Там, где живет любовь

Кофе стыл на столе. Все еще горячий и ароматный. Пока еще была какая-то надежда на то, что его все-таки кто-то выпьет, но по итогу вечера одному из мужчин придется вылить обе кружки. Перед Вэй Ином все еще было удивительно красивое лицо Лань Чжаня, которое он даже за такой маленький срок он успел полюбить и, как он понимал сейчас, полюбить очень сильно, искренне и нежно. От этого то, что сейчас должно было произойти поднимало в его душе большее смятение, большую боль и тревогу. — Я выслушаю тебя. Вэй Ин сложил руки перед собой на столе, прикрыл на секунду глаза и тяжело выдохнул. — Ты должен быть готов к чему-то не совсем типичному. — Лань Ванцзи все так же смотрел точно в глаза, серьезно и уверенно, будто так ему станет легче или проще. — Пф… — Вэй Ин резко откинулся на спинку стула. Он выглядел как полицейский на допросе. На его лице читалось: «Ну, давай, скажи мне, чего я не знаю». Меж тем руки его слегка подрагивали, а глаза были словно обреченными. — Я слушаю. — Тебе должно быть известно четыре места, о которых ходили слухи такого рода, я прав? — Верно. — Во всех четырех местах я жил. — Лань Чжань явно увиливал, растягивал то, что мог сказать сразу, не томить. Вэй Ин поддался его игре, лишь внимательно слушал и анализировал все слова Ванцзи. — Ты проверил все места? — Нет. Я был уверен только в трех. —Ясно. — Ванцзи провел пальцами по кружке. — В этом мире есть необъяснимые вещи, не так ли? — Нет. Все можно объяснить. Если что-то нельзя — наука просто до этого еще не дошла. — скептицизм мог победить в Усяне любые чувства, но сейчас перед ним стоял достаточно сильный противник. — Соглашусь. То, о чем я хочу тебе рассказать, наука пока не может объяснить. Лань Чжань выжидающе посмотрел на Вэй Ина и сжал ладонь в кулак. Усянь посмотрел на него исподлобья, снова приблизив туловище к столу. — Ты мне сказку собрался рассказывать? — Не совсем. — возможно, в этот момент можно было бы и улыбнуться, но атмосфера давила. Напряжение было во всем: в движениях, во взглядах, в длинных, тяжелых пуазах. — Что же тогда? — Усяню совсем не нравилось, куда со своим рассказом хотел завернуть Лань Ванцзи. Тема, для Вэй Ина, была больной и принципиальной — в ней он не мог позволить себе слабину. — Мою историю. Это не сказка. Это жизнь. — Ванцзи отодвинул чашку, по которой бегали его пальцы до этого. — Мой род, Лань, — древний род с глубокой и сложной историей. — Попахивает старинной легендой. — Вэй Ин даже сморщился от своих слов. — Не перебивай. На определенном этапе развития нашего клана у нас появилась определенная особенность, которая передается сначала к первому сыну — в следующем поколении ко второму. — Ты, получается, второй сын, насколько я помню? — Вэй Ину действительно было трудно поддерживать светскую, легкую беседу на эту тему, выходило только с большим трудом и скрепя сердце. — Да. Наш клан пытается с этим бороться, но мы не достигли пока больших успехов. — Лань Чжань остановился на секунду и продолжил —Эта особенность никак не вредит ни моему здоровью, ни здоровью окружающих. — Это, конечно, все интересно, но давай ближе к сути. Что там у вас за проклятие? — его ладони еще больше задрожали от болезненного предвкушения, от отвратительного ожидания. Еще несколько минут и ему откроют что-то, что заставит его думать много, долго и серьезно. — Хорошо. — Лань Чжаню потребовалась короткая пауза —Человек, до которого я дотронусь рукой, найдет свою любовь в самое ближайшее время.       Тишина поглотила все пространство. Это был тот случай, когда тишину можно было назвать звенящей, почти оглушающей. Взгляд Вэй Ина был прикован к лицу Лань Чжаня, которое не выражало ничего, лишь какую-то тень эмоции, ее короткий блик. Усянь же застыл с выражением отрицания и неприятия. Его брови были сведены, губы поджаты, а кулаки начали белеть от силы сжатия.В этот момент его мысли никак не могли сосредоточиться на одном. Только он хватался за одну, как она ускользала, а на ее месте появлялась другая, но тоже быстро исчезала. Ем у понадобились долгие пять минут, чтобы начать рассуждать, обдумывать и делать выводы. Лань Чжань ждал. Ждал и не проронил ни слова, не сдвинулся ни на сантиметр.       —Ты понимаешь, что я не могу в это поверить? — вдруг спросил Вэй Ин, тяжело выдыхая и прикрывая лицо ослабевшими ладонями.       —Понимаю. Я прошу тебя подумать. Не делай поспешных выводов. — его голос был все так же тверд и серьезен, но взгляд изменился, словно Лань Чжань немного устал или чем-то заболел.       — Ты просишь меня подумать? Хорошо, я подумаю. Но, ответь мне, кто тебе это рассказал? — примерно это он обычно и спрашивал у тех, кто попадался ему в паранормальных местах. Сейчас задавать этот вопрос было противно, не хотелось вписывать Ванцзи в эту общую группу фанатиков.       —Отец, дядя, брат, мама. — Лань Чжань решил для себя, что будет отвечать на вопросы конкретно, а главное честно, не скрывая ничего.       — Ясно. Тебе есть еще, что мне сказать? — он выглядел понуро и так же устало, как и взгляд Ванцзи. Теперь он избегал чужого взгляда, смотрел куда угодно, только не на Лань Ванцзи.       — Нет. На этом пока все. — это меньшее, что он мог рассказать, но пока этого хватало, пока Вэй Ин и так нагружен.       — Это хорошо. — он встал из-за стола, немного пошатнулся, но сразу же выпрямился и очухался. Он бегло посмотрел на Лань Чжаня, проверяя его эмоции, и продолжил. — Я пойду. Я сам с тобой свяжусь. Мне нужно время, много времени…       Закончив свою речь Вэй Ин подошел в двери и вышел и квартиры. Лань Чжань остался один. Наедине со своей болью, своим сожалением, которое должно было уйти на второй план с появлением Вэй Ина, но оно только усилилось. Кто же знал, что его любовь будет такой? Отец. Он точно знал, что любовь — вещь опасная и непостоянная. Она то заигрывает с тобой, маня ближе, то вдруг превращается в яростное пламя и норовит тебя поглотить и уничтожить. Сейчас Лань Чжаню надо было свыкнуться с мыслью, что Вэй Ин его не поймет, не примет и навсегда покинет. К счастью, у него на это есть время…                     Дорога все длилась и длилась. Путь никак не хотел заканчиваться, да и Вэй Ин особенно не обращал на это внимание. Лань Чжань осел в его мыслях и не желал уходить . Последнее время, куда бы Вэй Ин не ходил, по дороге его голова занята Лань Чжанем и только ним. Возможно, в скором времени придется поменять привычку…       Люди превратились в назойливых мух, которых нужно поскорее отогнать, любые звуки стали шумом, который никак не запоминался и не улавливался слухом. Любое здание было лишь очередной преградой на пути домой, а не чем-то интересным ли важным. Все потеряло смысл.       Усяня до сих пор потряхивало. Он специально решил пройти пешком это немаленькое расстояние между его домом и домом Лань Чжаня. Нужно было освежиться, впустить в голову новые мысли и новые идеи.       Ему было плохо и морально, и физически. Боль в сердце превышала любую другую. Она будто по венам и артериям распространялась во всему телу и каждый раз, проходя в через сердце, становилась в разы больше и сильнее.       Сейчас Вэй Ин не готов был думать. В данный момент он хотел просто уснуть и проснуться три дня назад, чтобы ничего не знать, ни о чем не думать. Хотелось просто наслаждаться Лань Чжанем, его компанией, его близостью. Хотелось снова ненавязчиво флиртовать, нечаянно касаться и счастливо улыбаться. Просто забыть, представить, что ничего не произошло. Пойти и признаться Лань Чжаню в чувствах, потом получить какой-нибудь ответ (находясь в нынешнем отчаянии, он бы был удовлетворен любым ответом). Если он откажет, то повторять попытки снова и снова, пока не полюбит Вэй Ина в ответ. Если же ответит на чувства, то затащить его в какой-нибудь дальний уголок и больше никогда не выпускать.       Но жизнь всегда делает так, как хочется ей.