Все наши дни с тобой. до единого

Сюэ Яну снился кошмар. Снилось, что даочжан от него уходит и чёрно-серый туман городка И плотно смыкается за его спиной, поглощая, отрезая, скрывая от глаз любимого человека. Снился Шуанхуа и кровь даочжана на руках Сюэ Яна - дневники были достаточно детальными; Сюэ Ян мог себе представить. Снилось, как много лет любимый даочжан, узнав, с кем делил вечность в прекрасном дворце все эти годы, говорит ему: «Ты омерзителен» - а у Сюэ Яна даже не находится возражений. Потом даочжан отчаянно бьётся о непробиваемый магический барьер и, не преуспев, достаёт откуда-то взявшийся Шуанхуа... и снова его кровь на руках Сюэ Яна, на нежно-зелёной траве, смешивается с водой ручья, повсюду... Так много крови и так невыносимо больно от того, что в этой крови снова виноват Сюэ Ян. Сюэ Ян подскакивает на постели с криком, готовый бежать, пытаться спасти. Должно быть от сильных эмоций с него всего лишь на миг слетает личина вечноюного божества, являя истинный облик, но этого мига оказывается достаточно. Даочжан не спит. Даочжан молча поднимается с ложа и покидает покои. Сюэ Ян тихо следует за ним, давая время Сяо Синчэню всё обдумать, давая время успокоиться. Его ночной кошмар не станет явью хотя бы потому, что Шуанхуа давно утерян. Похоронен где-то заботливым Сун Ланем, тоже канувшем в лету. ~ ~ ~ Даочжан весь день проводит в саду, удобно устроившись на траве в позу для медитации. Сюэ Ян с ненавязчивой заботой вьётся вокруг него, постоянно поднося самого лучшего качества чай. На внимании Сюэ Ян не настаивает, - знает, до чего в прошлый раз, тысячу лет назад, довёл его не в меру долгий и распаскудно ядовитый язык - проклятия Сюэ Яна в адрес своих же собственных привычек в общении из дневников были непристойно долгими и достаточно красочными. Теперь Сюэ Ян молчит, давая Синчэню необходимую ему тишину. Сюэ Яну хватает и того, что серебрянная пиала с чаем постоянно исправно пустеет. ~ ~ ~ Солнце давно завершило свой путь по небосводу и отправилось на покой. На тёмном ночном небе загораются крохотные точки света - звёзды. Сюэ Ян выжидает ещё какое-то время, сжигает четыре палочки' и решает, что уже слишком поздно. Солнце уснуло, пора бы и им тоже. - Сяо Синчэнь. - тихо и ласково-ласково зовёт Сюэ Ян, стоя над ним и протягивая к нему руку. Проходит, кажется, целая вечность в тишине, свете далёких звёзд. Яркая белая луна освещает сад. Лёгкий ветерок колышет травинки, колышет их долгие волосы. Сяо Синчэнь открывает глаза и принимает руку Сюэ Яна. ~ ~ ~ Сюэ Ян лежит на краю широкой постели, предусмотрительно не касаясь своего божества. - Ты - не небожитель. - вдруг говорит звонкий голос, по которому Сюэ Ян за день успел истосковаться. - Ты совсем в меня не веришь. - тихо и нежно усмехается Сюэ Ян. - Ты - демон. - продолжает утверждать Сяо Синчэнь. Не спрашивает, именно утверждает; и Сюэ Яну ничего не остаётся, кроме правды, а ведь так хорошо же жили без этой правды целых две сотни лет. - Самый что ни есть настоящий. - покорно соглашается с правдой Сюэ Ян. - Ранга «непревзойдённый». Третий король демонического мира. - Тогда почему ты выбрал этот лик и почему вокруг так прекрасно? - спрашивает Сяо Синчэнь, протянув руку, касаясь длинных волос своего любовника. Они лежат в тишине. Сюэ Ян позволяет даочжану несколько раз пропустить свои волосы сквозь пальцы, затем мягко ловит ласкающую руку, подносит к губам и выводит на изящной кисти узоры из поцелуев. В установившейся тишине очень тихие слова Сюэ Яна кажутся слишком громкими: - Потому что тысячу лет я строил дом для тебя.