Ошибка неизбежна

Диана даже не знала, что на базе есть лестницы, ведущие вниз. Глубоко вниз —конца ступенькам не было видно, его тщательно скрывала от взгляда плотная темень. Несмотря на это, Ксенон продолжал тащить их всё ниже и ниже, причём очень быстро —ноги еле поспевали, казалось, одна пропущенная ступень, и Диана отправится в полёт, чего она и боялась. За всё время резвого бега, которому их со Славой подверг Ксенон в три утра, он не вымолвил и слова. А молчащий Ксенон —это жутко. Огромные металлические двери в нечеловеческую высоту беззвучно приоткрылись, впуская посетителей внутрь. *** В ту ночь —помнится, одну из самых бессонных, так как Си был щедр на монологи — Слава разговаривал с мальчиком о его способности «Взгляда». —Вообще-то об истинном назначении этих глаз никто полностью не знает! —заявил тогда тот, задорно хохоча. — Даже не знаю, есть ли от них какой-то толк! Хотя... Иногда всё-таки есть. Ну вот, к примеру, в лесу Ксенона, когда тебя занесло в моё подсознание из-за попытки пообщаться вне сна, я смог заменить твою личность, когда ты остался в пространстве. В общем, мы поменялись местами. Ксенон создаёт Холст с помощью неосязаемого каркаса, который не видит даже он сам. А когда я открыл глаза, увидел весь Холст разом — в том числе и выход из «картины». Он выглядел как тёмная дыра и располагался у реки... Диане, верно, пришлось попотеть. —усмехнулся Си не без чувства вины. —Ну а потом я решил вытаскивать тебя уже из своего подсознания. Мир повидать, конечно, чудесно, но внутри лучше... Я быстренько позвал тебя обратно. Твоя личность в тот момент была такой слабой и беззащитной, честное слово! Я даже мог захватить над тобой контроль. И у меня получилось, кстати... Всего на миг... На этих словах мальчик понуро глянул на собеседника. —Мне следует избегать таких действий, если я не хочу смешаться с тобой, но... Я услышал ту самую песню сестрёнки. —золотые искорки блеснули. — Это точно была песня Ди! Она сочинила её, чтобы успокаивать меня, когда начинались болевые приступы из-за глаз... Ты должен понять, я не мог не обнять её! В ту минуту Диана казалась мне точь-в-точь как сестрёнка... «Как бы он не разошёлся, вспоминая о сестре.» — опомнился Слава и поспешил задать вопрос. —Как вообще работает эта система с нашими подсознаниями? Дай мне тоже использовать «Взгляд», вдруг пригодится! —Как я тебе дам его использовать, мне что, глаза выдернуть?! —возмутился мальчик. —Я вообще-то тоже полноценная личность, только без тела! Не думай, что тело —это самое важное для существования. Несколько я знаю, многие люди на Земле умудряются жить и после смерти. —Но как я тогда буду смотреть твоими глазами? И зачем надо было давать кому-то такую бесполезную способность... —Запомни, нам не давали способности. — посерьёзнел Си. —На нас просто проводили опыты, не более. «Точно. Так и есть...» — Слава часто разговаривал с Дианой о том учёном, которого упоминал Витольд. На самом деле, они даже не знали, как относиться к этой таинственной фигуре — наверное, нужно его ненавидеть, ведь он делал ужасные вещи и вырастил их обоих лишь для эксперимента... Но всё же сделать вывод о человеке, которого никогда не видел, довольно сложно. —Мы с тобой немного странное существо. И я, и ты —абсолютно разные люди, рождённые в разное время, имеющие разные души и подсознания. Моё тело мертво, и способности как таковой у меня нет — я сам есть эта способность. Было бы проще, не имей я личности и не находись я в этом пространстве. Ты — Слава, способность по имени Си — второе «Я» твоего внутреннего мира. Тьфу, не люблю я серьёзные разговоры, чувствую себя слишком умным! — прохныкал мальчишка, размахивая закинутыми на спинку дивана ногами в белых носках. — Короче, мы - одно целое, но если ты захочешь воспользоваться мной, я должен заменить тебя. Как главная личность, ты сможешь контролировать не только мои действия, но и слова, сидя здесь. Вот и всё. Правда, при любой неосторожности мы можем смешаться и ты завладеешь глазами полностью, но я не хочу существовать подобным образом. —То есть как? Ты не умрёшь? —Эх, один раз я уже умер... Фактически —нет, крупицы моей личности останутся в твоей. —Значит, мне не показалось, что Диана так похожа на твою сестру? —Да... Часть её живёт в Диане. —тонкие ноги в белых носках перестали активно двигаться во все стороны. —Это многое объясняет... — согласился Слава. Наверное, ужасно обидно узнавать, что часть тебя на самом деле... Чужая. —Что ж, когда я понадоблюсь, главное —вовремя заменить тебя. А сейчас давай играть. Поддаваться не буду, нечего такое лицо делать! *** И в нынешний момент Слава, заходя за громадную дверцу в просторное помещение, размышлял, поменяться ли с Си, или «Взгляд» ему не нужен. Однако что-то — возможно, сам мальчишка, он любил появляться в мыслях парня — подсказывало, что Ксенон не зря вёл их сюда. Не мог же он окончательно сойти с ума, в самом-то деле... В глаза изо всей силы ударил голубой свет, и Диана со Славой резко зажмурились. Оправившись, они воззрились на застеклённые стены, за которыми плавали какие-то непонятные организмы —от стен и исходил ослепительный свет, хотя вскоре стало ясно, что он на самом деле очень мягко освещает весь просторный зал. Впереди виднелись кучи экранов, проводов и ещё каких-то устройств различного рода и размера—они высились до самого потолка. И среди всего этого странного великолепия, перед кучей экранов стоял... «Витольд.» Сердце Дианы всерьёз приняло эгоистичное решение пропустить пару ударов — на секунду дыхание стало невыполнимой задачей. Сердце же Славы забилось быстрее, словно подгоняя, словно крича: «Иди туда и останови этого человека!» Ксенон бесшумно ступил вперёд и приложил к губам палец, видимо, показывая, что в этой сцене они лишь наблюдатели. Все трое на цыпочках начали подходить к спине Витольда, который, стремительно орудуя пальцами на одном экране, что-то запускал на другом. На третьем, покрупнее, Слава разглядел изображение мозга. —Разблокировка гиппокампа. —громко и отчётливо прозвучал низкий, бархатный голос мужчины. «Вот оно. Случилось наконец.» — прошептал Си.—«Смотри внимательно, Слава. Этот человек...» Раздался мелодичный звук и экраны, дружно мигнув на долю секунды, осветили лицо Витольда, обернувшееся к детям. Острые скулы, ровный нос, губы, исказившиеся в знакомой ухмылке — оно выглядело... по-другому. Словно всё прошедшее время в этом образе не доставало какой-то маленькой, важной детали, и вот она вернулась на своё место. —Приветствую вас, дорогие дети. «Да, Слава. Этот человек..!» —Я—Витольд, великий экспериментатор.