A PLUS

       — Мам! Я… Что ты здесь делаешь? — Спросила я, едва не выронив чемодан, который только что вытащила из ее комнаты. Я могла только представить, как это выглядело со стороны.        — Какого хрена здесь происходит? — Закричала мама, свирепо глядя на Гарри, прежде чем вернула свой ненавистный взгляд на меня. Кажется, я впервые слышала, как мама ругается.        — Это не то, на что похоже, мам, клянусь, просто… — Она прервала меня, когда я попыталась объяснить ей, что происходит.        — Я же сказала тебе держаться от него подальше! Он — плохой вариант, Миранда, Бог знает, что он сделал с твоими оценками! — Она ткнула в него острым ногтем, и мне захотелось оторвать его.        — Я тебе говорила, что он не имеет абсолютно никакого отношения к моим оценкам! Кроме того, я даже больше не учусь в школе, и я получила свою высшую оценку. Какая, к черту, разница, что я сейчас с ним? — И я думаю, что это был первый раз, когда моя мама услышала, как я ругаюсь.        — Не повышая на меня голос, я хочу, чтобы ты сейчас же поставила чемодан на место и поехала со мной. Мы едем в Лондон. — Твердо заявила она, а я отчаянно замотала головой.        — Я никуда с тобой не поеду. Мы с Гарри едем во Флориду. — Заявила я, не сдаваясь. Моя мама вела себя неразумно. Она и так почти никогда не появлялась в моей жизни, так почему же она имеет право голоса в этом вопросе?        — Во Флориду? Ни за что на свете ты не поедешь в другую страну с этим парнем! Ты поедешь со своей матерью в Лондон. — Она схватила меня за руку, пытаясь вытащить меня из моей комнаты, но я отказалась, выдернув руку из ее хватки.        — Матерью? Я не вижу здесь матери. Я вижу женщину, которая почти не интересуется своей дочерью. И я бы предпочла поехать в другую страну с кем-то, кто действительно заботится обо мне, чем в другой город с кем-то, кто не имеет права даже называться моей матерью. — Заявила я, и мне стало немного жаль, что я была так груба, но, честно говоря, мне было все равно. Она не может просто появляться в моей жизни раз в месяц и ожидать, что я буду ей подчиняться. Конечно, мне еще нет 18, но в июле будет, так что это не похоже на то, что я какая-то 15-летняя девочка, которая думает, что она взрослая. Осталось всего два месяца до моего совершеннолетия.        — Ты знаешь, что я люблю тебя. — Сказала на так, словно это было самой очевидной вещью в мире.        — Разве? — Я закатила глаза, вскинув руки вверх. — Ты навещаешь меня только раз в месяц, и даже не попыталась приехать на мой выпускной. Ты ни разу не поздравила меня с тем, что я получила твердую пятерку по математике, после того как я была так близка к провалу. Я даже получила гребаную награду за то, что закончила этот чертов предмет с лучшей отметкой. Моя средняя оценка в аттестате 3,8, и меня приняли в Нью-Йоркский университет моей мечты, но ты ведь этого даже не знаешь, не так ли? Ты знаешь, какие у меня планы на жизнь? Какой мой любимый цвет «мама»? — Я изобразила кавычки в воздухе вокруг слова «мама», и знала, что, вероятно была жестокой, но я держала все это в себе, и это было так невероятно хорошо, чтобы наконец выпустить. Я почувствовала, как чья-то рука скользнула в мою, потирая ладонь, пытаясь успокоить меня. Но я не собиралась успокаиваться. Я хотела, чтобы она знала, как ужасно расти без родителей. — Ты ничего обо мне не знаешь и даже не пытаешься узнать. Ты слишком занята с папой в Лондоне, наплевав на свою дочь, которая живет одна в двух часах езды от вас!        Я увидела, как по идеально накрашенному лицу моей мамы скатилась слеза, и она быстро вытерла ее, что немного ранило мое сердце.        — Может быть, тебе лучше поехать с мамой, Рэнди. — Мягко предложил Гарри, и я покачала головой, чувствуя, как слезы наполняют мои собственные глаза.        — Нет, я не позволю ей испортить этот гребанный отпуск, оно того не стоит! — Крикнула я, чуть не топнув ногой, но передумала.        — Тебе семнадцать лет, Миранда, ты все еще моя дочь, и должна делать то, что я говорю, а я говорю, что ты не едешь во Флориду с этим говнюком! — Кричала она, указывая на Гарри, когда с отвращением произнесла последнее слово. Любая капля вины, которую я чувствовала, уменьшилась, и все, что я чувствовала сейчас, была ярость.        — Ты ничего не знаешь о Гарри, а она абсолютно далек от говнюка! — Я повернулась, подняла чемодан и бросила в него всю одежду, которую свалила на кровать. Я бросила туда кучу нижнего белья, прежде чем пойти в ванную и бросить туда все, что я только могла найти. Меня не волновало, что это было неорганизованно, я была в основном сосредоточена на том, чтобы уйти отсюда как можно скорее. Как она посмела ворваться сюда и назвать Гарри говнюком? Я почувствовала, как кто-то обхватил меня за талию, схватил за руки и успокаивающе потер.        — Успокойся, милая. — Он повернул меня к себе, и я заметила, что он закрыл за собой дверь ванной. Интересно, куда делась мама? Она, наверное, на парковке режет мне шины, чтобы я не могла уехать. Я бы не стала ее отпускать.        Только когда он вытер мне глаза большими пальцами, я поняла, что плачу.        — Я не хочу в Лондон, я хочу во Флориду с тобой. Она хочет, чтобы я поехала только потому, что хочет, чтобы я не была с тобой. Она никогда не была для меня мамой, а сейчас вдруг решила, что может вмешиваться в мою жизнь и говорить, что мне делать. — Я не могла перестать плакать, и я знала, что, вероятно, выгляжу как сумасшедшая, но мне было все равно. — Мне жаль, что тебе пришлось стать свидетелем этого, и что она назвала тебя говнюком, ты вовсе не такой. И мне жаль, что я плачу, и… — Он оборвал меня, прижавшись губами к моим. Я практически вздохнула с облегчением, и если бы я не была так расстроена, как сейчас, то, вероятно, растаяла.        — Тебе не за что извиняться. — Прошептал он, притягивая меня к себе, и я положила голову ему на грудь. Я чувствовала и слышала, как его сердце бьется у моего уха, и это успокаивало меня, слушать ровное биение.        — Я поеду с тобой. Мне все равно, что она скажет, я хочу поехать с тобой. — Твердо заявила я, приняв решение. Я слегка высвободилась из его объятий, чтобы поднять голову и посмотреть ему в глаза, оценивая его реакцию.        — Тогда мы поедем. — Ответил он, притягивая меня обратно. — Я просто не хочу быть причиной того, что вы с мамой ссоритесь. Но если ты действительно хочешь поехать со мной, я не собираюсь тебя останавливать.        — Мы ссоримся не из-за тебя, а из-за нее. — Я покачала головой. — По какой-то причине она решила судить тебя, а это ее собственная вина. Не твоя.        Он поцеловал меня в щеку, кивнул и отпустил.        — Ты закончила собирать вещи? — Он усмехнулся, глядя на беспорядок чемодана, который в настоящее время стоял на столике в ванной.        — Да, я думаю, что это все. — Я огляделась, кивая головой.        — Тогда пойдем, ладно? — Он улыбнулся мне, а я улыбнулась в ответ, взяв протянутую мне руку. Я последовала за ним из комнаты и вниз по лестнице, видя, как моя мама расхаживает по кухне с чашкой чая в руке. При звуке наших шагов она резко обернулась.        — Если ты шагнешь за порог, ты можешь больше не возвращаться. — Пригрозила она, и у меня отвисла челюсть. Она выгонит меня из дома, если я поеду в гребаный отпуск со своим парнем? Она сейчас серьезно?        — Ты шутишь. — Ответила я, не поверив ей. Она не могла выгнать меня, это даже не ее дом. Она никогда не появляется здесь.        — Нет. Я выставлю этот дом на продажу, и ты будешь сама искать себе средства на существование, раз уж ты такая «взрослая», а я тебе не «мама».        Мои глаза расширились, новые слезы готовились пролиться из моих глаз. Я так любила свою маму, и мне было больно, что она готова была просто вышвырнуть меня. Независимо от того, сколько времени она проводит вдали, она всегда будет моей мамой. Она единственная, кто у меня есть.        — При всем уважении, миссис Гроувз, я думаю, что это немного грубо. — Вступился за меня Гарри, так как я явно потеряла дар речи.        — Грубо это то, что ты приходишь сюда и забираешь у меня мою дочь. — Ответила она, и злобный взгляд не сходил с ее лица. В этот момент я даже не узнала ее. Это была не моя мама. Она не была способна говорить так ужасно.        — Я не прогонял ее, так что не вините меня. Я не собираюсь просто смотреть и позволять вам обращаться со своей дочерью как с дерьмом. Она заслуживает гораздо большего, чем родители, которые совершенно о ней не заботились, а это именно то, что вы дали ей, пока она росла.        Мне хотелось обнять его прямо сейчас, но я была слишком занята слезами, задаваясь вопросом, когда моя жизнь стала такой мыльной оперой. Я не возражала, когда Гарри вытащил меня из дома, держа мой чемодан в правой руке, а мою руку в левой.        Он открыл передо мной дверь машины, помог сесть, затем подошел к водительскому месту и завел машину, сразу же выехав с парковки и направляясь к своей квартире.        Слезы не переставали течь из моих глаз, я чувствовала себя совершенно ужасно. Меня только что выгнали из собственного дома, мама ненавидит моего парня, а теперь, наверное, и меня. И это чертовски больно.        — Прости. — Вздохнул Гарри, протягивая руку, чтобы погладить мое колено. — Мне очень, очень жаль.        Я покачала головой, схватила его за руку и соединила наши пальцы.        Остальная часть поездки до его квартиры прошла в тишине, за исключением моих маленьких рыданий каждые несколько минут. Я попыталась остановиться, но не не смогла сдерживаться. Вся моя жизнь была потрачена на то, чтобы угождать родителям, получать хорошие оценки и быть хорошим ребенком. Я никогда не употребляла наркотики, редко пила, у меня не было миллиона парней. Но я никогда не чувствовала себя достаточно счастливой. И, наконец, когда я делаю что-то, что моей маме не нравится, она выгоняет меня из моего гребаного дома. Что же мне теперь делать? Я не могу просто ожидать, что буду жить с Гарри, он не захочет, чтобы я была рядом 24/7. В любом случае, у меня еще есть немного времени, чтобы разобраться. Мы едем во Флориду на неделю, а до тех пор я подумаю, что мне делать. Кроме того, мы с Гарри, вероятно, останемся в пляжном домике на некоторое время, и я собираюсь в Нью-Йорк в конце августа, так что мне просто нужно пережить это до тех пор.        К тому времени, как мы подъехали к его жилому комплексу, мои рыдания успокоились, и единственным свидетельством их были засохшие слезные полосы на моих щеках, налитые кровью глаза и красный, опухший нос.        Гарри открыл мне дверь, взял мой чемодан и повел в свою квартиру. Отперев дверь, он поставил чемодан на пол, а затем подвел меня к дивану, сел рядом и обнял.        — Все будет хорошо, я уверен, что она не это имела в виду. Как только у нее будет время подумать об этом, она поймет, что ошибается. — Прошептал он мне на ухо, и я кивнула, но не в знак согласия, а в надежде, что он прав.        — А если нет? — Я осмелилась и спросила. — А что, если меня действительно выгонят? Что я буду делать?        Он посмотрел на меня так, словно у меня выросла лишняя голова.        — Останешься со мной.        Я подняла на него глаза, не заметив в них и тени юмора.        — Я не могу так навязываться. — Покачала я головой, не желая его раздражать.        — Навязываться? Рэнди, ты моя гребаная девушка. Я хочу, чтобы ты была здесь чаще, чем ты, вероятно, этого хочешь. — Он усмехнулся, и это вызвало небольшую улыбку на моем лице.        — Спасибо. — Улыбнулась я, уткнувшись носом в изгиб его шеи.        После нескольких минут молчания Гарри прервал его.        — Тебя действительно приняли в Нью-Йоркский университет?        Мои глаза расширились, потому что в момент гнева я не понимала, что позволила этому соскользнуть с моего языка. Он ведь не знал, что я переезжаю. в Нью-Йорк.        Мой взгляд упал на колени, не зная, как на это реагировать. Я не была готова сказать ему, что если он не захочет иметь со мной ничего общего, как только поймет, что я переезжаю в другую страну? Что, если он бросит меня?        Я медленно кивнула головой, не глядя на него, сдирая лак со своих ногтей.        — Когда ты собиралась мне об этом рассказать? — Тихо спросил он. В его голосе не было злости, только любопытство.        — Я хотела, я просто… Я не знала, как тебе сказать. — Ответила я. — Я не знала, как ты отреагируешь. Разве ты захочешь быть со мной, если я буду жить в другой стране?        — Только потому, что ты следуешь за своей мечтой, не значит, что я собираюсь бросить тебя. — Заявил он, используя большой и указательный пальцы, чтобы поднять мое лицо, чтобы я посмотрела на него. — Я люблю тебя, Рэнди, и говорю это не просто так. Я так чертовски люблю тебя, и не думаю, что смог бы бросить тебя, даже если бы захотел.        — Но ты не захочешь быть со мной, когда мы будем в разных часовых поясах, в разных странах, не видясь. — Я снова начала всхлипывать. Вероятно, скоро наступит этот момент.        — Захочу. Я планирую быть с тобой столько, сколько ты захочешь. — Ответил он, целуя меня в лоб. — И я буду поддерживать тебя на каждом шагу. Даже когда ты будешь в другой стране, на другом часовом поясе. Все получится, и мы справимся.        — Я люблю тебя. — Я села, глядя на его прекрасное лицо. Он был буквально совершенством.        — Я люблю тебя. — Улыбнулся он в ответ, целуя меня в нос. Я потерла его, чувствуя себя странно. — Пожалуйста, не бойся мне ничего рассказывать. Я хочу знать о тебе все и вся. И ты что правда получила награду за то, что закончила математику с лучшей оценкой? — Он ухмыльнулся мне, и я ответила тем же.        — Да. — Гордо заявила я. — Я получила пять с плюсом, так как сделала кучу дополнительных заданий. Моя итоговая оценка составила 113%.        — Срань господня. — Выдохнул он с недоверием, заставив меня хихикнуть, совершенно забыв о слезах, которые только что катились по моему лицу. — У меня на руках гений. — Ухмыльнулся он, и я закатила глаза.        — Спасибо. — Сказала я, снова прижимаясь к нему.        — За что? — Даже не видя его, я представила, как он нахмурил брови.        — За все. — Я пожала плечами. — За то, что заступился за меня перед мамой, и позволил мне остаться с тобой, и не злился на меня из-за Нью-Йорка, и просто был сам собой.        — И тебе спасибо, Миранда Гроувз, за то, что ты заступилась за меня перед своей мамой, и осталась со мной, и просто была собой. — Ответил он с милой улыбкой на пухлых розовых губах.        — А теперь давай посмотрим диснеевские фильмы. — Заявила я и услышала, как он засмеялся рядом со мной.        — Ни за что.