Помоги мне вспомнить

      Хейл ответил на звонок, нащупав телефон.       — Да? — раздраженный голос больше походил на рык.       — Дерек, — уловив рассерженный настрой, Скотт растерялся, — мы нашли в лесу тело. Кажется это Питер, твой дядя. Малия смогла вспомнить его, но он постоянно бормочет что-то о парне по имени Стайлз, он что, тот самый…       — Где вы? — он уже стоял на ногах, в голове всё ещё крутилось воспоминание о разговоре со Стайлзом и о том, что он говорил о Питере.       — Мы везём его в ветклинику к Дитону.       — Я скоро буду.       Выбежав из лофта, Дерек едва не пролетел мимо своей машины, но решив, что на ней всё же будет быстрее, завел двигатель и вжал педаль газа в пол. Город практически пуст и вряд ли его кто-то оштрафовал бы за превышение скорости или несоблюдение дорожных правил.       Но на одном из перекрестков он едва не вылетел в кювет — на дороге, словно из ниоткуда, вдруг появилась фигура мужчины верхом на большом и вороном коне. Из этого странного образа в глаза больше всего бросалось изуродованное лицо человека, оно было как у хорошо просроченного трупа: череп, обтянутый тёмно-серой кожей, пустые глазницы и беззубый рот, образ дополнял длинный кожаный плащ и широкополая шляпа, как у ковбоя из старых американских вестернов.       — Твою же! — Дерек резко вывернул руль, объезжая странного всадника, только благодаря быстрой реакции ему удалось удержать машину на дороге.       — Нам только это хуйни для полного счастья не хватало! — прозвучал уверенный голос Стайлза будто со стороны. — Это дикая охота, призрачные всадники, они пришли со штормом.       — Так вот кто ты… — Хейл держался за эту мысль всю оставшуюся дорогу до ветклиники. Как бы это не было странно, разговор со Стайлзом не стирался из памяти, не мутнел и не тонул в тумане. Это грело душу, он помнит! Он не забудет, как и пообещал, стоя на перроне.       Остановив машину, Дерек зашел в клинику. В этот раз смотровой стол не был пуст, на нём лежало сильно обгоревшее тело, едкий запах горелой плоти заполнил собой всю комнату. Хейл смог сдержать желание сморщиться и подошёл ближе. В изуродованном теле едва угадывались знакомые черты, но Питер жив и он здесь, от этой мысли становилось немного легче на душе. А ещё дядя мог знать и помнить о Стайлзе, но прежде, чем они смогут поговорить, Питера нужно было привести в порядок, а это может занять время, которого у них практически и так не осталось.       — Дерек, не стой столбом! — прикрикнул Дитон на оборотня. — Помоги мне. Питер должен оставаться в одном положении, или вся проделанная мною работу пойдет к коту под хвост, и мы потеряем его.       Хейл вышел из оцепенения и встал напротив Скотта, прижав чужие плечи к столу. Дитон же в это время колдовал над своими склянками, скидывая в одну плошку различные травы и коренья и растирая их в порошок.       — Это будет больно, — он развел кашу чем-то резко пахнувшим и набрал получившуюся зеленую жижу в большой шприц, приготовившись делать укол. — Держите его как можно крепче!       Игла без лишнего сопротивления вошла в обгоревшую кожу, всё было сделано, как тело на столе свело болезненной судорогой. Малия выла где-то в углу, а Айзек тихо успокаивал её, до этого момента Дерек даже не замечал их присутствия в смотровой. Питера выгнуло дугой, после чего он мешком повалился обратно на стол. Изувеченная кожа отслаивалась кусками прямо на глазах, а на её месте появлялась новая, без повреждений и шрамов, дыхание выровнялось, и пострадавший оборотень погрузился в лечебный сон.       — Это было действительно больно, — Дерек посмотрел на измученное бледное лицо, после чего перевёл взгляд себе под ноги, где валялись куски горелой плоти. — Но как ты?..       — Да так, ничего, — Дитон загадочно улыбнулся, — некоторые травы, не думай об этом. Сейчас более интересно то, откуда и как появился Питер. Я вспомнил о нём, как только Скотт и Малия занесли его в смотровую, и нам остается надеяться на то, что он скоро очнется и сможет поговорить с нами и рассказать обо всем. Он первый, кто смог вернуться обратно в нашу реальность, это удив...       — Это Дикая охота, — прервал его Дерек.       — Что?.. — Дитон уставился на него, как на умалишенного. — С чего ты вообще это взял?       — Я… я видел Стайлза. Об этом мне сказал он.       — Как это ты видел Стайлза? — Скотт выглядел таким же удивленным, как и его начальник.       — Когда я вернулся в лофт, — Хейл взял один из стульев, придвинул к себе и сел, — то нашел там ещё один якорь, толстовку Стайлза и с её помощью я смог увидеть ещё одно воспоминание, которое было связанно с ним. Потом я лег спать и во сне оказался на железнодорожном вокзале и в одном из залов ожидания нашёл его.       — Но как ты вообще смог попасть туда? — у Алана загорелись глаза, в нём явно проснулся учёный.       — Стайлз считает, что это произошло благодаря ему, — он кивнул на беспокойно спящего дядю, — мы в одно и тоже время прошли защитный барьер охоты. Питер смог выйти, а я смог пройти незамеченным всадниками.       — Что он тебе ещё сказал?       — Призрачные всадники пришли со штормом и это они забирают людей в Дикую охоту.       — Если это действительно так, то многое встаёт на свои места, охота действительно забирает людей, стирая любые воспоминая о них. Именно поэтому мы ничего не видим, охотники не видны смертному взгляду, а уж если увидел...       — Я случайно наткнулся на одного из них, — Дерек передёрнул плечами от воспоминания о том всаднике.       — Видел? — Дитон снова удивился, это было понятно по его глазам. — И ты всё ещё здесь! Как он выглядел?       — Страшный мужик на дохлом коне в ковбойском прикиде.       — Мы должны защитить тебя, иначе ты пропадёшь, и мы обо всём этом забудем. Плохо.       — Не пропаду, — он был уверен в своих словах. — Думаю, тут дело в том, что я был в самой охоте и смог вернуться назад. Ещё в том, что Питер смог сбежать, это должно было ослабить их защиту и влияние на нашу реальность, это подтверждает что ты не стал меня переспрашивать о том, кто такой Стайлз, когда я начал говорить о нём. Ты смог запомнить его имя. И я отлично помню всё, что происходило на вокзале. — Дерек повернулся к Скотту, — Я видел там твою маму Мелиссу, и она передавала тебе привет, — альфа сел мимо стула и со всего маху упал на пол.       — Мама, — Скотт схватился руками за голову и начал качать ею из стороны в сторону. — Почему я не помню о ней? Как я мог забыть?..       — Не переживай, — честно, он не знал, как в этой ситуации можно помочь МакКолу, у него были лишь слова утешения. — Мы вернём её, как и всех остальных.       — Как я мог… — парень был на грани истерики.       — Это не твоя вина, Скотт, — Дитон сел на корточки рядом с ним, сжав чужие плечи. — Мы не знали и не понимали того, что происходит, но мы всё исправим, обязательно. Дерек, — он перевел взгляд от страдающего парня, — что ещё успел сказал тебе Стайлз, знает ли он, как всё вернуть?       — Он не знает о том, как с ними бороться, но думает, что их можно достаточно ослабить.       — Как это сделать?       — Вспомнить человека и вернуть его этим в реальность, каждый такой прорыв будет ослаблять их влияние на нас.       — Нужно вспомнить определённого человека, первого или последнего похищенного или есть другие критерии?       — Думаю, что нет, — Дерек дёрнул плечом, — Стайлз не уточнял, но для меня именно он та зацепка, за которую я должен тянуть, его образ и буду восстанавливать.       — Я должен попробовать вспомнить маму, — в голосе альфы появилась надежда.       — Ладно, Скотт, Мелисса его мать, их связывают крепкие узы, но как ты собрался вспоминать Стайлза?       — Для начала мне нужно поговорить с Питером, он знает Стайлза, и это должно мне помочь с началом собрания образа. Потом найду его дом, пусть сейчас он заброшен, но в нём должны были остаться его вещи и каждая из них может быть якорем. А ещё Питер может помочь не только мне, но и Скотту.       — Что? — альфа дёрнулся.       — Да, он знаком с твоей мамой, даже приглашал её на свидание.       — Свидание, значит, — глаза Скотта полыхнули красным, прожигая спящее тело взглядом. — Вот и поговорим.       Его пробуждения все ожидали с нетерпением. Малии не терпелось поговорить с новообретенным отцом, Дерек хотел больше узнать о Стайлзе, Скотт же хотел спустить с укусившего его бывшего альфу новую шкуру за то, что он посмел покуситься на его мать.       Питер же словно чувствовал желание альфы и не торопился покидать безопасное сонное царство. Но с восходом солнца оборотень начал приходить в сознание, сначала дрогнули кончики пальцев, грудь поднялась в глубоком и шумном вздохе, и первая его фраза сбила всех с ног:       — Я точно когда-нибудь убью Стайлза.