Быть человеком

Музыка разливалась по дому, словно масло. Огоньки разукрашивали узорчатые стены какими-то по-особенному яркими красками. Тепло становилось чем-то ощутимым, к нему можно было прикоснуться собственными руками, увидеть мутными глазами, почувствовать его запах, смешанный с ароматами трав и случайных гостей. Хозяйка дома была непомерно энергична. Её тихий смех становился громом в общей массе. Сегодня от неё веяло тем самым спокойствием, в поисках которого изо дня в день множество одиноких душ посещали этот дом. Анатолий тоже жаждал этого спокойствия. Его грела мысль о том, что очередным вечером после тяжёлого дня он сможет наконец оказаться там, где ему всегда рады, где его ждёт самое большое чудо из чудес. Но в этот раз что-то было не так. Да, спокойствие оставалось всё тем же, если не более весомым. Да, огни мерцали на тех же красочных стенах, полки были уставлены теми же книгами, мелочью и редкими цветами. В комнате было всё так же тепло, если не теплее, чем прежде. И всё-таки Анатолия что-то беспокоило. Он наблюдал за гостями и Хозяйкой, пытаясь уловить то глубоко спрятанное изменение, что мешало собраться картине из красочных кусочков в нечто единое, целое. Хозяйка зачитывала гостям новые стихи, время от времени не к месту посмеиваясь. Казалось очевидным, что вечер складывается как нельзя лучше. Только Анатолию было не по себе. Он злился на себя за то, что, имея столь сильное влияние на эту вселенную, он не может сейчас не то что воздействовать, но даже понять, какие новые тайны от него стали скрывать обитатели дома. — Хозяюшка, дорогая моя! — весело воскликнул Анатолий. — Не составит ли тебе труда подать нам свой прекрасный чай? Честное слово, я так скучал по этому месту, по тебе, но всё это ничто в сравнении с тоской по чаю! Анатолий звонко засмеялся, а Хозяйка, изображая на лице наигранную обиду, поддела его за бок и пошла в сторону кухни. Вернувшись, она подала гостям ароматный нескончаемый напиток. Но даже в нём Анатолий почувствовал что-то чужое. — Сегодня ты использовала необычный рецепт, Хозяюшка! — тихо пробубнил он. — Честно говоря, я никогда не умела готовить чай, — со смехом ответила Хозяйка. Анатолий пожал плечами. На его памяти бывали времена, когда чай был прекраснее чего-либо существовавшего на свете. Он помнил, как сидел с Хозяйкой на кухне и пил столь дивный горячий напиток, что все мысли улетали к потолку, прямо там устраивали пляску, и только что ветер успевал их отлавливать по коротким отрывкам и со свистом возвращать обратно в голову Анатолия. — Знаешь, Хозяйка, я почти уже забываю, зачем пришёл сюда в первый раз. Женщина нежно улыбнулась. Гости умолкли. Музыка тоже. Наступила тишина. Анатолию казалось, что даже стены сейчас смотрят на него. — Я очень рада такое слышать.