I'll be your boyfriend

Тяжелую атмосферу за столом четы Шим, кажется, можно пощупать пальцами. Джейк нервно дёргает ногой все время прибывания дома и то и дело хватается за ладонь возлюбленного под столом, будто подкрепляясь уверенностью того. Сонхун на удивление держится достойно. Осанка его, как всегда, превосходна, плечи расправлены, шея красиво вытянута, в каждом аристократичном движении твёрдость. И только слегка поджатые губы выдают некую нервозность вампира, находящегося на обещанном ужине в окружении членов семьи возлюбленного. Он чувствует на себе испытывающий, сверлящий и изучающий взгляды. И если первые два он старается игнорировать, то на последний отвечает тем же, скользя своими глазами по фигуре миссис Шим, и подмечая, что Джейк больше похож на мать, нежели на отца. В отличие от старшего брата, который является точной копией мистера Шима. И без лишних слов понятно, что мужская часть не одобряет его от слова совсем, в то время как мать семейства присматривается к выбору своего младшего ребёнка и, кажется, даже в какой-то степени одобряет. — Итак, Сонхун, какие у тебя планы на будущее? — типичный вопрос при знакомстве с родителями, но Сонхун промачивает губы в салфетке, вытирая остатки вкусного соуса и со всей серьёзностью отвечает. — Так как практически вся моя семья медицинские работники, я тоже планирую посвятить себя медицине. В приоритете у меня педиатрия и онкологическая хирургия, но недавно я задумался над нейрохирургией. — чеканит Сонхун каждое свое слово, не теряя своей выдержки. — Неплохо-неплохо. — комментирует миссис Шим и подкладывает в тарелку вампира ещё мяса, приготовленного ей специально на крови. — Что насчёт дальнейшего будущего? — продолжает давить мужчина, но Пак не теряется. — Я думаю для начала поступить в университет и заселиться в общежитие. А по ходу учёбы постараюсь найти себе подработку, чтобы можно было снимать квартиру. — А подработка не будет мешать учёбе? Все же медицина очень важная отрасль и ей надо уделять все свое время. Неужели твои родители не могут позволить тебе снимать квартиру сразу? — пренебрежительная ухмылка на губах мистера Шима вызывает в Сонхуне волну раздражения, что чувствует рядом сидящий Джейк и успокаивающе гладит ладошку того под столом. И как всегда это срабатывает. — Отнюдь. Мои родители наоборот предлагали мне купить квартиру, чтобы я и учился ближе к университету и жил отдельно, однако я настоял на своём варианте, поскольку, если я не поживу самостоятельной жизнью, я никогда не научусь ценить некоторые мгновения и не пойму цену деньгам. — все тем же тоном отвечает вампир и, кажется, видит в глазах женщины искреннее восхищение. — Что насчёт Джеюна? — продолжают заваливать его вопросами, но Сонхун держится. — Я люблю его. Люблю его всей моей несуществующей душой и каждой частичкой мёртвого сердца. Люблю настолько, что даже ваши запреты для меня ничто, пока он хочет быть со мной. — ладонь вампира сильнее стискивают в тёплой хватке, а Джейк покрывается таким сочным румянцем, что Сонхун борется с желанием чмокнуть эту щёчку прямо перед всей его родней. — Я слышал, что тебе удалось сделать то, что не смог ни один из нас… — скосив глаза на старшего сына, проговаривает мужчина и снова смотрит на Пака. — Приструнить волка Джейка. — Не то чтобы приструнить…скажем так, я нашёл с ним общий язык. Достаточно довериться ему и показать, что его не боятся, чтобы он понимал, что он часть Джейка, а значит должен ему подчиняться. Пока мы работаем над этим, но я с уверенностью могу вам пообещать, что скоро ваш сын сможет без посторонней помощи справляться со своим вторым «я». — твёрдым тоном отвечает Сонхун и взглядом полным любви одаряет рядом сидящего оборотня, что сильнее жмется к его боку. — Я вас благословляю! — подаёт голос женщина, на что получает шипение со стороны мужа. — Что? Он же идеальный партнёр! Даже твой старший сын не задумывается о таком далёком будущем, а тут я уже спокойна, что Джеюн в надёжных руках! — А как же дети? Мало того, что он парень, так еще и вампир! — в ответ кричит мужчина. — У нас двое сыновей! Двое! Если захотят детей — усыновят, а вампир… ну в современном мире это уже не удивительно. Вампир и вампир. — Но… — Папа! — голос Джейка заставляет всех испуганно вздрогнуть и обратить свое внимание на до этого момента молчавшего младшего. — Сонхун любит меня, а я его! Он не хулиган, не пьяница, он из обеспеченной семьи, и у него есть планы на будущее, что ещё тебе надо? Может хватит придираться? Почему ты заставляешь моё сердце болезненно сжиматься? В конце концов никто из вас не пытался меня понять, когда я боялся своего волка, а Сонхун не только понял, но и помог! Он дорог мне! Он важен мне! Почему бы тебе просто не порадоваться за меня? Почему ты заставляешь меня проходить через все это? Джейк срывает голос, но свою тираду не останавливает. Щеки обжигают горячие дорожки слёз, из-за которых картинка перед глазами размывается и, слава богу, он не видит лиц семьи. Его грудную клетку раздирают сдерживаемые рыдания, и он срывается из-за стола, чтобы предаться печали одному, а не на глазах у всех. Он слышит обращенные в спину зовы, из которых выделяет один единственный, но не останавливается — бежит быстрее. У Сонхуна внутри неприятная тяжесть. Он снова увидел слезы любимого. Кулаки сжимаются так, что на ладошке следы ногтей остаются, и он с шумом поднимается с места. Чета Шим переводит свои взгляды теперь на него, и он почтительно кланяется, даже сейчас соблюдая правила приличия. — Премного благодарен за вкусный ужин, миссис Шим. — Сонхун улыбается женщине и повторно кланяется ей. — Приятно было познакомится, мистер Шим. Вынужден покинуть вас. До свидания. — ледяным тоном проговаривает он остальное, разворачивается на пятках и покидает роскошный дом оборотней. Ориентируясь на голос где-то внутри себя, он бежит вдоль улочек и прислушивается к малейшим шорохам. Внутри все переворачивается вверх дном от переполнявшего волнения, а нервная система выдает ошибку на жалкие попытки успокоиться. Сейчас он мечтает получить дар обоняния оборотней, что без проблем помог бы найти ему пропажу, но все что у него есть лишь скорость, да способность разговаривать с летучими мышами, которых в городе, к большому сожалению, мало. Он уже отчаивается настолько, что готов заорать на весь квартал, но слух улавливает тихий всхлип. Цепляясь за этот звук, Сонхун ступает в сторону одного из проулков, где на голой земле, прислонившись спиной к бетонной стене, сидит Джейк в одной рубашке и тихо плачет себе в коленки. Сонхун позволяет себе облегчённый выдох, поскольку потеряшка найден, но теперь грудь переполняет печаль любимого вперемешку со злостью на его родню. Точнее на одного конкретного члена семьи. Вампир присаживается напротив чужих коленок и осторожно касается ладошек, скрепленных в замок. Джейк только сильней жмёт голову, но пальцы раскрепляет, чтобы переплести с изящными вампирскими. Сонхун уже более смело притягивает к себе дрожащее тело и окутывает его теплом своего пуховика. — Прости. — срывается с пухлых губ вместе со всхлипами. — За что ты просишь прощения? — негодует Пак и мягко приподнимает раскрасневшееся и мокрое лицо, большим пальцем стирая дорожки слёз. — За этот вечер. Он вел себя просто ужасно! — новые слезы не перестают течь уже из покрасневших глаз, и эта картина приносит Сонхуну невероятные муки. — Не надо просить прощения за кого-то. Да и к тому же…он твой отец. Он тебя любит и хочет быть уверенным в твоём счастье, конечно, немного перегибает, но все же…и ты пойми его. — он бережно поглаживает каштановые волосы младшего и ласково касается губами макушки. Это всегда успокаивает Джейка. — Даже несмотря на его ужасный характер, ты все равно пытаешься оправдать его. Ты просто невероятен. — Нет, я просто люблю тебя так же сильно. А может и сильнее, кто знает. — хитро улыбается брюнет. — Я знаю. — наконец улыбается и Джейк, поднимаясь на ноги и стряхивая со штанин пыль дороги. Сонхун накидывает на дрожащие плечи младшего свой пуховик и одним взглядом пресекает все препирательства. К дому оборотня они идут, держась за руки и просто наслаждаясь компанией друг друга, как вдруг в свете ночных фонарей мелькает маленькая блестка. Джейк это замечает и тут же голову поднимает, в восхищении открыв рот. — Снег. — тихо шепчет он, и Сонхун тоже вглядывается в ночное небо, посылающее им маленькие крупицы счастья, что опадают на их головы, одежду и лица. Сонхун переводит свой взгляд на все ещё смотрящего вверх Джейка, который по-детски высовывает язык, в надежде поймать снежинку, но только забавно морщится, когда она падает на кончик носа и, щекоча, тает. У вампира губы в умилительной улыбке растягиваются, и он тянет парня на себя, оставляя невесомый чмок на месте, где все ещё сохранилась влажность снежинки. Джейк своего парня за шею ближе притягивает и лбами соприкасается, смотря глаза в глаза. — Это наша первая зима вместе? — Да. — Но не последняя? — Естественно. — Ты мне обещаешь? — Обещаю. Целоваться на холоде вредно для губ, но им глубоко плевать на эту вредность, ведь в такой холодный вечер только горячие поцелуи спасают от переохлаждения. Сонхун под свой пуховик руки просовывает, обнимая младшего за талию, и чувствуя тепло, а Джейк в ответ края раскрывает шире, чтобы вместить внутрь вещи ещё одного и согреть своим теплом, своей любовью, ну и его пуховиком. Подойдя к дому, они замечают на пороге грозно возвышающуюся фигуру мужчины, что сложив руки на груди ждёт возвращения блудного сына. Джейк тяжело вздыхает, предвкушая мозговыносящий разговор и понурив голову, идёт к порогу, на последок взглянув в любимые глаза и отдав пуховик. Сонхун провожает спину любимого самым нежным взглядом и одними губами проговаривает: «Я люблю тебя». — Пак Сонхун. — останавливает его громкий бас мистера Шима, когда он уже разворачивается, чтобы уйти. Названный оборачивается и сталкивается с мужчиной глазами. — Приходи ещё. Кажется, звук падение челюсти слышен на весь район. И не одной. Рядом стоящий Джейк смотрит на отца широко раскрытыми глазами и не верит собственным ушам. Собственно как и Сонхун. Мужчину видимо такая реакция забавит, о чем свидетельствует самодовольная улыбка, и он добавляет. — И родителей в следующий раз приведи. Ну, а вот это уже конкретное охуевание.

❣❣❣

Дом Джея с самого утра стоит на ушах, а все потому что сегодня к нему в гости должен прийти Чонвон. И не просто в гости, а на знакомство с родителями, на чем последние твердо настаивали. Джей одновременно и хотел этого и не хотел. Он желал, чтобы отец увидел Чонвона и, наконец, понял, что это самый лучший в мире мальчик, но также боялся, что тот скажет что-то нелестное в адрес его возлюбленного и тогда перед ним возникнет очередной выбор. Стараясь выбросить эти мысли из головы, Джей рассекает прихожую и гостиную, внимательно вглядываясь в малейшие крупицы пыли, чтобы тут же стереть её. Его мать с добродушной улыбкой наблюдает за его метаниями и откровенно забавляется, когда он диктует поварам, что и как приготовить, чтобы угодить вкусу своего парня. Госпожа Пак с лёгким волнением предвкушает этот вечер, а отец большую часть времени сидит хмурый и, кажется, настроенный не положительно. — Иди встречай своего гостя. — звучит приятный голос женщины, когда трель дверного звонка оглушает прихожую. Джей пулей вылетает из дома и у самого порога лицом к лицу встречается с младшим, что как пингвиненок одет в плотный пуховик, на голове красуется оранжевая шапочка, а в руках тортик. Не удержавшись, он чмокает возлюбленного в холодный нос, и пока тот не начал возмущаться, тащит в дом, где, подобно джентльмену, помогает ему снять увесистую верхнюю часть одежды и предлагает тапочки. Чонвон, несмотря, на уверенность в себе, жутко нервничает, а стоит ему зайти в гостиную и встретить на себе тяжёлый взгляд старшего оборотня, так его вообще дрожью пробивает. Но окончательно испортить атмосферу не дает мило улыбающаяся женщина, что принимает торт из его рук. — Омо, какой же ты красавчик! — не удерживается та, и Чонвон смущенно голову отворачивает, краем уха услышав как мужчина за столом фыркает. Джей суетливо рассаживает всех по местам и подобно ужаленному в одно место официанту бегает вокруг стола, стараясь и родителям наложить еды и долить напитков, и Чонвону дать то, что приготовлено специально для него. — Чонсон, сядь уже на место! У нас есть прислуга, которая этим займётся, не забирай у людей работу! — немного грубо просит мистер Пак, и Джей, наконец, усаживается рядом с Чонвоном. Младший приободряюще улыбается своему бойфренду и робко кладет свою ладошку поверх того. Без лишних слов они переплетают пальцы и обмениваются смущенными взглядами, за чем наблюдают родители оборотня. — Чонвон, Джей мне рассказывал, что ты один из лучших учеников школы… — начинает разговор мужчина, и Чонвон переводит свое внимание на него. — А, да. Я стараюсь всё всегда делать вовремя, поэтому с уроками проблем у меня нет. — А планы какие-нибудь у тебя есть? — Эм, пока точно не могу сказать. Есть много всего, что я хочу попробовать, но, чего-то конкретного пока нет. — немного понурив голову, отвечает вампир и чувствует, как его ладошку сильнее сжимают. — Ну например? — продолжает давить мужчина, испепеляя парочку взглядом. — Финансы. Мне нравится математика и я хотел бы попробовать себя в этой отрасли. — Так, это все не столь важно. Ответь мне на главный вопрос: ты любишь Чонсона? — миссис Пак вклинивается в разговор, как всегда, в самый подходящий момент и в отличие от старшего оборотня, смотрит на Чонвона мягко и ласково, будто на родного сына. — Да. Очень сильно люблю. Я никогда до этого не испытывал ничего подобного. — вампир смущенно голову опускает, смотря на переплетение рук, а Джей с такой любовью смотрит на своего малыша, что, не выдержав, коротко чмокает висок того, на что младший панически отстраняется и стремительно краснеет, с долей страха смотря на отца своего парня. Тот на удивление не вскипает, не морщится в презрении и даже не фыркает, как делал это в начале. Он сохраняет свой прежний вид, в то время как миссис Пак до покраснения силится не завизжать с этой парочки, что заставит даже самое ледяное сердце растаять от такой открытой искренней любви. А Джею на весь мир все равно, главное, чтобы рядом сидящее чудо никогда не покидало его. — В таком случае, что думаешь о практике в моем финансовом отделе? — отпив со своего бокала вино, интересуется мистер Пак и самодовольно усмехается на три удивленных взгляда. — Я даю тебе шанс. — вызывающе приподняв бровь, продолжает он, пока всеобщий шок за столом сменяется тихой радостью. — Тогда я просто обязан его принять. — улыбается Чонвон и тянет свой бокал к бокалу мужчины. В конце ужина, который на счастье Джея прошёл лучше, чем он ожидал, оборотень вызывается проводить младшего до дома, и под пожелания хорошего вечера от четы Пак они покидают территорию дома и неспеша идут вдоль улиц к жилью вампира. Джей их рук не раскрепляет, изредка поднося ладошку тыльной стороной к губам и оставляя на ней свои обжигающие поцелуи, на что Чонвон реагирует румянцем на щеках и счастливой улыбкой на губах. — Я рад, что понравился твоим родителям. — говорит младший и сильней кутается в пуховик от смущения. — Ты не мог им не понравиться. Ты же само очарование. — Джей останавливается на месте и притягивает к себе вампира, целуя того нежно и мягко. Чонвон противиться ему не может и с таким же трепетом отвечает на поцелуй, второй рукой обнимая за шею, чтобы держать равновесие. Они целуются долго, невинно сминая губы друг друга и не на долго отстраняясь, пока на голую ладошку младшего не падает что-то мокрое. Чонвон уже пугается, что начинается дождь, а до дома ещё не близко, но тут же испуг сменяется восторгом, когда он видит, как с неба срываются маленькие белые крупицы. — Снег! — счастливо слетает с его уст, прямо в поцелуй, и Джей запрокидывает голову, чтобы тоже полюбоваться столь прекрасным природным явлением. В свете ночных фонарей снежинки переливаются, летая в воздухе, и Чонвон так завороженно за этим наблюдает, что Джей любуется эмоциями младшего. В его раскосых глазках это чудо выглядит ещё волшебней, и блондин в памяти себе выжигает этот момент. Рука на его шее, осторожно поднимается выше и нежно проводит по светлым волосам, собирая влагу снежка, и Чонвон сам тянется к губам, оставляя на них короткий, но значимый для оборотня чмок, а затем тепло улыбается.

💞💞💞

— Куда ты меня тащишь и зачем? — громко кричит Сону, пытаясь вырвать свою руку из крепкого захвата парня, но все безуспешно. — Узнаешь. — в очередной раз летит в ответ, и Сону тяжело выдыхает. Ники после уроков бесцеремонно схватил его за руку и потащил в каком-то непонятном направлении, под не унимающиеся возгласы вампира, но на вопросы уперто не отвечал. Сону бы смириться, но эта неизвестность пугала и давила, от того он не мог спокойно следовать за своим парнем, как бы сильно он ему не доверял. Иногда тому в голову могло прийти что-то нереальное, и Сону всегда боялся последствий этого "нереального", вот и сейчас своим неожиданным поведением оборотень волновал его только сильнее. Сону пытается вспомнить эту дорогу, но все безуспешно, так как тут он впервые. Улочки быстро сменяются одна за другой, и вот его подводят к подъезду. Сону мальчик не глупый и быстро соображает, что к чему. — Ты ведешь меня к себе домой? Что ты задумал, эй?! Мы же договаривались, что все будет по взаимному согласию! Я пока не готов! Стой! Остановись! Нишимура, я на тебя в суд подам за изнасилование! Думаешь, не подам раз люблю, а вот фиг тебе! Помогите! — Сону с новыми силами вырывается из лап своего бойфренда, а тот, как только, Ким начинает надрывать глотку, зажимает его рот ладошкой и прижимает к одной из стен подъезда. — Тише ты! Никто насиловать тебя не будет! Я просто хочу познакомить тебя со своими родителями. — шепотом проговаривает блондин, и наблюдает как страх в глазах вампира сменяется негодованием. Он мычит что-то неразборчивое в ладошку и уже даже выпускает клыки, чтобы как следует укусить, но во время себя отдергивает. — Пуфти. — уже более расслабленно звучит от вампира, и Ники осторожно открывает руку от чужого лица. — А ты знаешь, что об этом обычно предупреждают? Ну, в нормальных парах. — неосознанно Сону начинает приводить себя в порядок, разглаживая вмятины, и смотрит на младшего с укором. — С каких пор мы считаемся нормальной парой? — усмехается блондин и помогает парню поправить воротник рубашки. Ники без предупреждения распахивает дверь, рядом с которой они стояли и впихивает туда немного ошалевшего Сону, что замирает на пороге под прищуром девушки, очень похожей на блондина, только у неё сзади тёмный хвост болтается. Он совсем не замечает как с него снимают верхнюю одежду, как оборотень копошится у его ног, снимая ботинки, и вот он сидит на кухне за столом, в окружении мило улыбающейся женщины, суетливо бегающим по кухне мужчины и серьёзной девушки, пока его парень не вваливается в помещение с тапочками в руках, которые заботливо надевает на его ножки, чем до ужаса смущает. — Судя по твоему выражению лица, ты не ожидал такого поворота, да? — добродушно спрашивает женщина и принимает с рук мужа шипящую сковородку. — Д-да. — соглашается вампир и недовольно смотрит на блондина, что рядом с ним усаживается и начинает подкладывать в его тарелку еду. — Не нервничай так! Ники столько о тебе рассказал, что я даже расспрашивать не буду! — смеётся женщина и поддерживающе треплет темную макушку. — А вот я буду! Вы же ненавидели друг друга! Как так вышло, что вы теперь пара? — девушка напротив сильней щурится и ближе наклоняется, будто надавить пытается, но тут же получает подзатыльник от матери и пинок от старшего брата. — МиКи, не лезь к ним! — угрожающе летит от женщины, на что младшая супится, но продолжает сверлить Сону своим испытывающим взглядом. — МиКи? То есть вы Нишимура Рики и Нишимура МиКи? Как мило! — тянет Сону, расплываясь в своей фирменной улыбке, на что девушка фыркает, а женщина гордо улыбается. — Сону, я не знаю твоих вкусов, но Ники говорил, что ты не очень любишь острое, поэтому я все делал средней остроты, даже ближе к минимальной! — отец блондина открыто улыбается и подкладывает в тарелку Сону токпокки, что пахнут просто божественно. Родители Ники оказываются очень приятными людьми, которые принимают его чуть ли не за родного с самого начала и ни каким образом не давят на него, а ведут вполне обычную беседу, и только самая младшая за столом молчит, продолжая пилить его подозрительным взглядом. Ники пытается воздействовать на сестру и пару раз даже в открытую просит не пялится так на его парня, на что девушка лишь кивает и на время отстаёт от парочки. Вечер проходит в комфорте и уюте, и Сону вовсе не чувствует той натянутой неловкости и напряжённости, как обычно бывает во всяких фильмах при знакомстве с родителями. Нишимуры приняли его более чем добродушно и не раз выразили свою радость, что отношения их парочки пересекли эту черту между ненавистью и любовью. Отлучившись в уборную, Сону анализирует сегодняшний вечер и остается доволен, несмотря на то, что его притащили насильно. Но на выходе, он испуганно подскакивает, поскольку силуэт младшей сестры его парня выглядит довольно устрашающе в темноте коридора. — МиКи… — Признаюсь, ты довольно симпатичный. И мой брат с такой любовью о тебе говорит, что аж тошнит. Но имей ввиду, я не забыла те времена, когда он приходил домой в ссадинах и синяках от твоих рук! И если я увижу, что мой брат страдает из-за тебя, лично найду и выпотрошу, усек? — угрожает девушка и, дождавшись не смелого кивка, уходит на кухню, оставляя ошарашенного Кима одного. Но не на долго, потому что к нему тут же выруливает блондин и тревожно осматривает. — Она тебе что-то плохое сказала? Я её убью! — утробно рычит Ники, и Сону решает спасти любящую сестру от гнева нерадивого братца. — Это была самая милая угроза в моей жизни. — улыбчиво тянет вампир, и Ники успокаивается. После ужина они сытые топают в сторону дома Кима и весело обсуждают некоторые моменты вечера. Сону счастлив новому знакомству, а Ники рад, что все прошло относительно хорошо. С сестрой он все же поговорит. — Она просто тебя очень сильно любит! — заметив настрой блондина относительно девушки, пытается защитить последнюю Сону, на что Ники хмурится. — Раз любит меня, то должна любить и тебя, потому что я люблю тебя! — Это не всегда так работает. — хихикает брюнет и сует их скрепленные руки в карман своей куртки, чтобы Ники не замерзал. — С родителями сработало! — продолжает недовольствовать Нишимура. — Ну она возможно ревнует. Ещё бы, какой-то вампир увёл любимого старшего братика. — Ты не «какой-то» вампир, ты особенный! — смущенно бубнит Ники, вызывая у Сону самодовольную улыбку. — Что там сказал? Я не расслышал. — издевается старший, но неожиданно замирает на месте, а вместе с ним и Ники. — Люблю тебя, говорю. — поворачивается к брюнету оборотень, ожидая услышать в ответ то же, но Сону завороженно смотрит куда-то поверх его головы с приоткрытым ртом. Ники не сразу успевает понять, что так удивило его парня, как его носа касается что-то влажное, и он запрокидывает голову. Хрупкие снежинки робко спускаются с неба, вальсируя в воздухе и падая на темную копну Кима. Ники смотрит на это с непередаваемым восторгом, и пальцами другой руки тянется к волосам старшего, аккуратно перебрать прядки. Сону видит взгляд Ники на себе и от этого ему неловко становится, но он в ответ приближается к блондину, позволяя ворошить волосы, и носом утыкается в смуглую щеку. — Что ты делаешь? — интересуется тот, не убирая руку с головы вампира. — Хочу, чтобы ты меня обнял. — шепотом отвечают ему, и кто Ники такой, чтобы противится прямой просьбе парня. Он послушно обвивает его тело руками, прижимая ближе к себе, и опаляет ухо того своим дыханием. — И никогда не отпускал. — продолжает Сону и теснее жмется к оборотню. — Ты хочешь так простоять вечность? — слегка посмеиваясь спрашивает блондин и заглядывает в галактики глаз напротив. — Да. — уверенно отвечает Сону и слегка на носочки поднимается, чтобы оставить поцелуй на сухих губах.