Amor tussisque non celantur

— Что сказал твой отец? — первое, что спросила Гермиона, увидев Драко в Большом зале. — Он принял мое решение и теперь не будет пытаться переманить меня на Его сторону, — вяло отозвался Драко и положил себе на тарелку овсянки. Овсянка хлюпнула, всхлипнула и растеклась по тарелке. Драко сочувственно посмотрел на нее и на секунду представил, что сейчас он похож именно на овсянку. Внутри него творился полный раздрай. Крестражи, Снейп, отец… С этим он даже думать забыл о том, что недавно хотел поцеловать Гермиону. Это было больше двух месяцев назад, а они об этом так и не поговорили. Драко понял, что любит ее, но как сказать? И зачем? Вдруг Гермиона видит в нем только друга? И вдруг она влюблена в кого-то еще? Она ведь до сих пор иногда переписывается с Крамом. Вот с ним Драко точно не тягаться. Но даже если он Гермионе тоже нравится, на любовь и отношения сейчас нет времени. Драко тяжело вздохнул и вонзил ложку в кашу. Овсянка снова хлюпнула, и Драко расхотелось ее есть.

***

Дни летели с бешеной скоростью. И чем больше времени проходило, тем хуже становилось Драко. Новой информации о крестражах они не нашли. Дамблдор стал больше их избегать. Снейп стал дерганее и подозрительнее. С каждым новым утром Драко все больше боялся выйти из спальни и услышать о том, что Альбус Дамблдор мертв. Этого не случалось, но Драко стал оборачиваться на все громкие звуки. Гермиона не понимала, что с ним, но всячески пыталась поддерживать. С ней они начали проводить больше времени вдвоем. И почти все время молча. Драко было спокойнее, когда Гермиона обнимала его. После экзаменов они сидели на подоконнике на восьмом этаже, совсем недалеко от Выручай-комнаты, когда к ним, растрепанный, зареванный, прибежал Гарри. Рон с помадой на щеке едва поспевал за ним. Видимо, Гарри сдернул его во время свидания с Лавандой. Драко, ничего не спрашивая, затолкал едва сдерживающего рев Поттера в Выручай-комнату. Тогда плотину прорвало и, громко рыдая, Гарри кинулся всех обнимать и бормотать что-то нечленораздельное о Дамблдоре. Драко сглотнул. Неужели случилось? Он видел директора живым час назад! В Большом зале! И Снейпа видел. И все было вполне нормально! Но когда Гарри немного успокоился, всхлипывая, он начал рассказ: — Дамблдор позвал меня к себе, — всхлип. — Он… Он показал мне свою руку… Она словно обуглилась… — всхлип, — Это проклятие из-за крестража, Дамблдор может умереть из-за него… Слова снова прервались плачем. Но на этот раз тихим. Гарри только всхлипывал и вытирал глаза рукавом. Именно в этот момент внизу что-то взорвалось. От нехорошего предчувствия у Драко скрутило живот. Он выбежал в коридор и выглянул в окно. Неровной процессией в замок шли Пожиратели смерти. Их возглавлял Снейп. Драко похолодел. Нет-нет-нет! Снейп не сделает этого! Даже ради своего прикрытия! Ради спасения своей жизни он не убил бы директора. Ребята тоже смотрели в окно. Гарри, не зная о приказе для Снейпа, начал кричать, что нужно что-то делать, что Снейп, последний негодяй, решил брать штурмом Хогвартс. — С ними разберётся Дамблдор, — угрюмо сказал Драко, вдвоем с Роном удерживая Поттера, который хотел броситься наперерез Пожирателям смерти. — Я не могу прятаться и ждать, когда они кого-нибудь убьют! — вопил Гарри. Он сильно пихнул Драко в живот. Малфой согнулся пополам, а Поттер, вырвавшись, понесся вниз. Ничего другого, как побежать за ним, у друзей не оставалось. На первом этаже в вестибюле они столкнулись с процессией Пожирателей. В глазах Снейпа Драко на секунду уловил вину и сожаление. Но только на одну секунду, в следующую он отдал тихий приказ удержать студентов, а сам вместе с Беллатрисой и ещё одним Пожирателем ушли. Четверо остались. В тот же момент в Драко полетел красный луч. Он едва успел создать щит. Завязалась драка. На шум выбежали другие студенты. Те, кто состоял в ОД, присоединились к поединку. Но Пожиратели смерти не уступали даже с неравным количеством соперников. Битва продолжалась около пятнадцати минут. Но тут снова появился Снейп. Вместе с Беллатрисой он оглушил студентов и скомандовал убираться. Когда Драко пришел в себя, Пожирателей смерти уже не было. А в небе развевалась… темная метка.

***

Драко был зол, растерян, напуган и расстроен. Похороны Дамблдора прошли после всех экзаменов. Его похоронили на территории Хогвартса. На церемонию приехало много людей. Все прошло в почти идеальной тишине. Никто не верил до последнего. Никто даже не предполагал, что Дамблдор может умереть. После церемонии Драко все чаще слышал обрывки фраз, в которых всеми нелестными словами вспоминали Снейпа, и Драко поспешил уйти. Гермиона пошла за ним. — Я не верю до сих пор, что Снейп сделал подобное, — сказала она. Голос ее дрожал. Она недавно плакала. — Мне тоже хотелось бы не верить, — глухо ответил Драко. — Я не оправдываю Снейпа, но, может быть, это был план? — осторожно уточнила Гермиона. — Дамблдор умирал от проклятия, а Волдеморту нужно было доказать, что Снейп ему предан? — Это в стиле директора, — отозвался Драко. Больше он ничего не сказал. Он знал больше Гермионы. Он знал о намерениях Снейпа заранее. Но от этого становилось ещё тяжелее. Перед отъездом в Лондон друзья снова собрались вместе. После убийства Дамблдора они почти не виделись. Гарри был зол на весь мир, и не хотел говорить ни с кем. Они осторожно пробрались в кабинет Дамблдора и забрали крестражи. Теперь ответственность лежит на них.

***

У Драко из головы не уходили слова Гермионы. Этот план был жестоким по отношению ко всем. Драко все время ходил хмурый, думая об этом. На самом деле, все обитатели дома на площади Гриммо находились в прескверном настроении. И дело было не в крестражах, лежащих в пустой комнате наверху. Только если Драко пытался найти всему логическое объяснение, Гарри на пару с Сириусом мешали Снейпа с грязью. Через пару дней после приезда Гарри на Гриммо они вместе с Драко ужинали. Ужин проходил в тяжелом молчании — каждый думал о своем. В столовую зашёл Сириус, держа перед собой коробку с какими-то вещами. — Это все, что уцелело в ту ночь в Годриковой впадине, — пояснил Блэк. — Я все еще не могу открыть эту коробку. Но, может быть, Гарри, ты найдешь здесь что-нибудь ободряющее. Сириус еще немного помялся на входе и вышел. Он словно не мог больше находиться в одном помещении с вещами погибших друзей. — Можно? — спросил Драко. Гарри молча кивнул. Он медленно достал из коробки лежащий сверху альбом. Драко взял альбом поменьше. В нем были самые обычные магловские чёрно-белые фотографии. Видимо, их делали родители Лили Поттер. Драко отрешенно листал альбом, сам не зная зачем. Наверное, чтобы просто отвлечься от гнетущих его мыслей. Он долистал до страницы, помеченной 1975-м годом и замер, вглядываясь в Лили. Это была та самая девочка, которую Драко видел в воспоминаниях Снейпа. Малфой мысленно выругался, теперь тщательнее просматривая страницы, будто что-то ища. Наконец он остановил взгляд на одной фотографии. На ней были запечатлены два подростка — сама Лили и долговязый парень с черными волосами до плеч. Драко почти с ужасом узнал в нем Снейпа. Малфой искоса глянул на Поттера и спрятал фотографию себе в карман. Нечего напоминать Гарри о Снейпе лишний раз. — У тебя очень красивая мама, — тихо сказал Драко, откладывая альбом. В его голове начал зарождаться план. — Спасибо, — дрожащим голосом сказал Гарри. И Драко решил, что он здесь явно лишний. Он тихо выскользнул из столовой и поднялся в свою комнату, чтобы внимательнее рассмотреть фотографию. На ее обороте было подписано: «Лили и Северус перед началом учебного года. Коукворт, 1975». Драко почему-то затрясло. Из-за этой дурацкой фотографии все мысли в его голове смешались. И единственный человек, кто мог бы ему помочь разобраться, вероятно, находится в чертовом Коукворте. Драко быстро оделся и спустился вниз. — Я в Косой переулок! — крикнул он на пороге. Ему исполнилось семнадцать месяц назад, значит, его перемещения никак не отследить. — Мне нужно отправить письмо матери! Драко никто не ответил. Он вышел на улицу и прямо с порога трансгрессировал. Для начала в Косой переулок. Ему ведь нужно узнать, где этот чертов Коукворт находится. Хозяин Дырявого котла оказался неожиданно разговорчивым. Он в красках описал находящийся в центральных графствах городок, как туда добраться. Драко наложил на него Обливейт и прямо из бара трансгрессировал в Коукворт. Это оказалось дальше и тяжелее, чем он думал. Он долго стоял посреди улицы, пытаясь отдышаться. Но теперь предстояло дело посложнее. Найти дом Снейпа в этом захолустье. Драко снова направился в бар. — Я ищу дом Снейпов, — сразу сказал Драко, подсаживаясь за барную стойку. В отличие от Тома, здешний бармен не был особо словоохотлив. У Драко поджимало время, и он аккуратно достал палочку и прошептал: «Империо!». Глаза старого бармена на секунду остекленели. Он забродил рассеянным взглядом по лицу Малфоя. — Были тут одни Снейпы. Пара и их сын. Давно было. Тобиас Снейп часто приходил сюда, — начал бармен практически автоматическим голосом. — Мне нужен адрес, — с напором сказал Драко. — Паучий тупик, последний дом на улице рядом с ткацкой фабрикой, — ответил бармен. — Там сейчас живет сын Снейпов. Взрослый уже, он редко появляется в городе. Драко готов был воскликнуть «Эврика!», но лишь наложил заклятие забвения на бармена и выскользнул на улицу. Паучий тупик нашелся быстро. Драко постучал в нужный дом, но никто ему не ответил. Тогда он отпер замок заклинанием Алохомора. Дверь поддалась. Видимо, Снейп не особо прятал свое жилище. Либо просто не предполагал, что к нему нагрянут гости. Внутри никого не было, но дом точно принадлежал Снейпу — на камине стояло несколько семейных фотографий, а на тумбочке рядом с креслом лежал номер свежего Пророка. Значит, Снейп сейчас живет здесь. Драко сел в кресло и стал ждать. Он отправил патронус на Гриммо с сообщением, что с ним все хорошо и что он задержится на неопределенное время. Ждать пришлось долго. Уже стемнело, когда в прихожей послышались шаги. Снейп, вернувшийся, по-видимому, с собрания Пожирателей, был морально вымотан. И он, включив свет в гостиной, совершенно не ожидал увидеть направленную на него палочку Драко Малфоя. — Что вы здесь делаете? — прошипел Снейп. Он даже не успел достать свою. — Хочу задать несколько вопросов, — ответил Драко, не опуская палочки. — Я пытаюсь понять, зачем вы убили Дамблдора. Всему должно быть логическое объяснение. — Зачем? — изогнул брови Снейп. Он вернул себе самообладание и сейчас выглядел так спокойно, словно не в его дом влезли и не на него сейчас направлена палочка. И он, и Драко прекрасно помнили разговор в начале прошлого учебного года. Но Драко никак не мог понять, почему Снейп не нашел другой выход, и как Дамблдор позволил этому случиться. — Он верил вам, — прошипел Драко с нажимом. — Я вам верил! — Вы доверились не тому человеку, очевидно, — фыркнул Снейп. Он не двигался с места, но пытался продумать дальнейший план действий. Что угодно может взбрести в голову рассерженному подростку. — Я, Драко Малфой, — неожиданно зло начал юноша, — Клянусь жизнью и магией, что этот разговор не покинет этих стен, — вокруг его палочки закружилось вихрем голубоватое свечение и погасло. Снейп пораженно выдохнул. — Это ничего не меняет, мистер Малфой, — сдавленно сказал он. — Как вы вообще меня нашли? — Люди довольно сговорчивы под заклятием Империус, — ответил Драко жёстко. — Возможно, у меня не получится так же хорошо заколдовать вас, но я и не хочу. Я хочу, чтобы наш разговор вышел хотя бы отчасти добровольным. — Тогда опустите палочку, — попросил Снейп, все еще пораженный. Он видел, что Драко не лжет. Значит, у него были веские причины на то, чтобы проделать такой путь, раскидывая непростительные. — Опустите палочку, я клянусь, что не стану нападать. Драко немного помешкал, но все же убрал палочку. Снейп благодарно кивнул и сел в кресло напротив Драко. — Вы правда верили мне? — спросил профессор. — Да, — ответил Драко, сверля его взглядом. — И я верю, что то, что вы сделали, имеет объяснение. Более логичное, чем вы давали мне в прошлом году. — Зачем бы мне рассказывать вам об этом? — Это облегчило бы задачу мне и моим друзьям, — ответил Драко. — Победить Тёмного лорда. — Вы уверены, что я именно этого хочу? — Снейп невесомо тронул свое левое предплечье, будто напоминая Драко, что там по-прежнему находится метка и что он по-прежнему Пожиратель смерти. — Уверен, не валяйте дурака, — твердо сказал Драко. — Я знаю о Лили Поттер. Снейп поперхнулся воздухом. Драко продолжал устраивать ему сюрпризы, и они его напрягали. — Она была маглорождённой и вы ее любили, — продолжил Драко после долгого молчания. — С чего. Вы. Взяли, — жестко, чеканя каждое слово, проговорил Снейп, побагровев от злости. Драко позволил себе мысленно возрадоваться тому, что его догадка оказалась верна. — Гермиона тоже маглорожденная. И я люблю ее. Я сделаю все, чтобы обезопасить ее, — продолжал Драко. Он никогда не говорил этого вслух, но слова получились невероятно правильными. — Я понимаю вас. — Едва ли, — тяжело дыша, сказал все ещё багровый Снейп. — Может быть, не полностью, но понимаю. Я готов рисковать ради нее, а вы, — Драко распалялся, сам не понимая, что говорит. — Никогда бы не предали память о Лили. Вы не могли убить Дамблдора просто так. Просто из-за того, что Тёмный лорд вам приказал. — Откуда вы узнали о Лили? — проговорил Снейп, готовый убить Драко взглядом. — Видел на фотографиях и в ваших воспоминаниях, — честно ответил Драко. Если он хочет, чтобы Снейп был честен, то и ему не следовало лгать. — Зачем вы убили Дамблдора? — Он умирал, — сдался Снейп. — То проклятие на руке… — Он был обречен… — проговорил Драко медленно. Кусочки пазла постепенно вставали на места. — Это всё-таки был ваш план! — Темный лорд приказал его убить, — кивнул Снейп. — И Дамблдор об этом знал. Он попросил меня сделать это, чтобы я доказал преданность Темному лорду и избавил его от мучительной смерти. — Все равно это жестоко, — вырвалось у Драко. Снейп только кивнул. — Но сейчас Тёмный лорд думает, что вы преданны ему… А на самом деле… — Конечно, нет, — сказал Снейп. С его плеч вдруг словно гора упала. Он слишком долго носил на себе этот груз тайн и клеймо предателя, что признание хотя бы одному человеку вызвало у него облегчение. — Я восхищаюсь вами, сэр, — искренне сказал Драко. И вдруг, помешкав, достал из кармана фотографию. — Держите. Не могу сказать, где я ее взял, но я думаю, что она должна быть у вас. Снейп подрагивающими пальцами взял фото и издал жалобный вздох. На этой фотографии они с Лили были ещё друзьями. — Простите за вторжение, сэр, — сказал Драко после молчания. — Но это было необходимо. — Что вы намерены делать дальше? — спросил Снейп резко. Он спрятал фотографию между страниц одной из книг. — Пытаться убить Тёмного лорда, разумеется, — просто ответил Драко. Снейп неожиданно фыркнул. — Уж не думаете ли вы, что его можно убить, просто швырнув в него Авадой… — Мы так не думаем, — прервал его Драко. — Мы знаем, что делать, сэр. — Расскажете? — спросил Снейп, правда, на положительный ответ не рассчитывая. Драко покачал головой. — Не могу. Но уверяю вас, у нас есть план. Я не могу вам его открыть. Но я все же хотел, чтобы был хотя бы еще один человек, в котором я могу быть уверен. — Тоже мне, — фыркнул Снейп. — Нашли кому доверять. Вы понимаете, что если Тёмный лорд даст прямой приказ убить вас, я это сделаю? — Понимаю, — кивнул Драко и неожиданно усмехнулся. — Но перед смертью я буду знать, что вы очень сильно раскаиваетесь. На Гриммо Драко вернулся посреди ночи. Его ждали. Он соврал, что отправлял письмо матери, а потом безуспешно пытался проследить за Снейпом. Ему поверили, и Драко с ещё одной тайной на душе отправился к себе.