Мой единственный маньяк

      Билли сидит на ступеньке старого дома. Пока офицер и дамочка осматривали дом, хотя и осматривать там нечего, по прихожей все понятно. Рядом с мальчиком сидит клоун и успокаивающе прижимал к своей груди. — Тише, мой мальчик. Не плакай, я с тобой, никогда от тебя не уйду. — П.правда? Поднимая заплаканное личико спросил мальчик. Еще никто, кроме Грея не говорил Биллу такого. Даже братик, он просто не успел это сказать. От таких мыслей слезы полились с новой силой. — Маааа. Билл стонет от безысходности и воспоминаний о брате, о отношениях с отцом, с матерью. Это так сильно давило на все. Вообще на все! На настроение, на отношение к жизни, на взаимоотношения с людьми! На все! — Ну, ну, ну. Мой мальчик не должен плакать, никогда. Хочешь сюда еще возвращаться? — Н.нет. Ладони на рубашке сжались в кулачки, носик зарылся в шею и начал вдыхать приятный одеколон. — Что такое? Хочешь на ручки? Мальчик сейчас такой милый и беззащитный. Не хочется его отпускать. — Иди ко мне, маленький. Парня перетащили на колени и полностью оградили от остального мира. — Мистер Грей, мы закончили. Опека однозначно ваша! Я больше не намерена терпеть подобное отношение к жизни. Кричит вышедшая из дома женщина, недовольно вытирая руки платком и спускаясь по лестнице. — Завтра мы привезем вам документы на опеку. Мальчик официально ваш. Такую терпеливую женщину явно что- то задело. — Спасибо. А что случилось? Вайз поднялся вместе с парнем и пошел к машине. — Эти люди предложили мне запрещенные вещества! Мне! Кандидату наук! Психологу со стажем в двадцать лет! Ужас! Офицер терпеливо и чуть с усмешкой последовал за дамой. — До свидания. Кричит на прощание мальчик, которого уже усадили на переднее сиденье машины и пристегнули. — — Увидимся, малыш. Добродушно отозвалась леди и хлопнула дверью полицейской машины. — Вайз… Мы домой? Так необычно. До этого Билл понимал, что формально это был не его дом. Это был дом Вайза, который мог в любой момент выгнать его. А теперь… У мальчика есть дом. Свой собственный. Он и правда может приходить туда и говорить: — Я дома. Он и правда теперь может поставить все по-своему? Он и правда может называть Вайза папочкой? Как в том фильме, где жена называла мужа папочкой. Они правда далеко не женатая парочка, но почему бы и нет? — Да. Домой… Может хочешь покушать? Из-за нервов ты даже не завтракал. Еще и поплакал. Машина завелась, мотор заревел, парочка начала ехать домой. Вайз за рулем такой мужественный. Хотя… Он и так такой, но так еще круче. — Ты же. Получается, теперь мне как отец? Формально да. Биллу нужно поменять фамилию, по желанию конечно. — Ну… Мне больше нравится любимый или дорогой. — хах. Просто, я тут подумал… Я же могу называть тебя… ну папочкой? Можно же, да? Машина резко затормозила. Лицо старшего нужно видеть! Он побледнел, глаза покраснели. На руках появились черные, как смерть, ногти. Челка упала на лицо и немного взмокла. — Как?! Его голос такой брутальный, властный. — П.папочка. — Мне нравится. Очень, вот только… Не на дороге. Как только мы вернемся домой, я тебе покажу папочку…