В вечности

Гет
Перевод
R
В процессе
21
переводчик
Автор оригинала: Оригинал:
https://archiveofourown.org/works/27672641/chapters/67718759
Размер:
планируется Миди, написана 51 страница, 6 частей
Метки:
Описание:
Доктор и Мастер — два Повелителя Времени, которым суждено быть вместе. Или гнаться друг за другом через всю вселенную. Это та история.
Примечания переводчика:
От автора: Это продолжение фанфика "Доктор?"(https://ficbook.net/readfic/9345018), но думаю, историю можно понять, не читая его, если вы просто примете, что Доктор и Мастер пытаются путешествовать вместе.
От переводчика: Если вам понравилось, пожалуйста, перейдите к оригинальной работе и порадуйте автора (кнопочка kudos после текста).
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
21 Нравится 20 Отзывы 3 В сборник Скачать

Глава 2. Сон

Настройки текста
      Временами Доктор не могла поверить, что её жизнь изменилась. Прошло всего несколько недель с того неловкого момента, когда ни Доктор, ни Мастер не могли сказать о том, чего действительно хотели: оставаться вместе и всё-таки увидеть каждую звезду во вселенной.              И каким-то образом это работало на протяжении недель. Ну, возможно, это было неподходящее слово, но Мастер пока никого не убил (насколько она знала), а им на какое-то время удалось забыть о своих регулярных склоках.              Это была игра с огнём, и Доктор знала это. Как и Мастер.              Может, именно по этой причине они так отчаянно пытались удержать остатки своей дружбы, которая была обречена провал.              Вот только Доктор начала думать, что это может оказаться ложью.              В настоящий момент она висла на Мастере и смеялась так сильно, что что едва могла идти сама. Её друг самодовольно улыбался, пока вёл её к выходу дирижабля.              Все на них пялились.              Снова.              — Сказал же, не заказывай шпинатный сок. И тебе действительно не стоило лизать пол.              — Я подумала… это… — но попытку объяснить ситуацию прервал очередной приступ смеха. Не то чтобы ему было нужно объяснение.              Улыбка Мастера стала ещё шире, хоть он и пытался сымитировать раздражённый взгляд, который увидел у одного из пассажиров. Доктор рассмеялась так сильно, что переключилась на дыхательный обход и позволила ему тащить себя в Тардис.              По крайней мере, на этот раз её любимый корабль добровольно открыл им двери. С тех пор как Мастер стал жить на борту, им приходилось часами разговаривать с запертой дверью, ласково прося впустить их.              Чаще всего это срабатывало.              У Тардис были дни, когда она ненавидела Мастера особенно сильно. Из-за «чепухи с машиной парадоксов и Глазом гармонии», как любил называть это Мастер, жить на сердитом корабле было… трудно.              Дни холодной воды, бесполезные часовые прогулки по коридорам и внезапное отключение гравитации — лишь несколько пунктов из её списка.              Иногда Доктор задумывалась, не была ли её Тардис такой же королевой драмы, как и Мастер.              — Я живу с двумя маньяками, — однажды пробормотала она и была награждена очередным душем ледяной воды. После этого она долго обнималась с Мастером, чтобы согреться, чем ещё больше раздражала свой корабль. Она чувствовала себя ребёнком, который был вынужден выбрать одного из двух друзей.              Теперь же они вошли, споткнувшись о порог, и только когда Мастер уронил её на пол, смех Доктора начал постепенно затихать. Он продолжал улыбаться, но на её попытки снова подняться на ноги лишь закатил глаза.              — Это было весело.              Мастер фыркнул.              — Мне нужно вздремнуть после такого. Хочешь присоединиться?              Доктор поджала губы:              — Серьёзно? После такого маленького полёта? Ты постоянно спишь! — пожаловалась она.              Он снова закатил глаза. Это начало становиться ужасной привычкой.              — Ты знаешь, что это неправда. Я спал всего однажды, после того как гигантский белый медведь пытался съесть меня. А ты вообще не спишь.              Она покачала головой:              — Глупости, я дремлю. Это гораздо эффективнее, чем терять несколько часов за раз.              Мастер бросил на неё тот взгляд, но не ответил на её заявление, за что Доктор была благодарна.              — В любом случае ты знаешь, где меня найти. Не спали комнату.              — Я никогда так не делала, — проворчала она, а Мастер тем временем, бросив на неё ещё один самодовольный взгляд, растворился в одном из коридоров.              Доктор потрясла головой, и решила поискать сигналы бедствия, чтобы отвлечься от этой скуки. Она не занималась этим это несколько недель. От одного воспоминания желудок сжался, ведь она не делала это не просто так. Мастер был непредсказуемым, и она понимала, что неправильный сигнал бедствия может разрушить хрупкую конструкцию вокруг их дружбы, которую они возводили.              Однажды это уже произошло.              Доктор до сих пор поражала мысль, что Мастер — Мисси — умер в одиночестве.              Она дёрнула головой и решила уйти из консольной, просто чтобы быть в безопасности, в одно из многих мест, которые использовала время от времени. Словно чтобы поддразнить её, посреди комнаты стояла кровать.              — Не устала! — заворчала Доктор на стену, плюхаясь на мягкие одеяла.              Демонстративно достав из кармана блокноты, она начала листать их. Глаз зацепился за её текущий проект, машину для регистрации звуков, которые они издают, пока летят во временной воронке. Проект, который сейчас лежал разбитый в другой комнате.              Ладно, не стоит думать об этом. Вместо этого её мысли вернулись к Мастеру. Это явно было не лучше. Но всё же не давала покоя мысль о том, что он где-то спал и несомненно видел кошмары, пока она старалась оставаться на месте.              Всё и так было сложно, но альтернатива была ещё хуже.              В первый раз, когда Мастер решил вздремнуть, он большими глазами и невинной улыбкой убедил Доктора присоединиться к нему. Что плохого может произойти, подумала она. Они делали так раньше. Было мило.              В итоге это оказалось совсем не милым.              Не прошло и часа после того, как они уснули, аккуратно соединившись разумами, когда Доктор проснулась с криком, захваченная одним из своих обычных кошмаров. Мастеру — всё ещё сонному и видевшему не самые приятные сны — пришлось её успокаивать.              Это оказалось действительно плохой идеей, когда Доктор увидела горящий Галлифрей и Мастера, который стоял в центре пламени и смеялся, когда она оставила его умирать.              Судя по расцветшему синяку и наполовину налитому кровью глазу, она неслабо его ударила.              Не то чтобы он использовал это против неё, но он больше никогда не дразнил её, когда находил её дремлющей в совершенно неподходящем для этого месте.              Поэтому, когда Мастер — совсем голый Мастер — уже почти в полусне залез к ней в кровать, пока она листала один из своих многочисленных блокнотов, уже планируя новый проект, Доктор лишь подняла бровь (Или попыталась, это тело не умело так делать, но она предпочитала игнорировать это).              — Ты не мог оставить хотя бы трусы?       — Уверена, что хочешь этого? — он сонно улыбнулся.              Вместо ответа она набросила одеяло ему на голову.              Должно быть, Мастер действительно устал, раз лишь протестующе пробурчал что-то и удобнее устроился под одеялом, обняв отнятую у неё подушку.              — Серьёзно? Купи себе мягкую игрушку.              Он что-то промычал, но, видимо, не был в настроении для комментариев.              Доктор так и не привыкла, что Мастер находился так близко, а ей не нужно было беспокоиться о состоянии вселенной и жизнях окружающих людей. Какая-то её часть не позволяла полностью расслабиться в его непосредственной близости.              Она попыталась снова сосредоточиться на своём блокноте, но глаза постоянно блуждали по его расслабленным чертам лица, а его, теперь уже привычное давление на разум подсказывало, что он почти уснул. (Доктор всё же поймала себя на мысли, что он просто притворяется, и тут же почувствовала себя виноватой.)              Мастер выглядел таким невинным, теперь, когда он перестал зачёсывать волосы назад, они свободно спадали на лицо, и у Доктора появилось глупое желание погладить его вьющиеся волосы. Прикусив губу, она нервно пошевелилась.              Он ужасно отвлекал.              — Хватит так громко думать, я пытаюсь заснуть! — внезапно проворчал Мастер, не открывая глаз, и, к её ужасу, стены оказались слабее, чем хотелось бы.              — Прости… — пробормотала она, желая убедиться, что он не узнал о её остальных мыслях. Как много он слышал?              Доктор продолжала рассматривать его, даже когда он отвернулся. Вьющиеся на затылке волосы выглядели восхитительно.              Она чувствовала себя глупым подростком. Было нормально вот так пялиться на Кощея — но тысячи лет спустя? Она казалась себе глупой и преданной собственными чувствами.              Но было не так-то просто сосредоточиться на куче каракуль, когда Мастер начал тихо похрапывать рядом с ней.              Доктор никогда не понимала, как Мастер мог спать несколько часов подряд, когда решал это сделать. Её вполне устраивал собственный метод спать где и как попало. Он лишь закатывал глаза.              Но если честно, Доктор по сих пор помнила времена, когда они спали вместе, разделяя сны и проводя часы в слишком маленькой постели.              Безмятежные времена. Когда чувство вины и кошмары ещё не привнесли в сны невыносимую боль. Она завидовала ритму сна Мастера, хоть глубоко внутри и понимала, что это было лишь способом убежать от ужасов в его собственной голове. Лишь краткий миг, раз в несколько недель это звучало неплохо. Ну, пока этот миг не растягивался на целые часы.              Доктора испугал столь подходящий её мыслям сдавленный крик. Повернувшись, она увидела Мастера, который сидел прямо и смотрел перед собой широкими, невидящими глазами, тяжело дыша.              — Эй, Кощей, ложись обратно, это всего лишь я, — пробормотала она, зная, что попытка прикоснуться к нему не закончится хорошо ни для кого из них.              Мастер застонал, и она не была уверена, действительно ли он её слышал, прежде чем он упал обратно на подушки, неловко согнувшись. Его глаза снова закрылись, а Доктор изо всех сил постаралась забыть чистейший ужас, который увидела в них.              Что оказалось не так просто, когда Мастер погрузился в очередной кошмар. Их связь до сих пор была открыта, слегка прикасаясь по краям, поэтому она чувствовала его отдалённый страх, от которого по спине побежал холодок.              Она чувствовала запах дыма.              Доктор почувствовала тошноту.              Его лицо исказилось, а глаза за закрытыми веками закатились. Он тихо стонал, беспокойно двигаясь по простыням. Казалось неправильным попытаться успокоить его сейчас, когда он был так открыт, позволяя ей увидеть его чувства. Намного легче было сделать это несколько недель назад, когда он всё ещё пытался проиграть битву с Киберием.              Иметь дело с Мастером, демонстрирующим привычную ненависть, было гораздо проще, чем с Мастером, который вёл себя как Кощей, но был всё тем же человеком, что убил весь их народ.              До сих пор колеблясь, Доктор потянулась к нему и аккуратно взяла его руку в свою.              Будто капля воды упала на раскалённый камень.              Доктор отбросила свои сомнения — какая-то её часть, действительно ненавистная в данный момент часть, до сих пор не верила миру. Она не хотела потерять его снова, и как бы Доктор ни презирала ту часть себя, что предпочла бы и дальше наблюдать за страданиями Мастера, а не помогать ему, она не могла игнорировать это чувство.              Одно неверное действие, одно неверное слово. Даже один неверный взгляд мог разбить всё на кусочки, прежде чем Доктор хотя бы попытается удержать всё вместе.              Наконец, она опустилась на один уровень с ним. Умиротворённого выражения на лице уже давно не было, его сменили более трудные для понимания эмоции. Это лицо всё ещё было новым для неё, хоть он и ходил с ним годами.              Прежде чем Доктор успела подумать о чём-то ещё, что совсем бы не помогло, она скользнула под одеяло, обвила руками его дёргающееся тело и прикоснулась к его лбу своим.              Доктор видела лишь отголоски его кошмаров — картинки без контекста, напоминающие о разных ужасах — но в остальном она держала их связь такой же закрытой, пока ласково гладила его по волосам.              Удивительно, но её неуверенная попытка сработала. Дрожь прекратилась, и он глубоко вздохнул, а затем ещё сильнее прижался к ней, уткнувшись лицом в изгиб её шеи.              Она застыла в недоумении, прежде чем тряхнуть головой и напомнить себе не ставить под вопрос всё, что делал Мастер, особенно когда он крепко спал.              — Хотела бы я доверять тебе, — прошептала Доктор слова, которые никогда не сказала бы ему, когда он действительно слышал её.              Всё наверняка пойдёт не так, он не сможет понять, что она любит его всеми сердцами и с радостью доверила бы ему свою жизнь, но никогда не сможет заставить себя поверить в эту слишком идеальную дружбу. В её голове эта дружба уже разлетелась на осколки, которые вонзались в кожу при отчаянной попытке собрать их вместе, заставляя истекать кровью мечту Доктора о их жизнях.              Стоны вернули её в своё тело, и она осознала, что снова перестала дышать. Делая глубокие судорожные вдохи, она заставила своё тело сосредоточиться на тепле тела Мастера, напоминая себе, что он всё ещё был здесь. И он не уйдёт, если Доктор не даст ему повода не верить её чувствам.              Чувствуя её тревогу, Мастер снова застонал и внезапно открыл глаза. Он посмотрел на неё с очевидной растерянностью, но Доктор всё равно почувствовала, как сердца пропустили удар под его пронизывающим взглядом.              Но найдя её лицо, он слабо улыбнулся и снова провалился в сон. Когда он заснул, то начал шевелиться, стараясь отодвинуться от неё. Доктор всё не решалась снова обнять его. Она и моргнуть не успела, как он уже оказался на другой стороне кровати.              Вместе с одеялом.              Доктор нахмурилась, внезапно почувствовав себя одинокой и преданной. Обниматься было не так-то плохо… но её храпящий друг, видимо, не собирался возвращаться в предыдущее положение.              Она решила немного подождать, и это было сложно, потому что она нервничала и не могла больше терпеть это чувство. Доктор села.              Предатель! (Но справедливости ради, чего ещё можно было ожидать от Мастера?)              «Ну и ладно», — подумала Доктор, возвращаясь к своим записям.              Вот только она скучала по исходящему от Мастера теплу. И по одеялу. И по подушке, которую он обнимал.              Ладно. Доктор завидовала подушке. Она застонала, напоминая себе не откидываться назад, ведь её подушки там не было.              — Ты больше ничего не заслуживаешь! — пробурчала она в неподвижную спину Мастера, прежде чем залезть под одеяло, всячески стараясь найти удобное положение.              В итоге она положила голову ему на плечо, было не очень удобно чувствовать его выпирающие кости, но его тепло расслабляло гораздо больше, чем сидение в холоде в одиночестве и… Её глаза начали закрываться. Но ведь нет ничего страшного в том, чтобы на секунду прикрыть глаза…              ***              Проснувшись, Мастер почувствовал какой-то вес на спине, давящий на легкое. Его ноги были скованы одеялом и другой парой ног. Да и рука, обвивавшая его талию, не улучшала ситуацию.              — Доктор! — прорычал он в подушку. — Ты хочешь убить меня?              Но к его удивлению, она действительно спала.Грудь приподнималась из-за регулярных вдохов, и он мог поклясться, что слышал тихий храп.              — Так и знал! — ухмыльнулся он, взяв это на заметку, чтобы дразнить её в следующий раз, когда она начнёт утверждать, что спит тише всех.              И это было самой забавной ложью, сказанной Доктором, потому что Мастер помнил множество случаев, когда просыпался от её ночных монологов.              Вот только это не решало проблему быть раздавленным насмерть. Вылезти из её хватки оказалось довольно сложно, и спустя пять минут он сдался и просто спихнул Доктора со спины.              Но, судя по её бормотанию об «убийственных рождественских ёлках», Доктор всё же не проснулась. Мастер закатил глаза, глядя на эту идиотку.              Что ему следовало понять из её поведения, если она прижималась к нему во сне, но не допускала никаких нежных прикосновений с самого начала их перемирия в Тардис? Это было настолько типично для Теты, что Мастер не мог не закатить глаза. Но даже он понимал, что она борется с собственными демонами.              Тряхнув головой, он вышел из комнаты, прежде чем его мысли вернулись в привычный круг, где он просматривал знания о жизни Доктор, искал причины, которые начинал понимать, и продолжал видеть Тектеюн над плачущим ребёнком.              Доктор возненавидела бы его за эти мысли, так что он позаботится о том, чтобы не пускать её насколько глубоко в свою голову.              На самом деле, обычно их было довольно легко оттолкнуть. Хотя Мастеру и казалось, что их странный праздник семейного счастья зашёл слишком далеко. Не было другого способа объяснить, почему он — Мастер — стоял на кухне и готовил.              Не просто чтобы позлить Доктора и съесть всё у неё на глазах, а чтобы действительно сделать ей приятно. Это чувство было настолько странным, что он поймал себя на том, что хмурился.              — Это не может быть реальным, — пробормотал он, но шипение жарящейся яичницы и всегда присутствующее гудение Тардис доказывали обратное.              Ещё страннее было то, что он действительно наслаждался временем, которое он проводил вместе с Доктором.              Она ни разу не упоминала своих питомцев, и Мастер ощущал себя так, словно был центром её жизни. Приятное, но всё же странное ощущение. Чувство, которого не было с тех времён, когда они учились в Академии и делили комнату.              Мастер с улыбкой вспоминал эти простые времена, пока раскладывал еду по тарелкам и шёл обратно к своей спящей подруге. Тардис была сегодня на удивление сговорчивой, и понадобилось лишь две двери в неправильные комнаты, чтобы вернуться в спальню, где они остановились. (Не комната Доктора, она до сих пор избегала эту часть Тардис.)              Доктор до сих пор спала, не заметив его возвращения.              До сих пор было больно понимать, насколько сильно она напоминала маленького мальчика, которого он встретил давным-давно. Он бесповоротно изменил его жизнь. Мастер пытался представить свою жизнь, где он никогда не встречал Доктора, но лишь понимал, что не хотел об этом думать.              Но он до сих пор чувствовал, что смотрел на зеркальное отражение Теты — те же черты лица, те же движения.              Мастер осторожно поставил тарелку на прикроватный столик и снова залез в кровать. Доктор тут же свернулась в его руках. С трудом верилось, что эта женщина ненавидела прикосновения.              — Доктор.              Она недовольно заворчала, и Мастер почувствовал себя подростком, когда наклонился и начал целовать её лицо и шею. В конце концов это убедило её открыть глаза и потянуться, зевая и обвивая руками его шею.              Да, это определённо походило на сказку.              — Доктор, — повторил Мастер, но она лишь пробубнила что-то ему в рубашку.              — Что-что?              Она медленно подняла голову, глядя на него сонными глазами. «Ты украл мою подушку», — повторила она, стараясь смотреть на него с осуждением.              Не вышло.              Рассмеявшись, Мастер толкнул её обратно в кровать. Она протестующе взвизгнула, но это, казалось, всё-таки разбудило её.              — Ты… — начала она, но он лишь снова посмеялся.              — Извиняюсь?              По тому, как глаза Доктора загорелись при виде тарелки, Мастер мог с уверенностью сказать, что она приняла его маленький подарок.              Она даже чуть не забыла бросить своё привычное «это отравлено?», прежде чем с молниеносной скоростью проглотить весь завтрак.              — Фто это было? — спросила она, всё ещё жуя.              Мастер закатил глаза.              — Нормальные люди спрашивают это перед едой.              Доктор попыталась придумать хоть что-то, но, к его счастью, была слишком занята последним кусочком.              — И отвечая на твой вопрос. Яйца человеческой птицы и венерианские овощи.              — Оу, — улыбнулась она, лохматая и с до сих пор опухшими глазами.              Временами было сложно поверить, что ни Доктор, ни Мастер даже не допускали мысли, что это может сработать. И всё же проходили дни. Недели. А оба Повелителя Времени до сих пор жили в одной Тардис, стараясь насладиться этим ощущением.              И Мастер чувствовал себя замечательно, снова улыбнувшись и решив убедить Доктора испечь сегодня что-нибудь.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты