Специальность: куратор.

Изобрели люди колесо, теперь все катится в пизду. Собственно, так и началась учеба Антона Шастуна, в одном из Ленинградских Государственных Университетов. Поступить в этот самый универ казалось почти невозможным: Шастун дай бог как сдал ЕГЭ, еле-еле набрал проходной балл, и вытащил его на поступление лишь сертификат Кебриджского экзамена, который он сдал за год до подачи документов. Он был в курсе, что институт зачастую сотрудничает с Финским Sampo*, и, пусть и не так часто, производит обмен учениками, обоюдные визиты и прочую ерунду с институтами Лаппеенранты, для которой требуются англоговорящие студенты. Поэтому козырь в его рукаве вступил в своё дело именно с той стороны, с которой было необходимо. Перспектива обучаться в одном из достойных университетов Петербурга знатно прельщала, вводя парня в приятный мандраж, перед ожиданием встречи с иностранными студентами. Но, как говорится, обещанного три года ждут. Тёплый август Шастун встретил в чужом для него городе, в который он обычно ездил просто «отдохнуть» на пару тройку дней. Петербург таил в себе некую интригу, поэтому мысль о том, что теперь ему придётся тут жить вводила в ступор. Совершенно не ориентируясь в метро, улицах и прочей «питерской ерунде», ему с трудом удалось добраться до общежития, в котором ему предстояло провести ближайшие годы своей жизни. И все было не так плохо, как ожидалось: никаких общих душевых на этаж, тараканов, отсутствия вентиляции и прочего. Общежитие оказалось на удивление комфортным: тёплые комнаты, санузел на блок, место для учебы и холл для отдыха. Имелся даже стол для настольного тенниса и спорт.зал, что почти никак не удивило Антона, со спортом взаимодействующего на «вы» и через «пожалуйста». Комната оказалось довольно-таки простой. Четыре кровати, душ, туалет, мини-кухня. Стол в центре комнаты, холодильник и шкаф. Разбросав вещи по полкам, парень с интересом дожидался собственных соседей, которые должны были заехать чуть позже. И это чуть позже произошло довольно-таки неожиданно. В комнате спустя пару часов появился парень, тащащий за собой огромный чемодан и спортивную сумку. Невысокого роста, слегка полноват, в округлых очках и с короткой стрижкой. Серое пальто, застегнутое на все пуговицы, массивный шарф и отборный мат, доносящейся ещё из коридора. — О, привет, — неожиданно произнёс парень, бросая быстрый взгляд на Антона, сидевшего на кровати. — Дима Позов. — Антон Шастун, — в ответ произнёс он, отмечая в голове галочкой нового знакомого. Как только он заехал в комнату, ему стала доступна территория новых соседей. Их оставленные вещи, выдающие интересы, порядок, отражающий их натуру, и разные плакаты на стенах, так же дающие пищу для размышлений. Так вот у этого самого Димы на полках стояли кружки с футбольными логотипами, чему Шастун оказался непременно рад, ибо сам увлекался футболом, томик Маяковского, выдающий интерес к произведениям поэта и какие-то бумаги, вдоль и поперёк исписанные непонятными терминами. — Ты как относишься к алкоголю? — неожиданно произнёс Дима, оборачиваясь к нему, и парень неровно улыбнулся, явно выдавая своё удивление. — Крайне... положительно, - отозвался Шаст, как вдруг Позов, с ярым энтузиазмом, вытащил из спортивной сумки две бутылки виски, попутно пряча их в шкаф. Конечно, Антон был в курсе, что запреты на выпивку зачастую нарушаются в общежитиях, но что бы настолько откровенно.. — Ты не парься, Пашка свой, он не спалит, — как потом выяснилось, «Пашка» был Павлом Алексеевичем, воспитателем, который вечерами работал вместо коменданта. Как только знакомство было закончено, и Шастун позволил себе расслабиться, в комнате появилась новая персона: человек, чьё место было обклеено фотографиями родных, устлано самодельными подушками и пледом, и счастливый обладатель плаката «One Direction» над кроватью. — Привет, Дим. О, и тебе, — неуверенно протянул он, так же встаскивая в комнату чемодан. — Стас Шеминов. — Антон Шастун, — снова повторил парень, внимательно вглядываясь в новую персону. Рост так же невысокий, довольно крепкого телосложения, с гнусавым голосом. От него веяло некой предвзятостью, от чего Антон мысленно произнёс — не подружатся. Диалога со вторым человеком так и не состоялось. Поэтому, напрягшись от компании этого самого человека, Шаст погрузился в мир инстаграмма, высматривая интересные ему вещи. Все были заняты разборкой вещей, когда в комнату вихрем ворвался невысокий парень, активно жестикулирующий руками. — Лифт, блять, сломан, на 8 этаж пешком, это ж сдохнуть можно, — твердил он, обращаясь к своим - а теперь уже и Антона - соседям. — Привет, я Сережа. Судя по внешнему виду, Армянин, чья стена была увешена кучей плакатов, личными зарисовками и фото, а тетради хаотично разбросаны на полках, подошёл к кровати Шаста, протянув ему руку для рукопожатия. Он казался достаточно приветливым, однако чрезмерно активным. Постоянно что-то говорил, пытаясь выдать как можно больше информации, и эмоционально описывал проведённое на каникулах время. — Антон, — в который раз произнёс Шастун, пожимая протянутую руку. — Что ж, теперь, когда мы все вместе, можем познакомиться нормально, — подал голос Дима, и дальше пошло то, что Шаст ненавидел больше всего на свете - клуб анонимных «расскажи о себе». Я Антон, и в рот я ебал новые знакомства. Что же ещё можно сказать. Однако, засунув свои мысли подальше, парень решил хоть на мгновение показаться дружелюбным, посвятив остаток вечера рассказу о себе и его новых «друзьях». Следущий день начался слишком рано для парня, который привык начинать его не раньше 12. В 7 утра он уже был на ногах, готовясь к знакомству с собственной группой. Не хотелось сразу бить лицом в грязь, поэтому Шастун, выгладив белоснежную рубашку, уложив волосы и адекватно подобрав аксессуары, которые он так любил, судорожно решал как будет добираться до института. В отличии от всех адекватных общежитий, его находилось в 4,5 километрах от самого корпуса, где велись занятия. Поэтому варианта было два: заказать такси, потратив кучу денег, или всё-таки найти остановку и ехать неизвестно куда. Однако, проблема его решилась так же быстро, как появилась. — Тох, мы обычно кооперируемся, доезжаем на такси до института вместе, — произнёс в утренней тишине Дима, заваривая себе кофе. — По цене выходит как на метро, но быстрее и проще. Поедешь? — Конечно, — облегчено выдохнул Антон, поблагодарив Бога за сообразительность собственных соседей. Спустя полчаса все уже были в институте, разыскивая необходимые кабинеты. Дима, Сергей и Стас были третьекурсниками, поэтому сразу направили Шаста в нужном направлении, от чего тот появился в кабинете вторым. На пороге уже стояла рыжеволосая девочка, голубыми глазами осматривая помещение. — Ты из 11? — спросила она, когда Антон подошёл к двери кабинета, намереваясь войти внутрь. — Ага, — бросил он, на что девчонка выдохнула с облегчением. — Слава богу, я уж думала одна тут, — сказала она, подходя ближе. — Настя, а ты? — Антон, — отозвался Шастун, поражаясь тому, как много раз за последнее время он повторял собственное имя. — Можно просто Шаст. — Ок, — ответила Настя, приоткрывая дверь. — Тогда погнали? Одной стремно было заходить. Хмыкнув, Шастун прошмыгнул внутрь аудитории, в котором, как оказалось, уже сидела добрая часть из группы. Вопросительно покосившись на рыжеволосую девочку, он увидел лишь то, как она пожала плечами, а затем перебежала к девушкам, сидящем на последних партах. Судя по всему, они были знакомы, и это не особо радовало: если многие тут друг друга знали, то Шастун не знал ровным счетом ничего. — Итак, 11 группа, всех приветствую, — раздался звонкий женский голос, обращающийся к группе. — Всем в институте давно известно, что группы 11,21,31 и 41 вашей специальности - гордость института. Полагаю, вы нас не подведёте. Меня зовут Татьяна Геннадиевна, и я ваш куратор на ближайшие годы вашего обучения. Группа довольно подняла головы, всматриваясь в женщину напротив. Куратор оказалась преподавателем литературы. Глубоко верующий преподаватель литературы, считающий, что ее предмет - оплот всего Мира. Собственно, классический вариант. Им рассказали о существовании нескольких секций и кружков, одним из который был кружок литературоведения, раздали студенческие билеты и отпустили по домам. Новых знакомств было настолько много, что мозг взрывался. К вечеру парня уже добавили в беседу с лаконичным названием «11 группа» и все начали активно знакомиться, что Шастун предпочёл игнорировать. Однокурсники оказались даже чрезмерно активными. Конечно, ведь на всю группу, состоящую из 25 человек, было всего 2 парня, которые просто отмалчивались в стороне.