Заложник времени.

      Сергей целую неделю наблюдал за напряженным Пашей и уже было подумал, что переборщил с помощью. Парень прошел собеседование, но после прихода из НИИ весь день ходил бледный, как снег и его практически нельзя было разговорить. А после большую часть свободного времени проводил в выделенной ему комнате, которую и комнатой-то назвать можно было с трудом. Как бы мужчина не старался, спустя неделю ситуация совсем не изменилась. Так что ближе к вечеру седьмого дня он не выдержал и, заглянув в комнату к юноше, застал довольно странную картину. Вершинин с довольно боевым настроем вывалил на кровать содержимое сумки и рюкзака на кровать, принимаясь перебирать вещи.       - Не понимаю, зачем тебе это, но могу я присоединиться? – Полностью зайдя в комнату с самым мирным видом спросил Костенко, даже не зная, какой ответ хочет получить больше.       - Я, конечно, не против. Но, боюсь, после этого вопросов у тебя ко мне прибавится в разы. Не боишься во все это лезть? – Заинтересованно спросил юноша, начиная складывать одежду в черную дорожную сумку, которой было до неприличия мало.       - Поздновато спохватился спрашивать о страхе, когда я и так влез во все странности, с тобой связанные. – Сергей подошел ближе, слабо улыбаясь, от чего парень немного расслабился.       Он помог сложить одежду, с которой они справились достаточно быстро, напоследок задержавшись на сложенном черном пальто. Оно было очень хорошим и явно зимним. Такое сейчас днем с огнем не сыщешь и стоит оно довольно дорого. Сделав пометку в голове подумать об этом на досуге, мужчина убрал вещь в сумку и уставился на остальные предметы, как баран на новые ворота. Документы Паша сразу убрал в рюкзак, который сразу показался капитану немного странным. Видеть такой он не привык, как и значки, приколотые к нему.       Чтобы совсем не быть истуканом с идиотским выражением лица, мужчина потянулся к конверту и аккуратно в него заглянул. И потерял дар речи, потому что там были деньги, и достаточно много, судя по номиналу купюр.       - Сколько здесь, Паш? И откуда у тебя столько? - Севшим голосом спросил Сергей, убирая конверт в рюкзак с глаз долой. Сейчас, казалось, что лучше бы он в это не лез. Но это лишь казалось.       - Около тысячи. И я бы сам хотел узнать, откуда они у меня. – Задумчиво ответил молодой человек, пытаясь сделать что-то странное с куском стекла в пластике. По крайней мере для Костенко это выглядело очень глупо.       Но, спустя пару мгновений от странной вещи послышалась короткая мелодия, заставившая мужчину подпрыгнуть на месте. Пока он пытался что-то для себя осознать, парень развел бурную деятельность, то и дело легонько тыкая пальцами по стеклу и с каждой минутой все сильнее кусая нижнюю губу с самым задумчивым выражением лица.       - Черт, как я сразу об этом не подумал. – Буркнул себе под нос Вершинин, судя по всему, отключив прибор и убрав в рюкзак с глаз долой вместе с парой странных проводов. Папка и довольно увесистая, три тюбика с непонятной прозрачной жидкостью, похожей на крем, пара тетрадей да канцтовары непривычного вида тоже оказались там и послышался звук закрываемой молнии. – Прежде чем ответить на твои вопросы, можно сначала я задам парочку? Это очень поможет, потому что не обо всем сейчас стоит говорить вслух.       - Тогда пойдем пройдемся, подышим свежим воздухом. – Кивнул капитан и осмотрел парня с ног до головы. – Хватит сидеть в четырех стенах, ты же не затворник.       Через десять минут они уже вышли на улицу и следом за ними на определённом расстоянии двинулись двое человек. Паша и так знал, кто за ними следит и даже привык бы к этому, если бы не хотел каждый раз открутить головы этим двоим. Но, так как это было невозможно, он нашел другой способ подействовать на нервы всему КГБ в целом. Что он сейчас и хотел для начала попробовать, отвлекая Сергея разговором и подстраиваясь под его размеренный шаг.       Они поговорили о Клэр Мэттисон, об АЭС Калверт Клиффс и немного о том, чему мужчина стал недавно свидетелем. Вечер был теплый, на улице еще светло для семи вечера и практически не было ветра. Пели птицы, то и дело слышался то лай собаки, то мяуканье котов, разговоры людей, проходящих мимо и смех детей, игравших на площадке. Прогулка действительно помогала расслабиться, поговорить без лишних ушей. Сергей даже не сразу заметил, как начал слабо улыбаться, даже просто разговаривая с кем-то. Такого не было уже давно. И, как обычно, ему снова подкинули пищу для размышлений.       Спустя полтора часа он уже хотел предложить вернуться домой и, наконец, поужинать. Но тут мужчина заметил, что они вообще на окраине Москвы в каком-то заброшенном деревянном доме. Судя по обстановке, здание стало таковым не так давно, раз даже окна целы и большая часть мебели на месте. Как они здесь оказались, капитану было непонятно, а вот глаза юноши как-то странно поблескивали в полумраке комнаты, похожей на гостиную. Паша осторожно выглянул на улицу и удовлетворенно хмыкнул. Его маленький план оторваться ненадолго от «хвоста» увенчался успехом, хоть и пришлось немного попотеть, чтобы разобраться в способностях и применить их незаметно для окружающих. Это выматывало.       - Зачем мы здесь, Паш? – Как бы Костенко не пытался быть настороже, у него не получалось. А все из-за понимания, что от слежки они оторвались, от чего в голову полезли мысли, которые он старался от себя отгонять долгое время.       Юноша не ответил. Лишь подошел ближе с умиротворенной улыбкой на лице и аккуратно поцеловал. Совсем легко, как и в тот самый первый раз в Припяти. И снова, как тогда, по их телам словно удар тока прошелся. Только сейчас мужчина знал, что делать и уже через минуту они стояли в объятиях друг друга и целовались. Здесь не было страсти, но была любовь, нежность и желание выразить через поцелуи все то, что они не могли сказать словами. От этого было настолько хорошо, что голова начинала кружиться, в ушах слегка звенело и казалось, будто Сергей даже перестал дышать. А как еще ему объяснить нехватку воздуха в легких?       - Это в какой-то мере даже романтично. – Прошептал капитан, едва оторвавшись от чужих губ и делая глубокий, судорожный вдох. Он впервые испытывал легкую щемящую нежность, глядя на румянец на чужих щеках. – Но чем я это заслужил?       - А подобное обязательно нужно заслужить? – Задал риторический вопрос юноша, не ожидая ответа на него и оставляя легкий поцелуй меж чужих бровей. – Прости, но нам пора. Сейчас я смог выкроить нам лишь десять минут без наблюдателей. Да и этот дом не совсем подходит для… - Паша задумался, пытаясь подобрать нужное слово. – Подобных встреч? Свиданий? Мы же можем назвать это свиданием?       Вместо ответа впервые за долгие годы смущенный мужчина легко поцеловал парня в губы и, взяв за руку, повел прочь из дома. А ведь действительно, чем он это заслужил, Костенко не понимал. Вся дорога до дома прошла в приятном молчании. Даже приставучая парочка из КГБ уже совершенно не напрягала и не раздражала. Мужчина наслаждался прохладным вечером, давая возможность юноше осмотреться и привыкнуть. К чему именно, он сам до конца не понимал, но чувствовал, что Паше это нужно.       Оказавшись дома, они первым делом буквально присосались к стаканам с прохладной кипяченой водой. Поспорили на счет позднего ужина. Парень был за нормальный и достаточно сытный, но не нагружающий организм на ночь. Сергей же настаивал на простом перекусе, вроде бутербродов с чаем. Через пятнадцать минут которые показались молодому человеку больше, чем спринтерскими, зло скрипнув зубами, он быстро произвел ревизию всех продуктов под надзором напряженного взгляда.       - Блять, да я бы за эти пятнадцать минут споров успел бы легкий салат на ужин сделать. – Фыркнул Вершинин и шикнул на подошедшего мужчину за то, что тот дал ему подзатыльник.       - Еще раз услышу, что так ругаешься, язык вырву. – Насуплено отчитал юношу Сергей и недовольно достал из кухонного шкафчика салатницу. – Давай продукты и говори, что делать. Но с чаем все равно будут бутерброды.       - Будешь и дальше так упрямиться, как маленький ребенок, я буду еще больше ругаться. И вряд ли цензурно. – Не мог остаться в стороне парень, доставая из холодильника нужные продукты.       На часах десятый час вечера, утром рано вставать, а они так привычно ругаются из-за ужина. Словно Паша снова в 2013 году, очередной спокойный вечер после тяжелого дня, и они спорят на счет того, что из еды выбрать. Все было настолько правильным, что для него было даже странным подскочить на кровати посреди ночи от странного ощущения приснившегося очередного кошмара.       Оказалось, его уже несколько минут тормошил бледный, как снег, и перепуганный Сергей. Летающие по комнате предметы шумно попадали на пол. Парень тяжело дышал, пытаясь прийти в себя и не мог. Весь мир ушел у него из под ног, стоило ему отдышаться и посмотреть на все еще напряженного и бледного капитана. Мужчина бегло осматривал парня и едва ли мог нормально соображать. От увиденного голова шла кругом, правда испугало его не это. Чего-то подобного стоило ожидать, особенно от Паши.       Испугала его чужая боль, которой был пропитан крик, разбудивший мужчину. Она мурашками прошлась по его спине и гораздо сильнее мешала мыслить здраво. Но приходилось, ведь больше не кому помочь Паше с его проблемами, иначе может начаться хаос. Да и не сможет он уже и без этого паренька, и без его проблем.       - Я, конечно, знал, что ты временами плохо спишь из-за кошмаров, - начал Костенко, говоря хриплым голосом и заставляя юношу на себя посмотреть, - но такого явно не ожидал.       - Я же уже говорил, не обо всем стоит говорить вслух. – Тихо ответил Вершинин, осторожно утыкаясь своим лбом в чужой, лелея надежду, что еще не все потеряно одной спонтанной выходкой. – О подобном тебе в конторе не заикнуться, не тот уровень доступа. А со мной он тебе не нужен, вот только говорить о таком я не умею. Потому и не хочу взваливать весь свой груз на твои плечи. Должен же я уметь справляться с собственными проблемами самостоятельно. Это лучше, чем перекладывать их на чужие плечи и ничего не делать.       - Успокойся, я понял. – Мужчина почувствовал, как задрожал чужой голос, как задрожали чужие плечи и страх перед чем-то неизведанным, что сковывал его в последнее время, ушел. Руки сами обняли худое тело и прижали ближе в попытке успокоить. – В ночь взрыва АЭС я думал, что мне померещилось. Считал себя сумасшедшим. Теперь стало легче, потому что я не один. Рядом есть люди, которые разбираются в этом больше меня. Все это, конечно, шокирует и выбивает почву из-под ног, но давай разбираться с проблемами по мере их поступления. И явно на свежую голову. Может чаю? Или так сможешь уснуть?       - Чаю, определенно. Да и тебе не помешало бы. – Паша слабо улыбнулся, глядя в чужие, полные заботы глаза и не удержался, оставляя легкий поцелуй на чужом лбу. Хорошо в 1986 году. Прослушивают только разговоры, да и техника не ахти какая. Стало интересно, до какого предела используемых способностей она выдержит, прежде чем выйдет из строя. – Тяжко придется, выдержишь?       - Что не сломает нас, то укрепит. – Уже спокойным голосом ответил капитан, который уже пришел в себя и определенно не понимал, почему произошедшее не вызвало неприязнь к парню, а наоборот. Было до одури приятно вот так сидеть. Но сон никто не отменял, как и работу с утра. – Прорвемся, а сейчас давай попьем чаю и попробуем поспать.