Послание в бутылке

Pov Vaas Я сидел на мягкой постели в каюте лайнера «Ностальгия». В руках я держал старую фотографию, сделанную на полариоид. На ней были запечатлены Билли Кондер и его покойная подружка. Билли, Билли, засранец ты этакий. Ты был со мной в первом потоке, также как и я прошел ад и не сдох. У тебя все было бы пучком, если бы я не уговорил тебя вернуться на Рук-Айланд. Твоя подружка умоляла тебя остаться и не ехать, но тебе были обещаны хорошие деньги и ты вернулся, так как хотел, чтобы твоя подружка, как и моя София, ни в чем не нуждалась. Через месяц Билли пришло письмо, в котором его подружка написала, что сделала аборт. Билли поехал к ней и в припадке бешенства убил ее, после чего вернулся на Рук, так как был объявлен в розыск в штатах. За четыре дня до основных событий - Блять, пошли все нахуй, - выпроводил я вслед за русской парней, которые притащили Билли. Остался только Чато и Абель. – Билли, Билли. Тебе сучек мало? – придвигаю стул, чтобы сесть напротив Билли. - Неее, их как раз достаточно. Я бы показал, где они у меня сидят, но руки связаны. - Это она тебя так? – оценивающе смотрю на раненную ногу Билли. Его армейские штаны более чем пропитались кровью. Никто ему не удосужился перетянуть рану. - Ага. - Он не хочет говорить, кто ему ключ от комнаты сделал, - вертит меж пальцев ключ, словно монетку, Чато. - Да, отьебись ты от меня! Сказал же, что не выдам, значит, не выдам. - Ваас, дай мне пять минут, - просит Карлос. Позади меня Бен цокнул языком. Словно ему меньше понадобиться времени для того что узнать важную инфу. - И секунды не дам. Ищи этого шустрого по старинке. Бенджамин, узнай, кто еще пил херню что предлагала Натали. Узнай так же, когда она им успела это впарить. Да и позовите Талиса и этого… блять… как того итальянца зовут? – силюсь вспомнить итальянца ПБшника. Он в ПБ один итальянец. На Рук-Айланд, так повелось, что итальянцев, немцев и японцев очень не жалуют. Каждому из представителей этих стран приходится ох как несладко среди остальных. Доказывать свою пригодность и полезность им приходится всюду и везде на деле. Они изгои, но если они чего-то добились, их будут уважать сильнее, чем ненавидели. - Зеро Контодино, - даже не запнулся Билли. – Хуевый выбор, - скривился Кондер. - Он же итальяшка. Блять, только мою детку ему не отдавайте, - вспомнил Билли о своей старой ржавой колымаге. Ее давно уже под пресс пустить надо, а он на ней все ездит. - Я ее себе заберу, - кидает напоследок Чато и уходит вместе с Беном. - Развяжешь? Не хочу подыхать привязанный к стулу. - Не знаю Билли, не знаю, - встаю и прихожу Билли за спину. – Что ты успел сделать с русской? - Раком нагнул. Слегка пощупал. Все. Она же …черт возьми … и правда постоять может за себя. Не поверил я вашему трепу про самооборону. Она немного странная, помешанная как все писаки, но чтобы так. Тут я охуеваю, Ваас. Горячая девка. Беда только с ее мордой. - де Сору не хочешь сказать про это? М? Что де Сор, я сам ели сдержался, чтобы не отправить Билли на тот свет чуть раньше, чем планировал. - Не, я пас, - хохотнул Билли. – де Сор распилит меня на части, а вот ты сделаешь все быстро, - уверовал Билли, что за оскорбление русской писательницы я его кончу быстро и без лишних слов. – Что, я не прав? Ваас?! - Не в этот раз, Билли, - зажимаю его голову захватом. – Сначала я вырву твои глаза, а затем уже убью. Для вырывания зубов мне всегда нужны клещи или пассатижи, а вот глазные яблоки я мог вырывать без всяких инструментов. Для лучшего протекания процедуры захватите с собой беруши. Пациент всегда остро реагирует на боль и очень громко вопит. Я не спеша вытирал руки о тряпку, которую нашел в помещении. Билли больно на столько, что даже на стуле подпрыгивает. - Ваас, звал, - входит Ромирос. За ним следовал ПБешник Зеро. Худощавый, жилистый и голубоглазый. Следом притащился хмурой Молони. Он то что тут забыл? Талис отхлебнул из фляжке. Зеро слегка побледнел. - Слышал, Билли опять прославился? - усмехнулся Молони. - Ага. Вынимаю из кобуры пистолет, передергиваю затвор и стреляю в Билли. - Так, - убрал я обратно пистолет в кобуру и подошел к Кондеру, чтобы проверить пульс на сонной артерии. Пуля угодила прямо в сердце. – Билли нас покинул. Зеро. Тебе можно доверить такое ответственное дело, как вспороть брюхо Билли и повесить на его же собственных кишках. - Да. Только я нож не захватил, - чешет он шею, явно понимая, к чему я клоню. Это все, блять, проверка. - Я тоже, - спрятал Ромирос фляжку в желет. - Вы ахуели! Расслабились в конец. - У меня есть, - говорит Мика, хлопавая по бедру, где у него были ножны с охотничьим ножом. Ну хоть у кого то есть. Молони вынимает нож и протягивает итальянцу. Секунду, помедлив Зеро, берет его и идет перерезать веревки на трупе. - Эй, Стоп, стоп, - говорю я парням, которые уже вытаскивали тело из помещения. Подхожу, охлопываю тело по карманам. Он всегда таскал с собой фотку и письмо своей покойной девки. Письмо и фотография были в одном из карманов его армейских штанов, вместе с наличностью, которую могли взять как Талис, так и Зеро, но я их опередил. Я сидел в комнате, которую занимал Билли. Обследовав ее, я обнаружил в ней остатки варева Натали. Бен притащил список парней, которые употребляли ее варево. Билли пил классический любовный эликсир. Другие что-то другое. Ни у кого не наблюдалось тех же симптомов что и у Кондера. Мне предстоит серьезный разговор с Натали, а пока пил виски, предложенное Талисом и читал письмо. Конверта не сохранилось, а я забыл, как звали девушку Билли. Пришла русская и без спроса взяла фотографию. - Твоя мама вроде тебя хорошо воспитывала, а ты все равно без спроса берешь чужие вещи. Она только хмыкнула. - Это его покойная девушка. Он ее вспоминал, - положила она обратно фотографию. - Да, она. Что еще хочешь знать? - Билли мертв? - Да, наверное, уже болтается на собственных кишках. Ривз вздохнула и попросила Талиса плеснуть того, что он там пьет. Пришел Саид со своим фирменным заварочным чайником и пиалой, дал ей подзатыльник за то, что она ушла из комнаты и за то, что пьет. - Я чуть-чуть. Помянуть человека. Из-за меня уже два человека погибли? - Что-то я не помню первого. - Фил, - напомнила она мне про Филберто. Я тихо рассмеялся. - Его погубила не ты, а его неосмотрительность и крокодил-альбинос. - Если я начну поминать всех тех, кто мне был дорог, моя печень меня подведет, - буркнул Саид и налил себе в пиалу чай. Русская только завела глаза и съебнула, как только осилила два глотка. Перед тем как пойти к своим девочкам, я зашел в комнату де Сора. Саид разрешил, а мне … просто хотелось услышать ее голос. - Больше не убивай из-за меня своих подчиненных. Можно же было, как то по-другому наказать Билли, - шепчет она из-под пледа. Как только догадалась что это я. В комнате темно, она, наконец, решила лечь спать. Если получится, то уснет, если нет, будет ворочаться до самого утра. - Аmeble, не выдумывай херню. Я еще очень мягко обошелся с Билли. Будь на моем месте Эрик, он бы…а впрочем, - кашлянул я, - Спроси у него сама, при встрече, что он бы сделал с ним. Закрыли тему, сдали в архив. Спи давай. Отхожу к двери, хотя очень большое желание остаться тут чуть дольше. - Ваас, - окликает она меня. - В чем дело, ruso? За спиной тихий шорох пледа. Должно быть она привстала. - Задержись ненадолго. Я оборачиваюсь. Русская сидит и трет глаза. Плачет чтоль? - Платочек дать? Что ты вечно о моих парнях плачешь, словно они тебе родственники. - Дурак. Не плачу я. У меня веко зачесалось. Ваас, я хотела спросить… - Спрашивай, - подхожу к ней. Она привстает и тянет ворот моей рубашке на себя. Ее теплые, даже через ткань, руки проходят вдоль моей груди, вызываю тем самым волну возбуждения. Она начинает застегивать пуговицы на моей расстегнутой рубашке. - Зачем ты так с Софией? Рога слишком большие выросли. Так и у нее не маленькие, - шепчет она. Небольшое волнение, хрипотца делает его сладким и сексуальным. Темнота, постель, женщина, которая не безразлична. Сладкая пытка, в которой она палач и судья. Я опять останусь ни с чем. - Так и у Эрика не меньше, mi сorazon. Он для тебя по-прежнему просто приятель с которым можно потрахаться? - Проще говоря, любовник, - в отсветах прожекторов ее глаза лукаво блестят. Ловкие пальцы продолжают застегивать пуговицы на моей красной рубашке. Чертовка, как же она заводит меня. - Натали тоже самое для меня. Amante*. Я могу от нее избавиться, когда захочу. Ривз повторила за мной по-испански аmante. Нихера не понимаю, зачем она повторила это слово за мной. - Надеюсь, не как от Билли? – застегнула она последнюю пуговицу и поправляет ворот моей рубашки. - Все зависит от ее поведения, - обхватываю руками ягодицы этой безумной женщины. Наши губы… Нет, наверное, мне это снится, в первый раз мы сами просто так поцеловали друг друга. Без всяких лишних слов. Она обхватывает мою голову руками. Целует жадно и страстно, почти, так же как и я ее. Еще немного и я не смогу уйти. Она неожиданно отстраняется. - Уходи. Уходи пока мою крышу опять не сорвало и я не пожалела в сотый раз. - Что такое, bebe? Тебе не понравилось наш секс в пещере? - Неа… Нет лучшего наказания для моего эго, чем честное признание леди, что в постели был я крайне плох. Ладно, я признаю, что идея секса в сырой пещере, с разбитой мордой, была крайней неудачной. Пиздец, я так хотел этого, что мне было пофиг где, лишь бы она дала. И вот когда она снизошла до этого, она считает меня в сексе полным лузером. Она не малолетка, которую я бы мог впечатлить. Ей есть с чем сравнить и я, похоже, в аутсайдерах… - Mis muchachas, ваш папочка вернулся, - кричу, как только за мной закрылись двери ангара. Тишина. Никой реакции от моих деток нет. Может они уснули пока меня ждали. Лишь Фредди отозвался. Тигр уже привык спать при свете галогеновых светильников. Это его ничуть не беспокоит. Что-то другое вызвало его беспокойство. Слово, начинающееся на «к». Я подошел к его вольеру. Фредди остановился, втянул воздух, протяжно рыкнул и подошел ближе к решетке. - Ну, что приятель. На кого ставишь? На Софию или Натали? – потрепал я тигра за ухом. – Мне тоже интересно кто кого. Если София – Натали, то ее ревность достигла пика. Я не ошибся и все сделал верно. Если Натали - Софию, то этой суке не жить. Скормлю ее тебе. Тигр фыркнул и мотнул головой. - Не хочешь? Слишком калорийная? Морда, ты тигриная, а не зажрался ли часом? Я знал, где лежит тело, но решил сперва заглянуть наверх. Нашел осколки разбитой бутылки, вытащенный заварной чайник и окурок легкой сигареты. София-София. Я же говорил тебе не курить. Никак не могу выбить дурь, из твоей пустой головы. Я прошелся, заглянул в темные углы, вдруг у кого-то из моих девочек после убийства случился шок. Никого. Ладно. Все же София. Хорошо. Нет, даже отлично. Она выпустила пар. Натали можно было узнать по ее пухлой тушке, надетой моей рубашке и кольцу на пальце. Голова и лицо так разбиты, что все черты стерты. Будь она жива, вряд ли ей помог пластический хирург. Я заглянул в багажники и салоны моих тачек, но моей девочки нигде не было. Пиздец и куда она подевалась? - Карлос, - связался я с и испанцем по рации. – Если ты еще трезв, то возьми Бена и тех кто еще держится на ногах и приходите ко мне. К приходу парней успел завернуть Натали в простынь и скурить пару сигарет. - Бляяяять! – только и сказал Чато. – Это София сделала? Я усмехнулся от того что Бенджамин полез проверять пульс. Подохла она. Если не от шока загнулась девка, то от кровопотери, если не от шока и кровопотери, то от нанесенных травм. - Я не коп Чато. Но… наверное, если мы проверим отпечатки на гаечном ключе, сравним отпечатки следов от обуви и подберем какие-нибудь невидимые херни на теле, то все укажет на нее. - И куда она дернула? - Вот, очень хороший вопрос. Бен, пиздуй к Ривз. Проверь как она. Лотос на тебе весь транспорт. Браен на тебе связь. Свяжись с Черным Бартом. Нужно его обрадовать. Потушив очередную сигарету мыском об пол, я взял завернутое в простыню тело и понес к выходу. Потерев подбородок, я снова зачитал письмо девушки Билли. Читал я его уже сотню раз и знаю что там написано. Дорогой Билли. Я собиралась написать тебе, как только ты уехал. Так и не написала. А вот теперь я все же решилась. Я приняла сразу несколько решений. Первое. Я ухожу от тебя. Да, ты свободен. Собираю вещи, отдаю ключи нашим соседям и уезжаю. Не знаю куда. Точно не к маме. Знаю, что получив мое письмо, ты сразу подумаешь, что я там. Нет. Я уеду туда, где ты меня искать не станешь. Найду местечко, где затеряюсь и начну все с начала. Я люблю тебя, но так жить я не могу. Ждать каждый раз тебя. Ждать весточки от тебя или от тех на кого ты работаешь. Жив ты или уже сдох. Ты обещал, что вернулся. Навсегда. Что мы тихо заживем. Эти месяцы пока ты был дома…. Плевать, что у тебя было воспаление легких и еще какая-то экзотическая болезнь. Мы же справились. Второе. Я беременна, но рожать не буду. Пока писала, эти строки скурила две пачки. Это ему не пойдет на пользу, так же как и отсутствие отца. Мне, как и ему не нужны твои визиты два раза в год. Так же не нужны пустые обещание и отговорки. Черт, не умею я писать письмо. Я подождала, писать окончание письма. Билли я сделала аборт. Так что можешь не торопиться меня искать. Блять, ты даже не представляешь, как мне тебе не хватает. Какой же ты мудак и этот … твой приятель с ирокезом. Прощай. Сучка. Решила сразу за троих. Я тоже принимаю решение за многих. Право на личную жизнь есть у всех, и я в него не вмешиваюсь. Чисто по-приятельски могу дать совет другой, но каждый всегда принимает решение сам. Билли сам принял решение. Я на него не давил. София затянута в черное узкое платье до колена. Рукава были длинные. Туфли на высоком каблуке, черные чулки скрывали ее синяки и кровоподтеки. С многочисленными гостями на лайнер Хойта высаживались ее друзья. - Дорогая, твое платье божественно, - пропищала ее беременная подружка. Они обменялись легкими поцелуями. Коротко представив мне, чуть не оторвав Луи руку, София потащила парочку знакомиться с местной достопримечательностью в лице Ривз. Русская прогуливалась по палубе вместе со своим братцем, редактором и Саидом. - Дорогая, они с дороги, - решил я изобразить саму заботливость. – Мы еще успеем надоесть друг другу. У меня еще представится возможность познакомится с Фей и Луи поближе. Меня очень веселило напряжение моей девочки. Ривз тоже была слегка взволнована. Моя ненаглядная, успела ей навешать лапши на уши, а она повелась. Скучать мне в этом круизе явно не придется. Помимо друзей Софии, которые уже стали чувствовать себя лишними на этом праздники жизни, было очень любопытно пронаблюдать за Хойтом. У меня было свое дело к нему. Это дело давно не давало мне покоя. Подавив зевок, вечер обещался быть пылким на речи, я подмигнул Ариадне. Она сидела вместе с Деннисом, Цао и еще парочкой незнакомых представителей от Роджерса. Ариандны могло тут и не быть, но я выдал Роджерсу одного пленного ракьят в обмен на обещание, что он возьмет боевую дамочку с кастетами с собой. Обещание он сдержал. Ариадна в роскошном серебряном платье, щеки горят от румян, а волосы ниспадают свободно до плеч. Она по-прежнему старается быть гордой и независимой, но мое внимание ей очень льстит. - …Эта женщина, - распинается Хойт про Ривз. Она стоит рядом с Хойтом. Робкая, но в тоже время сексуальная в пышном, фиолетового цвета, платье. – Особенная. Она способна изменить жизнь любого. Мне она стала как сестра, которой у меня, к сожалению не было. Моя жизнь уже изменилась. В лучшую сторону. Поэтому предлагаю ровно через год собраться снова, но уже на презентацию другой книги. Почти биографической. Подскажи как она будет называться? - «Далекий крик безумия». - Почти биографической книги «Далекий крик безумия». Эта книга станет неоспоримым блогбастером в следующем году. А пока я хотел бы выпить за эту женщину и других столь же прелестных женщин, которые находятся в этом зале. Эк он разошелся. Выпить за дам. Миллион лет от него таких тостов не слышал. Что с ним случилось? Его психотеропевт его вылечил? Если да, то я следующий на очередь. Когда начали легкие танцы, Хойт пригласил Ривз на первый танец. Я пригласил Ариадну. София насупилась, затем расслабилась. Я ее предупредил, чтобы она вела себя не как шлюха. Если она переступит эту грань, очень пожалеет. - Босс, у меня крайне важный разговор к Еsperanzе. Готов обменять ее на свою партнершу. - Это не у меня надо спрашивать, а у Надежды. Захочет ли она. - Хм…Я не против, - сказала она. Я взял ее одной рукой за талию, другой за руку. - Мисс Кох не менее талантлива, чем мисс Ленева. Не пристрели ее как ту чернокожую красотку. - И как твоя шляпа не слетает с тебя, - бросила реплику Ривз. Я вел ее в медленно танце. - Она меня боится. - Бедная, - явный сарказм. – Итак… - Не будь скучной. - Могу указать человека, с кем тебе будет очень весело. - Я шуток не понимаю, но ты просто пиздец, прямолинейная. - Давай я начну, а ты продолжишь, - предложила Ривз. - Я видела на Софии синяки и кровоподтеки. - Ты хочешь поговорить об этом? А знаешь ли ты причины, по которой она получила их? - Ммм…, - протянула Ривз. – Раз тут нет Натали… есть несколько вариантов причин ее отсутствия. - Так, очень интересно их послушать, - ухмыльнулся я. - Ты ее не взял с собой, из-за того что ты с ней расстался. - Скучный вариант. - Тогда второй вариант. Она мертва и ее убил даже не ты, а София. - А вот этот вариант очень интригующий. Интригует он еще и потому, что плохая девочка София сказала тебе о своем желание убить Натали, а хорошая девочка Надя промолчала. Плохая девочка София дождалась удобного момента и убила Натали. Хорошая девочка Надя продолжала молчать и жалеть свою подружку. Дальше продолжать? Она кивнула. - Итак, плохая девочка София, сбежала с места преступления. Она решила исповедаться. Думала раз, и Господь простит ее, но простил ее только один крайне фанатичный священник. Ему бы родиться во времена инквизиции. В то время, таким как он, цены не было. Я ошибся, когда посчитал, что София своим ночным приключениям остудит свою головку. Ничего подобного. В стенах церкви она вдруг воспылала желанием. Нет, нет, нет…прошу, только не говори что я ей шепнул пару красивых фраз или сам кинулся на нее. Ничего подобного. Я всего лишь хотел ее обнять. Ведь я переживал за нее. М? Ты что-то хочешь сказать? Девушка помотала головой. - Если ты говоришь «нет», я это сразу понимаю. Ее «нет» звучало очень неуверенно. - Понятно. - Нихуя тебе не понятно. Я исхлестал ее своим ремнем, связал и трахнул в стенах церкви. - Ты великий грешник. Дальше падать некуда, - вздохнула она и я почувствовал как она вздрогнула, а по ее рукам пробежали возбуждающие мурашки. Мурашки не страха, а возбуждения. Конечно, ее возбуждают такие мои откровения. - Дальше только бездна ада. В которую я и София попадем вместе. Поэтому будь хорошей девочкой, не давай ей тобой воспользоваться. Если ты попросишь у нее помощи, вряд ли она ее окажет. - Смотри, какой нескучный второй вариант оказался! Ты завелся с пол оборота, даже спина взмокла. Я промолчал и сдержал порыв желания перекинуть ее тело через плечо, дойти до комнаты, где нам бы не помешали, и отлупить по заднице. Медленный танец закончился, но ее от себя я не отпустил. Повел в барную комнату, не чтобы отлупить, а чтобы поговорит с глазу на глаз. Мика кивнул и встал около двери, чтобы никто не побеспокоил нас во время разговора. Лотос на лайнере изображал бармена. Он остался на тот случай, если София придет. Ривз немного помучилась, чтобы сесть на барный стул в своем пышном платье, но когда села, Лотос сделал для нее Маргариту. - Лотос, давно хотела спросить. Лотос – это твое настоящее имя или кличка? - Мое имя слишком длинное, труднопроизносимое и трудно запоминающееся. Это сокращение по первым пяти буквам, - ответил ей азиат. - Красивое имя, - решила она то ли польстить моему подчиненному, то ли просто по честному сказать свое мнение. Скорее второе. Лотос так же решил и слегка улыбнулся. Не часто я вижу улыбку на лице этого человека. Жизнь его не баловала. С самого детства он жил на улице. Не слишком заботливая мать оставила его, когда Лотосу было всего два года. Чтобы выжить он крал, торговал собой… - Вода с газом, Ваас, - отвлек меня Лотос от воспоминаний. Меня бесит моя собственная трезвость. Выпивки целый океан, а я трезвый. Я не пил нормально… Уже забыл когда я нормально пил. Как все кончится - уйду в запой. Хуй кто меня остановит. - На чем мы остановились? - На том, что у тебя спина сырая. Может нам не стоит этот разговор затевать? - Стоит. Одна крашенная особа хочет тебя использовать. - Мне не привыкать к этому. К тому же … к тому же ты хочешь убить троих людей. Фей беременна. Она на седьмом месяце. - Да ну!? Она беременна?! Я подумал, что это лишние килограммы. - Ваас. - Да, - посмотрел я ей в глаза. – Думаешь мне в первой это делать. М? - Нет. Думаю, нет, - не отвела она свои карие глаза. – Поэтому я их и защищаю. От тебя. - О! Тебя невозможно на трезвую слушать, - я хлебнул воды. – А приходится. Послушай. София это заслужила. Она скатилась до убийства. Между прочим если ты не держала язычок за зубами, на месте Натали могла быть ты. Уже второй раз, - я скрестил руки на груди. – Я отважу от тебя беду. Не просто спасаю от смерти, а именно отважу беду. Да, да, да. Я не просто так поперся к Натали. Я знал, что София когда-нибудь сорвется. Она никогда не ревновала меня, но когда ее ревность проявила себя, тут я не стал рисковать той, кто мне стал дорог по-особенному. - Спасибо. Все равно у нас бы ничего не вышло, - поняла Надя весь мой продуманный план. Молодец, догадливая, но такая, блять… даже шанса не дает. То секс был неудачным, то как мужик я ей не гож. - После этого ты все равно хочешь помогать ей? - Да. Я не вижу причин, по которой я бы отказалась от этого. Ты только и делаешь, что лжешь и мучаешь ее. Она тычет в тебя этим, ты так же поступаешь в ответ. Я понимаю… понимаю, что у тебя в мозгах своя атмосфера, постичь которую дано не многим. - У особы напротив это хорошо получается. Если ты понимаешь, то ты понимаешь, что я сделаю с Софией и ее друзьями все что захочу, ни смотря ни на что. Предупреждаю тебя детка, будет больно, если ты встаешь на моем пути и слишком рьяно будешь меня останавливать. Девушка поджала губы и кивнула, я улыбнулся. - Если это все, то я пойду. - Нет не все. Лотос еще один коктейль для señoritы писательницы. - Что-нибудь слабоалкогольное. Хах… хороший план напоить меня, тем самым вывести из игры. - А ты не думала, что Лотос может тебе снотворное подсыпать, слабительное или даже яд. Азиат растянул тонкие губы в улыбке. Это он запросто мог сделать, но не сделал. Я не отдавал приказа. - Как-то об этом я не подумала, - с сомнением покосилась она на очередной коктейль, на этот раз безалкогольный. Я взял высокий стакан и глотнул сладкой жидкости коктейля через соломинку. – Я тебя слушаю, дальше, - недовольно посмотрела она на меня, так как в два глотка я наполовину выпил ее заветный коктейль. - На «Ностальгии» есть еще один пассажир. Это бывший наемник Хойта, который стащил у него важную накладную. Бразильцы нашли его и сдали Хойту. По моим сведеньям он еще жив, - я не отдал ей коктейль, коротко кивнул, чтобы Лотосу сделал еще один - уже ей. – Я знаю, что он хочет продемонстрировать тебе, как он может проводить пытки. Вроде для того чтобы ты увидела все вживую и описала в своем романе. - Если что-то Хойт задумал, его невозможно остановить. Ты не хочешь, чтобы я на это смотрела? - Нет, не хочу. Даже Эрик не хотел бы этого. Я знаю, как можно остановить Хойта. - Как же? - Когда он позовет тебя с собой спуститься в трюм, просто скажи любому из моих парней, что изображает тут персонал, следующее: «Мой туалет засорился». Они передадут мне. Я приду, и он забудет как о пленном, так и о тебе. Все понятно? А? - Да, - согласилась она без лишних расспросов. - Можно идти, мистер гангстер? - она отвесила моей шляпе щелбан, от чего та съехала на другой бок. Мне пришлось ее поправить. Плохая девочка, так и тянет ее пофлиртовать со мной. Я сидел на мягкой постели в своей каюте. Опять в руках старое письмо подружки Билли. Я в сотый или тысячный раз перечитываю его, в надежде понять, что не устроило эту женщину. Расстояние. Так нужно было потерпеть. Спустя пару месяцев Хойт разрешил наемникам привозить свои семьи на остров. Для этого Газтоун и был основан. София подходит ко мне в одном нижнем белье и со стаканом чего-то алкогольного. Она садится на колени и смотрит на меня. Я не реагирую. Она склоняет голову и прикасается к моей руке своими губами алыми от помады. - Ты уже много раз читал это письмо Маргарет к Билли. Маргарет. Ее звали Маргарет. - Спасибо, что напомнила. Она улыбается и целует легким поцелуем мой большой палец Я продолжаю держать старое письмо, которое уже успело пожелтеть, изорваться по краям и измяться. София прижимается щекой к моей ноге. Она хочет немного моего внимания и ласки. Еще хочет, чтобы я простил ее и передумал убивать Фей и Луи. - Васс. Давай попытаемся сохранить наши отношения. Возьми, - протягивает она стакан с темной жидкостью. Она что слепая? Я ведь пью в основном только минералку. – Это всего лишь наш очередной кризис в отношениях. В наших непростых отношениях. Я взял у Софии стакан с выпивкой и выплескиваю ей в лицо. - София. Хватит нести хуйню. Одевайся, мне твои тощие мослы видеть тошно, - я не скрывал презрения в голосе и в глазах. Меня уже не возбуждала эта женщина, как женщина. Я прочел ее как письмо Маргарет к Билли. Выучил как каждую строку. Знаю, в какой строке Маргарет сделала помарку или зачеркнула до черноты слово, которое уже невозможно прочесть. К счастью или нет, в дверь постучали. Стук был отработанный, а значит пора. Хойт повел Ривз в трюм знакомиться с Брюсом. - Куда ты? – спросила София. Я надел кобуру с пистолетом, затем пиджак. Конечно, это вызвало у Софии массу вопросов. Она загородила дверь. Это было глупо, так как по ее мнению, единственное для чего я мог взять пистолет на этом лайнере, так это для убийства ее друзей. Глупо с ее сторону стоять на моем пути. Я сжал ее тонкую шею. - Расслабься, мi reina. Твои друзья еще поживут. Пожалуй, слишком сильно сжал. У нее будут новые синяки. Не моя забота. У нее много шмоток, найдет чем прикрыть. - Просто сожми руку посильнее. Лучше я, чем они. - Ты торопишься в ад? А? Она не ответила. Я продолжал держать ее за шею. Она могла дышать, но не могла отступить от меня. В моем нагрудном кармане пиджака был носовой платок, я достал его и вытер ее помаду. Старательно вытер. Трюм был огромный, собственно как и лайнер который бороздил Тихий океан. В одном из помещений я нашел Сэма. Он курил уже не первую сигарету. У меня было огромное желание стрельнуть у него сигаретку. Я вообще сегодня не курил. Вообще пиздец, себя не узнаю. Сэм угостил сигаретой и дал прикурить. - Долго они там? – указал я на бронированную дверь, ведущую в помещение, где держали Брюса. - Минут десять как. У тебя есть план, как вытащить ее от туда? - Есть? - Gut. Можешь проходить. Он ничего не говорил про то, что тебя нельзя пускать. - … Самое интересное, это когда я принимаю новобранцев. Очень люблю это делать, - распинался Хойт перед русской. Именно перед ней, не перед Брюсом, который был привязан к железному стулу в центре помещения. Напротив стояли столы всевозможными орудиями пыток. – Знаешь почему? Потому что обычно к моменту приема новобранцев у меня появляется «лишний Брюс», которого я при этих новобранцев живьем скармливаю крокодилам или запихиваю в железный ящик, предварительно устроив тому душ из бензина. Чтобы Брюс не орал, Хойт залепил ему рот клейкой лентой. Отбросив в сторону щипцы, которыми Волкер драл бывшему наемнику ногти, он повернулся к Надежде. - Ахх, Ваас, - не заметить, что я вошел было не трудно. Дверь массивная, щелкнула при входе и громко щелкнула при ее закрытии. А я тут рассказываю Наде, как я обычно принимаю новобранцев. А так же показываю, как правильно пытать. Не хочешь присоединиться? Я встал рядом с девушкой. Ривз явно была в небольшом шоке от увиденного. Сидеть не могла, стояла, массируя себе висок. Оригинальный способ прикрыть глаза рукой. - Хойт, что дальше происходит с тем, кто сидит в ящике? - Я объясняю правила новобранцем. Три простых правила: первое: беречь мой товар, второе: вся прибыль моя, третье… Кстати, - Хойт наклонился к Брюсу. - Я каждого предупреждаю в этом третьем правиле, что будет если кто-то … - Закрой глаза или отвернись, - шепнул я девушке и достал пушку из наплечной кобуры. - … нарушит это правило. Не я ли тебе за покером говорил, что у меня есть хорошие друзья. Что если не мои люди найдут вора, то мои друзья помогут мне. Что ж уже поздно. Надежда, выберите какой-нибудь инструмент для следующей пытки. Мне жутко хочется продолжить показывать вам экскурс в мир пределов человеческой боли. Бла-бла-бла… Папочка, ты уже достал своими речами. Везде, везде ты говоришь и говоришь, и остановить тебя никто не может. Я выстрелил. Первая пуля угодила заложнику Хойта в грудь. Вторая попала в голову, упокоив захрипевшего Брюса навечно. Я скосил глаза на девушку. Отлично, повернулась спиной. Она обхватила себя руками, спина немного дрожала. - Ваас, то ли я старею, то ли ты становишься слишком заботливым. - Да, забочусь… чтобы у моего отца язык не отсох от пустой болтовни. Еще сердце. Ты так все близко принимаешь к сердцу. Возраст, неизвестно когда тебя скосит инсульт или инфаркт. Русская посмотрела на меня удивленными глазами. Не менее удивленно смотрел на меня Хойт. - Милая, мои люди не раз говорили мне, что я им как отец. От Вааса… даже не знаю, как это звучит. Ты ничего не принимал? А? - Бля, Хойт, хорош комедию ломать. Ты мой отец. Я знаю это и у меня есть масса доказательств… Amante* - Любовница Mis muchachas* – Мои девочки