Сборник депрессивных драбблов.

Смешанная
G
Завершён
1
Размер:
3 страницы, 2 части
Метки:
Описание:
Название говорит само за себя.
Примечания автора:
Самые несерьёзные работы, написанные методом "херак-херак" и под влиянием грустных настроений. Спойлер: все умирают.
Ставлю статус завершённой работы, но планирую добавлять части. Когда-нибудь...
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
1 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

Следы на снегу

Настройки текста
Хруст снега под подошвой строгих берц. Тяжёлое прерывистое дыхание героя. Чёрные кудрявые локоны, выглядывающие из под шапки, от мороза превратившиеся в паутинки. Как и ресницы покрылись инеем. Честер устал бежать. Далеко. Почему ему требовалось так долго бежать? От предмета его преследования невозможно удрать. Но герой об этом не знал. Он думал, что следуя куда-нибудь, куда-то обязательно попадёшь. А куда — всё равно. Даже если это "куда-то" — детская комната милиции. Знакомьтесь — крокодил. Думаете, обидное прозвище? Однако сам герой считал иначе. Отличаться от других для него не означало недостаток. Напротив, милые вампирские клычки — забавное, полезно качество. Честер никогда не упускал возможности продемонстрировать их публике, хотя и редко улыбался. Впервые одноклассники прозвали так мальчика во время похода в зоопарк. Герой улыбнулся, посмотрев на крокодила. То был солнечный погожий денёк, все обитатели зоопарка были счастливы, радовались и дети. Грех было не словить Честеру эту позитивную волну. Тут то добрейшие одноклассники заметили эту характерно выделявшуюся черту мальчонки, стали тыкать в него пальцем, будто он сам сидел за решётками клетки. Но Честер не был возмущён, терпеливо ухмыляясь и довольно наблюдая за окружившей его какофонией восхищённых взглядов и вздохов. Тут улыбнуло даже зелёного за железными прутьями. И почему все говорят, что крокодилы горько плачут?... Что же, сам герой при жизни не стеснялся своего прозвища, следовательно я могу его упоминать в рассказе и так. Почему повествую о нём в прошедшем времени? Скоро поймёте. И так, вернёмся к нашим баранам. А точнее — к одному-единственному крокодилу. Его солнце шло к закату. Честер ненавидел глухую тишину и темноту, пробирающую до дрожи всё его нутро до кишок и костей. То, что звёзды зажигали каждую ночь ему было необходимо, как никому другому. Мальчику по душе приходился грохот трамваев, стучание их колёс, лязганье цепей, постоянный шум разъезжающих по слякоти машин и рёв мотоциклов на пустой трассе. Честер никогда не говорил шёпотом — боялся остаться один. Этот мальчишка любил забавные шляпы. Отец неизменно привозил их сыну из каждого путешествия. И хотя каждое возвращение любящего отца сопровождалось для сына побоями, они всё же любили друг друга. Еженедельно приходили папашины открытки из разных точек мира и банкноты. С бумажных страниц Честер разглядывал фотографии, узнавал о чудесах света, приключениях, охотой за пиратскими сокровищами. Самостоятельно мальчик вёл расследования, прокладывал маршрут родителя на карте. Что удивительно, он никогда не задавался вопросами "Любит ли его отец?", "Кем он работает?" и "От чего так редко появляется дома?". Крокодил всегда лишь терпеливо ждал хоть маленькой весточки, звонка по древней рации среди ночи, а если повезёт — скорого приезда заботливого папани. В прошлый раз он привёз шляпу из Австралии с перьями чёрного какаду. В лучах солнца они отливали зелёным. Мальчик очень берёг любой подарок отца, хотя напоминали о его приездах ещё и синяки, шрамы, постоянно прибывающие в аптечке бинты и перекись. Но это было маленькой тайной Честер, о которой он предпочитал не вспоминать. Страстью нашего маленького героя было пение, но он хранил это внутри навек запечатанного сундука, рядом с воспоминаниями о единственном родителе, смерти матери и нелёгком детстве. Шквал обрушивающихся со всех сторон апплодисментов, свет софитов, завораживающее и сплачивающее весь зал волшебное мерцание телефонных фонариков — всё это было его призванием. Но Честер не знал. Не хотел рассказывать о таланте. Но если бы захотел, было бы уже поздно. Его солнце шло к закату, а страдания помнили лишь следы на снегу. Каждую зиму в первый снегопад мальчик выходил ночью на пустую улицу под свет фонаря. Снежинки блестели, заливаясь космическим смехом, вгоняли в дрожь. В первую метель капали слёзы. Смеялось мутное вьюжное небо, усыпанное звёздами. Капли крови помнили следы на снегу. И тогда, угрюмой, ноябрьской, предпраздничной ночью повесился крокодил. Из горла вырвался последний комок воздуха. Последний комок тоски. Герой закрывал глаза и улыбался. Свет гирлянды заменял ему свет мечтательных софитов. Он ушёл. Ушла тоска. Тело его вмиг обмякло, повисшее в петле. Позже вспоминали друзья Честера, как он боялся тишины, часто на вопрос "Как дела?" отвечал — "Тоскливо...". В мутном взгляде его всегда обитала эта гостья. Тоска. Она поглотила человека. Хотя сами друзья нередко стеснялись героя, после смерти окружили его доброе имя вниманием, заботой и шумом, который он так любил. Ведь люди боялись не самого факта смерти, а важной истины, раскрытой Честером для них — “В жизни есть то, что страшнее смерти. То, что творится в голове человека за момент до нёё. До рокового решения покончить с жизнью”. В первый снегопад следующего года тосковали люди. Глядели на следы, оставленные на снегу. Они напоминали о Честере. А следы помнили тяжело волочащиеся ноги, строгие берцы, капли крови и слёзы. Следы поглотили тоску. В первую вьюгу нового года тосковали люди. Помнили следы. Заливались смехом волшебные блестящие снежинки, парящие и искрящиеся в дрожащем воздухе, щекоча небо. Хохотал погибший мальчик. Улыбался кофейный кот.
Примечания:
Какой-то артхаус
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты