Twice Over (Дважды подряд)

      Северусу понадобилось гораздо больше времени, чем он рассчитывал, чтобы добраться до поместья Малфоев. Прежде чем входить в кабинет, где Люциус занимался тем, чем любят заниматься богатые чистокровные волшебники, он поправил мантию.       — Северус, какой сюрприз! Пожалуйста, присаживайся.       Он подчинился и сразу перешёл к делу:       — Хорошие новости, Люциус. Я вступил в Орден Феникса.       Люциус удивлённо поднял бровь.       — Я уже начал опасаться, что ты потерпишь неудачу в этом деле.       — Твой план сработал на ура. Я поговорил с Лили, — трудно сохранять невозмутимый вид, произнося это имя. — И я буду присутствовать на следующей встрече, которая состоится в ближайшее время.       — У меня есть кое-что, что может тебе помочь. Мы с тобой не дураки: если не Дамблдор, то другие заподозрят, что ты — внедрённый Пожиратель смерти, учитывая твою историю.       Да, он назвал свою подругу грязнокровкой. Не самый лучший его поступок. Хорошо, что Лили оказалась великодушна. Но даже самые искренние извинения не убедили бы всех.       — Что же это?       Люциус расстегнул манжету и закатал рукав, обнажив Тёмную метку. С помощью нескольких заклинаний — палочка даже не понадобилась — он избавился от метки, и кожа стала безупречной.       — Сейчас весна, и с каждым днём становится теплее, — сказал он. — Ты не сможешь носить одежду только с длинными рукавами.       Северус не был уверен, что хочет использовать это заклинание. Одно дело — молчать перед Лили о том, что он Пожиратель смерти, и совсем другое — лгать ей прямо в лицо. Ему оставалось лишь надеяться, что она снова простит его, когда придёт время раскрыть правду.       И он надеялся, что такой момент наступит, потому что если этого не случится, значит, он потерпел неудачу и умер, так и не увидев конца войны.       Тем не менее это полезно и для других целей.       С помощью заклинания он мог утверждать, что Гермиона понятия не имеет о том, что он — Пожиратель смерти.       Как он вскоре убедился, он мог сохранять невозмутимый вид, думая о Лили. Однако мысли о Гермионе выдавали его.       — Северус?       — Да?       — О чём ты думаешь?       Северус глубоко вздохнул. Если он слишком долго будет скрывать это от Тёмного Лорда, проблемы не заставят себя ждать — ведь Гермиона — магглорождённая.       — У меня появилась девушка.       Люциус откинулся на спинку стула, приподняв брови и переплетя пальцы.       — О. Удивительно. Я почти решил, что тебя не интересуют такие... Вещи.       Иными словами, Люциус думал, что он гей, потому что тот никогда не афишировал свои похождения и не говорил о них. С его внешностью это было несложно. Кроме того, после появления Тёмной метки женщины, которых это не смущало, были не из тех, с кем он хотел бы спать.       За заметным исключением.       — Она магглорождённая, — пояснил Северус. — Было легко убедить Лили в том, что я искренне хочу вступить в Орден, ведь я связан с такой девушкой.       — Значит, она ни о чём не догадывается? Как тебе удалось скрыть Тёмную метку?       — Мы ещё не занимались сексом, — ответил он, сглотнув.       После того, что произошло в душе, это прозвучало почти как откровенная ложь, заставившая его опоздать на час, но он говорил правду и не дрогнул.       — Делай всё, что нужно, чтобы план сработал, но не допусти, чтобы она забеременела. Я уверен, что смогу найти для тебя чистокровную женщину, и через несколько поколений твоя родословная не будет иметь значения.       — Я запомню.       О чём он только думал, когда присоединился к Пожирателям смерти? Если бы он хотя бы был богатым полукровкой...       Конечно, Принцы были одной из многих чистокровных семей, утративших былое величие — и богатство. Когда Эйлин решила выйти замуж за маггла, они не стали медлить и отреклись от неё. Одним ртом меньше. По слухам, бабушка и дедушка Северуса по материнской линии умерли в прошлом году, и всё их состояние перешло к дальнему родственнику.       Он задержался, чтобы поболтать о пустяках и сделать вид, что зашёл узнать о проблемах Нарциссы с беременностью, но на самом деле ему не терпелось вернуться домой и какое-то время притворяться, что он не совершил серьёзной ошибки.       Северус отклонил приглашение остаться на ужин, намекнув, что теперь, когда у него есть способ скрыть Тёмную метку, он спешит закончить дело, которое оставил незавершённым со своей предполагаемой девушкой.       Он облегчённо вздохнул, когда дверь коттеджа Малфоев тихо закрылась за ним и он вернулся в свою гостиную целым и невредимым.       — Кажется, всё прошло хорошо.       — Мне пришлось рассказать о тебе Люциусу, — признался Северус Гермионе, которая неожиданно появилась перед ним.       Она побледнела, глаза расширились от страха.       — Так будет безопаснее, чем прятаться, поверь мне. Ты магглорождённая. Тёмный Лорд заподозрит неладное, если узнает, что я живу с магглорождённой и скрываю это от него. Я сказал Люциусу, что ты часть моего плана по вступлению в Орден.       — Я видела твою Тёмную метку, Северус.       — Насчёт этого...       Он расстегнул и закатал левый рукав, обнажив руку без видимых дефектов. По крайней мере, внешне.       — О, — воскликнула Гермиона. — Так-то лучше. Никто в Ордене не заподозрит тебя.       — Я только надеюсь... Лили простит меня за это позже.       — Ты поступаешь с ней плохо.       — Да. — Северус обхватил лицо Гермионы руками. — Как ты можешь жить со мной, зная, что я могу сделать? И что я уже сделал?       — Я... Сама не знаю. Надо было вырубить тебя и разобраться со всем самой.       Но вместо этого она дала ему шанс стать лучше.       — Что ж... — Сказал он. — Тебе не нужно беспокоиться о своей безопасности. Я люблю тебя. И, думаю, ты прекрасно понимаешь, как далеко я готов зайти и на что готов ради того, кого люблю.       Северус десять раз убил бы Дамблдора, если бы это было необходимо для защиты Гермионы.       — Я думаю, что до сих пор здесь только потому, что тоже тебя люблю.       Двадцать раз.