The boy

Come break some hearts now, tear them out

Filing for amusements with the crowd

Невилл нервно сплел вместе пальцы, выглядывая из окна. Там, внизу, скрючившись под деревом, сидел Гарри, зарывшись носом в какую-то толстую, пыльную книгу. На пожелтевшем листе виднелся рисунок дракона, чуть пониже него во что-то активно тыкала пальчиком Гермиона. Гарри кивал в такт ее словам, затем замер, резко поднимая голову и встречаясь с Невиллом взглядами. Его лицо, до этого неопределенно уставше-раздраженное, искривилось в злой гримасе. На плечо Невилла опустилась тяжелая рука, и он вздрогнул, отшатываясь от окна. — Ну, малыш? — Профессор Грюм прохрипел, сжимая его плечо. — Готов к завтрашнему дню? Невилл нахмурился, неловко смотря в пол: рядом с его ногами стояли ноги профессора — одна одетая в высокий кожаный ботинок, вторая простая деревяшка. — Не очень, — он сознался честно. Ладошки потели и сердце билось в груди в неприятном ритме. — Мы все обсудили, — профессор заметил с мягким осуждением, наклоняя голову чтобы встретить взгляд Невилла. — Ты знаешь, что делать. — Я не об этом, — Невилл сказал тихо, снова выглядывая в окно, туда, где к Гарри и Гермионе присоединился что-то оживленно рассказывающий Рон. Он проследил, как морщинка между гарриными бровями разгладилась и с лица сошел злой прищур, уступая место улыбке. — Я просто… — Из-за Поттера? — Грюм фыркнул. — Он все поймет. Это турнир, а не детская игра. Каждый хочет победить. Невилл тяжело вздохнул. Он и сам это понимал, но ничего не мог с этим поделать. Гарри злился, что Невилл пользуется помощью профессора. Даже рассудительная Гермиона сказала, что это немного как жульничество. Но ведь остальным участникам тоже помогают! Он сам видел, как мадам Максим тренировала Флер у озера. И все же… — Я так тебе скажу, малыш, — Грюм перебил его мысли, сжимая руку на его плече, — то, что вы оба участвуете в Турнире, не значит, что вы враги. Вы же с одной школы. Кто бы ни победил, это будет победа Хогвартса! Как насчет того, чтобы помочь ему немного? Скажем… разделить победу. Если сможете выбить всех остальных, то и за Кубок драться не придется. Можно будет просто… взять его. Вдвоем. Невилл встрепенулся. Поднял голову, глядя на профессора с надеждой, чувствуя, как улыбка медленно выползает на лицо. — Правда? Грюм пожал плечами, отпуская его. Развернулся, делая шаг назад и уходя глубже в кабинет Защиты от Темных Искусств, позволяя вечерним теням заволочь его массивную фигуру. — Почему бы и нет? Если выбьете всех остальных, то… никто не сможет помешать. Профессор повозился в своем пальто — оно показалось почти большим на нем, болезненно согнувшемся; дрожащими руками достал флягу и, с хрустом костей изгибаясь обратно, вытряхнул последние капли на вытянутый язык. — Я спрошу еще раз, — Грюм пробормотал, встряхиваясь, чтобы снова встать во весь свой исполинский рост, сжимая пальцы на фляге до побелевших костяшек. — Готов? Невилл заставил себя гордо распрямиться, вставая тверже. — Да. Он не мог подвести профессора. Не после всего, что он для него сделал. *** Стадион гудел, свистел и улюлюкал, укрытый яркой тканью палатки, в которую их всех загнали. Остальные чемпионы, разной степени бледности, зеленоватости и потности, сидели на деревянных скамейках, нервно постукивая ногами, барабаня пальцами и время от времени глубоко вздыхая, отчаянно пытаясь удержать внутри обед. Обед был плотный — тогда Гарри порадовался возможности набить желудок, пусть даже и перед смертью, а теперь жалел, раздумывая о том, как хвосторога будет наслаждаться его честно проглоченной курочкой. Идея не радовала. Остальные чемпионы, похоже, разделяли его мысли. Даже непробиваемый Крам нахмурился и напрягся, плотно сжав кулаки. Флер и Невилл были и того хуже, оба болотно-зеленого оттенка. Уж о том, как сам Гарри выглядел со стороны, он и вовсе думать не хотел — липнущая к спине и подмышкам униформа рисовала картинку неутешительную. Прозвенел первый звонок. Крам поднялся, одна большая гора хмурого болгарского мяса, и вышел из палатки под оглушительный рев толпы. Гарри глупо понадеялся, что дракон сожрет его и наестся. Потом вспомнил, что драконы у всех разные. Стало еще горше. Следующие три минуты он провел отчаянно пытаясь не отчаиваться. К моменту, как прозвенел второй звонок и из палатки вышла Флер, бледнея до какого-то совершенно мертвенного оттенка и крупно дрожа, Гарри уже убедил себя, что дракону, вообще-то, же хуже. Гарри умрет, пережеванным, а дракон еще несколько дней будет выковыривать из зубов кости. И мучиться изжогой, Гарри очень надеялся. Снаружи раздался победный рев. Невилл вздрогнул. — Восхитительно, мисс Делакур! — прокричал Бэгмен. — А теперь оценки судьей! Как и с Крамом, оценки не сказали. Невилл сглотнул, встречаясь взглядом с Гарри. Внезапно перебранки прошлого показались совсем не важными. Гарри хотя бы был костлявый — его, может, дракон и вовсе есть не станет. Невилл был приятно мягкий и аппетитно розовый — его Гарри и сам бы съел, если бы заделался в каннибалы. Прозвенел третий звонок. Гарри вскочил, хватая Невилла за плечо и встряхивая, комкая в потных пальцах аккуратно выглаженную униформу. — Держись подальше от хвоста, — он сказал быстро, следуя вместе с Невиллом к выходу из палатки. — И от пасти. И… Палатка распахнулась, ослепляя их ярким солнечным светом. Толпа замолкла, глядя вниз на них пустыми, смазанными лицами. — Буду, — Невилл прохрипел, выдергивая Гарри из его шока. — Не волнуйся. На бледно-зеленом лице возникла нарочито храбрая улыбка. Гарри отпустил его плечо, и Невилл шагнул вперед, оставляя его позади. Ярко-красная ткань шатра упала между ними. Гарри остался один. Медленно, он развернулся, оглядывая пустую палатку. Минуты текли медленно, одна за другой. — Ах! — говорил снаружи Бэгмен. — Ох! — кричала снаружи толпа. Дракон рычал, топал и плевался шипящим огнем за его спиной. Затем, он затих. — Вы только посмотрите! — провозгласил Бэгмен. — Это… А! Вот это да! Потрясающе! Это этому учат в Хогвартсе? Толпа одобрительно заулюлюкала. Гарри выдохнул. — А теперь к оценкам судьей! Снова напрягся. Ну вот. Прозвенел последний звонок. На ватных ногах, не чувствуя под собой земли, он вышел из палатки. Трибуны взревели оглушительным шумом. Бэгмен крикнул что-то в воздух, зрители стали еще громче, топая ногами и свистя, их лица — как растопленное масло, нечеткие и расплывчатые, собранные вокруг десятками, сотнями… Они болеют за него? Или против? Хвосторога зашипела, ударяя землю хвостом. За хвостом остались метровые следы, за шипением потянулись первые языки пламени. Адреналин забил в ушах, и Гарри, все еще не совсем осознавая что он делает, поднял вверх палочку и выкрикнул: — Акцио «Молния»! Пламя вырвалось из зубастой пасти, облизывая прутья загона и растапливая мерзлую землю. От жара воздух задрожал — или, может, задрожал сам Гарри, — все вокруг поплыло, раздался свист… Свист? Рассекая воздух со знакомым свистом, разогнавшись до своего абсолютного аэродинамического максимума, Молния летела к нему, лавируя между трибунами, судьями, зрителями и прутьями загона, резко тормозя прямо перед ним. Инстинктивно, все еще не совсем в себе, Гарри схватил ее. Пальцы обернулись вокруг теплого, с любовью отполированного дерева. Ноги привычно устроились на подножке, спина согнулась, Бэгмен снова что-то прокричал, но Гарри уже не слышал, взмывая в воздух. Будто в фильме, земля удалялась все дальше и дальше. Вместе с ней, удалялся страх, и совсем скоро Гарри совсем забыл, что так сильно его волновало. С трибун, становясь все громче и громче, сплетаясь с топаньем ног и хлопаньем ладошей, раздалась привычная слизеринская кричалка. Начался квиддичный матч. Его снитч, сегодня размером с его голову, зазывно блестел между лап противника. Хвосторога с ее зубастой ухмылкой превратилась в Маркуса Флинта, ее лапы — в близнецов Уизли, с предвкушением похлопывающих битами по ладоням, а хвост — в верткого Малфоя, норовящего скинуть его с метлы на тренировочных матчах. Гарри упал в пике. За ним, будто особенно злобный бладжер, хлестнула огненная струя. — Вот это да! — живенько прокомментировал Бэгмен. — Ну и полет! Видали, мистер Крам?! Он просвистел над землей, скребя камни прутьями метлы, и ринулся к яйцу. Дракониха с ревом заметалась над ним, топая ногами и дыша пламенем, зрители открыли рты в беззвучном крике… Гарри снова взлетел вверх, раздраженно дергая раненым плечом. Тупая рептилия. На громкости, на которой, он уверен, парселтанг никто никогда не использовал, Гарри ее об этом информировал. Дракониха зашипела, задетая за живое, и вытянула шею, щелкая зубами прямо перед ним. — Давай, давай, — Гарри дразнил, подлетая ближе и снова отлетая подальше. — Кусаться хочешь, динозавриха? Хвосторога, будто поняв его план отманить ее подальше от яиц, уселась на землю, не сводя с него злобного взгляда. Гарри фыркнул. Вот ведь сволочь. В воздухе, в разы ближе, чем от хвостороги, раздалось тихое шипение. Гарри нервно мотнул головой. Его тут еще только не хватало. Будто пытаясь убежать, он снова спикировал. Дракониха заревела, взмахнула хвостом и, в этот раз, чуть не задела прутья метлы. Гарри выругался. Метла, подхваченная порывом ветра, накренилась и вышла из-под контроля. Гарри отчаянно потянул ее на себя, тормозя, и они вдвоем рухнули на камни, поднимая за собой столбы пыли и кусочки прутьев. — Дурак, — раздалось на периферии сознания, и Гарри разразился потоком задыхающегося шипения. Хвосторога, явно приняв оскорбления перемежающиеся с пожеланиями исчезнуть раз и навсегда наконец-то на свой счет, набрала в грудь побольше воздуха и выпустила самую длинную струю пламени, на которую была способна, оставляя Гарри считанные секунды на то, чтобы спрятаться за ближайшим камнем. Чувствуя, как медленно, но верно камень за его спиной нагревается до пугающих температур, Гарри осмотрел сначала Молнию — цела, слава Богу, — затем себя — поцарапан, но на удивление не поломан, — прокручивая в голове варианты дальнейших действий. Пытаться взлететь сейчас было чистым воды самоубийством — даже сквозь временно прекративший плавиться камень Гарри чувствовал пристальный взгляд драконихи. Она просто собьет его в полете — или поджарит, не дав даже подняться. Ему нужно было что-то — что-то, чтобы отвлечь ее, что-то… — Абрумпо окули, — прошипело над ухом. Времени думать не было. Вскидывая палочку, отчаянно надеясь, что ее другой конец смотрит на дракона, а не на особо неудачливого болельщика, шепотом повторил заклинание, стискивая пальцы на древке метлы. Раздался рев. Гарри бросился к яйцу, на полпути седлая метлу и едва-едва взлетая над полем, царапая землю прутьями. Хвосторога заметалась, слепо колотя хвостом и заставляя землю дрожать. Вокруг них, шипя и прожигая дыры в трибунах, падала драконья кровь, кипящая в морозном воздухе. Одна капля упала прямо на плечо, прижигая полученную ранее рану и заставляя его взвыть, экстренно балансируя себя ногами, когда Молния под ним вильнула в сторону, опасно кренясь. Зрители вопили, судя по звуку так же попавшие под кипящий дождь. Хвосторога топала и ревела, шипела и плевалась, отчаянно пытаясь попасть по Гарри. Огромная лапа грохнулась справа. Хвост просвистел в воздухе и хлестнул слева. Золотое яйцо блеснуло за камнями, Гарри вытянулся, ускоряясь, накренился и… Воздух разрезал оглушительный свист. Гарри вздрогнул, отчаянно хватая ртом воздух и прижимая к себе яйцо. Хвосторога бесновалась под ним, слепо клацая в воздухе зубами, десятки метров вниз. Когда Гарри успел подняться, он не понял. Мир возвращал четкость, расширяясь вокруг. – …да не видел! — Бэгмен орал, хрипя, пытаясь перекричать трибуны. — Финт, пике… Самый юный участник соревнования справился быстрее всех! Хвосторогу, защищаясь магическими щитами, окружали драконоводы, пытаясь ее успокоить. Получалось не очень — из-за застилающего ей глаза потока крови, Гарри догадывался, льющегося из длинной, тонкой раны прямо между ее лицевыми чешуйками. Он сглотнул. — У нас есть ID на чары?! — продолжал заливаться Бэгмен, чуть ли не выпрыгивая из комментаторской ложи. — Потрясающая магия, никогда… А? А, да-да, оценки судьей, дамы и господа! Внизу одним кивком головы к себе его подозвал Снейп. Гарри думал заупрямиться, но рядом с ним появилась разгневанная мадам Помфри, активно машущая руками, и он передумал, осторожно спускаясь на землю и легко спрыгивая с метлы. Трибуны снова восторженно завопили. Гарри смущенно улыбнулся и помахал им ладошкой. Шум усилился. — Заклинание, мистер Поттер, — процедил Снейп, вырывая его из приятного поздравительного транса. — Весьма уникально. Гарри стушевался, глядя на него исподлобья. — Прочитал в библиотеке, — соврал, стараясь не показывать неуверенность. Том ведь не подсунул ему какое-нибудь четвертое Непростительное? Нет ведь? Снейп хмыкнул. — Неужели. Прежде чем Гарри успел возмутиться саркастичному тону, мадам Помфри схватила его за шкирку, утаскивая к палатке первой помощи. — Драконы! — она возмутилась, громко пыхтя. — В прошлом году дементоры, в этом драконы! А в следующем кого приведут?! В палатке было тише и спокойнее. Невилл сидел, покачивая ногой и осматривая рану на руке — рана была неглубокая и уже наполовину заросшая, обработанная волшебными примочками мадам Помфри. Он встрепенулся, посылая Гарри широкую улыбку, которая тут же сменилась встревоженным выражением, стоило ему заметить его потрепанный вид. Вместо успокоения, Гарри победно поднял в воздух золотое яйцо. Невилл похлопал по своему, снова начиная улыбаться. Гарри плюхнулся на скамейку рядом с ним, позволяя мадам Помфри возиться вокруг него с мазями и бинтами. — Как ты достал свое? — Цикута, — Невилл признался гордо, вытаскивая из кармана зеленые листки. — Драконы ее страсть как боятся. Спрятал сверток за трибунами и призвал Акцио. Даже драться почти не пришлось, только от огня защищаться. А ты? — Тоже Акцио, — Гарри вздохнул, чуть кривясь. — Призвал «Молнию». Невилл просиял. — Тебе тоже профессор Грюм это подсказал? Гарри недовольно кивнул. Они с Гермионой почти три недели потратили, изучая драконов и чары которые на них работают. Ни один из их планов не выдерживал серьезной критики. Ни один из них, кроме того, который ему подсказал Крауч. Прежде, чем Гарри успел серьезно расстроиться, в палатку ворвались Рон и Гермиона, возбужденно переговаривающиеся между собой. — Гарри! Нев! — Рон воскликнул под недовольное цоканье мадам Помфри. — Вы свои результаты видели? Невилл кивнул. Гарри помотал головой. — Мадам Максим сняла два очка за ранение, — Гермиона его информировала, судорожно растирая горящие щеки, в которых все еще виднелись оставленные на нервах следы ногтей. — Мне тоже, — Невилл перебил, прежде чем смущенно признаться: — Я споткнулся, когда пятился от дракона. — Зато Бэгмен поставил все десять! — Рон заявил довольно, с такой гордостью будто баллы поставили ему. — Сказал: «За потрясающее шоу»! Гермиона кивнула: — Каркарову тоже понравилось. Особенно то заклинание, которое ты использовал в конце. Что это было, кстати? Гарри замялся. — Да просто… в библиотеке наткнулся. Видя, как Гермиона собирается открыть рот, явно для того, чтобы уверенно заявить, что в библиотеке такого нет, он поторопился добавить: — Не в этой. У Сириуса, — посылая ей заговорщический взгляд. Гермиона подозрительно сузила глаза, но спорить не стала. Гарри морально приготовился к тому, что при первой же возможности библиотеку прошерстят сверху донизу и вызовут Гарри на допрос. Черт. — Наверное, это Дамблдору и не понравилось, — Рон сказал, понижая голос. — Всего восемь поставил. Ты думаешь это что-то… «Темное» повисло в воздухе, не сказанное. — Надеюсь нет. Том ведь не дал бы ему такое заклинание, правда? Ему, наверное, тоже не хочется в Азкабан. Гарри напомнил себе спросить. Палатка снова открылась, пуская внутрь Чарли Уизли. — Ужас ты ей засадил, Гарри! — он сказал, довольно фыркая. — Добавил же нам работы. Зато как летал, а! Не удивляйся, если после этого посыпятся приглашения в команды. Будешь британский Крам! Он схватил гаррину руку в твердом рукопожатии, помогая ему подняться, затем повторил то же самое с Невиллом, похлопывая его по спине. — И ты, Невилл. Болиголов, да? Просто и красиво! Бабушка будет гордиться. Невилл надулся от гордости. Гарри ткнул его под ребра, весело ухмыляясь. Арестовывать его пока вроде не собирались, так что он позволил себе расслабиться. — Пойдемте, — Чарли позвал, уже поворачиваясь к выходу. — Вас там Бэгмен ждет. А ты, Рональд, напиши маме, окей? Она там с ума поди сходит. *** Барти вздохнул, тяжело приваливаясь к опустевшим деревянным трибунам. Тело болело после очередной дозы Оборотного зелья, кости ломило и кожу тянуло, заставляя голову неприятно кружиться. Но все того стоит. Только ради сегодня — оно все того стоило. Невилл занял первое место. Гарри сразу за ним. План сдвинулся с места, обрел ноги и медленно, непоколебимо побрел к своему концу. Наконец-то. Раздались тихие шаги. Зачарованный глаз дернулся, прокручиваясь в черепе. Гарри остановился рядом с ним, полускрытый тенями заходящего солнца, раздраженно сверкая ярко-зелеными глазами. — Привет, Гарри, — Барти прохрипел, не узнавая свой голос. Чертово зелье. — Поздравляю. Любопытное заклинание. Не скажешь, где нашел? — Оставь Невилла в покое, — Гарри куснул, перебивая. — И дать ему проиграть? Обижаешь. Я же за вас переживаю, знаешь. Гарри злобно оскалился. — Я делаю все, как ты сказал, — он сказал горячо, делая шаг ближе. — Я победил, так что… — Ты не победил, — Барти оборвал его. — Второе место это не победа, детка, далеко нет. Он встряхнулся, убеждаясь в том, что кожаный плащ сидит по фигуре. — Да и как я могу остановить Невилла? Вот тут-то правда победитель. Первое место! Ты его вообще видел? Глаза горят, руки дрожат, мм! Юношеская страсть во всей красе. Ну как я могу ему отказать? — Хриплый голос упал на две октавы, вкрадчивая насмешливость в тоне заставила гаррины щеки пылать. — Тогда… — Гарри запнулся, нервно сглатывая. — Тогда в следующий раз я приду первым. Тогда ты его отпустишь? Барти насмешливо хмыкнул, отклеиваясь от трибун и делая первые шаги к школе. — Я этого не говорил. Но ты старайся, да? Наш Лорд не любит слабаков. Под ботинками захрустел песок, норовя утянуть деревяшку его ноги за собой. Гарри остался позади, будто утопленник в синих тенях, кусая губы и сжимая кулаки — совершенно неспособный его остановить.

Oh, but be advised, participation is required

Doing things not typically allowed