акварелью по обшарпанным стенам

алый закат превращался в багровый рассвет, что обжигал сетчатку глаза. ты походила на неё своим прожигающим взглядом и властным тоном. мне хотелось заслужить твоей любви хотя бы на каплю, но мы день за днём воевали словами. они застревали в головах, словно пули. я, правда, полный нуль, раз в ответ мне нечего выплюнуть, кроме того, что ты просто сука. — мы даже не знакомы, если ты забыла, — проговариваешь ты мне на ужин. ты всегда так сильно боялась шёпота за спиной, что я в лицо прокричу: твоя жизнь — сплошное враньё. тебя, по сути, нет. есть лишь стеклянный кокон, за которым прячется перепугавшийся человек. зона твоего комфорта — четыре стены, что раздавят тебя непременно. тебя злили мои реакции честные, меня же не особо напрягало, что оболочка пропитана провинцией насквозь. ты, будто забыла, откуда сама, или своими московскими замашками компенсировала точку, что даже не разглядеть на карте? ты закрывала мне рот рукой каждый раз, как звонила мама. она бы выбор твой не одобрила, но мы друг друга не выбирали: оказались вдвоём не в том месте, не в то время, что-то дурное закрутилось по пьяни. ты такая серьёзная, с кучей амбиций. тебя нельзя просто так бросить. давай помнёмся на одном месте несколько месяцев. куришь тонкие, в твоём заказе либо Кровавая Мэри, либо Пина колада. я ненавижу весь этот пафос, меня трясет. я ненавижу всё о тебе. и пусть останусь в твоей памяти беспечной балбеской, подливая себе в стакан ещё дешёвого виски. на вкус, точно твоя любовь, полная гадость. ты опубликуешь новый пост с ванильно-блевотной цитатой. как хорошо, что мне оценивать его не надо. мы ведь не знакомы. ты забыла, что ли? зачем тогда звонила? сказала, ревнуешь. сказала, скучаешь. а мой мир без тебя как-то расцвёл. может, в большей мере, из-за неё. она, словно тоже с картинки, но, в отличие от тебя, хотя бы была живой. ну, или правдоподобнее играла роль. у неё куча масок, масса историй. она так красива, будто сама любовь, будто сама весна; мой март восьмёркой в падении. я те глаза уже не забуду и, как терялась от её сладких слов. все озвученные мысли из её головы просто сор. в её реальности не существует ни правды, ни измен. то ли околдовала меня, то ли подсыпала что-то из своих любимых веществ в утренний чай. «я не хочу по тебе скучать», — вывожу в чате. она что-то непонятное несёт в голосовом, только «люблю» и «останешься» стрельнет прямо в висок, остальное сотрётся из памяти. подъедет ближе к трём ночи, запах мартини будет слышен сильнее духов. кажется, у меня дежавю… мне вроде не восемь, но сяду вперёд. догорает июнь. алый закат превращается в багровый рассвет. мне бы вновь вырваться из чужих скользких рук. любить нормальных, видимо, не моё.