«По ту сторону льда»

Сильный на самом деле не я, а моя команда.

Кенма Козуме

      - Что ты сказал? - голос был высокий и холодный, а внутри бушевали ярость и страх. То единственное, чего он боялся… Да, может ли это быть?       Он не понимал, как такое могло случиться.       Гоблин трясся, не в силах посмотреть в его багровые глаза.        - Повтори! - прошептал Волан-де-Морт, - Повтори!        - М-мой господин, - залепетал гоблин, запинаясь и тараща черные глаза, полные ужаса, - М-мой господин… мы ст-тарались ост-тановить об-обманщиков… они… ог-грабили… сейф… Лестрейнджей…        - Обманщики? Какие обманщики? Я полагал, что в «Гринготтс» умеют разоблачить любой обман! Кто это был?        - Это были… это были… м-мальчишка П-поттер и двое… двое сообщников…       - И что они взяли? - голос сделался пронзительным. Его охватил ледяной страх. - Что они взяли?! Говори!        - М-маленькую… золотую ч-чашу… м-мой господин…        Он словно со стороны услышал свой бешеный крик - крик неверия и ярости. Он обезумел от злобы - неправда, не может быть, никто не знал об этом! Как мог мальчишка открыть его тайну?        Бузинная палочка хлестнула воздух. Комнату озарила вспышка зеленого света.Стоявший на коленях гоблин повалился на бок - мертвый.        Волшебники в страхе кинулись кто куда. Беллатриса и Люциус Малфой расшвыривали всех, прорываясь к двери. Снова и снова взлетала Бузинная палочка, и те, кто не успел убежать, были убиты, все до одного, за эту ужасную новость, за известие о золотой чаше…        Он метался взад и вперед среди мертвецов. Перед ним проходили видения: его бесценные сокровища, его хранители, якоря, которыми он держался за бессмертие. Дневник уничтожен, чаша украдена. Что, если… Что, если мальчишка знает об остальных? Неужели он знает, неужели он действует, неужели он уже обнаружил другие? Уж не кроется ли за этим Дамблдор? Дамблдор, который всегда его подозревал, который умер по его приказу, чья палочка была теперь его, все-таки дотянулся из забвения - через мальчишку…        Но если бы мальчишка уничтожил один из крестражей, он, лорд Волан-де-Морт, несомненно, узнал бы об этом! Он, величайший среди волшебников, он, самый могущественный из всех, он, убивший Дамблдора и множество других никчемных, безымянных людишек, как он мог не заметить, если его самого, любимого и несравненного, кто-то ранил, изувечил?        Правда, когда погибал дневник, он ничего не почувствовал. Он объяснял это тем, что был тогда лишен тела - меньше чем призрак… Нет, остальные крестражи в безопасности… Их никто не касался…       И все же он должен проверить, должен убедиться… Он пинком отшвырнул с дороги труп гоблина. В его воспаленном мозгу роились образы: озеро, лачуга, Хогвартс…        Ярость его немного поутихла. Откуда мальчишке знать, что он спрятал перстень в лачуге Мраксов? Никто не подозревает о его родстве с ними, он скрыл все следы, никто не связал его с убийствами. Кольцо, безусловно, в безопасности.        А откуда знать мальчишке или кому угодно другому о том, что хранится в пещере? Кто мог бы преодолеть ее защиту? Нелепо даже думать, что медальон могли похитить!        Что касается школы… Только он один знает, где в Хогвартсе спрятан крестраж, ведь только он один сумел проникнуть в самые глубокие тайны замка…        К тому же есть еще Нагайна. Теперь она всегда должна быть при нем. Нельзя больше посылать ее с поручениями, пусть остается под его защитой…       Но для полной уверенности нужно посетить каждый из тайников, удвоить защитные чары… И сделать это он должен один - так же как добывал Бузинную палочку.       Какой из тайников проверить первым? Которому угрожает наибольшая опасность? В нем шевельнулся застарелый страх. Дамблдор знал его второе имя… Дамблдор мог догадаться о его родстве с Мраксами… Их брошенный дом, пожалуй, самое ненадежное убежище. Туда нужно наведаться прежде всего…       Озеро? Нет, невозможно! Впрочем, есть малая доля вероятности, что Дамблдор разнюхал в приюте кое-какие его прошлые грешки.       И наконец, Хогвартс… Но тот крестраж в безопасности, Поттер не может незамеченным появиться в Хогсмиде. А все-таки имеет смысл предупредить Снегга, что мальчишка может попытаться вновь проникнуть в замок… Разумеется, было бы глупо открыть Снеггу причину. Довериться Беллатрисе и Малфою было серьезной ошибкой. Они глупы и легкомысленны, на них ни в коем случае нельзя было полагаться.        Стало быть, прежде всего он побывает в лачуге Мраксов и Нагайну возьмет с собой. Теперь уж он с ней не расстанется…                                                                      Силен распахнула глаза, рывком возвращаясь в реальность.       Голова трещала от мыслей и переполняющих чувств.       Странная связь, возникающая каждый раз, когда сильный волшебник был переполнен чувствами, начинала напрягать.       Глэйс была точно губка, впитывающая все, что исходило энергией вокруг и, чем сильнее она была, чем больше отпечатывалась на хрупкой душе.       Проблема была как раз в отпечатке, тьма с удовольствием проникала в него, удобно поселяясь в новом доме, раскидывая все глубже свои сети.       Девушка лежала в кресле, а вокруг столпились обеспокоенные Паркинсон, Забини и взволнованная Астория.       - Он знает,- собственный голос казался чужим и странно тихим.                                   - Что?       Рон таращил глаза, перепуганная Гермиона привстала на колени.        - Что ты видел? Откуда ты знаешь?        - Я видел, как он узнал про чашу. Я… я был в его голове, а он… - Гарри вспомнил об убийствах. - Он здорово разозлился и струсил к тому же, он не может понять, откуда мы узнали, и теперь он собрался проверить, целы ли другие крестражи, и в первую очередь - перстень. Он думает, что хогвартский тайник - самый надежный, потому что там Снегг и очень трудно пробраться туда незаметно. Я думаю, его он проверит последним, но все равно он может туда явиться уже через несколько часов…       - А ты видел, где этот хогвартский тайник? - спросил Рон, тоже вскакивая на ноги.       - Нет, он сосредоточился на том, чтобы предупредить Снегга, и не думал, в каком точно месте…       - Стойте, стойте! - вскрикнула Гермиона, увидев, что Рон подхватил крестраж, а Гарри вытащил мантию невидимку. - Нельзя же вот так сразу, нужно составить план…       - Нужно туда попасть как можно скорее, - твердо сказал Гарри.       Гермиона потупила взгляд, явно о чем-то размышляя.       - Да, Драко говорил тоже самое..       Рон и Гарри переглянулись.       - Что?       - Малфой сам отправлял нас в Хогвартс? – задумчиво произнес Рон, почесывая подбородок. - Это похоже на какой-то трюк, не мог он вот так запросто..       - Мог, - прервала его Грейнджер, поглядывая на руку, которая лишь недавно сочилась кровью.       Хоть, она и была какое-то время в бессознательном, но умелые руки блондина она помнила абсолютно четко.       Холодный профиль, обеспокоенный взгляд, так не похожий на типичный бесстрастный, что он носил всю жизнь, скрывая истинные чувства.       Гермиона знала, тот Драко, что она видела в последний раз, кардинально изменился, будто в нем проснулось что-то светлое, что было спрятано в самых черных, потайных закоулках его души, завешанное миллионами скрипучих замков.       Как минимум, он не назвал ее «грязнокровкой», а всего лишь Грейнджер.       Поттер кивнул.       Он тоже заметил перемену в Малфое, хоть и не мог поверить в это до конца, все время пытаясь найти какой-то подвох.       Однако, искренность в его действиях, все же была.       Приложила ли к этому руку Глэйс – неизвестно, но даже Гарри понимал, Малфою крупно повезло.       - Он не выдал нас, хотя мог сделать это с самого начала…                                   Силен поднялась, потерев уцелевший глаз.       Панси бросила на девушку обеспокоенный взгляд и нахмурилась.       В последнее время, на лидера выпала непосильная задача; с недавнего времени, сопротивление взялось за вербовку в Хогвартс всех, кто хотел бы сражаться на светлой стороне.       Как только меры безопасности были усилены, в школу стало сложнее попасть.       Основная задача, состояла в том, чтобы незаметно и быстро связаться со всеми, кто мог бы помочь.       Невилл вызвался быть главным связным. У юноши, что возмужал на глазах, появился стимул показать себя.       Недавно, пожиратели пытались добраться до его бабушки, но старушка оказалась слишком проворной и сбежала, отправив одного из них в Больницу Святого Мунго, и умудрилась, отослать внуку письмо, в котором говорилось, как она им гордится и что он настоящий сын своих родителей, так держать!       Силен, с удовольствием наблюдала за задумавшимся Долгопупсом, что корпел над пергаментами в поиске различных подсказок.       Так, со временем, явилась почти треть бывших учеников, готовых бороться, а также, собственной персоной, Ферн Кодстер, со своей фирменной ухмылкой.       Девушки оборачивались на него, одаривая своими улыбками, но его интересовал почему-то, только вечно курящий Забини, который так же, целыми днями корпел над пергаментами и старыми картами, обдумывая ходы.       И все благодаря Аберфорту, родному брату Дамблдора, что хоть и показывал большую неприязнь к бывшему директору Хогвартса, но помочь был готов любой ценой, узнав, что пол школы решили воссоединиться и восстать против черного режима.       Однако, ему не очень нравилось, что большинство подростков, проходили через его таверну, Аберфорт вечно кривился, но все равно пропускал всех, сквозь единственный, оставшийся проход в школу.       Не смотря, на хорошие новости, существовали и мрачные.       На фоне общего обострения настроя победы, Кэрроу не выдержали и совсем рассвирепели.       Порка, пытки, побои, стали происходить все чаще и чаще, они уже не обращали внимание, на ребят, что всеми силами, пытались защитить самых младших, Кэрроу с большим удовольствием, испытывали свои наказания и на них.       Дух восстания, периодически, то поднимался, то опускался, а Силен старалась удержать победное настроение.       Однако, это было очень энергозатратно, и морально тяжело.       А сегодняшнее видение, девушку и вовсе выбило из колеи.       Силен понятия не имела; кто мог умереть от злости Темного Лорда? Чьи громогласные крики она услышала? Она вздрогнула.       - Эй, все в порядке? - Ферн подошел к девушке, оставив одну руку в кармане брюк, а другую, положив Силен на плечо и заглянул в глаза.       - Да, просто устала, - отмахнулась она и прошла вперед, направляясь к картине, на которой отсутствовала девушка.       Восстание тихо шепталось на полу, оккупировав мягкие подушки.       Панси бросала косые взгляды на Ферна, уж больно ей не нравился незнакомый парень, появившийся в их скромных рядах.       Однако, его внешний вид ее забавлял.       Эти странные, кудрявые волосы, темные глаза и вечно искрящийся, не пойми чем, взгляд.       Забини поглядывал на парня с интересом; высокий, крупный, больше напоминал малолетнего бодибилдера, чем деревенского простофилю, каким он его себе представлял.       Блейз иногда ловил на себе взгляд томных глаз, от чего делалось немного не по себе, а странный жар, резко хлынувший к щекам, и вовсе сбивал с толку. Странная энергетика Ферна, его пугала и одновременно притягивала. Однажды, Кодстер подошел к Блейзу, когда тот, корпел над очередным произведением искусства, полностью погруженный в работу. Парень присел на край кресла и с любопытством разглядывал смуглого юношу, без зазрения совести. - Что-то нужно? - спросил Забини, не отвлекаясь от работы, поправляя связки нитей. Ферн приблизился к Блейзу и так же внимательно осмотрел его работу. От части, клубок, что пытался превратить Блейз во что-то стоящее, напоминал девушку, но голова все время выходила слишком большой и не пропорциональной. - Просто интересно, - пожал плечами Ферн, придвигаясь ближе. Он почувствовал, как от Блейза исходил вишневый аромат сигарет и почесал нос. - Ты слишком близко, - проворчал Забини, немного поежившись. Касание бедрами его смутило. Кодстер учтиво отсел. - Прости, просто это так необычно..и..интересно, - признался парень, весело почесав затылок, - я могу уйти, если мешаю.. Забини бросил быстрый взгляд на Ферна, останавливаясь, на его искрящейся улыбке. - Ничего, - хмыкнул он, - просто, не заслоняй мне свет. Ферн был похож на маленького ребенка, что был посвящен во что-то таинственное и необычное, а потому, его глаза блестели, наблюдая за ловкими пальцами Забини. Он был прост, как открытая книга и безумно доверчив, однако, именно это и нравилось Блейзу, и тот с улыбкой показал ему, все свои шедевры, а эта честь, выпадала далеко не всем. К тому же, Ферн был единственным, кто вызвался помочь Забини сшить форму новоприбывшим ученикам, (а, учитывая, быстроту их появлений, работать приходилось круглые сутки). Блейз, сначала, скептически отнесся к предложению о помощи. - Еще обучать тебя, недотепу, - усмехнулся он, поглядывая в темные омуты, что хранили в себе какой-то таинственный огонь. Кодстер наклонился к уху Блейза, опалив горячим дыханием и вызвав сноб мурашек по спине слизеринца: - Я очень быстро учусь. Так, они стали проводить больше времени вместе, по ночам корпев в зале Салазара Слизерина, иногда, под гневные вскрики Забини по типу: «Нет, не такой шов!» или «Нет, ты делаешь это не ровно, вот так..». Ферну нравилось слушать гневный голос Блейза, для него, это был допинг, после которого у парня все получалось более, чем идеально и слизеринец одаривал его гордым взглядом. Забини был готов поклясться, что тот на него запал, но Кодстер был непредсказуем, то вечно находился рядом, то в обществе щебечущих девчонок восстания, за что получал недовольный взгляд Блейза, что тут же закуривал сигарету, завидев ехидные глаза Ферна. Силен напряглась, девушки уже давно не было на картине, что открывала потайной проход.       Ферн робко подошел сзади.       - Ты знаешь ее историю? – поинтересовался парень, смущенно спрятав руки за спиной.       Все в школе было ему интересно, точно он попал в какой-то музей.       А потому, выглядел чудаком, в глазах учеников.       Глэйс нравилось любопытство парня, оно отлично отвлекало от гнетущих мыслей, да, и восстанию он, определенно нравился.       Силен сложила руки на груди и прикрыла глаза.       - Это Ариана Дамблдор. В шестилетнем возрасте, когда у детей магов обычно начинаются неконтролируемые всплески стихийной магии, Ариана что-то тихонько наколдовывала на заднем дворе, - начала Силен.       Тихие перешептывания прекратились, внимание восстания было направлено на еле-слышный рассказ Глэйс.       Панси села поближе, точно маленький ребенок, сложила ручки под подбородком и внимала.       Блейз усмехнулся и закурил, окутывая дымом всех, кто сидел рядом, точно гусеница из сказки про Алису. Большинство, уже привыкло, а потому, лишь брезгливо помахивали руками, отгоняя ароматы вишни. Кодстеру, единственному, нравился этот запах, а потому, он всегда старался дышать глубоко, пропуская через себя ядовитый дым.       - Её действия подсмотрели трое мальчишек-маглов. Они были так заинтригованы, что перелезли через садовую изгородь и начали приставать к девочке, чтобы та показала им, в чём тут фокус. Ни повторить свои действия, ни объяснить их Ариана не смогла, - Силен вздохнула, уж больно история девушки, напоминала ее собственную. - Тогда трое мальчишек стали избивать её, вошли в раж, и остановило их только появление отца девочки..       - Я слышал, что Персиваль Дамблдор погнался за подонками и убил их. За убийство маглов его заточили в Азкабан, где он и умер,- проговорил Невилл, обращая внимание на себя и, тут же, замолкая.       - Верно, - кивнула Силен, - то, что сделали с Арианой мальчишки, сломало её: она никогда уже не оправится, - сказала Глэйс, глянув куда-то в сторону. - Никто не знает, что еще они могли сделать с маленькой девочкой, но она больше не хотела пользоваться волшебством, но и не могла от него избавиться.       Астория стояла неподалеку, облокотившись спиной о стену.       Она заметила, что глаза Силен, чуть поблескивали в тусклом зеленом свете гостиной.       - Оно повернулось внутрь и сводило её с ума, порой вырываясь помимо её воли, - Глэйс, нехотя усмехнулась. - Тогда она бывала странной и опасной, хотя в остальное время это была ласковая, испуганная и покорная девочка, - сказала она, чуть поворачиваясь в сторону Астории.       - Говорят, ее поместили в больницу Святого Мунго, в отделение для умалишенных, - сказал Симус.                     «Может, и мне стоило, посетить это место?», - со скепсисом подумала Глэйс.                     - Мать Арианы не хотела, чтобы дочь, оставалась там до конца жизни, она решила скрыть дочь от соседей, а заодно избавиться от лишнего внимания после ареста мужа. Они переехали в Годрикову Впадину, где девочка жила под своеобразным домашним арестом, мать выводила дочь только по ночам на улицу, стараясь, чтобы ее никто не заметил.       Силен стала говорить тише, боясь, что могла рассказать, что-то лишнее.       Она медленно покусывала подушечку большого пальца.       - Больше всего Ариана была привязана к Аберфорту. Его она слушалась всегда и беспрекословно. Он умел уговорить сестру, например, поесть, или успокоить, когда на неё находили приступы ярости, - Силен чуть улыбнулась, вспоминая блондинистое чудо, что успокаивало ее каждый раз и тяжело вздохнула. - К сожалению, Аберфорта не оказалось дома, когда четырнадцатилетняя Ариана в очередном припадке убила мать.       Кто-то громко ахнул, кто-то покачал головой, некоторые просто опустили головы.       - А..что же случилось с Арианой? – тихо спросила Панси, сглотнув.       Глэйс медлила, конечно, она знала, что произошло, но стоит ли раскрывать секрет бывшего директора, ставя под сомнение его безоговорочную репутацию?       Силен прикусила губу, поворачиваясь к ребятам.       Заинтересованные лица, вызывали умиление.       - Во время драки…в нее попали случайным заклятием, что ее убило,- сказала она, закончив рассказ.       Невилл поднялся с места.       Кажется, история бедной девушки, его по-своему задела.       - Я пойду проверю, - сказал он, кивнув на картину.       - Только будь осторожен, - прошептала Силен, глядя на Долгопупса,- если все хорошо, передай Аберфорту, что должны прийти еще несколько человек.       Невилл кивнул и исчез за рамой картины.       Комендантский час, усиленное патрулирование Хогсмида и всех его окрестностей, говорило о скором приближении тьмы, а потому, всем надо быть начеку.       Силен беспокоилась за восстание, от части, потому, что многие еще плохо владели магией, к тому же, они все еще оставались невинными детьми, которым было, что терять.       Глэйс осмотрела учеников, за столько времени они сроднились. Теперь, действительно не было разделения на факультеты.       Слизеринцы посветлели, стали более общительными и более открытыми к другим, хоть иногда, все еще кривили лица, от странных высказываний некоторых личностей.       Забини частенько рассказывал какие-то веселые истории, разряжая обстановку или иногда, по очень большой просьбе, учил девочек шить, под странным прищуром Ферна.       Глэйс понимала, какая большая ответственность лежит на ее хрупких плечах, а потому, прокашлялась, обращая внимание на себя.       Она поправила волосы, откинув красный хвост назад и глубоко выдохнула.       - Ребят..я..                     «Когда на тебя обращены столько наивных и невинных глаз, говорить становиться тяжелее», - вздохнула девушка.                     - Я хотела сказать..что, - Глэйс не заметила, как стала заламывать руки, от внезапно, нахлынувшего нервоза.       Она покусывала нижнюю губу.       Лица внимательно смотрели на Глэйс, полные непонимания и хрупких надежд на счастливое будущее.                     «Как я могу им сейчас сказать, что мы все можем умереть, через несколько часов?!Причем, возможно, не самым лучшим образом..».                     Она почувствовала две теплые руки на своих плечах и медленно обернулась.       Это был Забини и Панси, что гордо стояли рядом, готовые перенять все чувства, и разделить их между собой.       Астория и Ферн, так же встали позади. Ферн осторожно положил руку на плечо Блейза, чем вызвал непроизвольные мурашки у последнего.       Глэйс выдохнула, точно почувствовав облегчение.       - Ты ничего не должна делать одна, - тихо прошептала Астория.       Остальные кивнули, сжав девушку покрепче.              «Иногда, достаточно одного слова человека, который верит в тебя, чтобы возвратить тебя миру», - подумала про себя Глэйс, наполняясь новыми силами.                     - Ребят, возможно, уже сегодня-завтра, нам предстоит сражение, - тихо начала Силен,- многие из вас, еще не достаточно сильны, и не обучились всеми необходимыми заклинаниями..       Кто-то грустно опустил голову, некоторые потупили взгляд.       - Но, это не имеет значения, - вдруг осенило девушку, - мы сильнее, когда мы вместе,- чуть громче сказала Силен,- когда рядом стоят верные товарищи, готовые подставить свое плечо в трудную минуту!       Ребята позади усмехнулись.       Кто-то из отряда улыбнулся, многие воспряли духом и тихо зашептались. Слова довались тяжело, Силен приходилось их, практически, выдавливать из себя.       - Но если, кто-то из вас боится, или думает, что не готов …лучше уйти сейчас, пока не слишком поздно..       Многие начали вставать, под недоумевающими взглядами соседей.       Глэйс почувствовала, как ее ладони вспотели.       Лица друзей вытянулись от удивления, вставали очень многие.       Силен их прекрасно понимала, слишком страшно, слишком сложно и так же, практически, невозможно.       Симус заговорил первый.       Он тяжело вздохнул и поднял тяжелый взгляд на Глэйс.       - Это страшно, Силен..       Девушка кивнула.       - Это опасно и ..       Глэйс прикусила нижнюю губу до металлического привкуса во рту, и нахмурилась.       - А там, где опасность, малолетним школьникам делать нечего, - развел руками Симус.       - Я понимаю, - тихо проговорила Силен, почти бесшумно и себе под ноги. Ребята позади вдохнули, сжимая плечи друг друга крепче.       - Но там и должны быть Объединенные Силы Хогвартса! – Воскликнул он, выбросив кулак вверх, под общие возгласы.       Глэйс прикрыла рот рукой от удивления и облегчения.       Все вставали со своих мест и гордо выкрикивали.       Сердце девушки тоже подскочило вместе с ними.                      Где-то на той стороне картины..       - Ты знаешь, что делать, - сказал Аберфорт, глянув на портрет.       Ариана улыбнулась, повернулась и пошла прочь - не так, как это обычно делали люди на портретах, выходя сбоку из рамы, а назад, словно бы по длинному туннелю, уводившему за ее спиной в глубь картины. Они глядели вслед удаляющейся хрупкой фигурке, пока она не скрылась во мраке.        - М-м… что… - начал было Рон.       - Путь в замок сейчас только один, - сказал Аберфорт. - Вы, наверное, знаете, что они закрыли все старые тайные ходы с обоих концов, поставили дементоров по всему периметру стен и регулярно патрулируют внутри школы. Никогда еще Хогвартс не окружали такой охраной. Как вы собираетесь действовать, когда директором там - Снегг, а его заместители - Кэрроу… Ладно, это уж ваше дело. Ты ведь сказал, что готов к смерти.       - Но что… - Гермиона взглянула на портрет Арианы.        В конце уходящего в картину туннеля появилась маленькая белая точка, и вот уже Ариана движется обратно к ним, увеличиваясь по мере приближения. Но теперь она была не одна - с ней шел еще кто-то, выше ее ростом, прихрамывая и явно волнуясь.        Обе фигуры становились все больше, так что в раму помещались уже только лица и плечи. И тут картина распахнулась, словно дверца в стене, и за ней открылся настоящий туннель.       Оттуда выбрался обросший, израненный и оборванный настоящий Невилл Долгопупс и с воплем восторга бросился к Гарри:        - Я знал, что ты придешь! Я знал, Гарри!       - Невилл… Как… Откуда…        Но Невилл уже заметил Рона и Гермиону и с радостными возгласами бросился их обнимать.       Чем дольше Гарри смотрел на Невилла, тем больше ужасался его виду: один глаз заплыл лилово-желтым синяком, лицо было испещрено шрамами, и каждая деталь в его внешности указывала на постоянные невзгоды и лишения.        И все же его измочаленное лицо сияло от счастья, когда он наконец выпустил из объятий Гермиону и повторил:       - Я знал, что ты придешь. Все время твердил всем: надо только подождать!       - Невилл, что с тобой было?        - Что? Это? - Невилл небрежно отмахнулся. - Да это ерунда! Симус выглядит гораздо хуже. Вы увидите. Ну что, пошли? Да, - он повернулся к Аберфорту, - Аб, к нам тут, наверное, еще пара-тройка подвалит.       - Пара-тройка? - мрачно повторил Аберфорт. - Что значит пара-тройка, Долгопупс? Ваша Глэйс совсем обнаглела! Здесь комендантский час и Воющие чары над всей деревней!       - Глэйс? – переспросил Гарри.       - Я знаю, поэтому они трансгрессируют прямо к вам в трактир, - отозвался Невилл. - Посылайте их сразу в туннель, ладно? Большое спасибо.       - Как Глэйс связана со всем этим? – не унимался Поттер.       - А, она предводитель нашего восстания, - улыбнулся взъерошенный парень.       - Восстания? – Рон и Гермиона переглянулись.       Невилл подал руку Гермионе и помог ей взобраться на камин, а оттуда в туннель. За ней последовал Рон, а за ним Невилл.       Гарри повернулся к Аберфорту:       - Не знаю, как вас благодарить. Вы дважды спасли нам жизнь.        - Вот и будь поосторожнее впредь, - угрюмо фыркнул Аберфорт. - Третий раз у меня может и не получиться.        Гарри вскарабкался на камин и в отверстие за портретом Арианы. С другой стороны, были гладкие каменные ступени.        Похоже, проход находился здесь уже много лет. Со стен свисали медные лампы, земляной пол был плотно утоптан. Они шли, а за ними по стенам скользили, колеблясь, их тени.        - И как давно он существует, этот проход? - спросил Рон. - Его ведь нет на Карте Мародеров, правда, Гарри? Я думал, есть только семь тайных путей в школу и из школы.        - Они опечатали их все перед началом учебного года, - сказал Невилл. - Теперь через них не пройдешь - вход защищен заклятиями, а на выходе поджидают Пожиратели Смерти и дементоры, - он пошел спиной вперед, глядя на них, сияя, впитывая долгожданные лица. - Не думайте обо всей этой ерунде… А правда, что вы прорвались в «Гринготтс»? И сбежали оттуда на драконе? Все это знают, только и разговору что об этом. Кэрроу избил Терри Бута, потому что Терри кричал об этом в Большом зале за обедом.        - Да, все это правда, - сказал Гарри. Невилл ликующе засмеялся.        - А что вы сделали с драконом?       - Отпустили на волю, - сказал Рон, - Гермиона, правда, хотела оставить его себе вместо котенка…       - Не надо преувеличивать, Рон…       - Что вы делали все это время? Говорят, будто вы просто скрывались, но я так не думаю, Гарри. Я думаю, у вас есть план.       - Ты прав, - сказал Гарри. - Но расскажи лучше о Хогвартсе, Невилл, мы же ничего не знаем.        - Хогвартс… Знаете, на Хогвартс тут теперь совсем не похоже, - улыбка гасла на лице Невилла, пока он произносил эти слова. - Вы слыхали о Кэрроу?        - Это те двое Пожирателей Смерти, которые теперь тут преподают? - Они не только преподают, - сказал Невилл. - Они отвечают за дисциплину. Большие любители наказывать, эти Кэрроу.        - Вроде Амбридж?       - Ну, Амбридж рядом с ними - кроткая овечка. Все остальные учителя должны доносить Кэрроу о каждом нашем проступке. Однако, они этого не делают, если есть хоть малейшая возможность. Похоже, они ненавидят их также сильно, как мы. Эта скотина Амикус преподает то, что раньше было защитой от Темных искусств. Правда, теперь это Темные искусства в чистом виде. От нас требуют тренировать заклятие Круциатус на тех, кто оставлен после уроков за провинность…       - Что?!        Голоса Гарри, Рона и Гермионы в унисон прокатились по туннелю.       - Даа, - протянул Невилл. - Так я и получил вот эту отметину, - он показал на особенно глубокий порез на щеке, - я отказался это делать. Зато Крэббу и Гойлу очень нравится - наконец и они хоть в чем-то первые! Алекто, сестра Амикуса, преподает магловедение - это теперь обязательный предмет для всех. Все мы должны слушать, что маглы - вроде животных, тупые, грязные, и как они своим коварством загнали волшебников в подполье, и что нормальный порядок скоро будет восстановлен. Вот это, - он показал на другую вмятину на лице, - я получил за то, что спросил, сколько магловской крови в ней и в ее братце.        - Черт подери, Невилл! - воскликнул Рон. - Неужто нельзя было придержать язык за зубами?        - Ты бы слышал, как она говорит, - отозвался Невилл. - Ты бы тоже не выдержал. И потом, когда им противоречишь, - это полезно. Это во всех вселяет надежду. Я это заметил, когда ты так поступал, Гарри. Вместе с Глэйс, мы все стараемся им противостоять, - усмехнулся парень, - ценой своего здоровья, правда..       - Но они же сделали из вас заточку для ножей! - возразил Рон, слегка вздрогнув, когда они проходили под лампой, ярко высветившей увечья Невилла.        Невилл дернул плечом.       - Плевать. Они сами не рвутся разбазаривать чистую кровь, поэтому пытают нас помаленьку, если мы вякаем, но убивать не убивают.       Гарри не знал, что хуже - страшные вещи, о которых говорил Невилл, или будничный тон, которым он о них рассказывал.       - Настоящая опасность грозит лишь тем, чьи друзья и родные за пределами замка доставляют новой власти неприятности. Этих берут в заложники. Старик Ксено Лавгуд слишком много себе позволял в своем «Придире», и Полумну сняли прямо с поезда, когда она ехала на рождественские каникулы.        - С ней все в порядке, Невилл, мы ее видели…        - Я знаю, она сумела прислать мне весточку.       Он достал из кармана золотую монету, и Гарри сразу опознал один из тех фальшивых галеонов, которыми пользовался Отряд Дамблдора, чтобы передавать сообщения.        - Потрясающая штука, - сказал Невилл, радостно улыбаясь Гермионе. - Кэрроу так и не просекли, как мы сообщаемся друг с другом, - они на этом чуть ума не решились. Мы вылезали по ночам и делали надписи на стенах: «Объединенные силы: мобилизация продолжается», и всякое такое. То-то Снегг злился.       - Вылезали? - Гарри обратил внимание на прошедшее время.        - Ну, со временем это стало труднее, - пояснил Невилл. - На Рождество мы остались без Полумны, после Пасхи чуть не вернулась Джинни, а Глэйс..- его лицо чуть перекосило, - неважно.. а зачинщиками-то были как раз мы четверо. Кэрроу, похоже, догадались, что без меня тут не обошлось, и круто за меня взялись. А тут еще Майкла Корнера поймали, когда он освобождал первокурсников, которых они заковали в цепи. Его пытали очень жестоко. Это отпугнуло народ.       - Еще бы, - пробормотал Рон. Проход постепенно пошел вверх.       - Глэйс, как может, поддерживает боевой дух, а потому, мы не опускаем руки, - Невилл улыбнулся. - И не мог же я просить людей пройти через то, что вытерпел Майкл,- так что эти забавы мы бросили. Но мы продолжали борьбу, вели подпольную работу… ещё пару недель назад.       - Мы идем сейчас не прямо в Хогвартс?       - Ну конечно, - сказал Невилл. - Сейчас увидишь. Мы уже почти пришли.       Они повернули за угол и оказались у выхода из туннеля.       Несколько ступенек вели к двери, точно такой же, как за портретом Арианы. Невилл распахнул ее и вышел наружу.       Поднимаясь вслед за ним, Гарри услышал, как Невилл кричит кому-то:        - Глядите кто пришел! Я же вам говорил!                     Этот день был намного чернее, чем предыдущие.       Молнии беспрестанно разрезали небо, тучи становились все кучнее, а лихой ветер, то и дело пробирался под свитер, заставляя поежиться.       Драко поправил рюкзак за спиной и посмотрел вверх.       Башни Хогвартса, все так же, старались освещать заблудшему путнику дорогу в школу, точно спасительный маяк.       Он выдохнул белое облачко пара, что тут же взмыло ввысь.       Парень почувствовал, как под его ногами захрустела трава, резко покрывшаяся инеем, от, уже понятно, откуда взявшегося холода.       Малфой медленно повернул голову.       Чудовище, напоминающее парящее мертвое тело в чёрном балахоне.       Драко сжал зубы.       Под капюшоном обычно не видно лица, только там, где у человека находится рот, зияла щель, от которой исходила неистовая вонь.       Дементор, ростом примерно в три метра, медленно опустился к парню и теперь внимательно его разглядывал.       - Какой ты мерзкий, - проворчал Драко, кривя лицо. На самом деле, он их безумно боялся, ибо заклинание против них ему так и не поддалось.        Кожа у чудовища была лоснящаяся, сероватая, вся в слизи и струпьях, как у долго находившегося в воде утопленника.       Малфой медленно поднял руку и закатал рукав, демонстрируя метку.                                   Гарри ступил в помещение, открывавшееся за дверью, и навстречу ему поднялись ликующие голоса:       - ГАРРИ!        - Это Поттер, ПОТТЕР!        - Рон!       - Гермиона!        Перед глазами замелькали, смешиваясь, цветастые гобелены, лампы и множество лиц.        В следующую минуту его, Рона и Гермиону обступили, обнимая, хлопая по спине, ероша волосы, пожимая руки, человек двадцать, не меньше. Казалось, они только что выиграли чемпионат по квиддичу.        - Эй, ребята, уймитесь! - Крикнул Невилл, и толпа отхлынула, давая Гарри возможность осмотреться.       Комната показалась ему совсем незнакомой. Она была огромная и напоминала какой-то необычайно роскошный шалаш или невероятных размеров пароходную каюту.        Разноцветные гамаки свисали с потолка и навесной галереи, вившейся вдоль сплошных, без окон, стен, обшитых темными деревянными панелями и украшенных яркими гобеленами. Гарри увидел золотого льва на алом фоне - герб Гриффиндора, черного барсука Пуффендуя, вышитого на желтом, бронзового орла Когтеврана на лазоревой ткани и зелено-серебристая змея Слизерина, что чуть раскачивалась неподалеку, это больше всего удивило Поттера.       Ребята, что смотрели на золотое трио со сверкающими от радости глазами, сидели в одинаковой форме черного цвета, явно отличавшейся от официальной одежды факультетов.       Гарри заметил, на груди учеников, обновленный герб Хогвартса, с перекрещенными за ним мечами черного и белого цвета.        Здесь были так же битком набитые книжные полки, какие-то израненные манекены, несколько метел, прислоненных к стене, а в углу - большой радиоприемник в деревянном корпусе.       Большее внимание привлекли, вновь зашипевшие змеи, явно нерадостные, прибытию новых личностей.       - Где мы?       - В тайной комнате Салазара Слизерина, - наконец, подала голос Глэйс, улыбающаяся ребятам.       Гарри благодарно посмотрел на девушку, которая смогла поднять на свои плечи непосильную ношу защитницы и предводительницы нового восстания.       Она медленно подошла к каждому из них и крепко обняла.       Приглядевшись получше, он увидел много знакомых лиц.        Тут были близнецы Патил, Терри Бут, Эрни Макмиллан, Энтони Голдстейн и Майкл Корнер, а также половина слизеринцев.       Гарри вскинул бровь и тихо прошептал Силен на ухо:       - Не представляю, как тебе это удалось, - признался он, чуть улыбаясь.       Силен склонила голову и тоже улыбнулась.       - И не нужно.       - Ну, расскажите же нам, что с вами было, - сказал Эрни. - Каких только не ходило слухов! Мы старались следить за вами, слушая «Поттеровский дозор», - он показал на приемник. - Так вы не врывались в «Гринготтс»?        - Врывались! - выкрикнул Невилл. - И про дракона все правда!       Лицо Глэйс вытянулось от изумления.       Раздались громовые аплодисменты и вопли «Ура!».       Рон поклонился.        - А что вам там понадобилось? - с любопытством спросил Симус.       Ни один из троих не успел ответить вопросом на вопрос, как шрам Гарри пронзила страшная жгучая боль.       Гарри поспешно повернулся спиной к веселым заинтересованным лицам вокруг.       Силен мгновенно уловила боль Гарри и приложила руку к груди.       Поттер, пошатываясь, обливаясь потом, опираясь на подоспевшего на помощь Рона.       - Тебе нехорошо, Гарри? - донесся до него голос Невилла. - Хочешь присесть? Ты, наверное, устал, да?        - Нет, - ответил Гарри.       Он посмотрел на Рона и Гермиону, пытаясь без слов сообщить им, что Волан-де-Морт только что обнаружил пропажу очередного крестража.       Времени оставалось немного.       Если Волан-де-Морт решит теперь отправиться в Хогвартс, то их шанс упущен.       - Мы должны идти дальше, - сказал он и понял по выражению их лиц, что друзья обо всем догадались.       - А что мы будем делать, Гарри? - спросил Симус.        - В чем твой план? – тихо спросила Глэйс, вглядываясь в потемневшие омуты.        - План? - машинально повторил Гарри.        Он напрягал сейчас всю силу воли, чтобы не поддаться снова ярости Волан-де-Морта: шрам на лбу по-прежнему жгло.       - В общем, у нас - у меня, Рона и Гермионы - есть одно дело, поэтому нам пора уходить отсюда.        Теперь никто не смеялся.        Невилл выглядел сбитым с толку.       - Что значит «уходить отсюда»? – спросила Глэйс, озадаченная чувствами Гарри, что сейчас старались сдерживать бушующую волну внутри.       Она крепко взяла его за руку, чтобы хоть немного облегчить его страдания, переняв на себя, большую часть эмоций.       - Мы вернулись не за тем, чтобы остаться здесь, - Гарри потирал свой шрам, пытаясь смягчить боль, мысленно благодаря Силен. - У нас есть важное дело…        - Какое?        - Я… я не могу вам сказать.       Раздался глухой ропот.       Невилл сдвинул брови.       - Почему ты не можешь нам сказать? Речь ведь идет о борьбе с Сам-Знаешь-Кем, правда?       - Ну да…       - Тогда мы тебе поможем, - строго сказала Силен, бросая кроткий взгляд на сопротивление.       Остальные члены отряда закивали, одни с энтузиазмом, другие с торжественной важностью. Несколько человек вскочили со стульев, демонстрируя готовность к немедленному действию,поймав на себе восхищенный взгляд Глэйс.        - Вы не понимаете, - похоже, за последние несколько часов Гарри слишком часто приходилось повторять эту фразу. - Мы… мы не можем сказать вам. Мы должны исполнить это… одни.        - Почему? - спросил Невилл.        - Потому что…        Гарри так хотелось скорее броситься на поиски крестража или хотя бы обсудить наедине с Роном и Гермионой, откуда начинать поиски, что он никак не мог сосредоточиться.        Шрам у него все еще горел.        - Дамблдор поручил нам троим одно дело, - сказал он осторожно, - и не велел рассказывать… Он поручил его именно нам, нам троим.       - Мы - Объединенные силы Хогвартса, - ответил Невилл. - Мы все время держались вместе, сохраняли наш отряд, пока вы трое где-то скитались, - огрызнулся парень, в душе, от части, коря себя за это.       - Не то чтобы это была увеселительная прогулка, приятель, - откликнулся Рон.       - Я ничего такого и не говорю, но мне непонятно, почему вы нам не доверяете.Каждый находящийся в этой комнате боролся и оказался здесь потому, что его преследовали Кэрроу. Каждый из нас доказал на деле свою верность Дамблдору - верность тебе, Гарри. Силен смогла уговорить пол Слизерина, чтобы те присоединились...       Ребята усиленно закивали, показывая свою готовность.       Глэйс молчала, прекрасно понимая, чувства мальчика со шрамом.       У каждого были свои скелеты в шкафу и иногда, даже самым верным друзьям, лучше ничего не рассказывать, для их же блага.       Силен бросила взгляд на Асторию, что стояла поодаль с грустным взглядом.       - Подумай, - начал Гарри, сам не зная, что собирается сказать, но это оказалось не важно: дверь туннеля за его спиной распахнулась.       - Мы получили твое письмо, Невилл! Привет всей троице, я так и думала, что вы здесь!        Это были Полумна и Дин.       Симус вскрикнул от радости и бросился обнимать своего лучшего друга.        - Всем привет, ребята! - весело сказала Полумна. - Как же здорово вернуться домой!        - Полумна, - встревоженно спросил Гарри, - что ты здесь делаешь? Как ты…        - Я послал за ней, - Невилл высоко поднял фальшивый галеон. - Я обещал, что извещу их, если вы появитесь. Мы все думали, что ваше возвращение будет означать революцию. Что тогда мы сбросим Снегга и Кэрроу.       - Невилл стал нашим главным каналом связи, - согласилась Силен, гордо взирая на Долгопупса.       - Конечно, именно это оно и означает, - сияя, сказала Полумна. - Правда, Гарри? Теперь-то мы их выбьем из Хогвартса?        - Успокойтесь, - предупредительно сказала Силен, оглядывая взволнованный отряд, она чувствовала как в Гарри нарастает паника, а потому, сжала его руку чуть сильнее.        - Мне очень жаль, но мы вернулись не за этим. Нам нужно сделать одно дело, а потом…       - Вы собираетесь бросить нас в этом дерьме? - спросил Майкл Корнер.       - Корнер! - вскрикнула Глэйс.       - Нет! - воскликнул Рон. - То, что мы хотим сделать, пойдет, в конце концов, на пользу всем, ведь это затем, чтобы избавиться от Сами-Знаете-Кого…       - Тогда возьмите нас в помощь! - сердито крикнул Невилл. - Мы тоже хотим в этом участвовать!        Гарри обернулся на новый шум у них за спиной.        Сердце его упало: теперь из отверстия в стене появились Фред, Джордж и Ли Джордан.       Гарри только сейчас перевел взгляд на Джинни, которая вышла откуда-то из задней двери.       Джинни приветствовала Гарри сияющей улыбкой.       Он уже забыл, а может быть, никогда раньше не замечал, как следует, до чего она красива, и никогда не был меньше рад ее видеть.        - Аберфорт уже начинает сердиться, - Фред помахал рукой, отвечая на приветственные возгласы. - Он хотел заснуть, а тут его трактир превратили в вокзал.       Фред, заметив до боли знакомые красные волосы, бросился к Силен, чуть не сшибая девушку с ног.       Глэйс почувствовала, как начинают хрустеть кости, под сильной хваткой рыжеволосого парня.       - Все, пусти, задушишь, ведь, - строго сказала Силен, хотя блестящие глаза, выдавали искреннюю радость.       - Прости, - он тут же выпустил девушку из объятий и смущенно почесал затылок, весело улыбаясь.       Джордж же был чуть недоволен, ведь ему пришлось оставить Марис без особых объяснений причины. А она, уж умеет закатывать крутые скандалы - таков был ее нрав. Она чувствовала с самого начала, что ребята что-то скрывают, но старалась молчать, а тут, ее оставили одну в промозглом городе, слезно пообещав вернуться. Джордж знал, как это важно, поэтому, чмокнув девчонку на прощанье в нахмуренный лоб, исчез в ночной тиши. Уизли смущенно кивнул Глэйс и отошел к ликующей толпе, стараясь не вспоминать, блестящие от слез, глаза Харрисон.       У Гарри отвисла челюсть.       Сразу за Ли Джорданом в отверстии появилась Чжоу Чанг, его бывшая подружка, и улыбнулась ему.        - Я получила известие, - сказала она, показывая свой фальшивый галеон, прошла и села рядом с Майклом Корнером.       - Так в чем ваш план, Гарри? - спросил Джордж.       - Да нет никакого плана, - ответил Гарри, совершенно сбитый с толку внезапным появлением всех этих людей и неспособный соображать из-за жгучей боли в шраме.        - То есть мы будем составлять его по ходу? О, это я люблю! - сказал Фред, сжимающий руку Глэйс.       - Послушай, прекрати это все! - Крикнул Гарри Невиллу. - Зачем ты всех их сюда созвал? Это же безумие…       - Мы ведь на войне, правда? – спросила Гарри Силен. - И мы готовы пойти в бой, - рассуждала Силен, - мы можем помочь..        - Пришло известие, что Гарри вернулся и мы готовимся к бою! Мне бы, конечно, волшебную палочку… - признался Дин.       - У тебя нет палочки? - удивился Симус.       Рон вдруг обернулся к Гарри:        - Почему они не могут помочь?        - Что?       - Они могут нам помочь, - он понизил голос и сказал так тихо, что слышать его могла только стоявшая между ними Гермиона: - Мы ведь не знаем, где он. Нам нужно найти его побыстрее. Необязательно говорить всем, что это крестраж.       Гарри перевел взгляд с Рона на Гермиону, которая шепнула совсем тихо:        - Я думаю, Рон прав. Мы ведь даже не знаем, что мы ищем, нам нужна помощь…       Силен, вдруг, ощутила странное чувство, будто в комнату проникло знакомое ощущение тепла, да, еще такое сильное, что кончики пальцев стало покалывать.       Глэйс тряхнула головой, стараясь отогнать странное, охватившее все тело, чувство.       - Ты не должен все делать в одиночку, Гарри, - сказала Силен, оборачиваясь к Поттеру, чуть ухмыляясь.        Гарри напряженно думал, хотя шрам по-прежнему щипало, а голова раскалывалась.                     Драко медленно, точно зверь из засады, подошел к самой плохо освещенной стене и прислонился к ней спиной, сложив руки на груди, внимательно скользя взглядом по знакомым и не очень лицам.              - Мы собрали всех, под одним началом, чтобы защитить Хогвартс и всех учеников, в этой страшной войне, здесь все хотят помочь, даже,- она понизила голос, - если помощь будет для тебя незначительной,- продолжала Силен убеждать Поттера, сверля его взглядом, полным огня.       Он увидел ее.       Все те же, сверкающие зеленым глаза, полные решимости; такие же яркие волосы, что были собраны в хвост и теперь покорно лежали на ее плече; тонкие черты лица, и голос..такой родной..полный силы.       И рука, сжимающая Фреда Уизли.       Драко нахмурился, сжав ткань свитера тонкими пальцами.              - Хорошо, - обратился Гарри к собравшимся в комнате, и тут же наступила полная тишина.        Джордж, развлекавший шуточками тех, кто сидел поблизости, замолк на полуслове, и все уставились на него с взволнованной готовностью.        - Нам нужно найти одну вещь, - сказал Гарри. - Одну вещь… которая поможет нам одержать победу над Сами-Знаете-Кем. Она находится здесь, в Хогвартсе, но мы не знаем где. Возможно, она принадлежала Кандиде Когтевран. Слышал кто-нибудь о подобном предмете? Например, о вещи, отмеченной ее орлом?       - Когтевранцы, припоминаете что-нибудь? - обратилась к ребятам Глэйс.       Поттер с надеждой посмотрел на маленькую группу когтевранцев: Падму, Майкла, Терри и Чжоу, однако ответила ему Полумна, присевшая к Джинни на подлокотник кресла.        - Ну, есть ведь ее потерянная диадема. Я рассказывала тебе о ней, Гарри, помнишь? Исчезнувшая диадема Кандиды Когтевран. Мой отец пытался создать ее копию.       - Да, Полумна, но исчезнувшая диадема, - сказал Майкл Корнер, закатывая глаза, - она именно что, исчезла. Вот в чем загвоздка.       Драко тихо фыркнул.       - Когда она исчезла? - спросил Гарри.       - Говорят, много веков назад, - откликнулась Чжоу, и сердце у Гарри упало. - Профессор Флитвик рассказывал, что она исчезла вместе с самой Кандидой. Диадему искали, но, - она обратилась к остальным когтевранцам, - никаких следов обнаружить не удалось. Или я ошибаюсь?       Все покачали головами.       - Простите, а что вообще такое «диадема»? - спросил Рон       - Что-то вроде венца или короны, - ответил Терри Бут.       - Говорят, что диадема Кандиды Когтевран обладала магическими свойствами - она придавала ума тому, кто ее наденет, - Силен приложила палец к губам, раздумывая.       - Да. Сифоны для мозгошмыгов, которые мой отец…        Но Гарри не дал Полумне договорить.       - И никто из вас никогда не видел ничего, что было бы на нее похоже?       Все снова покачали головами.       Гарри взглянул на Рона и Гермиону и увидел в их глазах отражение собственной растерянности.       Вещь, исчезнувшая так давно и, судя по всему, бесследно, вряд ли могла быть крестражем, спрятанным в замке… Но не успел он сформулировать следующий вопрос, как снова раздался голос Чжоу:        - Гарри, если хочешь посмотреть, как эта штука должна была выглядеть, я могу отвести тебя в нашу общую гостиную и показать. Там у нас статуя Кандиды с этой диадемой на голове.       Гарри снова почувствовал боль в шраме.       Силен отступила от Фреда и взяла Гарри за плечи.       Он медленно поднял на нее затуманенный болью взгляд.       Времени оставалось немного.        - Он в пути, - спокойно сказал Гарри Силен. Потом перевел глаза на Чжоу и снова на нее. - Слушайте, я понимаю, что толку от этого немного, и все же я пойду и взгляну на статую, чтобы знать хотя бы, как эта диадема выглядит.       Чжоу поднялась, чтобы идти, но тут Джинни резко сказала:       - Нет, вот Полумна может проводить Гарри. Правда, Полумна?        - С удовольствием! - Радостно откликнулась Полумна, и Чжоу опустилась обратно в кресло.       Вид у нее был расстроенный.       Силен мысленно усмехнулась, поглядывая на Джинни, с ног до головы покрытую ревностной аурой.       - Осторожнее, Гарри, по ночам коридоры патрулируют, - предупредила его Глэйс.        - Ничего, - ответил Поттер.       - Я покажу как выйти, - сказала Силен и ненадолго исчезла с ребятами в дверном проеме.       Звонкие хлопки, заставили отряд обернуться и тут же ахнуть.       - А вы, достаточно, сплоченные ребята, оказались, - тихий голос Драко прокатился по рядам, заставляя подскочить многих со своих мест, доставая палочки.       - Тебя еще нам не хватало! – Взревел Невилл выставляя палочку вперед, призывая всех, к повторному действию.       Панси ахнула и тут же прикрыла рот рукой.       Она хотела было ринуться к другу, но заботливая рука Блейза, ее остановила.       Забини так и остался сидеть в кресле, пристально посматривая на блондина. Ферн стоял позади Блейза, точно охранник, пытаясь припомнить, где видел этого бледного юношу.       Теперь, в лицо Драко целилось множество волшебных палочек, но он и бровью не повел, только улыбнулся.       - Пожиратель Смерти! Проваливай, по-хорошему, - прорычал Терри.       Астория опасливо поглядывала то на блондина, то на восстание, никак не решаясь, что именно ей делать.       Драко приподнял бровь и скептически осмотрел собравшихся.       - Да, у вас кишка тонка, для убийства, - усмехнулся он.       - На тебя хватит, - выплюнул Симус, не обращая внимания на Дина, что дергал его за рукав рубашки.       Повисла тишина.       - Что случилось? – сказала Глэйс, проходя вперед, расталкивая восстание, когда она подняла глаза на незваного гостя, внутри все опустилось, - Не может быть…       Малфой перевел взгляд на Силен.       Он только сейчас заметил, как щемит его сердце от одного ее вида.       Силен нахмурилась, явно не веря в происходящее.       Она вышла вперед.       Девушка медленно мазнула взглядом по блондину.       Ей показалось, всего на мгновенье, что его холодные глаза, блеснули синим.       - Давно не виделись? – Драко улыбнулся, и уже было хотел подойти ближе, но Глэйс тут же вытащила палочку и направила ее в самое сердце блондина. - Воу, не вежливо так встречать...       Он поднял руки, показывая, что безоружен.       И это была правда, свою палочку он передал Поттеру еще в поместье.       - Откуда я могу быть уверена, что это ты, а не чье-нибудь оборотное зелье? – сказала девушка, чуть прищурившись.       Драко обратил внимание, как ей идет новая форма и строгое выражение лица.       Он мог видеть только один ярко-зеленый глаз, второй, почему-то был скрыт челкой.       Но и этого было достаточно, чтобы установить контакт.                     «Потрясающая...», – вдруг, пронеслось в голове у блондина.                     - Скажи мне что-то, что можем знать, только мы двое, - сказала она, сверля взглядом, возможного врага.       Драко на секунду задумался, а затем расплылся в усмешке.       - Боюсь, ты будешь против, если я скажу нечто подобное, - он поднял бровь.       Силен подошла ближе, сильнее вдавливая палочку в грудь Малфоя.       - Скажи, - скомандовала она.       Он сложил руки на груди, не отводя взгляд от невероятно зеленых глаз.       - Я и забыл, что ты можешь быть такой властной, - прошептал он.       Отряд стоял позади, так же нацелившись и даже не дрогнув, ожидая лишь приказа красноволосой предводительницы.       Хотя, многие, уже были в нетерпении.       Драко развел руки в стороны.       - Этого недостаточно?       - То, что ты надел свитер, что я подарила Драко и браслет, еще ни о чем не говорит.       Кто-то тихо перешептывался.       Драко устало выдохнул, оглядев собравшихся учеников.       Он заправил волосы назад и спокойно посмотрел Глэйс в глаза.       Силен боролась с желанием, броситься ему на шею или тут же убить на месте.       Перед ней мог стоять кто угодно, приняв проклятое зелье.       - Ты любишь собирать фигурки фантастических существ, выходящих в спецвыпусках журнала Саламандра, но боишься в этом признаться, думая, что тебя не будут воспринимать в серьез, и прячешь их в магловской коробке из под обуви..       - Так вот, что это за коробка, что она вечно с собой таскает..- тихо произнесла Астория.       Драко тем временем продолжал.       - Твой любимый фильм «Грязные танцы», а всем рассказываешь, что «Унесенные ветром», однако для тебя он был слишком сопливым и скучным…       - Теперь понятно, почему ты на нем заснула..- проговорил Фред, укоризненно, поглядывая на Глэйс.       При виде девушки, что кусала губы, смотря на того самого человека, у Фреда внутри что-то сильно сжалось.       - Ты постоянно пытаешься сделать на моей голове подобие косичек,- усмехнулся парень, - это мило, хоть я и говорю, что это «гейство»…- признавался блондин, чуть краснея.       Лицо Глэйс начало расслабляться, а палочка задрожала в руках.       Драко обезоруживающе улыбнулся, опуская взгляд.       - Ты любишь напевать песни с пластинок группы «Kiss», думая, что никто тебя не слышит…а потому, всегда смешно танцуешь..       Силен не дала ему продолжить, опустив палочку и бросившись в теплые объятия Драко.       Она с такой силой его сжимала, будто он мог раствориться здесь и сейчас, точно сон.       Глэйс уткнулась носом в его шею и тихо вдохнула.       Яблоки…Свежая мята..Дорогой одеколон, вперемешку с запахом свежего пергамента.       Он дрожащей рукой поглаживал ее по спине.       - Боже, это правда ты.. – тихо шептала девушка.       Цепи, что все это время сдерживали две души, истосковавшихся друг по другу, дружно рухнули куда-то вниз.       Драко зажмурился, к горлу подступил ком, что полгода сидел в его сердце, не давая вырваться наружу.       Они совершенно позабыли, что вокруг столпились ребята, тихо перешептываясь.       Сейчас, существовали только они двое.       И остальное, было не важно.       - Все хорошо, это я, - его руки блуждали по ее телу, стараясь нащупать каждый сантиметр, словно желал убедиться, что это вовсе не иллюзия, что выдавал его разум.       Они бы простояли так еще долго, если бы не тактичное покашливание Невилла.       Силен тут же покраснела и отпустила Малфоя, оборачиваясь к восстанию.       - Можете опустить палочки, - сказала она, успокаивая ребят.       - Нас, все же смущает то, как он смог пробраться в Хогвартс, - строго сказал Джордж, поглядывая то на Драко то на Силен.       Драко закатал рукав, демонстрируя, уже изрядно, надоевшую метку.              «Как только все закончится, я найду способ от нее избавиться», – пообещал себе Малфой.                     - Я показал ее дементору, что сторожил один из проходов, и он с радостью меня впустил, - усмехнулся блондин.       Слизеринцы опасливо поглядывали на своего одноклассника, явно не решаясь опускать палочки.       - Успокойтесь, и прекратите уже тыкать палочками, - строго сказала Силен.       Некоторые опустили, а половина, повторяя за Фредом и Невиллом, все же, остались в исходном положении.       - И что, зачем ты пришел? – Спросил Фред, бросив презренный взгляд на Драко.       Его сердце еще приходило в себя от внезапной сцены чужих объятий, что должны были принадлежать ему.       - Помочь? – Развел руками блондин.       Ему уже надоела эта дискуссия, хотелось поскорее схватить Силен за руку и увести от чужих глаз подальше.       - Чем ты, Пожиратель Смерти, можешь помочь?! – Не унимался Невилл.       - Долгопупс, - Силен смерила его холодным взглядом, от чего парню стало не по себе и он сглотнул, - опусти палочку, и вы все тоже, - повысила голос Глэйс,- он на нашей стороне.       Драко демонстративно положил ладонь на талию Силен, вызвав странную гримасу на лице Фреда.       - Именно, - согласился он, - или вам не нужна помощь?       Кто-то потупил взгляд, другие отступили, опуская, наконец, палочки.       - Ты ручаешься за него? – Нервно спросил Невилл.       - Да.       Рука на талии непроизвольно сжалась.       Долгопупс кивнул и тоже опустил палочку. Глэйс сделала для них слишком много, пожертвовав всем, что у нее было, а потому, не верить предводителю, смысла не было.       Силен заметно выдохнула.       - Здесь есть место, где мы сможем побыть, - начал шептать Драко, склоняясь к уху Глэйс и делая многозначительный взгляд в сторону Уизли, - наедине?       Силен кивнула, явно смущенная теплым дыханием.       - Всем быть начеку, Поттер может вернуться в любую минуту и ему может понадобиться помощь, - проговорила Глэйс, - я скоро вернусь.       С этими словами они покинули эту часть комнаты и направились в сторону потайной двери.       - Ага, как же скоро, - усмехнулась Панси, коварно поглядывая на Блейза, что тут же ей подмигнул.                            Силен взяла парня за руку и провела к дальней стене, в которой находилась не то кладовая, не то просто старая комната в которой хранился различный хлам, что Салазар решил больше не использовать.       Она была столь маленькая, что еле могла вмещать двух человек.       Пыль осторожно падала на пол, видимая только под лунным светом, что пропускало, заляпанное чем-то древним, окно.       Драко только успел закрыть дверь и резко развернулся.       Он взял ее лицо в свои руки, вглядываясь в такие родные глаза, вот только челка мешает.       Когда его пальцы коснулись красных волос, Глэйс отвернулась.       - Что такое? – Шепотом спросил он.       - Не..не нужно..- Глэйс отвернулась, кусая губы.       Больше всего на свете, ей не хотелось, чтобы он смотрел на нее с отвращением, когда увидит, во что она превратилась. И, хоть симптомы, проявились только в безумной регенерации, это еще не говорило о том, что она не стала чудовищем.       - Почему? – Драко недоумевал.       Он подошел к девушке сзади и приобнял, стараясь развернуть к себе лицом, но та сопротивлялась.       - Да, что с тобой? – Негодовал Драко, чуть повышая голос от нетерпения.       Силен вздохнула и медленно обернулась к нему лицом.       - Тебе не понравится..- начала она шепотом.       - Что? – Драко нахмурился.       Он осторожно прикоснулся холодными пальцами к ее лицу и заставил посмотреть на себя.       - Чего ты боишься?       - Я не хочу, чтобы тебя воротило от моего вида.       - Что за чушь ты несешь? – Скривился Малфой.       Глэйс закусила губу, когда его пальцы дотронулись до челки, заправляя ее наверх и открывая вид на шрамы, что уже понемногу светлели.       Она опустила ресницы, стараясь не показывать белесый глаз.       - Посмотри на меня, - тихо проговорил он.       Такой невероятно повелительный тон, заставил Силен подчиниться.       Его взгляд скользнул по ранам, останавливаясь на бесцветном глазу, чуть поблескивавшему в лунном свете.       В мысли Драко, неистово ворвались воспоминания той злополучной ночи.              Силен упала на колени.       Горячая кровь заливала ее лицо.       - Нет!!! - крик Малфоя утонул в завываниях Фенрира.              Теперь он понял, чего девушка так боялась.       - Ты такая дурочка, - сказал он и осторожно поцеловал ее в бывший ярко-зеленый глаз, затем, так же нежно коснулся губами ее шрамов, проводя дорожку из поцелуев, не упуская и миллиметра ее лица.       Глэйс вздрогнула.       - Больно? – Драко встревожился.       - Нет, теперь, нет, - тихо сказала она, чуть привстав на носочки.                     - Сюда, Гарри, - чуть слышно выдохнула Полумна, беря его за рукав и подталкивая к винтовой лестнице. Они стали подниматься по головокружительной спирали.       Гарри никогда раньше не приходилось здесь бывать.       Наконец, они добрались до двери.       На ней не было ни ручки, ни замочной скважины: сплошное полотно из старинного дерева и бронзовый молоток в форме орла. Полумна протянула бледную руку, казавшуюся в полумраке призраком, отдельным от тела, и один раз стукнула по двери.       Этот тихий стук прозвучал в ушах Гарри пушечным выстрелом. Клюв орла открылся, но вместо птичьего клекота оттуда раздался нежный мелодичный голос:       - Что было раньше, феникс или огонь?       - М-м… Как ты думаешь, Гарри? - Спросила Полумна.        - Что? Разве тут нужен не просто пароль?        - Нет, - отозвалась Полумна. - Нужно ответить на вопрос.        - А если ответишь неправильно?       - Что ж, тогда придется подождать кого-нибудь, кто сумеет ответить правильно, - сказала Полумна. - Так вот и учишься, понимаешь?       - М-мда… Беда в том, что нам сейчас некогда дожидаться других, Полумна.        - Я понимаю, - серьезно ответила Полумна. - Думаю, ответ такой: круг не имеет начала.        - Верное рассуждение, - сказал голос, и дверь распахнулась.       Общая гостиная Когтеврана оказалась большой круглой комнатой, полной воздуха, Гарри никогда не видел в Хогвартсе такого просторного помещения.       Стены прорезывали изящные арочные окна с шелковыми занавесями, переливавшимися синевой и бронзой.       Днем когтевранцам, должно быть, открывается отсюда чудесный вид на окружающие горы.       Куполообразный потолок был расписан звездами, такими же, как на ультрамариновом полу. Здесь были столы, кресла, книжные шкафы, а в нише напротив входа стояла статуя из белого мрамора.        Гарри узнал Кандиду Когтевран по гипсовому слепку, который видел дома у Полумны. Статуя стояла у двери, которая вела, вероятно, к спальням этажом выше.       Он зашагал прямо к мраморной женщине, глядевшей на него с загадочной полуулыбкой; в ее красоте было что-то слегка пугающее.        Голову статуи венчало воспроизведенное в мраморе изящное украшение, напомнившее ему диадему, которая была на Флер в день ее свадьбы.       На нем что-то было выгравировано мелкими буквами.       Гарри сбросил мантию невидимку и взобрался на постамент, чтобы прочесть надпись:

«Ума палата дороже злата».

- Так что ты, похоже, беднее последнего нищего, дурак безмозглый, - насмешливо прокаркал хрипловатый голос.        Гарри резко повернулся, сорвался с постамента и упал на пол.        Над ним выросла сутулая фигура Алекто Кэрроу, и, прежде чем Гарри успел направить на нее волшебную палочку, Алекто прижала мясистый палец к черепу и змее, выжженным на ее запястье.                     Драко смотрел на Силен, прикусывая нижнюю губу.       Сколько боли она испытала?       Из-за него и не только..       Сколько горьких слез текло по этим пухлым щекам, заставляя ее кричать в подушку от беспомощности и отсутствия поддержки?       Он обнимал ее.       Сильно и крепко.       Шепча в темноте.       - Прости, прости меня, - боролся он с собой, сдавливая Глэйс в горячих объятиях вперемешку с жаркими поцелуями, - я виноват, что оставил тебя…       Глэйс с силой сжимала, до боли в пальцах, знакомый свитер.       - Прости, что не говорил тебе этого раньше..боже, я так виноват…       Драко чувствовал, как ее сердце понемногу раскрывается, обнажая перед ним всю боль и горечь, что копилась до этого момента.       Он сам не заметил, как медленно опустился на колени, пряча лицо в теплых руках девушки, умоляя о прощении, покрывая ладони мокрыми поцелуями.       Силен чувствовала, как горячие слезы парня, тихонько проскальзывают, сквозь ее пальцы.       - Ты..ты пережила это все одна, - рычал он.       Глэйс зажмурилась.       - Встань, сейчас же..       - Нет, я не..могу, - молил он, его голос прервался на тихие всхлипы, а колени дрожали, - прости, прости меня, пожалуйста..я больше никогда, не посмею оставить тебя.. Его губы легко касались ее ладоней, когда он говорил.       Глэйс медленно взяла его лицо в руки, заставляя посмотреть на себя. Он тут же превратился из надменного мальчишки в виноватого котенка, что вымаливал прощение от всего сердца, лишь только перед ней одной. Только Силен, могла видеть его таким открытым. Только ей позволено так вертеть его чувствами, что он готов был захлебнуться в них.       - Прекрати, ты не должен извиняться, - говорила она ему в тишине, наблюдая за мокрыми дорожками на его щеках.       Драко до боли кусал губу, чувствуя, как становиться беспомощным, под этим родным и добрым взглядом зеленых глаз.       - Я мог потерять тебя в любой момент…- сердце молодого парня сильно сжималось, отдаваясь тупой болью во всем теле. Его лицо скользило по ее рукам, получая заслуженное тепло, что он так жаждал, - я люблю тебя, люблю…- он чувствовал, как его душа легко вздохнула после этих слов.       Девушка замерла.       - Ч..что?       - Я люблю тебя, больше жизни..- еле слышно проговорил парень, тыкаясь холодным носом в разгоряченную ладонь Глэйс.       Силен медленно опустилась на колени.                     Каков поцелуй после долгой разлуки?       Он самый желанный.       Когда твои губы снова и снова прикасаются к его губам, после долгого отсутствия, и вспоминают каждый изгиб, каждый миллиметр.       Вот оно.       Моё.       Снова рядом.       Снова, можно целовать сколько и когда захочется.       Руки, блуждающие, воспроизводящие в памяти каждый сантиметр родного тела.       Драко пытается быть осторожным, но такие горячие и, чуть припухшие губы Силен, не дают ему покоя.       Он чувствует уже родной жар, исходящий от ее тела.       Они оба встают, придерживая друг друга.       Малфой чуть прикусывает ее нижнюю губу, слегка оттягивая ее на себя.       От резкого напора, он впечатывает девушку в стену, вызвав при этом, сладкий стон из ее уст. - Ах..       Он пытается насытится ее присутствием, проникая горячим языком сквозь приоткрытые губы, так страстно жаждущие его всего. Как же быстро котенок может превратиться в тигра..       Силен с силой сжимает его свитер, прижимая к себе и не собираясь отпускать.       - Я больше никогда тебя не оставлю, - шепчет он сквозь поцелуй.       - Кажется, ты это ..уже обещал, - с укором и улыбкой на лице произнесла Силен, задыхаясь.       Драко взял ее руку в свою.       Их пальцы переплелись, передавая тепло друг другу.       - Больше, никогда… я клянусь.. всем, что у меня есть, - шепчет он, впиваясь в ее шею и осыпая лицо нетерпеливыми поцелуями.       Он почувствовал привкус соли, на горячих щеках.       Его сердце сжалось.       Бесконечный, терпкий поцелуй, отдавался теплом в двух сердцах, истосковавшихся по родному человеку.       Силен осторожно провела языком по нижней губе Драко, беря инициативу в свои руки и поддаваясь на встречу его руке, что беспрестанно гладила ее изгибы, повторяя формы и очертания.       Второй, он все еще крепко сжимал ее руку, не желая отпускать.       Она чувствовала, как сильно бьется его сердце, выстукивая ритм в юношеской груди.       Звуки липких поцелуев отдавались эхом от глухих стен, возбуждая в молодых телах страстное желание, вновь слиться воедино.       Драко, снова спустился к ее шее, подцепляя языком цепочку с маленькой метлой, оттягивая ее на себя и сжимая зубами.       Желание, страсть, горечь разлуки, любовь, все смешалось в этом чувственном поцелуе в тихой комнатке, чуть освещенной лунным светом из окна.       Драко медленно провел рукой по ее бедру, в тесных штанах, поднимаясь выше, задевая кончиками холодных пальцев черную рубашку, оголяя при этом, сладкий участок кожи.       Другая его рука осторожно легла на ее волосы, оттягивая красный хвост и предоставляя еще больше пространства, в виде прекрасной, молочно-розовой шеи, на которой с силой билась жилка.       Драко ласково коснулся губами и провел сладкую, мокрую дорожку, заканчивающуюся терпким укусом в ключицу, когда его руку пронзило неимоверное жжение.       - Драко, что такое?!       Парень вскрикнул. - Черт...       Он отступил от Глэйс на шаг и быстро закал рукав.       Его метка стала неистово черной и теперь двигалась на руке, вызывая неимоверную боль. Малфой нахмурился, его дыхание прерывалось.       Силен смотрела, округлившимися от замешательства, глазами то на Драко, то на его руку.       Он поднял хмурый взгляд на девушку.       - Он скоро будет здесь.