акварелью по обшарпанным стенам

«верни мне мой 2012-ый», — загадываю я, потушив первую свечу. ты тушишь о стену сигаретный окурок, прячась за школой. мои пальцы дрожат, набирая тебе очередное дурацкое сообщение. после «отправить» сразу же «выйти из профиля» на несколько дней. всё равно прочтёшь не сразу, всё равно моментально не ответишь. к обычному приветствию прикреплён файл, где ровно пятьсот слов. ровно десять вечера на часах. на календаре, как тогда, май. — я всё помню, — говоришь ты, листая нашу переписку вверх. — я тоже, — разминаю шею, — можешь не искать. — хотелось тебя смутить, — смущаешься сама, я лишь пожимаю плечами, вглядываясь вглубь синих глаз, что десятилетие назад сводили с ума. тогда в них была загадка, сегодня они твердят: «верни нам наш 2012-ый». ..13-ый… ..14-ый… — кем бы ты хотела её видеть в своей жизни? — чётко звучит вопрос. — не знаю, — теряюсь я, — чтобы она просто в ней была… ..20-ый… сбылась мечта идиота, иначе как объяснить, почему все дороги в конечном счёте вели к тебе? но сейчас я вызываю такси, передавая привет себе в шестнадцать. представь, той девочке тогда казалось, что она любит тебя навсегда. знаешь, я пропустила, когда моё сердце окончательно к тебе остыло. нужно было повзрослеть, чтобы понять: никакая ты не судьба, а правда, шаболда. ровно десять вечера на часах. за окном морозный январь. года бегут, но я знаю точно: по экрану замёрзшими пальцами опять тебе о любви пишут наивные девчонки и пацаны. ровно пятьсот слов.

***

«неужели ты не помнишь, как было?» — шепчешь ты, касаясь губами уха. пальцы невольно сжимаются в кулак. ты, заметив, привычно ухмыляешься. тело меня вновь хочет предать, но разум держится. и он-то точно помнит, как было. лицо от природы крайне серьёзное, но внутри всё рвалось и металось по углам, видя тебя напротив. «безумно красива, я очарована». скажи, сколько о тебе думали так же? ты забираешь чеки, после — меня с универа. от тебя веяло силой, уверенностью, и, вдыхая аромат духов, мне хотелось эти ощущения, словно пилюлю, проглотить. мне хотелось тобою стать. сегодня я уже не помню дат. поэтому на глаз, в первый раз верни нас в 2016-ый, во второй — на год позже, и так далее… прости, я, наверное, всё же трусиха, ведь если бы было можно всё повторить сначала, я бы не рискнула падать под твои колёса и каблук ставить ровно на сердце. да, я всё помню, поэтому и оставляю тебя твоим бесконечным тусовкам. мне действительно казалось, что во мне чёртов датчик, иначе как ты появлялась внезапно, будто следовала по моим маршрутам 24/7? можешь больше не искать меня на своих google картах. никакая ты не судьба, а просто… ровно одиннадцать вечера на часах. за окном морозный январь. года бегут, но я знаю точно: по экрану замёрзшими пальцами опять тебе о любви пишут наивные девчонки и пацаны. а меня, наконец, не волнует, кто тебя этой ночью измацает. как закончу сборник, ты обязательно зацени. ведь я тогда заценила твои блядские стоны. а что ты могла ещё предложить?

***

00:00 на часах. я обнулюсь с циферблатом опять. год — в масштабах вечности всего лишь песчинка, но для меня прошла будто целая жизнь. без тебя. и сколько мне ещё предстоит пройти, заранее никто не предупредил. трясясь от холода в толстовке и под двумя одеялами, мысленно маме обещала, что скоро всё будет не так. ведь самой было без разницы, что случится на утро. себе же давала слово — никогда больше уже не писать, но пальцы вновь бежали по клавишам, лишь бы доказать: ещё горят мои глаза. -37 снаружи. я не выйду. припаркуйте лето навечно на заднем дворе. ты всё ещё мечтаешь о Париже? в праздничной открытке выведу: «желаю тебе найти того, кто может позволить себе что-то большее, чем французские поцелуи. целую». ровно двенадцать ночи на часах. за окном морозный январь, и я знаю точно: по экрану замёрзшими пальцами опять тебе о любви пишут наивные девчонки и пацаны. за окном в прошлом июне всё лили дожди, ты точно была не одна. вспоминала меня хоть немного? представляла, как я без разбора лапала девиц? но я, перемещаясь по пустым районам, просила себя просто дышать. ровно двенадцать ночи на часах. за окном морозный январь. снаружи -37, внутри на пару градусов ниже, но я знаю точно: стоит немного оттаять, как по экрану замёрзшими пальцами опять мне о любви будут писать наивные девчонки и пацаны.