Времена отношений.

Пятница, 22:45_ _ _ Это было начало лета: отличная погодка, кажется, недавний дождь, но грязь от него из-за солнца уже успела высохнуть. На улице было двадцать градусов тепла. Пока был день, сейчас же: было около пятнадцати градусов. Спросите же, что они забыли в посёлке в такое время? Ну, парни направлялись ехать в соседний город, но неожиданно мотоцикл Вольдемара заглох. Тот всеми силами пытался снова завести его, а после, проверив топливо, понял: они в жопе, ведь бензин действительно закончился (хотя он и проверял, полон ли бак), а заправка же — находилась за пару километров от них, плюс должна была скоро закрыться. И Саша, предложил гениальную идею, мол: «Может, попросим переночевать у кого-то? Конечно, вероятнее всего, большинство уже спит, но других вариантов у нас как бы нет». Кудрявый согласился с мыслями паренька, поэтому, потащив свой мотоцикл (что оказалось, было не так легко, как он думал), они решили испытать удачу в первом доме с правой стороны. Открыв калитку (та была без замка, лишь подобие «защиты» домика) — молодые мужчины поставили свой транспорт во двор, возле, довольно милой клумбы с различными цветами по типу: роз, недавно распустившихся маков, лаванды и даже, пары ромашек, которая, не смотря на свою простоту: отлично сочиталась с другими, более благородными расстениями. Голубоглазый, перед тем, как постучать, решил осмотреть дом снаружи. Крыша дома состояла из досок, видимо, из сосны, покрашенных в зелёный оттенок, «Кажется, он был светлее в первые года» — подумалось почему-то мужчине. В остальном же дом был белым, с такой же краской на старых, деревянных рамках окон, лишь в самом низу была какая-то размазня, напоминающая чьи-то маленькие ручки. — Извините, — постучал раз в тёмную дверь Саня, но тут же его чуть не прешибло этой дверью, благо, спутник смог притянуть его к себе во время. Со двери показалась милая старушка, на вид лет семидесяти. Её милую улыбку украшали морщины и щёки. Уши были чуть большеваты, шея и плечи: среднего размера. Глаза серые, почти как и волосы, пухлые пальцы, руки и ноги. Длинная юбка, почти достающая до пола и вязанная, коричневых тонов, кофта. — Здравствуйте, молодые люди. Не удивляйтесь, я ещё пару минут назад слышала, как Вы ехали к нам. Не стесняйтесь, проходите, заодно расскажете, сколько планируете оставаться у нас. — сразу же начала старушка, заходя в дом, оставляя дверь открытую. Таким образом приглашая своеобразных гостей в дом, те же, слушаясь, будто собаки, вошли за ней, заодно раззуваясь и пытаясь не сломать замок на двери, закрывая её. Когда же все зашли на импровизированную «кухню» и у всех был чёрный чайочек, вновь начался диалог. — Так, давайте для начала начнём с того, что познакомимся. — парни единогласно кивнули. — Меня зовут Людмила, у меня недавно был день Рождения, поэтому, я уже старая баба: восемьдесят лет. А Вам сколько и как Вас зовут? — явно слышалось, что бабуля была вежливая, ведь обращалась ко всем, внезависимо от возраста на «Вы», чего не делали многие старики. — Меня зовут Саша. Мне двадцать лет. — Меня Вольдемар. Мне двадцать один год. — Что ж, когда мы уж с Вами познакомились, Александр и… — та посмотрела на голубоглазаго. — Вольдемар. — медленно проговаривая каждые букви, смотря на того, на что он лишь кивнул, мол говоря: «Всё правильно». — Скажите прямо: у Вас есть ночлег? И что Вас заставило остановиться у нас? — особенно подчёркивая слово: «заставило», потому что была уверена по лицу Сани, что они здесь остаются из-за чего-то, да и в целом, была права. — Что ж… — начал Волд, рассказывая всё, что произошло, саму ситуацию, добавляя, что всё проверял, но так уж вышло и, поскольку им ничего не оставалось, добавил в конце, совсем тихо, что им действительно нет где переночевать и что было бы хорошо, если бы им разрешили остаться здесь всего на одну ночь. — Я, почему-то, так и поняла, что Вам нужен ночлег. Ко мне, конечно, ещё никогда не обращались с такой просьбой молодые, незнакомые мне люди, но мне кажется, что Вы хорошие ребята. Плюс, ко мне довольно не часто, — на этом Людмила вздохнула, будто что-то вспоминая. — приезжают родные, поэтому, я только «за» то, чтобы бы Вы прибыли у меня. — закончила свою речь бабушка. Парочка, мягок говоря, была в шоке от такого откровения, но в итоге, сами того не ожидая: они проболтали ровно час, до 23:45–ти. При этом им постоянно пытались впихнуть что-то поесть. Каре глазый всё время отказывался, а кудрявый всё время соглашался и даже, в тайне, только ждал того момента, чтобы ему предложили ещё что-то. Они выслушивали старую женщину и её тераду о том, как она скучает за внуками, что видела их всего раз и те следы от краски на доме — их рук дело. Что мол, родители их говорят, что вот, так и так, им скучно будет и что они сами не видят смысла их привозить сюда. Так что, мальчики почти не говорили, а женщина же в конце их уже считала своем внуками и не стесняясь, называли их ласково: «Внучатами». Но посмотрев на время: та, мягко скажем, обомлела и пожелав им спокойной ночи, прежде чем уйти: показала, где спальное место, застелила его и дала комплект одежды в виде одной серой и чёрной футболки, и двух спальных, синих штанов на резинке. Саша кивнул, а второй лишь, хотя спать, сказал сонное: «А-ага». Переодевшись в отдельных комнатах и выключив свет — только тогда они поняли, что будут спать вместе. Естественно, смутился лишь первый, ведь, если быть честным: ему не хотелось спать от слова совсем, ну, а Волди, соприкоснувшись с подушкой: тут же и уснул, повернувшись в сторону стены. Вздохнув и через пару минут смирившись — тот лёг возле и засыпая, почувствовал, как его обняли крепкие руки и улыбнулся. 2:00, мысли Вольдемара_ _ _ «Кажется, сейчас ночь.» — было моей первой мыслью и я угадал. Присмотревшись в настенные часы, прямо надо мной, я понял, что у меня снова бессонница, к сожалению, сначала я не понял основной причины. Потерев глаза и начав рассмотреть всё в темноте, чтобы проснуться: мои зрачки резко разширились от осознания, что в мою задницу впитается что-то твёрдое. С удивлением, к мозгу дошло, что это может быть и, на лице странно засияло подобие улыбки. Захотев проверить теорию, зародившуюся во мне, к сожалению, до тела также дошло, что его обнимают и крепко. Но поскольку, азарт, успевший подняться с дна — был сильнее, я, аккуратно, зная, какой у него неблагоприятный сон, выбрался и бережно положил его на спину, уже рассмотрев явный бугорок в зоне паха. «Зачем я поднялся? Мне что, отсосать ему?» — задался значимым вопрос для своей личности моя гордость. Но уже тогда она понимала, что я сделаю это. Снимая часть одеяла, которая укрывала его спину и лишь отодвигая резинку штанов вместе. — Ох Боже, какой большой… — сами начали шептать губы. — Мне раньше казалось, что он меньше. — восторженно продолжали они, уже начиная высовывать язык, облизывая длину самого агрегата и, не долго думая, беря весь член в рот. Голова сама, видимо, привыкнув, начал двигаться взад-вперед. Дыхание вскоре начало сбиваться и казалось, что за мной кто-то наблюдает. «Было бы неловко, если бы он проснулся» — и в эту же секунду, не заметно для себя, голубое небо посмотрело на лес других, открытых глаз, они смотрели, будто пытаясь сделать в тебе дыру. Парень закрыл себе рот, чуть подняв голову, видимо, чтобы наблюдать за процессом в тихую и его лицо полыхало от стыда. Я остановился от неожиданности на некоторое время. Конец мыслей Вольдемара_ _ _ — Продолжай, пожалуйста, — стал тихо, чуть надрывисто, говорить Саша, вдруг простонав — умоляю.— уже не сдерживаясь, будто маня в свою ловушку новую жертву, шептал тот. — Я, — хотел было что-то прошептать Волд, буквально на секунду отрываясь от минета, из-за чего изо рта до члена были видны прозрачные слюни, смешанные со смазкой, текущей с головки. — хорошо. — закончил, ещё более красный, мужчина, стараясь отвести взгляд от назойливых глаз другого, на этот раз ещё быстрее беря в рот, чем в предыдущий раз. На каре, сначала мягко лягла левая рука, но вскоре начала сжимать длинные волосы, сама задавая темп и делая так, чтобы в глотке его было как можно больше. На краях глаз начали поблескивать слёзы, но сосущий не собирался оглашать любимому, что ему больно, ведь, именно сейчас: ему приносило это даже некое удовольствие и возбуждало. Правда дышать сложно было. Хотя знаете, этот факт тоже не особо беспокоил его, ведь он знал, что если вдруг — может прекратить, верно? На счёт этого «Верно», он не был уверен, но всё же довериться партнёру стоило. Его отпустили через минуту. — Пожалуйста —хааа-, я устал. — прошептал мишка, тяжело и с отдышкой дыша, пытаясь вытереть накопившиеся и вытикающие до сих пор слюни, держась за колено актива. — Всё в порядке? — спросил, аккуратно садясь напротив и ложа эту самую левую руку на противоположную щёку. Увидев кивок, тот вздохнул. — Тогда, — чуть замялся Александр, но всё же продолжил. — ты не против продолжить, Волди? — заправляя прядь за ухо продолжил сладко шептать он. — Да, давай продолжим. — снова от чего-то покраснел второй. Те решили, что будет хорошим решениям обоим снять штаны и положить их возле кровати. Так они и сделали. Ложась обратно на спину, как пару мгновений назад лежал его парень, он внимательно наблюдал, как делали всё тоже самое, что и он с ним. Особенно смутило его, когда делая минет и дроча себе, на него смотрели, стараясь, кажется, изучить всё заново, будто в первый раз. И вдруг, резко, лицо половинки полностью залилось красным и тот начал смотреть в другую сторону, мимо него, пока до него не дошёл смысл сказанных слов, которые, он думал, были в его голове. — -Аах-, блядский Бог, к чёрту его, почему ты так хорошо сосешь? Научишь меня -ха- этому? — а после — Я кажется, схожу с ума -ммм- и не могу больше ждать, -продолжительный стон- трахни меня. — Если ты так просишь. — облизнулся и приподнялся, улыбнувшись, встав на колени Саша. Вот вновь над Саней нависает, недавно умоляющий трахнуть его, медведь. Теперь обое полностью раздеты. Первый облизывает сразу три пальца, но сам вставляет в анал лишь один: сначала указательный, перед этим лаская само отверстие. Второй простанывает его имя в ответ. Они целуются, утопая в удовольствии от присутствия друг друга в их жизни. Языки страстно переплетаются, обмениваясь слюнями. Тела пытаются как можно больше прижаться к друг другу, хотя и понимают, что места больше нет, вот входит и второй палец. Старший кусает максимально больно за юнное плечо, от чего младший вздрагивает и непроизвольно текут слёзы. Его кусали до этого, но не настолько сильно, потому что боялись навредить, из-за того, что кожа была слишком бледна и хрупка. «Видимо, так он захотел сдержать стоны.» — подумал юннец и сам для себя неожиданно понял, что ему даже скорее понравилось, нежели нет. Правая рука быстро, но осторожно обхватывает одновременно два фаллоса начиная медленно надрачивать себе и лежащему активу. — Не останавливайся. — прошептал темно-русый, прямо на ухо, мелко дрожа и выпрямляясь в спине, наконец вставляя последний, третий палец, от чего дрочащий всхлипнул, начиная сжимать свободной рукой постель. «Он скоро кончит.» — подумал Волд, тоже начиная дрожать, особенно в области спины: выпрямляясь, а потом снова сгибаясь. Обое пытались не кончить, кажется, скорее для того, чтобы проверить, кто дольше продержаться, нежели для кое-чего другого. Больше всего их выдавал как раз-таки нависающий над парнем мужчина. Хотя, что стоит говорить, если он вовсе забыл про то, где они находятся? — Я кончаю. — уже начал говорить Саша, не в силах сдерживаться и на руке уже почувствовалась что-то более кремообразное и липкое, нежели просто смазка. Буквально за ним кончил и сам медвеженок. Первый тут же повернулся в бок, подумав, что на этом всё закончилось (естественно, перед этим с него слезли), но ему также напомнили, смотря умоляющими, кажется, всё такими же разгоряченными глазами: — Ты ничего не забыл? — прошептал, сидя на коленях на краю раскладного дивана, Вольдемар. Младший встал, попутно садясь напротив, махая руками, будто извиняясь, на что ему тут же кивнули, мол: «Прощаю, но сделай то, что говорил минутами ранее». — Было бы хорошо, если бы у нас были презервативы. — тихо сказал, будто продолжая свое негодование, пассив. — Секунду, — сказал актив, вставая со своего местечка и идя к черно-красному рюкзаку половинки, на что тот лишь недоумевающе взглянул на него. Саня начал открывать передний, верхний карман и вытащил от туда что-то (сначала второй не мог разглядеть что это, поскольку вещь была маленькая). Повернувшись к своему парню тот выдал лишь: — ты забыл проверить эти карманы, милый. — и смотря на руки, тот понял, что далеко ошибался на счёт презервативов. Начиная облизывать свои пальцы, полностью запачканные в сперме и не замечая того, как на него смотрят, вновь очнулся лишь тогда, когда его ласково взяли за щёки свободной рукой и улыбаясь, прошептали: — Ты так вызывающе облизываешь свои пальцы, запачканные семенем, может, ты так же сексуально отсосешь мой член? Сначала не понимая смысл слов, тот лишь смотрел будто сквозь него, но после, примерно около сорока секунд, щеночек покраснел, негласно, медленно кивая. Актив улыбнулся, кладя упаковку презервативов возле себя, ложась на своё законное место. Щенок хотел начать делать минет, но его тут же остановили. — Что смотришь? Ложись сюда, я хочу попробовать кое-что новое. — прошептали зацелованные губы. Вновь кивок. И стоны. Очень протяжные стоны, выгнутая, будто на девяносто градусов спина. Мольба не останавливаться, забывая, что Бога не существует. Чмокающие, но такие возбуждающие звуки. Анальное отверстие, из которого течёт смазка по ногам, всё также усердно облизывают тонким языком, иногда входя внутрь, от чего оно несвойственно сжимается. Тяжёлое и горячее дыхание, обжигающее промежности обоих. В конце приказ: «Остановись. Я хочу войти в тебя.», после чего мужчина, в данный момент похожий на собачку, которая хочет поиграть со своим хозяином, встаёт и садится, пытаясь прекратить течь сзади, пряча лицо, отворачиваясь. Новый презерватив надевают на член, после чего сразу же поворачивают лицо к себе, тут же притягивая, шепча: «Ты не представляешь, как я люблю тебя.» и целует, дразня, кусая нижнюю губу, затем отпуская. — Садись на мой член, малыш, ты же так этого хотел. — прошептал, с каким-то злорадствием Саша, но его «просьбу» выполнили. Со стоном и хлюпающим звуком, в отверстие вошёл твёрдый ствол. Медленно, боясь, что не готов ко всей длине, пухляш начал двигаться. Тонкие руки лягли на талию, сжимаясь на ней и делая так, чтобы войти полностью. Длинноволосый запрокинул голову назад, кусая губу, ведь стон наверняка выдал бы их, поэтому от звука осталось лишь мычание, начал движения вновь, на этот раз садясь полностью, пытаясь удержаться от лишних комментариев на этот счёт. Активный участник действия вскоре надоел этот темп, поэтому, беря того за импровизированную талию — начал делать поступающие движения вверх-вниз быстрее, полностью контролируя процесс. Пассивный же, впрочем, был не против и полностью доверял ему, что показывала его расслабленная поза сверху. Стоны чуть ли не срывались с его языка, когда процесс подходил к окончанию, давало надежду им лишь желанный и нужный поцелуй. Член уверенно давил на простату, иногда задевая комки нервов внутри, чем вызывал накаты возбуждения и Волд вздрагивал. Саша начал надрачивать ему и, что-то невнятно рыкнув: кончил. Расслабившись, Александр взглянув на свою руку и неожиданно понял: что тот тоже кончил. «Анальный оргазм?» — спросил он у себя, смотря на прозрачную, текущую жидкость на своей руке. Сидевший странно молчал и продолжал сидеть на нём, хотя нужно было бы слезать. Но, как только тот слез: догадливый человек тоже понял, в чём дело. — Кажется, презерватив порвался… — прошептал неуверенно первый. — Да неужели? Вот ты умный, конечно! — смотря на партнёра произносил, — Ты так усердно трахал меня, что он порвался! Спасибо тебе огромное, от уже не чистой души! — злостно, быстро и явно саркастично шептал второй. — Прости, — единственное, что мог произнести другой, но в итоге добавил, — хотя, мы бы вряд ли смогли куда-то его выкинуть незаметно. — заметив на себе ещё более устрашающий взгляд он всё же замолчал. Одевшись и выкинув порвавщуюся улику: они вновь легли спать. В ту же позу, в которой и лежали до того, как проснуться. Вольдемар обиженно лежал, всё же удосужившись закрыть глаза и пытаясь уснуть, а также не концентрироваться на том, какая теперь мокрая его задница, но его тут же прервало чувство, что в его очко входит указательный (научился всё же определять, какие пальцы входят) палец. Голубые глаза тут же стали видны и он было спросить, что происходит, как его заткнул шёпот возле шеи: — Может, повторим? День, 14:47_ _ _ Сначала мишке показалось, что первым проснулся он, но оглянувшись, он понял, что ошибся. Протерая глаза и прислушиваясь, он догадался, что Люда и Саша уже проснулись, попутно ожидая его на кухне, чтобы провести и поехать дальше. Стараясь тихо, быстро одеться — у пухляша вышло это сделать, поэтому, не теряя времени: тут же вышел к остальным, садясь возле Сани. — О, ты уже проснулся? — удивлённо спросила бабуля. — Да, спасибо Вам за ночлег. — поблагодарил Волди, натягивая улыбку, которую носил обычно. — Не за что, внучек. — мило улыбнулась Людмила. Так они разговаривали ещё пару минут, но посмотрев на время: обое переглянулись. — Простите, но нам уже пора выезжать. Верно? — спросил голубоглазый. — Да, верно. Плюс нам ещё нужно заправить твой мотоцикл, на что тоже уйдёт, довольно много времени. — добавил кареглазый. — Ох, хорошо. Только в следующий раз будьте по-тише, договорились? — задала старушка, загадочно улыбнувшись. — В смысле? Что Вы имеете ввиду? — прямо задал вопрос Александр. — Знаете, я сразу увидела, что между Вами что-то другое, нежели дружба, — сказала та, держа паузу, чтобы видимо, им было интереснее её слушать, — что ж, я не думала, что мои мысли оправдаются, примерно, около трёх часов ночи. — закончила она и парни сразу же всё поняли, одновременно покраснев. — Извините, мы не хотели Вам мешать. — тихо, вместе сказали оба. — Ой, да что Вы краснеете, такие отношения тоже нормальны. Конечно, мне не приходилось сталкиваться с ними вживую до этого дня и таким образом, но кто я такая, чтобы осуждать Вас? — скорее просто сказала, нежели задала вопрос Людка, чем поставила их в тупик. Впрочем, отойдя от этого и выйдя на улицу: она их проводила до мотоциклов. Найдя заправку (которая находилась около девятиста метрах от них) первый, у которого был бензин, тут же поехал туда, а второму, ничего не оставалось, кроме как тащить своё средство передвижения за собой. В итоге добравшись до заправки: Саня, на всякий случай, заправил и свой мотоцикл. Они ничего, кроме кофе не покупали, ибо уже ели в гостях (да, с утра она тоже успела их откормить), поэтому, заведя мотоцикл и надевая шлемы: они тут же отправились туда, куда и отправлялись изначально. На этот раз, к счастью, без приключений.