Мой единственный маньяк

      Чтоб не палиться на людях, Вайзу пришлось терпеть до коридора. А так хотелось разложить своего мальчика прямо в машине, на заднем, а лучше переднем сиденье. Чтоб видели все, чтоб все знали, что этот мальчик занят сильным мужчиной. — Малыш, иди ко мне. Шепчет старший, как только входная дверь захлопывается. Руки начинают гладить тонкую талию, нос зарывается в шелковистые волосы. — Ч.что? Что такое? Что ты делаешь? Мальчик немного нервничал. Ну как немного… Очень много. Это же его первый раз, это же Грей, а если, ему не понравится? — Мальчик мой… Я так долго этого ждал. Может нам уже пора перейти на новый этап? Не просто обнимашки и ванна вместе? — Ну, ты же все видел там. Может не нужно так сразу… По правде говоря, мальчику и самому хотелось продвижения. Только он же ничего не понимает в этом. — Ну уж нет. Иди-ка сюда. Резко парня подняли над полом и посадили на близстоящую тумбочку, в прихожей. — Ой! Ты чего? Не получив ответа мальчик почувствовал руки уже не на талии, а на ягодицах. От предвкушения у клоуна бегут мурашки по всему телу, постепенно переходя в одну пикантную точку. Он медленно приближается губами к плечу мальчика и прикусывает его. — Ай! Ну, больно же. — Прости… Из ранки, оставленной острыми клыками, медленно потекла кровь. Совсем немного, буквально пару капель, но этого хватило для потемнения в глазах, для удлинения черных ногтей. — Что там? — Вкусняшка моя. Так интересно пахнешь. Ранку обжог горячий язык, который старательно вылизывал ее и посасывал. — Ахх! Внезапно застонал Билл, это у него такая реакция на укусы и грубую ласку? Может его малыш любит погрубей? Билли непроизвольно подается ближе, а член начинает течь так, что появляется мокрое пятнышко на штанах спереди. Младший дышит тяжело, громко и глубоко, прижимаясь к возлюбленному, толкаясь бедрами вперед, так необычно. Вот только очень приятно. — Тебе нравится? — М.Мгу. Дыхание Билли прерывистое, его полные губы приоткрываются, когда он резко вдыхает, и прежде чем попытаться заставить себя не стонать, мальчик поднимает голову старшего от своего плеча, крепко прижимает влажной губе Грея к своим, прикусывает, неумело, но он старается. Вайз не шевелится, жадно смотрит на него, и в течение нескольких секунд слышны только их колотящиеся сердца. А потом младший поспешно шире открывает губы, потому что клоун бросается вперед, загоняя свой язык глубоко ему в рот, сильная ладонь болезненно сжимает ягодицы, и весь гребаный мир кренится со своей оси. Пеннивайз завладевает его ртом, целуя с такими энергией и рвением, которые парень видел, только когда сильно ревновал или бежал потереть спинку малышу. Он наклоняет голову, предоставляя старшему лучший доступ, позволяя ему обладать собой, целуя в ответ изо всех сил и страстно желая, чтобы тот отпустил его задницу, чтобы коснуться, схватить и потянуть эти непослушные, коричневые локоны. Так хотелось почувствовать сильную хватку у самых корней волос. Вайз отнимает свою руку от его попки и грубо хватает ею мальчика за подбородок, оставляя сильные укусы по кромке его рта. Все его тело прижимается к парню, пока он целует его, жестко, болезненно посасывая губы. Он снова стонет, прямо в пылающий горячий рот старшего, снова смыкает зубы, прикусывая чужой язык, затем губы, и снова бросается вперед. Маньяк рычит — по-настоящему рычит, и малыш разрывает поцелуй, чтобы глотнуть воздуха, потому что, черт, этот звук пронял его прямо до костей. — Черт! Бормочет старший, отпуская лицо мальчика и нагло хватая его за ляжки. Парень вжимается во властное тело, скуля, как сука в течку. — Папочка. Выдыхает он, и рука на ноге крепко сжимается. Он задыхается и снова дергается вперед, дурея от трения о свой член. — Папочка! Стонет он, когда мужчина внезапно опускает голову и прижимается губами к бледной груди, тут же кусая и посасывая кожу через футболку. — Сними это, малыш… Дрожащими ручками пришлось снять ненужную сейчас вещь и отбросить её в сторону. — Такой красивый у меня. Слова впивается в грудную клетку, а рука парня скользит в его джинсы, потом под боксеры и ложится на член. У старшего дрожат колени, потому что его малыш такой сексуальный и отчаянный сейчас. — Какой проказник. Выдыхает Грей в кожу шеи и рукой потирает бедро пальцами постепенно приближаясь к ложбинке. Так и хочется с ней что-нибудь сделать. — В.вайз… Может мы пойдем в спальню? Я н.немного боюсь… — Конечно, котенок…