По воле небес

      Смуглые руки трепетно сжали круглый полупрозрачный камень с золотистыми вкраплениями. — Ты уверен? — озабоченно спросил молодой парень с вечно нахмуренными бровями. — Был бы не уверен, не вызывал бы тебя. У Катарины артефакт будет в безопасности, — живо ответил собеседник. — Меня они могут и выследить, а вот её квартира до сих пор под защитой Магнуса. С его смертью чары стали необратимы. — Понять не могу, как этот жук столько всего в этой жизни продумал, но при этом упустил глупого подростка, — задумчиво произнес молодой человек. — Хотя я не жалуюсь. — Ты теперь опекаешь его примитивного? — внимательно посмотрели серые глаза. — Да там и опекать нечего, единственная опасность его поджидает, если он после диплома не сможет устроиться на работу и оплачивать счета, — отмахнулся парень. — Ты не в курсе? Его засекли. Демон смог его выследить, теперь лишь вопрос времени, когда его уберут, — напряженно сообщил мужчина. — Почему проблемы Бейна стали моими проблемами? — недовольно произнес молодой человек. — Потому что он любит тебя как сына, — с теплотой ответил собеседник. — И ты отвечаешь ему тем же. — Враньё какое, — проворчал парень. — Отправь сейчас, чтобы я был спокоен.       Мужчина со странными рожками на голове взмахнул рукой и выпустил из пальцев сиреневые искры. Рядом с ними образовался крошечный водоворот из разноцветных спиралей, в который он просунул руку с камнем, в высунул уже без него. Водоворот захлопнулся. — Так-то лучше, — удовлетворенно произнес парень. — Не лучше, раз я могу открыть к ней портал, — резко произнёс мужчина. — Нужно будет найти новое место. На тебя сейчас не охотятся? — Никто не знает, где я, — самодовольно сказал тот. — Если хочешь спрятаться — делай это на самом видном месте. — Святая истина, — согласно кивнул его собеседник и скрылся в ещё одном портале. ✄------------------------------------------------------------------------- — Ты не видел мою папку?       Алек вздохнул. Его бесило абсолютно всё. Стучавший в дверь с утра пораньше Эрондейл, пытавшийся с ним поговорить Магнус, очередная пара Миссис Уайллет и даже не оставляющий попыток заснуть на парте Саймон. — Чего ты от меня хочешь? — кисло повернулся он к Льюису. — Не видел. Ложись уже и спи. Или посмотри в своем ясновидящем сознании. — Что-то ты не в настроении. Случилось что? Ну, кроме очевидного, — исправился Саймон. — Ничего. Просто не хочу разговаривать, — отмахнулся от него Алек.       Льюис пожал плечами и улегся головой на стол. Через минут 15 довольного посапывания он резко дернулся и посмотрел на Лайтвуда. — Чего? — напрягся брюнет. — Н-н-ничего, — заикнулся Саймон. — Нет, что-то явно есть. Ты что-то увидел? Опять этот маг? — допытывался Алек. — Где сейчас твой сосед? — вместо ответа спросил парень. — Рафаэль? При чем здесь он? — удивился Лайтвуд. — Спроси у своего ангела, не знает ли он что-нибудь о… белом круглом камне? — попросил Саймон. — Как он выглядит? — нехотя передал Алек вопрос Магнуса. — Овальной формы, помещается в ладони, сам прозрачный, но внутри него как будто белый дым с золотистыми искрами, — описал Льюис. — Конечно, знаю! — завопил Магнус. — Где ты его нашёл?! — Кажется, он у какой-то Ка… Кат… — Катарины? — перевел Алек. Саймон радостно закивал. — Этот день только что стал лучшим, — провозгласил хранитель. — Хоть у кого-то… — буркнул Алек. — Долго будешь на меня обижаться? — укоризненно спросил Магнус. — Как только твоя задница свалит отсюда, сразу перестану, — пообещал брюнет. — Льюис и Лайтвуд, можете больше не посещать мои занятия, — гневно прикрикнула Миссис Уайллет. — Громче меня говорите! Встретимся на зачете.       «Вот стерва!» — одновременно подумал Алек и произнес Магнус, когда студенты покинули класс. — Ничего, и так сдадим. Ерунда, социология. Ты же отличник, — утешающе пробормотал ангел. — Не подлизывайся, — хмуро бросил Лайтвуд. Саймон, уже привыкающий к алековским разговорам с самим собой, понимающе улыбнулся. ✄------------------------------------------------------------------------- — Хватит дуться.       «Отвали!» — У нас появилось дело, а ты строишь из себя…       «Сходи развлекись, ты это умеешь. Ах да, ты же не можешь!» — с силой подумал Алек и уткнулся в учебник. Пока он был на парах, Рафаэль вернулся домой и теперь лениво валялся на кровати, и поэтому парень не мог себе позволить свободно разговаривать с ангелом. — Я же извинился! — устало произнёс Магнус.       «Как будто это что-то изменит» — с пустотой в душе подумал Лайтвуд. — Не изменит, но мы хотя бы… Быстро в шкаф! — вдруг скомандовал он.       «Что? Какой ещё шкаф?» — недоуменно подумал Алек. — Какой! Поднимай свою задницу! Прячься! Что ты сидишь? — запаниковал Магнус. — Ай, всё, хрен с ним! Не успеваем, сиди так, как есть.       Послышались быстро приближающиеся шаги. Алек испугался: что, если…       В комнату забежал мужчина лет 40 с растрепанными каштановыми волосами. Бегающий взгляд остановился на его соседе. — Знакомься: Маттиас Гонзалес, охотник за артефактами, он пришел за тем самым камнем, о котором мы сегодня говорили, — будничным тоном сообщил Магнус.       Алека затрясло, когда он увидел, что мужчина достал пистолет и целится в Рафаэля. — Где он? — хрипло спросил мужчина. — Как ты меня выследил? — неожиданно спокойно спросил Сантьяго. — Молчи, ради всего святого! Не напоминай им о своём присутствии! — умоляюще попросил Магнус, но у Алека и без его советов отнялся язык. Он с ужасом смотрел, как незнакомый мужик держит на мушке его соседа. — Камень! — угрожающе произнес Маттиас. — Пули деревянные, так что не испытывай моё терпение! — Идиот! Ты опоздал! — сипло выпалил Рафаэль, перекатываясь в позицию полупрыжка. — Он уже не у меня, так что твой Босс обломается. — Вот чёрт! — простонал хранитель в голове.       Мужчина без лишних слов спустил курок. Его сосед вскрикнул от боли, а Алек шокированно смотрел, как у него на груди расползается темное пятно, и ждал, когда наступит его очередь.       Прошло меньше секунды. Лайтвуд просто моргнул, а Рафаэль, вовсе не походя на умирающего, уже стоял за мужчиной с пистолетом, с недюжинной силой удерживая его руки за спиной и запрокинув за волосы голову. — Промазал, — прошипел Сантьяго и вцепился зубами ему в горло.       Алек только успел увидеть мелькнувшие в полумраке длинные, заострённые клыки. Потрясение от последних 30 секунд происходящего сковало его тело, и он просто смотрел, как из-под губ его соседа по комнате струйкой вытекает кровь. — И знакомься: Рафаэль Сантьяго, он вампир уже 170 лет, — немного виновато закончил представление хранитель. — Да, я… догадался, знаешь ли, — пробормотал Алек, глядя, как Сантьяго отбрасывает в сторону тело и облизывает языком испачканные в крови губы. Нечеловеческие клыки всё ещё торчали из его рта, и он с интересом посмотрел на Лайтвуда. Тот попятился и уперся спиной в стену. — Расслабься! Я не буду тебя убивать, — сообщил он, видимо, не понимая, что сейчас его жуткий вид говорит об обратном. — П-почему нет? — осмелел Алек. — Я же свидетель. — Спорю, ты станешь свидетелем ещё целой кучи ужасных вещей, — фыркнул Сантьяго, убирая свои вампирские зубы.       Быстрый топот у двери заставил его ругнуться, после чего в комнату вбежал Саймон с утюгом наперевес. — Я здесь, держись, Алек, — бормотал он, окидывая взглядом комнату и останавливаясь на неподвижном теле под ногами. — Но… Я ведь видел… Как это? — пораженно воскликнул он, переводя взгляд на Рафаэля. — Это что к-кровь? — заикаясь, спросил он, показывая пальцем на подбородок испанца. — Mierda⁽¹⁾, — закатив глаза, процедил тот. — Какого чёрта тебя принесло сюда?! Хотя какая теперь разница… — буркнул он, хватая Саймона за плечи. — НЕТ! — заорал Алек, в один прыжок оказываясь между Сантьяго и Льюисом. — Не убивай его, он ни в чём не виноват! — Не собирался я его убивать! — разозлился Рафаэль. — Кем ты меня вообще считаешь? — 170-летним вампиром? — с вызовом предложил версию Лайтвуд. — Магнус разболтал? — легко угадал испанец. — Откуда ты знаешь Магнуса? — поразился брюнет. — Что вообще происходит? — беспомощно спросил Саймон, не особенно ожидая, что на него обратят внимание. — Я видел, как этот мужик стреляет в тебя, Ал, я боялся, что опоздал… — Что значит «Ты видел»? — переспросил Рафаэль. — Видел… Как во сне, — странно объяснил Льюис, со страхом посматривая на лежащее под ногами тело. — Ты что, «видящий»? — резко спросил Сантьяго, недоверчиво глядя на парня. — Ах да! «Око» нельзя загипнотизировать, — вспомнил хранитель. — Надо было ему не рассказывать, поржали бы потом, — хмыкнул он. — Ты не смог бы его загипнотизировать, — назло ангелу обратился Алек к соседу. Пусть Магнус обломится. — А что, ты можешь гипнотизировать людей? — с интересом спросил он. — А что, по-твоему, я собираюсь делать с этим охотником? — фыркнул Раф, пиная лежавшего мужчину. — Ты его не убил? — пораженно воскликнул Саймон. — Это уже становится обидным, — насупился испанец. — Я не злодей, понятно? Я всего лишь защищаю близких людей и… некоторые вещи. — Что ему было нужно? — прямо спросил Лайтвуд. — Белый круглый камень? — Не ори ты так! — забухтел на него Рафаэль. — Прежде всего, нам нужно убираться. Ты, — он ткнул пальцем на Саймона, — остаешься здесь. Тебе ничего не угрожает, но если что-то увидишь — позвони. А ты, — посмотрел он на Алека, — собирай вещи. Всё, что тебе пригодится в ближайшие пару месяцев. Нам нужно замести следы.       Он наконец закрыл дверь комнаты изнутри и без малейшего усилия подхватил с пола свою жертву. Мужчина застонал, и Рафаэль придержал его лицо за подбородок, чтобы перехватить первый же его осмысленный взгляд. — Так тебе 170 лет? — с интересом расспрашивал Льюис. — Технически 193, — с задержкой ответил Раф, соображая, можно ли того посвящать во все детали.       Алек мучительно соображал. 170, 190… Цифры казались слишком важными, чтобы не обращать на них внимание. — Тогда почему ты здесь учишься? Тебе что, больше нечем заняться? — развеселился Саймон. — Когда столько лет живёшь на свете, начинаешь по-другому смотреть на мир, — уверенно сказал Сантьяго. — Всё земное сначала кажется слишком мелочным, не достойным даже малейшего твоего интереса, а затем понимаешь, что как раз из этих мелочей и создается жизнь. Самая прекрасная и самая человеческая. Я закончил 8 университетов и получил 8 профессий, которые мне не нужны. Но зато я жил среди людей и вспоминал, каково это — быть таким же, как и они, — мечтательно сказал он. — А сейчас ты получаешь 9 диплом? Зачем тебе это? Ты ведь можешь путешествовать, побывать в разных уголках планеты. Делать всё, что угодно, — пытался вразумить его Саймон. — Да, я могу делать всё, но мне это не нужно. На самом деле одной человеческой жизни вполне достаточно, чтобы прожить в этом мире и умереть спокойно. Всё, что я делаю сейчас — это тягощусь самим собой, ясно? Никто не должен столько жить, — огрызнулся испанец. — А сейчас я здесь только из-за него, — он кивнул на Алека. — Из-за меня? — изумился брюнет. — В каком смысле? — Магнус попросил приглядеть за тобой, — нетерпеливо бросил вампир. — Всё, заткнулись, он очнулся.       Пока Рафаэль внушал пленнику забыть о них и больше не преследовать, Алек собирал вещи, а Саймон сидел с пустым выражением лица. — Не ходи в отель, — вдруг произнес он. — В какой ещё отель? — непонимающе спросил Алек. — Не ты, — помотал головой Льюис. — Рафаэль! Там тебя найдут. — Проклятье! — ругнулся испанец, приводя в чувство охотника и отправляя его за дверь. — Ладно, а если так?.. — Вроде чисто, — с сомнением сообщил парень, немного подумав. — Напоминаю, что я один тут без сверхъестественных способностей и понятия не имею, о чём вы говорите, — мрачно произнес Лайтвуд. — Радовался бы! — отозвался Саймон. — Я здесь сижу и не могу мозги в кучу собрать, а ты просто человек, который попал в этот замес. — По твоей вине, между прочим, — напомнил Алек. — Спасибо, я помню, — обиженно сказал Льюис. — Если бы я мог отдать тебе свои способности, с удовольствием бы это сделал. — Благодарю, обойдусь, — отказался брюнет. — Я могу зайти к сестре? — Нет времени, — отрезал Рафаэль. — Нам уже пора.       «Отмотать бы время назад и не совершить одну глупейшую ошибку» — с тоской подумал Лайтвуд, волоча за собой сумку.       Они ехали почти на другой конец города. Здания из красного кирпича, темные улицы, странные скопления людей. «Я совершенно точно наткнусь здесь на ещё одно убийство», — подумал Алек, и ему показалось, что он услышал еле сдерживаемый смех хранителя. Поднявшись по лестнице, он очутился перед дверью, причудливо украшенной золотыми завитками и спиральками. — Никуда не выходи. Внутри безопасно. Я зайду завтра, — Рафаэль перебросил ему ключи.       Алек осторожно вошёл внутрь квартиры и поразился, насколько она была огромной. Он вспомнил свою комнату в общаге и задумался, почему Рафаэль променял это убранство на помещение в четырех квадратных метрах, если здесь было безопасно. — Потому что я его попросил, — тихонько вмешался ангел в его мысли.       Брюнет обернулся — Сантьяго уже и след простыл.       Он осмотрел своё временное жильё, убедился, что здесь есть душ, холодильник с едой и большая, мягкая кровать. — Что это за место? — спросил он хранителя. — Какая разница? Обустраивайся, не стесняйся, — нервно ответил тот. — Откуда ты знаешь Рафаэля? Что значит «ты его попросил»? — напирал Алек. — Что, решил сменить гнев на милость? — нагрубил ангел. — Или тебе просто нужна информация и поэтому ты решил со мной поговорить, а, Лайтвуд? — Ещё скажи, что у меня нет права так себя вести, — вспылил парень. — Ты — мой хранитель, а тебе… плевать на меня! — Это неправда! Мне не плевать, — звенящим от обиды голосом возразил Магнус. — Все мы совершаем ошибки. Даже идеальный Александр Лайтвуд не безгрешен. — Я думал, что тебе можно доверять! — горячо заговорил брюнет. — И я хотел тебе доверять, Магнус! Как ты не понимаешь… — Я понимаю, — неожиданно мягко произнес ангел. — Но и ты пойми. Я ничего от тебя не скрываю и рассказываю, как есть. Я ведь мог всего этого не говорить, а ты и вовсе мог не знать обо мне. И тогда ты навряд ли переложил бы свою ответственность полностью на мои плечи. В произошедшем ведь не только моя вина, верно? Я не был зачинщиком, я всего лишь не успел предотвратить. Поэтому давай будем на одной волне, ладно? Нам просто нужно научиться… слушать и понимать друг друга.       Лайтвуд слушал плавный голос хранителя и понимал, что тот говорит простые, но мудрые вещи. И ему совершенно не хотелось на него злиться, наоборот — хотелось поделиться всем, что у него было внутри. Ни разу в жизни у него не было человека, с которым он не побоялся бы вывернуть душу наизнанку и не чувствовать себя при этом дерьмово. Даже Иззи не годилась на эту роль. — Мне нужно немного времени, — тихо вздохнув, признал он очевидную правоту Магнуса. — Сколько угодно, — согласился ангел. — Отдыхай, Александр. Завтра трудный день. — Магнус, — решился задать вопрос Лайтвуд. — Да? — мурлыкнул тот. — Рафаэль, он… он был твоим подопечным, так ведь? — он закусил губу. — С чего ты так решил? — сухо спросил ангел. — Ты сказал, что он вампир уже 170 лет. А он сказал, что ему 193 года. Мне сейчас 22, значит, примерно 22-23 года назад ты стал моим хранителем. Парень, что в двадцать лет погиб в охоте за вампирским логовом… это ведь он? — с каждой секундой в нём всё больше и больше росла уверенность. — Он погиб, но… его наверняка обратили, я прав? Вы знаете друг друга, потому что он был твоим пятым, последним примитивным перед тем, как появился я. И ты был заперт на небесах… на 150 лет, всё сходится! — он ликовал.       Если бы Магнус мог сейчас отвернуться, он бы это сделал. — Я бы сказал, что давно это принял и смирился, но это не так, — признался он. — Ты хорошо сопоставляешь факты, Александр. Рафаэль простил меня много лет назад, однако куда сложнее простить самого себя. — Ты попросил его присмотреть за мной. Почему он не мстит? Он ведь мог давно убить меня и сделать твою жизнь паршивее, чем она есть, — откровенно спросил Алек. — Потому что ему это не нужно. Мы с ним не просто друзья, мы — семья. Он скучает, а меня уже давно не было на земле, — с нежностью произнес Магнус. — По большей части именно из-за него я хочу поскорее вернуться обратно. Но, как правило, я появляюсь на небольшой отрезок времени, потому что потом меня с моими косяками заносит обратно. И я не могу залезть к нему в голову, потому что он больше не человек…       Лайтвуд ощутил болезненный укол ревности. Он же теперь его хранитель, а не Рафаэля! И всё равно стремится к нему, а не к Алеку. Что уж там, за все 20 с копейками лет Магнус ни разу не появился перед ним в своём земном обличии…       Раздался тихий смех. — Если я в чём-то и уверен, Александр, то в том, что без меня тебе будет гораздо лучше. Поверь. — А если я умру, каковы мои шансы возвыситься? — выпалил Алек, не успев подумать, о чём спрашивает. — Давай я спрошу иначе: а если ты умрёшь, с кем останется Изабель? — в голосе хранителя послышались грозные нотки. — Даже думать об этом не смей! Я скорее сам умру, чем позволю умереть тебе.       Лайтвуд пристыжено замолчал. Хотя даже если бы он не сказал этого вслух, мысли-то всё равно не смог проконтролировать… — Невысказанная мысль так и останется мыслью, нежели ты дашь ей возможность существовать. Знаком с теорией материализации? — строго спросил ангел. — Я понял. Извини, — сдался брюнет. — Просто Иззи тут спрашивала, возможны ли отношения между ангелами? — Смотря что ты подразумеваешь под отношениями, — хмыкнул хранитель. — Дружеские — да, ещё как. Романтические? Ну, наверное, тоже. Только разве что очень ограниченные. Романтические и слишком платонические. — Платонические? — смутился Алек. — Чтобы ты понимал, я — сгусток воздуха, Александр. Я существую как графическая проекция в небесной сфере. Это… чисто ангельская фишка. Я от неё слишком далёк, потому что очень ценю прикосновения, — честно признался он. — Я тебя понял, — парень покраснел. — Ангела Иззи зовут Эндрю? — Эндрю Андерхилл, — подтвердил Магнус. — Но мы зовем его по фамилии, потому что слишком уж она ангельская. Кто назовёт ангела Эндрю? — поддразнился он. — А кто назовёт ангела Магнусом? — хихикнул Алек. — Удар ниже пояса, студент Лайтвуд, — надулся хранитель. — Я шучу, — примирительно сказал брюнет. — Я знаю, — весело отозвался ангел.       Кажется, хрупкое равновесие понемногу восстанавливалось.