Ошибка неизбежна

      С недавнего времени я не могу избавиться от кошмаров.       «Ксенон, сегодня я, наверное, умру.» Холодный, липкий пот и громко стучащее в гнетущей тишине комнаты сердце. Нужно принять душ и попытаться заснуть.       «Ксенон, сегодня я, наверное, умру.» Такое сильное сердцебиение, что я даже могу задохнуться—так мне, по крайней мере, кажется. Может, набрать большую ванну?       «Ксенон, я умру...»       «Ксенон...Я...»       «Умру.» —Замолчите!!! В гневе мои руки швыряют таз с водой, который я теперь ставил рядом с кроватью, об стену. Удар оказывается таким сильным, что один бок таза сминается. Вода сиротливо растекается по стене. Всё равно. —Замолчите, оставьте меня в покое!!!       Я не осознаю, громко ли я кричу. Наверное, очень громко. Было бы желание, я бы разрушил всю Лабораторию своим безумным криком.       Как мне избавиться от этих голосов в моих снах? Иногда кажется, что их сотни, тысячи— повторяющих на разный лад это глубоко мне ненавистное, ужасное, душащее:       «Ксенон, сегодня я, наверное, умру.» И так уже две недели. *** —Я серьёзно задумываюсь о твоём физическом состоянии,— Витольд сидел за столом в одном из своих рабочих кабинетов и, закинув ногу на ногу, медленно попивал томатный сок.— И о моральном тоже. —Ха-ха, не надо беспокоиться, — фыркаю я в ответ, беспечно отмахиваясь рукой, — Что такого со мной может случиться?       Проницательные зелёные глаза внимательно изучают моё лицо, принимая во внимание каждую малейшую деталь, прежде чем их обладатель произносит: —Не сто́ит, Ксенон. Я хитро улыбаюсь ему одним уголком рта. —Мне бы хотелось тебе помочь, но это не то, в чем ты нуждаешься. Вернее говоря, моя помощь вовсе не будет помощью как таковой. К примеру, —Витольд задумчиво облизнул тонкие губы от ярко-красного сока, — Я могу дать тебе успокоительное или нечто похожее. Но ты лишь на время сбежишь от своего страха, и больше ничего. Так что твоей душе нужно тщательно разобраться во всем самой. Из моего горла сам собой вырывается саркастический смешок. —Да ладно тебе, Витольд. Уж лучше забыться. Чёрт, я дико хочу спать, ты знаешь? Будто в прострации нахожусь. Будь я обычным человеком, наверняка бы уже помер... Лишь закрою глаза — всё оно. Трайд. —Кто бы мог подумать, что эта девочка окажется такой эгоистичной, — спокойно размышляет мужчина, — Какой интересный исход. —Да-да, всё это, несомненно, очень интересно для тебя. — торопливо киваю я, — Только можно мне всё-таки снотворного? Пожалуйста. А вообще, ты сам мне предлагал. —Конечно, бери. Но не перебарщивай.       Да, я сдался и решил заснуть таким способом вместо того, чтобы справиться с этим кошмаром самому.       «Хочу лечь в постель и провалиться в чёрную пустоту, — сонно думал я, — А потом проснуться и увидеть, что уже прошла неделя. Нет, лучше — понять, что всё это было просто сном. Да, верно, всё это время я спал. А Трайд, как всегда, сидела рядом и наблюдала за моим покоем.»       И, пытаясь хоть как-то прогнать эти бредовые мысли, которые будто специально выжидали моей слабости, чтобы потом повылазить из всех своих потаённых закоулков и атаковать моё немощное подсознание, я наконец-то заснул. ***       «Ксенон, я...» Что? Что это? О нет, только не снова, прошу...       Этот искренний взгляд фиолетовых глаз. Мерзкий взгляд, неужели ты не понимаешь, как мне плохо без тебя? —Ксенон!— вот она, Трайд, прямо передо мной. Такая знакомая, родная... Радостная.       Нет, мне только так показалось — на самом деле из её глаз непрерывно катились крупные слёзы. —Трайд! — взволнованно вскричал я; и всё-таки, как же я рад её видеть, пусть это всего лишь сон, — Что случилось?! —Прости меня! — она обхватила своё лицо руками, — Прости, умоляю, прости. Нет... Почему ты просишь прощения? За что? Это же я виноват! —Я не хотела, чтобы ты страдал, — продолжила эта грустная Трайд из моего сна, — Я никогда этого не хотела. —Я верю, верю, только не плачь!       Я хотел было кинуться вперёд, обнять её и попытаться утешить, но мои руки не смогли обхватить ничего, кроме пустоты. —Пожалуйста, будь счастлив. Пожалуйста, оставайся таким же, Ксенон. Пожалуйста, найди в себе силы простить меня. — снова и снова повторяла Трайд, роняя поблёскивающие слёзы куда-то в чёрное нечто. — Пф-ф, ну что ты расплакалась, совсем как маленькая. — широко улыбнулся я, жалея, что всё-таки не могу обнять её. Однако Трайд перестала плакать, и это уже прекрасно. — Спасибо. — теперь она улыбалась. Так нежно, так грустно, и так облегчённо.—Спасибо тебе за всё, Ксенон. —Ну вот, сейчас ты снова оставишь меня одного. — тихо произнёс я, словно подтверждая это для себя самого. —Погоди! Ответь мне только на один вопрос!       Трайд уже почти исчезла— от её эфемерного образа осталось лишь улыбающееся лицо. —Скажи, ты счастлива?       Яркие фиолетовые искорки мелькнули для меня в самый последний раз. —Да. Я очень счастлива, Ксенон!       И я услышал то, что прежде не слышал ни разу — её тихий, заливистый смех. И, может быть, из-за эха казалось, что он был сопровождён ещё двумя чьими-то. Раз так... Раз так, то и я счастлив. *** —Ну что, скучал без меня тут, а? — я шумно ввалился в лабораторию, хрустя свежим солёным огурцом и прекрасно зная, что Витольд деликатно начнёт тыкать в меня замечаниями о том, что принимать пищу нужно в другой комнате. —Полегчало, — скорее утверждающе, чем вопросительно, отозвался тот, выглядывая из-за крупной стопки бумаг. —Ну-с, что у нас там дальше по списку интересных дел? — бухнувшись в соседнее кресло и закинув в рот остаток огурца, спросил я. Витольд хмыкнул и многозначительно оглядел все бумаги, ровно сложенные на его столе. Я, в свою очередь, так же многозначительно ухмыльнулся.       Впереди ещё так много весёлого, не так ли?