабы не натворить делов он решил уйти. — Хорошо — кивнул Найтмер тревожась. Он подозревал что эта еле уловимая злость была направлена не только на Киллера, но и на него самого. Найтмер чувствовал, что тьма сгущалась над ним отравляя его светлое естество и от того было жаль его. Ведь он даже не мог никак выплеснуть это. Уйдя из виду, Найтмер с Киллером остались наедине с учёными, что, как назойливые репортёры, хотели узнать подробности столь сенсационной новости. — Так что было?! Как это случилось?! — вопросил Саенс так, словно был девочкой-сплетницей. — Полагаю, стоит начать с плана Киллера. — произнёс Найтмер, переводя взгляд на Киллера. — Ну… Я просто… — Киллер растерялся, не зная, как объяснить что-то простое и при этом сложное, как его план. Решил попробовать с задумки. — Я понял, что обычным способом его не найти. Тогда решил зайти с другой стороны. Выманить. Он боялся, что этот чёрт, — Киллер указал на Трояна, — сожрёт друзей, а потому решил создать видимость его побега во время праздника. Дальше я просто проскользнул за ним следом в портал, и вот я в логове. Найтмер просто переместился ко мне. — Погоди, — перебил его Раст, — вы хотите сказать, что вы намеренно создали ситуацию, в которой Руткит мог бы тебя поймать? Это довольно рискованно! Киллер кивнул, чувствуя, как волнение нарастает. Он понимал, что его план выглядел безумным, но именно это и было его преимуществом. — Риск — это моё второе имя. — гордо произнёс Киллер, попытавшись скрестить руки на груди, но быстро пожалел об этом. — Ауч! — Учёные непонимающе переглянулись. Найтмер совершенно непринуждённо взял больную руку Киллера и стал лечить её магией. Он даже не отвлёкся от разговора. Киллер от подобного жеста удивился, но возражать не стал, ведь было приятно думать, что Найтмер тратит кучу энергии на его лечение просто… так… В животе разлилось приятное тепло, а на душе стало спокойно. Он не мог понять, что происходит с ним, но ему это нравилось. — Когда мы убили Даста, то далее я подошёл к Блу, то есть Руткиту, и, усыпив его стал успокаивать. После он растворился. Я полагаю ошибки — это просто неупокоенные души, ни более, ни менее. — Получается мы всё это время неправильно боролись с ними? Занимались хернёй? — спросил Саенс, взглянув на коллегу. — Если посудить так… То ошибки ведь не лишаются разума, а сходят с ума. У них есть одержимость определённой целью, прям как у злых призраков. А также они, как и мёртвые, имеют одностороннюю трансформацию. Получается… — Возможно! Но вдруг это просто удачное совпадение? — резонно спросил Раст, что был полон скептицизма к этой идее. По его мнению в вопросе ошибок не могло всё быть настолько простым. — Да ладно тебе, Раст, — раздраженно огрызнулся Саенс. — Нельзя же быть таким упертым! Может, хоть раз в жизни признаешь, что ошибался? — Только если они это повторят! — О! Нет-нет-нет-нет! Мои руки не готовы к подобному пиздецу! — нервно, чуть ли не панически закричал Киллер. — Я ещё ближайшую неделю ни в какие бои ни ногой! Я ведь, блять, рук не чувствую, а они — моё оружие! — Киллер очевидно преувеличивал степень повреждения рук, но был прав на счёт того, что к новому бою он был, мягко говоря, не готов. — А вам и не обязательно — хитро усмехнулся Раст — У нас прямо в клетке есть Троян, который как раз является ошибкой. Убьёте его и мы вам поверим. — Ты хотел сказать, что ТЫ поверишь им. — поправил того Саенс. Найтмер нахмурился, чувствуя подвох. Он не сомневался, что у Трояна есть разум, ведь та хищная ухмылка во время разоблачения была ярким тому свидетельством, да и чтобы мимикрировать и испытывать эмоции нужно хоть немного иметь разум, однако… Что-то было не так. Троян был не просто ошибкой, как Блу, а словно чем-то совершенно иным. Киллер испепеляюще посмотрел на Раста. — Ну вот, опять убивать. Нельзя было просто сказать «спасибо»? — спросил Киллер недовольно бормоча. — Можем и даже скажу если повторите. Вам не должно быть сложно. — Раст брал на слабо и Найтмер это понимал. — Хорошо, — усмехнулся Найтмер соглашаясь на вызов. Осторожно и даже ювелирно опустив чужую руку, Найтмер отпустил ту. Ему не хотелось лишний раз причинять боль Киллеру, так что он старался как мог не стать её источником. Он видел, как Киллер совсем расслабил кисти в попытке не испытывать боль. Киллер к ней не сильно чувствителен, но ущерб был слишком большим, чтобы та была мелочной. Фактически его руки и так были в фарш, а тот усугубил своё состояние. Парень мог бы долго упрекать его за это и риск, которому он подвёрг свою жизнь, но он был слишком горд им, чтобы делать это. Киллер же не сводил глаз с этого маленького и элегантного движения. Слишком красиво. Убедившись, что всё хорошо, Найтмер подошёл к Трояну и, осторожно приблизив руки, попытался положить их ему на голову, однако тот был вынужден одёрнуть их, дабы их у него не сожрали. Тогда, раз уж ошибка не собирается добровольно давать прикасаться к себе, тот решил сделать это через силу. Найтмер нахмурился, выпустив щупальца, а Киллер же, увидев это, тотчас отвернулся. Его фантазии были разнообразными, и сейчас… Он нервно сглотнул, пытаясь подавить смущение, понимая, куда всё идёт. Учёные и Мигель, что не последовали примеру Киллера, наблюдали, как Найтмер впихивает в рот Трояна свои щупальца. Как жертва давится ими, издавая характерные звуки, и как по челюсти стекает негатив. Выглядело это жутко и тошнотворно, однако повелитель, увидев реакцию находящихся в комнате, лишь самодовольно усмехнулся. Ему показалась такая реакция забавной. Убедившись в том, что Троян не откусил руки, Найтмер приступил к делу, приложив те к чужой голове. Парень был прав в своём ощущении того, что что-то было не так. Разум Трояна… Это были огромные витражные окна, что перекрывали друг друга, создавая какофонию звуков, вкусов, образов и ощущений, а это у Найтмера был доступ лишь к негативной части памяти, половине, и оттого стало страшно, что было с разумом целиком. Поглощённые души оставляли в Трояне свои эмоции, чувства и воспоминания. Казалось, что он состоит из миллионов осколков чужих жизней, собранных вместе в хаотичном порядке. Пробираясь через них, он царапался, и собственный разум Найтмера грозился вновь истечь кровью до капли. Найтмер отшатнулся, отдернув руки. Он чувствовал сенсорный перегруз. Звуки казались слишком громкими, цвета — слишком яркими, запахи — слишком резкими. Ему хотелось закрыться, спрятаться от этого хаоса. Плотно закрыв лицо руками, он недовольно прокричал. — А-а-а! Моя голова! Слишком твою мать много! — Он не был готов к тому, что увидел в сознании Трояна. От подобного перегруза информацией кружилась жутко голова и Найтмер не знал куда деть себя. Он чувствовал, как будто его мозг пытаются вывернуть наизнанку. Учёные, что стояли и наблюдали за этим, были в растерянности. На их лицах читался страх. Они понимали, что Найтмер столкнулся с чем-то, чего они не могли даже представить. Раст попытался подойти к Найтмеру, но Саенс с Мигель остановили его, покачав головой. — Найтмер? — заволновался Киллер, вновь назвав его по имени. Он не понимал, что происходит, но видел, что Найтмеру плохо. Очень плохо. И это пугало его больше, чем всё остальное. — Ты в порядке? — Нет! — выдохнул Найтмер, пытаясь собраться с мыслями. — Это не разум! Это пиздец! — констатировал парень — То, есть вы таки не можете это сделать? — начал злорадствовать Раст. Киллер очень хотел взять телекинезом что потяжелее да стукнуть этого придурка по голове, но он выше этого. — Ага. Ща. — раздражённо ответил Найтмер не соглашаясь с Растом. — Это возможно, просто нужен небольшой передых. Стакан воды не помешал бы. Мигель будучи гостеприимной отправилась в дом за заветным стаканом. Киллер же наблюдал за тем как у босса кружилась голова и как тот чуть не заваливался. Он очень хотел упросить его не рисковать так своим разумом ради спора, но понимал, что тот не услышит его. Потому, вспомнив одну ключевую вещь сказал: — Босс, не пересматривайте всё. Ищите воспоминание о том, как и при каких обстоятельствах был он заперт в антипустоте. Найтмер был растерян таким напутствием, но прислушался к нему. Вот ему принесли стакан воды, выпив который парню становится гораздо лучше, и он повторяет свою попытку, но теперь с наставлением от Киллера. Вновь вернувшись в эту какофонию, Найтмер со смелостью отбрасывает большую часть воспоминаний в сторону, дабы докопаться до тех, что связаны с антипустотой. Их много, внимание привлекает одно. Найтмер от лица Трояна, в прошлом Холлоу, наблюдает, как он, истративший все свои силы, пытается найти хоть одно живое существо, дабы утолить свой ГОЛОД. Ему не хватает той энергии и эмоций, коими обладают другие существа. Его душа пуста и требует наполнения, и желательно душой решимости — самой питательной. Он наконец находит его, но это оказывается ловушкой Эррора. И вот он остаётся в антипустоте совсем один. Но это была не просто пустота. Это было что-то гораздо более зловещее и ужасное. Холлоу, а вместе с ним и Найтмер, начинают слышать гул голосов, предлагающих выход, но для этого нужно стать ошибкой. Это были шепчущие голоса, которые звучали одновременно отовсюду и ниоткуда. Они обещали силу, власть и избавление от голода. «Так вот что слышал Блу», — думает Найтмер, когда воспоминание обрывается и он с необходимым знанием возвращается в реальность. Голова трещит, однако Найтмер вновь прикладывает руки к его голове, но не для того, чтоб просмотреть воспоминания, а чтобы усыпить. Киллер, зная, что это последний шаг к победе босса, предвкушает реакцию Раста, Саенса и Мигель, а оттого говорит. — Готовьте камеру. Сейчас такое будет. — с трепетом в голосе произносит Киллер, веря в своего босса. Саенс послушно достаёт камеру и начинает снимать. Галлюцинация, которую посылает Найтмер, в сути до ужаса проста — портал. Всё, что нужно было Холлоу или Трояну, — это выход, он чувствовал и, по сути, был в ловушке. Троян, в разумности которого Раст сомневался, вопросительно произносит «что?», чем пугается. Его глаза расширились от ужаса. Он начал отчаянно мотать головой, словно пытаясь избавиться от наваждения. Вскоре троица собственными глазами наблюдала, как грозная ошибка по имени Троян успокаивается, а после и распадается на нули с единицами. Раст стоял как громом пораженный, не веря своим глазам. Киллер же не мог перестать наблюдать за боссом с улыбкой на лице. Да, Найтмер валится с ног, и тому приходится использовать телекинез, чтоб тот не упал. Его глаза были закрыты, а лицо искажено от напряжения и даже боли. Он тяжело дышал, пытаясь прийти в себя. Но он даже в этом ослабшем и сидящем на полу скелете видел ту противоречивость, в которую влюбился. Жестокость в том, каким именно образом он занял чужой рот, и заботу в том, что ещё одна душа была успокоена. Но в глубине души он чувствовал тревогу. Ему казалось, что эта победа далась Найтмеру слишком дорогой ценой.
Примечания:
Найтмер медленно, но верно превращается в настоящего психонафта. Лол.
