Происшествие во мраке

Неоновые огни отражались в тонированных окнах большого белого ламборджини, кажется, совершенно не соответствующего улицам, по которым он ехал, кричащие вывески, обжигающие взгляд яркостью красок, непритупляемых даже покоящимся на стеклянных витринах слоем пыли, тоже выглядили как-то несвойственно для этих мест. Тщетные попытки пригородных улочек стать похожими на яркие центральные строения, которые, кстати, тоже не могли похвастаться излишим стилем исполнения в меру того, что в ходе повествования мы с вами погружаемся в жизнь далеко не столичную, для которой свойственно легкое, даже иногда украшающее увядание. Вернемся к водителю машины, от которого мы с вами отвлеклись за созерцанием ночных пейзажей. Вальяжная поза, в коей тот пребывал, кажется, прекрасно отображала его статус, и только по ней можно было понять что данная персона занимает в городе, а то и в стране место далеко не последнее, если, конечно, игнорировать факт о марке его автомобиля. Карие глаза смотрят из-за круглых затемненных очков с каким-то скучающим выражением лица, словно каждая мелочь в этой жизни ему уже настолько осточертела, что хочется просто пялится в пустоту, чем он, кажется, и занимается, вместо того, чтобы следить за дорогой. - Я задолбалась терпеть твои пьяные выходки! Вчера ты проиграл в казино 1000 долларов! А завтра что – меня проиграешь? – взвизгнула худощавая светловолосая девушка, подпрыгнув на и без того огромной длинны каблуках, чудом удержалась в воздухе, приоткрыв узкие губки для того, чтобы бросить в сторону парня очередное ругательство. Но тот, видимо, уже предугадывал этот шаг и не желая терпеть оскорблений в свой адрес от какой-то строптивой девчушки резко перебил ее, не давая светловолосой вставить и слова. - Знаешь, я могу тратить каждый день и 5000, даже больше! И что ж? Куда мне эти деньги? Тратить на твои никчемные… Бирюльки? Это мои деньги и ты не в праве ими распоряжаться. Ты меня поняла? – последняя фраза прозвучала крайне громко, в миг отпечатавшись на лице испуганной Астры. - Ах так!.. Ты, неотесанный щегол, обвиняешь меня в том, что я распоряжаюсь твоими деньгами… а сам… Сам ты со мной только ради секса, вот что! Мне надоело. Я сегодня же съезжаю от тебя! – она с напускной обидой надула свои тонкие губы, сделав их неестественно пухлыми. Именно в этот момент он задумался, как хорошо что она еще не успела накочать себя силиконом за его счет. В след уходящей он молчал. Не то чтобы он не мог найти слов, кажется, даже наоборот, ему хотелось ей сказать очень даже многое. Но он думал. Обдумывал ее слова, понимая, что не может с этим не согласится. «Ты со мной только ради секса». Да, и это было так. И она пользовалась его бедственным положением, постоянно выкачивая из его кошелька очередную кругленькую сумму. Она влекла его… Когда-то. Но после он узнал какая его любовь на самом деле. Стервозная, расчетливая, грубая, туповатая. Иногда он не знал о чем с нею говорить. По привычке он частенько заводил с нею интимные контакты, хоть и не считал это ничем лучшим, чем сношать обычное бревно. Она не вызвала у него абсолютно никаких эмоций, просто помогала снять стресс… весьма неприятным способом. За то она хотя бы ничем не болела, в отличии многих проституток, к которым обычно обращаются в таких ситуациях. Именно так они и жили последние несколько лет. Он терпел ее, а она, как сама же недавно выразилась, «его пьяные выходки». Какая глупая причина для скандала. События прошлой недели заставили парня выйти из коматоза, нервно сжав руль машины, словно бы он готов был его вырвать. Гневно напрягся, уже готовый выкрикнуть что-то нелицеприятное в адрес своей девушки, но сдержался, ведь омраченный воспоминаниями взгляд его случайно упал на вход в какой то частный ночной клуб с весьма мрачным оформлением, противоречащим столь популярному в данной индустрии вызывающему стилю оформления. Название гласило: «темная норка». Немного многозначно, не правда ли? Но невинная мордочка лесного хищника легко вернула бы ваши похотливые мыслишки на место. Хотя, признаться, мордочка на вывеске, о которой упоминалось чуть ранее была не такой уж и невинной. Ярко выделись белые клычки в ночном сумраке, глаза горели красноватыми огоньками, а с тех самых клыков яко бы сочилась кровь. Известный «вампирский» бар, в котором ничего не стоит любому подойти к вам и укусить, например, руку, легко прокусывая плоть до крови. Фетиш на кровь… Раньше бы при виде такого места Майкл, наш герой, чье имя мы так и не удосужились упомянуть ранее, проводил презрительным взглядом, по скорее разворачивая свою тачку и уезжая от этого места по дальше, совершенно забыв о том, как в юности его интересовал путь к таким закрытым клубам. Мало ли, что можно ожидать от этих не нормальных, к которым, он, кстати, мог по неосторожности примкнуть когда-то 5-7 лет назад. Но сегодня данное место вызвало у него другую реакцию. Мягко облокотившись спиной на кирпичную стену, в общей мрачности и освещении, исходившем от издаваемого вывеской красноватого свечения, резко превратившейся из белой в серо-бордовую, стояла крайне заинтересовавшая нашего героя фигура. Необычайно смелая атмосфера, исходившая от этой леди, могла влюбить любого в нее. И именно это заставило парня остановить на ней свой пытливый взгляд, буквально любуясь каждой деталью ее внешнего вида. В русых волосах ярко выделялись широкие красная и иссиня-черная пряди, идеально подходившие к ее образу. Стройные лодыжки ее ног обтягивали черные капроновые колготки, на аккуратной ножке плотно сидели лакированные красные туфельки с удивительно узким каблучком, который, кажется, мог сломаться от одного лишь удара об любую поверхность. Голубые глаза обрамляли широкие черные стрелки, ярко накрашенные губы были искусно подведены более темным оттенком, напоминающим переспелую черешню. Ее губ, чей вкус так и хотелось испробовать легонько касалась поверхность длинной сигареты, дым медленно вытекал из ее полуприкрытого ротика, что добавляло ее виду еще большей эротики. Он невольно засмотрелся на ее грудь, сжатую черным пиджачком, под которым виднелись винно-красные кружева лифа. Ах, как же она была хороша..! Конечно же, дама не могла не обратить внимание на резко остановившийся перед нею автомобиль. Она задумчиво перевела взгляд на передние окна, изучающе поджав губки, от чего ее и без того нежное личико обрело какую-то детскую непосредственность и шарм даже не смотря на яркий макияж. Глаза обрели выражение заинтересованной в очередной игрушке кошки – кажется, даже ее зрачки расширились, подтверждая хищный настрой красотки. Глубокий вдох. Майкл нервно зачесал назад каштановую челку, на мгновение почувствовав себя впервые влюбившимся школьником. Опустил темные очки, скрывающие его ржаво-карие глаза, оставив их чуть ли не на самом кончике носа, медленно опустил стекло, открывая леди обзор на хозяина столь заинтересовавшей ее машины. На миг в ее глазах проскочила тень шока, но, кажется, дама легко смогла сохранить свой хищный вид, не поддавшись мимолетной эмоции. «Очевидно, она никогда не видела столь прекрасного мужчину за рулем такой машины. Конечно, ведь обычно такие состояния наживают лишь к пенсии» - самодовольно усмехнувшись, решил наш герой-любовник, хитро усмехнувшись. - Какие планы на вечер? Может быть, посидим за бокальчиком хорошего вина? ~ - он улыбнулся, вновь оглядывая ее фигуру. Девушка тоже улыбнулась, в ее глазах сверкнул игривый огонек, который вновь заставил парня испытать какое-то юношеское смущение. - Интригующе. Только помни – предпочитаю красное полусухое) – она хихикнула. Звучало это определенно как согласие. Картинно покачивая бедрами, туго обтянутыми красной кожаной юбкой, она неспешно обошла автомобиль спереди, давая возможность насладиться видами ее утонченных форм, она легко запрыгнула в машину. *** Мелодичный женский смех уже несколько часов нарушал тишину тихого ночного переулка, в котором наш герой так удачно умудрился припарковаться. Перед ними почти целый шоколадный торт, успевший за небольшое количество времени лишившегося некоторых своих кусочков, пара бутылок вина, которые они, ничего не стесняясь и не брезгуя пили из горла. Да, в такой компании легко забываешь по привычных манерах этикета, которые были так тошнотворно навязаны ему Астрой. Они говорили. Говорили обо всем – о жизни, о их городе, о путешествиях и новых неизведанных странах. Говорили так, будто оба являлись давними приятелями, не встречавшимися довольно долгое время. Говорили, не решаясь переходить к тому, для чего, впрочем и собрались. Или попросту не желая к этому переходить. Быть может, именно по этому он набрел на нее….? Томимый желанием не плотским, а социальным, желая найти родственную душу, пообщаться, излить свои страхи и переживания и послушать чужие в ответ. Разве не этого он жаждал долгие три года, разве не этого так страстно желал…? Отношения с родителями его давно перестали быть доверительными. Уже не было того счастья встречи с матерью, тех разговоров, которые согревали его сердце в детстве долгими осенними вечерами, не было ни любви, ни взаимопонимания. Просто сухая формальность, встреча, на которой ты лишь наигранно улыбаешься и рассуждаешь о том, как твоя работа процветает, а бизнес с каждым годом становится все более и более процветающим, захватывая новые города, рынки и умы. Но разве это может приносить хоть каплю положительных эмоций? Деньги? Чушь. Лишь мимолетный кайф, превращающийся в ловушку Друзья?... Ох, друзей он потерял еще в школе. Их пути разошлись. Он… Его ждало будущее великого человека, он был обязан посвятить себя учебе. А они не заморачивались по этому поводу, и, как бы он не хотел жить в двух мирах разом, мир безостановочных тусовок, алкоголя, веселья и разнообразных незаконных вещиц для него был закрыт. Он избрал путь о котом пожалел в юности. Пожалел, что прожил молодость скучно и тухло. Но мысль о счастливом будущем всегда его успокаивала – теперь он свободен. У него куча денег и он сможет делать все, что захочет. Еще бы захотеть… Они избрали жизнь иную. Свободны ли они теперь? Наверняка, если кто-то из них не умудрился не сдохнуть от передоза или не загреметь в тюрьму за кражу. Глупая жизнь, правда? Но то же самое можно сказать и о нем, ведь так? Где они теперь? Он не знал. Встречался с одним из них в 20ХХ, года полтора назад. Просил денег взаймы, обещал вернуть… О, как же он скучал по тем временам, когда они занимали друг у друга деньги на общественный транспорт, клеили девчонок и лазили по заброшкам. Как он скучает по тому драйву, который больше никогда не смог испытать, по тем эмоциям и адреналину. Все это ушло, оставив после себя смешанные ощущения, похожие на желание заплакать от безысходности, одновременной легкости и тяжести воспоминаний и мук совести. Как жаль что жизнь необратима. И хочет ли он что-то изменить вообще? Стоило бы оно того..? Уйдя в свои мысли и рассуждения, он молча смотрел в ее глаза, такие холодные и одновременно мягкие, как вязанный пуховый шарфик. Они смотрели без привычной для Астры придирки, недовольства или, еще лучше, полного безразличия к ему самому. Смотрели с пониманием. Такие знакомые и такие неизведанные… И все таки они прекрасны. Только сейчас он заметил, как девушка подчеркнула свой и без того готический макияж. Вдоль стрелки по верхнему веку шагала строчка крестов, медленно уменьшающихся в размере ближе к уголку глаза. Отдаленно знакомый элемент вдруг вызвал в его душе бур эмоций. Он вспомнил Эшли. Его одноклассница, в которую он был тайно влюблен. И она бросила его, и она оставила одного в этом чужом и не приятном мире. Он навсегда запомнит ее макияж, выделяющий ее яркую натуру среди других сверстниц. Смелая, дерзкая, нежная и мягкая – она была столь противоречива. Она умела чувствовать, жить. А он не умел, не понимал, что делает той, что ему дорога, больно. И как же его ночная спутница на нее похожа!.. Именно она его заинтересовала… Ему так симпатичен этот типаж! Значит он все еще влюблен в ту, о которой, казалось, уже забыл..? - Хей – наконец, улыбнулась леди, осторожно задев его плечо. Надо же, как девушкам удобно с такими ногтями…? Да, у Эшли тоже были длинные ногти… - ты какой-то… задумчивый? О чем печалишься? - А, да… Я вспомнил одну девушку из моего прошлого… Ты так на нее похожа! – он не мог этого не сказать, не мог отказать этой улыбке! Спутница его задумчиво хмыкнула, а он в свою очередь продолжил говорить, восприняв этот жест как заинтересованность дамы в данной ситуации: - Эшли. Она… Она была необыкновенной. А я.. Я разбил ей тогда сердце как сущий… Дурак… - парень замолк, прокручивая в голове события давно ушедших дней. И почему рядом с этой загадочной красоткой мысли о прошлом так и вьются вокруг него, словно пчелы, жужжа в голове, в ушах, липким слоем меда окутывая сердце, и от этого навождения, кажется, никуда не деться. - Не грусти… Я… Я здесь для того, чтобы помочь, ведь так? – девушка резко запрыгнула ему на колени, расположившись между его широко расставленных ног, прижавшись к нему всем телом, так, что ее тепло мигом прогнало все сомнения. Руки его самопроизвольно легли на бедра красотки, натягивая хрустящую от сжатия кожу узкой юбки на себя, тем самым оголяя нежную кожу той, что, к сожалению, до сих пор была недоступна нашему герою, будучи все еще спрятанной под кокой тканью колготок. Но все же, это было уже более лучшим, чем пытаться прочувствовать ту через слой грубой кожи. Она нежно поцеловала его в расслабленные губы, с каким-то трепетом и робостью, которой он еще никогда не видел у женщин древней профессии. Это не простая шлюшка, которая спит с первым встречным ради денег, совсем не простая…. И являлась ли она таковой..? Легкие поцелуи набирали силу. Он с удовольствием гладил внутреннюю сторону ее бедра, вкушая сладкий вкус ее губ, смешанный с таким знакомым вкусом помады. И в этот миг новое дежавю пронзило его сознание. Он вспомнил конец седьмого класса… Задний двор их школы, столь родной и уютный, но в то время кажущийся совершенно ненавистным. Странно что они вообще продолжали гулять тут. Игра. Глупая игра на поцелуи, которая предначертала ем поцелуй с Эш. Он хотел сделать это быстро. Сделать и забыть, словно страшный сон. Знал бы он тогда, насколько долго проживет в его сознании это воспоминания. Те же умелые поцелуи, с нежностью новорожденного ягненка обхватывающие его губы, тот же вкус… Удивительно долгий для обычных знакомых поцелуй. А после они снова попытались забыться. Оба смущенные, оба молчаливые. А после... Она ушла. Навсегда. И он её больше никогда не видел. В этот момент ему очень захотелось поверить в то, что это та самая Эшли, которую он так любил. Он оторвался от нее, ласково отодвинув от себя. - Можно узнать как тебя зовут…? – поинтересовался он, в который раз любуясь девушкой. Она помолчала, после вновь хищно улыбнулась, припадая к нему. - Узнаешь, когда закончим. – ухмыльнулась она. Пальцы начали нервно копаться в пуговицах жакета, грудь легко выскользнула из лифа, намекая на то, что пора бы начинать переходить к более серьезным действиям. И Майкл был абсолютно не против.