Исповедь

      Уставшая и вымотанная Хюмашах вернулась во дворец только к позднему вечеру. Она молча и мрачно прошла мимо любопытных и испуганных слуг. Каждые пять минут Лале выбегала проверить, не вернулась ли сестра. И требовала послать за ней охрану. Ахмед-паша неуверенно утверждал, что рано. Он хотел верить, что у Хюмашах всё получится. Вот и сейчас Лале выбежала в холл, заслышав шум и счастливо выдохнула, увидев вернувшуюся сестру. Девушка со всех ног бросилась к Хюмашах и крепко её обняла. Лале почувствовала, что тело девушки было скованно и будто бы каменное. Настолько была напряжена Хюмашах- султан после подавления бунта.       - Ты устала, пойдём в обеденный зал. Или, если хочешь, нам с тобой принесут в покои? – участливо предложила Лале, бережно держа сестру за руки.       Хюмашах помотала головой и, оглядев себя, с трудом разжала зубы:       - Мне бы в баню… Я не голодна. Ком в горле мешает… - прерывающимся голосом прошептала девушка, умоляюще глядя на сестру.       Лале прекрасно знала, как тяжело сестре показывать свою слабость на людях. Поэтому она поспешила увести сестру подальше от любопытных глаз.       Только когда Лале закрыла за собой двери в ванную комнату, Хюмашах позволила себе расслабиться и бессильно сползла на пол, прислонившись спиной к сырому кафелю на стене.       - Как ты? – нарушила молчание Лале.       Хюмашах вяло повернула в её сторону голову:       - Мне было настолько страшно, что я не могла дышать. Как ни странно, в тот момент я старалась думать о своей матери, которая учила меня, что я никогда не должна бояться смерти. Когда она придет, я должна приветствовать ее, потому что она означает конец всех земных печалей…О, Стамбул! Или ты поглотишь меня, или я покорю тебя!       Лале обняла сестру, чувствуя, как её мышечное напряжение спадает.       - О каких преступлениях они твердили? За что они требовали отомщения?       Хюмашах горько вздохнула:       - О, это была сущая ведьма! Она и впрямь насылала заклятья. Тысячи людей пустила в расход. На её счету пытки, убийства. Другого бы замучила совесть. Но только не Катарину, нет! Она сумела покорить своего султана! Она расправилась со всеми, кто из-за этого с ней враждовал. Более могущественной женщины не было в то время. Даже дядя Мурад, став султаном, не хотел с ней связываться… Лале, я не хочу быть её копией. Но, когда мои близкие подвергаются опасности, я готова стереть виновных в порошок. Не дай мне сойти с ума, прошу тебя!       - Я не допущу этого. – Поспешила успокоить сестру Лале, помогая снять белое платье, пропитанное кровью Влада. Обе девушки уставились на бордовое пятно, зловеще выделяющееся среди белого фона. Хюмашах судорожно вцепилась рукой в это место, не решаясь поднять глаза.       - Как он? – наконец тихо спросила девушка, боясь ответа.       - Не бойся, родная. Жить будет. – Улыбнулась Лале. – Правда, он потерял много крови и достаточно слаб… Но он уже в сознании и вполне сносно себя чувствует.       Хюмашах выдохнула, и поспешно вылила на себя ковш горячей воды, тем самым маскируя слёзы, прорвавшиеся горьким водопадом. Она оживала. Лале всё видела и всё замечала. И молила небо лишь о том, чтобы Хюмашах ничего снова не испортила. ***       Хюмашах пыталась уснуть, но сон не шёл. Тогда, собравшись с духом, она встала и как была, в одной сорочке и босиком стремительно пошла по коридору. Осторожно отворив дверь, девушка тенью проскользнула за неё и так же неслышно прикрыла.       Комната находилась в уютном полумраке нескольких свечей в изящных подставках. Светочи не зажигались. Хюмашах внимательно присмотрелась.       Влад полусидя спал на широкой постели, прислоняясь затылком к стене. Мужчина был обнажён по пояс. На левом плече зловеще белел бинт, служивший повязкой на глубокой ране. В середине ткань окрасилась в ярко алый цвет.       Хюмашах еле слышно ступая по мягкому ковру, медленно приблизилась к постели и осторожно склонилась над спящим Владом. Прикоснувшись к повязке, она собиралась аккуратно ослабить давление бинтов на рану мужчины.       Но вдруг Влад перехватил её тонкую руку и, прижав запястье к себе, резко открыл глаза. Удивление во взгляде мужчины быстро сменилось радостью и удовлетворением. Он поспешил прикрыть веки.       - Ай, больно! – зашипела Хюмашах, вырвав запястье из его цепкой ладони. – Тебя кто так учил с девушками обращаться, мужлан!       - Ты определись… То просишь с тобой сразиться, то не применяй силу! Психопатка. – Усмехнулся Влад, избегая смотреть на неё. – Тем более, я выгнал всех лекарей и сегодня уже никого не ждал.       - И зря выгнал! Не фыркай на меня, я хочу осмотреть рану. – нахмурилась девушка и принялась развязывать бинты. Как бы оправдываясь, она продолжила: - Я пришла не только за этим… Спасибо тебе. Ты спас меня.       - Только в этом причина? – насмешливо изогнул бровь Влад. – Не стой босиком на полу. Замёрзнешь.       Хюмашах смутилась и села на край постели рядом с ним, подобрав ноги под себя. Она снова протянула руки к его ране и как-то неловко опустила их обратно себе на колени.       - Не совсем… Ну, то есть, не только. Я очень переживала за тебя.       - И поэтому пришла только ночью? – Тихо спросил мужчина. Хюмашах нервно заёрзала и неуверенно пожала плечами. – Стоп. Подожди. Только не говори мне, что эти дикари отпустили тебя только к вечеру!       - Тогда я промолчу.       Влад откинул голову назад и шумно втянул носом воздух. Истекая кровью, он поминутно спрашивал, куда делась Хюмашах. Друзья его заверили, что с ней всё в порядке, и она никуда не ушла. И он всё никак не мог понять, почему она не рядом с ним. Они обманули его! Как он боялся за неё!       - Влад, со мной правда всё в порядке. Но если бы не ты… Кстати, почему ты не уехал?       - А разве я мог сделать это без твоего разрешения, госпожа? – горько улыбнулся Влад. Хюмашах вспыхнула и поникла. Влад продолжал тем временем: - Что ж ты сегодня без своей короны?       - А ты думал, я сплю в ней?! – огрызнулась Хюмашах. – Знаешь, что! Ты волен поступать так, как считаешь нужным.       - Постой. Прости… Я не хотел обидеть тебя.       - Я опять с тобой ссорюсь… - вздохнула девушка, виновата поглядывая на него.       - Тихо. Ты просто привыкла, чтобы тебя боялись. Ты не знаешь, как это, когда тебя любят.       Хюмашах дёрнула щекой, демонстрируя своё безразличие:       - Я пришла разобраться с твоей раной. Молчи и не мявкай!       Девушка увлечённо склонилась к плечу мужчины, вычищая и обрабатывая его ключицу. Вьющиеся локоны иногда касались лица Влада и молодой человек с наслаждением вдыхал такой родной аромат жасмина и вербены. Тем временем Хюмашах начала рассказывать различные сказки и легенды, чтобы развлечь мужчину. Влад прикрыл глаза, внимательно слушая девушку. Её низкий, чуть хрипловатый голос дарил чувство уюта и покоя. Окна в комнате были распахнуты, впуская прохладу и свежесть летней ночи.       Где-то вдалеке слышался протяжный вой.       - Волки? – удивился Влад.       - Да, здесь недалеко лес. Вполне возможно. – Кивнула Хюмашах, и устремила взгляд через окно. – Они всегда воют на полную луну. А знаешь, почему?       - Нет. А ты, моя Шахерезада, знаешь и об этом легенды что ли? – приподнял бровь Влад, разглядывая задумчивый профиль девушки. Хюмашах некоторое время молчала, а потом печально улыбнулась:       - Это грустная древняя легенда. Ты знаешь, почему луна так одинока?       - Не знаю...       - Потому что ее любимый остался на земле... Раньше она любила того, кого звали Эндемион. Они жили вместе в мире духов и каждую ночь они бродили по небу вдвоем. Но другие духи начали им завидовать... Верховный дух хотел сам получить луну- Селену и сказал Эндемиону, что ей нравятся цветы, и что они есть в нашем мире, мире смертных... Эндемион не знал, что однажды покинув мир духов, назад пути уже не будет... И вот с тех пор каждый вечер, глядя на небо, он видит свою Селену, воет и зовет ее по имени... Но он никогда уже не сможет к ней прикоснуться...       - Эндемион это волк, верно?       Хюмашах кивнула, заправляя мешающую прядь волос, и вернулась к его ключице. Влад прикрыл глаза, размышляя над этой историей. Вдруг он почувствовал сильную боль и вскрикнул, резко дернувшись на постели. Хюмашах испуганно уронила раскалённый кинжал и, пытаясь его поймать, уколола палец.       - Прости, я не хотела тебе сделать больно! – запиналась девушка, испуганно отшатнувшись. – Мне нужно было прижечь рану! Я не хотела! Влад, прости…       Увидев, как сильно он напугал Хюмашах, Влад осторожно откинул от неё оружие и привлёк к себе, желая успокоить. Девушка оказалась у него на коленях, уткнувшись лицом в другое плечо. Она продолжала сбивчиво шептать извинения, часто всхлипывая.       - Тихо, всё хорошо. - Шептал Влад, зарывшись носом в копну золотистых волос. – Ну, что ты? Всё нормально. Я не ожидал, только и всего. Я уже не чувствую ничего…       - Ничего? – глухо переспросила Хюмашах.       Влад прислушался к себе. Боли он не чувствовал, нет. Вместо этого мужчиной овладели другие ощущения. Хюмашах находилась слишком близко. Невыносимо близко. Едва касаясь кончиками пальцев, Влад завороженно поглаживал обнажённые руки, плечи и ключицы. Затем мужчина плавно запустил пальцы в густые, распущенные волосы девушки. Хюмашах, прикрыв глаза, с наслаждением потерлась щекой о его запястье.        - Уходи. – Вдруг произнёс Влад низким, хриплым голосом.       Хюмашах непонимающе уставилась на мужчину, слегка приоткрыв от удивления рот. Влад всё так же держал её в своих руках. Казалось, он боялся пошевелиться. Взгляд тёмно-серых глаз лихорадочно сверкал среди царившего полумрака. Скулы его были напряжены, дыхание участилось и стало тяжёлым.       - Уходи. – Повторил он, с трудом разжав пересохшие губы. – Тебе надо уходить. Сжалься, Хюмашах… Пощади! Ты слишком близко!       - Если дело только в этом, я не уйду. Я тебя выслушала, теперь ты меня выслушай. Знай: Ты был и будешь самой большой любовью моей жизни. Я старалась держаться от мужчин подальше, пока не познакомилась с тобой. Я не боялась ни тебя, ни твоих рук. И то, что я чувствовала к тебе, я больше никогда ни к кому не почувствую. Это было каким-то спасением для меня, исцелением. Когда мы с тобой были в ссоре, я отчаянно пыталась вернуть то, что было между нами. И сейчас, вновь обретя, я не собираюсь больше терять тебя, слышишь?!       - Хюмашах! Мы давно не дети и не подростки. Я мужчина, ты женщина. Моя любимая, желанная женщина. И дело совсем не в твоём недавнем откровении, нет! От этого ты мне стала ещё ближе… Но меня уже давно охватывает страстное желание, давно! Я хочу обладать тобой полностью, и душой, и телом… Поэтому уноси ноги, чтобы потом не пожалеть. Я боюсь тебя оскорбить…       - Я люблю тебя. – Прошептала Хюмашах, склонившись к мужчине. – И я не боюсь тебя. Я доверяюсь тебе. Я твоя.       — Хюмашах! - Его голос звучал хрипло и прерывался от нежности. На одном дыхании Влад прошептал ей на ухо, бережно прижимая её к себе: - Берегись… Если ты не уйдёшь сейчас же, я предъявлю на тебя права самым дерзким образом… Если я должен уйти, лучше прогони меня сразу… Хюмашах!..       Девушка лишь ласково обвила руками его шею. Мужчина уткнулся в открытое декольте. Тонкая бретель сорочки медленно соскользнула с хрупкого плеча. С губ Влада сорвался вымученный стон. Столь сладостным было для него прикосновение к ее телу, что это даже превосходило желание любоваться ее румянцем и глазами, полными любви. Он властно прижал ее к себе. Оба молчали. Наконец она прошептала еле слышно:       - Я твоя. Я хочу быть твоей.       Влад потерял над собой контроль, уступив нахлынувшей страсти. Он понимал что берёт на себя ответственность вдвое больше обычной. И дело было вовсе не в том, что сейчас с ним в постели была османская принцесса, а не служанка его семьи. Нет, в его объятиях, в первую очередь была давно кровоточащая душа. Сломанная грязной похотью и предательством, Хюмашах нашла в себе силы довериться ему.       Он плавно перевернулся, стараясь не отрываться от её губ и жарких поцелуев, и бережно подмял девушку под себя, упиваясь страстным наслаждением.       Хюмашах, откинувшись на подушки, слегка прогнулась в его руках, впившись острыми ноготками в сильную спину Влада. Отдаваясь в сладостный плен, она понемногу чувствовала, как оживает. Израненная и поруганная сущность девушки заживала под воздействием жарких поцелуев и ласк Влада. ***       Влад восторженно разглядывал прильнувшую к его здоровому плечу девушку. Он всё ещё не верил в реальность происходящего.       - Если ты сейчас скажешь, что между нами по-прежнему ничего не может быть, я убью тебя, Хюмашах. Я не шучу! Задушу тебя вот этими самыми руками! – успокоив дыхание, наконец нарушил уютную тишину мужчина.       - Отчего же? - вдруг тихо и твердо сказала Хюмашах. - Я люблю тебя. Я так тебя люблю, что готова была убить тебя за то, что ты чуть не погиб там во дворе сегодня… Я могла тебя ударить - так я была зла…       - Знаю, - вздохнул он, тихонько посмеиваясь. - Такое уж ты кровожадное создание, кровожадное, но чертовски обольстительное… Я без ума от тебя.       Он, зевнув, поцеловал ее. Все тело его ныло, не столько от усталости, сколько от глубокого, почти невыносимого наслаждения, полученного от этой женщины. Хюмашах поцеловала его в ответ, жарко, жадно, но с нежностью, которая была невероятно приятна в такой удивительной женщине… Она его любила, любила до беспамятства.       - Дорогая, - прошептал он. - Уже светает… Не стоит, чтобы нас видели в одной постели.       В ответ Влад получил лишь размеренное посапывание. Хюмашах крепко спала, обвив его рукой.