Истинная любовь демонической принцессы

К недовольству Ло Бинхэ, потребовалось несколько недель, прежде чем Ша Хуалин и Мэнмо решили, что она достаточно окрепла, чтобы отправится в северные земли. — Ну куда ты поедешь?! — возмущался Мэнмо. — Ты обескровлена, течение ци по твоему телу было затруднено в течение нескольких дней, да ты свалишься, как только сядешь на коня. Будет тебе уроком! Не будешь пытаться подчинять себе чужой дух, используя свою кровь. Только долгим трудом, постепенным подавлением воли можно достичь правильного результата! Если бы ты не приказала ему убить себя, твоя наскоро созданная марионетка обезумела бы, и ничто не смогло бы тебя спасти! — Но ведь я все же могу использовать свою кровь, чтобы ускорить процесс подчинения? — заинтересовалась Ло Бинхэ. — Не в таких количествах. И регулярно. Совмещая с проникновением в сны. Тогда, да, будет быстрее. Того, что ты дала тому человеку должно быть достаточно. Кстати, на твоем месте я бы не говорил Ша Хуалину о том, что заклинатель пил твою кровь. — Почему? — Испить кровь друг друга — давний свадебный обычай. Можно всегда знать, где находится супруг, и говорит ли он тебе правду. Такое, правда, могут только священные демоны, но традиция распространилась по всему Царству. — Цю Хайтан ведь мою кровь не пил. — Можешь попробовать проверить, убедит ли это молодого Ша, или ты лишишься своего драгоценного свидетеля против Шэнь Цинцю. Ша Хуалин предсказуемо невзлюбил Цю Хайтана сразу же. — Тебе так нравится этот чудик? Думаешь, он сможет тебя защитить? — говорил он. — Такие забитые слабаки только кажутся тихими и беспроблемными. Он решил отправиться в Царство демонов в одиночку и без подготовки. Не похоже на проявление ясного ума. Лучше прогони его, пока он совсем не обезумел. — Он мне не нравится, я хочу использовать его против Шэнь Цинцю, — успокаивала его Ло Бинхэ. — Цю Хайтан мне очень нужен, и если с ним что-нибудь произойдет, я очень сильно расстроюсь. Хотя ее действительно несколько потрепало, это стоило того, чтобы встретить Цю Хайтана. Теперь, когда у нее появился очевидец злодеяний Шэнь Цинцю, она чувствовала, что получила власть над бывшей наставницей. «Думаешь, ты меня превосходишь, лишь потому, что я демон? Считаешь, что можешь распоряжаться мной, как тебе хочется, а потом избавиться за ненадобностью? Погоди, пока я доберусь до тебя, Шэнь Цинцю. Теперь, когда я так много о тебе узнала, куда ты денешься? Как собираешься оправдывать себя перед советом заклинателей, если я тебя раскрою? Тебе придется умолять, чтобы я тебя простила!» В ночь перед долгожданным отъездом Ло Бинхэ поудобнее устроилась в постели. Пусть Ша Хуалин и Мэнмо не дают ей изучать книги и улучшать боевые навыки, настаивая на том, что она должна отдыхать и набираться сил, у Ло Бинхэ еще остался способ оттачивать свои способности. Она настолько овладела искусством сотворения грез, что Мэнмо больше не мог без разрешения проникнуть в ее Царство снов. Поэтому Ло Бинхэ каждую ночь беспрепятственно упражнялась создании видений, и с каждым разом они удавались все более и более правдоподобными. Ло Бинхэ осталась довольна результатом. Бамбуковая хижина выглядела точно так, как она ее запомнила. Аккуратно сложенные книги, изящные свитки на стенах, простая, но утонченная мебель, которую умеют делать только на пике Аньдин. Обстановка, конечно, была бы неполной без хозяйки дома. Только вместо обычной расслабленной позы руки у нее были крепко связаны вервием бессмертных, а на глазах алела шелковая лента. Ло Бинхэ провела рукой по нежной коже двойника Шэнь Цинцю. Фальшивая наставница никуда не могла от нее деться. Когда-нибудь и настоящая окажется в точно таком же положении, и ей придется привыкать к тому, что Ло Бинхэ будет беспрепятственно касаться ее каждый раз, когда захочется. А пока точная копия Шэнь Цинцю попыталась увернуться от ее руки, но Ло Бинхэ крепко схватила ее за подбородок и положила палец на губы. Они оказались более мягкими, чем думала Ло Бинхэ, но их обладательница не стала сидеть смирно, давая Ло Бинхэ насладиться ощущениями, а со всей силы вцепилась в ее руку зубами с такой яростью, что смогла прокусить тонкую кожу Ло бинхэ, и капли ее крови попали в рот Шэнь Цинцю. — Учитель, будьте осторожны. Раз так получилось, вы должны все проглотить. Кровь священных демонов очень ценная и обладает особыми свойствами, нельзя, чтобы она пропала зря. Ло Бинхэ засмеялась, наблюдая как на лице Шэнь Цинцю, которая среди заклинателей заслуженно считалась наиболее сведущей в видах демонов и их способностях, появляется осознание того, что она себе же сделала хуже. Мысль о том, как ее кровь постепенно заполняет тело Шэнь Цинцю, оказалась на удивление возбуждающей. Ло Бинхэ тут же призвала кинжал и расширила свою небольшую ранку. — Пей, — сказала Ло Бинхэ, протягивая Шэнь Цинцю истекающую кровью руку. На лице у учителя появилось презрительное выражение и, не подчинившись, она плюнула Ло Бинхэ в лицо. «Сука», — взбесилась Ло Бинхэ и схватила Шэнь Цинцю за горло. Она зажала заклинательнице нос и потянула за него наверх, заставив Шэнь Цинцю задрать горло. Ло Бинхэ немного подождала, пока она стала хватать ртом воздух и окровавленной рукой схватила ее за язык, продвигая пальцы глубже, заставляя Шэнь Цинцю сглатывать ее кровь. — А ты знаешь, — спросила она, поглаживая язык Шэнь Цинцю, — что обмен кровью — часть брачного ритуала у демонов? Лицо Шэнь Цинцю скривилось больше, чем когда она узнала, что Ло Бинхэ демон. — Что? — издевательски засмеялась Ло Бинхэ. — Неужели, учитель думает, что я хочу взять ее в жены? «Нельзя дать ей понять, как сильно она на меня влияет. Она должна думать, что я все это делаю, только чтобы унизить ее. Иначе эта мерзкая женщина найдет способ, как снова меня обдурить», — подумала Ло Бинхэ. — Почему ты так расстраиваешься? Разве в моей крови есть что-то плохое? Разве она не поспособствует установлению доверительных отношений между нами? — Ло Бинхэ залезла к Шэнь Цинцю на кровать и обняла ее. — Теперь учитель не сможет соврать мне. И я всегда буду знать, где ты находишься. Если вдруг ты потеряешься, я смогу тебя найти, где бы ты не находилась. А если ты поранишься, я тут же тебя вылечу, сколько бы раз не потребовалось. Шэнь Цинцю слегка вздрогнула в ее руках, и Ло Бинхэ поняла, что она представила, как Ло Бинхэ ломает ей руки и ноги и излечивает их только для того, чтобы сломать снова и снова. — Будешь послушной? — улыбнулась она учителю. — Сдохни, ты, тварь нечеловеческая. Как была дрянью, так и осталась. Ты со мной одним воздухом дышать недостойна, не то что указывать мне, что делать, — прошипела Шэнь Цинцю и снова плюнула в Ло Бинхэ. Ло Бинхэ с трудом сдержала подступающую к горлу ярость. «Нельзя поддаваться на ее провокации. То, что она говорит сейчас — всего лишь игра моего воображения. Настоящая Шэнь Цинцю — мастер обмана и манипуляций. Ее слова будут гораздо острее и, наверняка, попадут в мои слабые места. Если не научусь держать себя в руках, она найдет способ управлять мною, — подумала Ло Бинхэ. — По крайней мере, ее голос в этот раз получился идеально». — Ничему ты не учишься. Бывало, когда я не понимала с первого раза, учитель сурово меня наказывала, — сказала Ло Бинхэ, проводя кинжалом по шее Шэнь Цинцю. Она опускала его ниже, аккуратно, чтобы не повредить безупречную кожу наставницы, пока не довела его до ворота ее ханьфу. — Одежда таит в себе такую силу, — сказала Ло Бинхэ и сделала кинжалом надрез на ханьфу Шэнь Цинцю, продав которое, можно было бы накормить всю деревню, в которой выросла Ло Бинхэ. — Некоторые думают, что переодевшись в богатый наряд могут скрыть своё низкое происхождение. Даже беглый раб в дорогом костюме будет казаться другим благородным человеком. Но, в конечном счете, его манеры и поступки выдадут его. Не так ли, учитель? Шэнь Цинцю заметно побледнела, но ничего не сказала. Ло Бинхэ тоже молчала, постепенно превращая ханьфу учителя в лохмотья. — Такой вид подходит тебе гораздо больше, — сказала она, закончив. Какие-то части одежды все еще свисали с Шэнь Цинцю, но в целом она уже была скорее нагой чем одетой. Ло Бинхэ удовлетворенно рассматривала результат своей работы. — Чего ты добиваешься? — процедила Шэнь Цинцю. — Я? Всего лишь хочу узнать учителя поближе. Ло Бинхэ медленно наклонилась в Шэнь Цинцю и прошептала ей в ухо: — Цю Цзяньло. Насладившись напряженным выражением лица Шэнь Цинцю она потянулась к другому уху и прошептала в него: — У Яньцзы. Шэнь Цинцю открыла рот, чтобы что-то сказать, и тут же закрыла его. Ее растерянный вид показался Ло Бинхэ таким милым, что она захотела поцеловать наставницу. «Нет, сейчас нельзя. Позже», — подумала Ло Бинхэ. — И что? — наконец сказала Шэнь Цинцю. — Какое это имеет значение, если ты не отпустишь меня живой. — Я знаю, что учитель не боится умереть, — ответила Ло Бинхэ, играясь с волосами Шэнь Цинцю. — Но, думаю, для тебя есть вещи гораздо страшнее, чем смерть. Учитель превыше своей жизни ценит статус, который ей удалось получить несмотря на низкое происхождение. Умерев сейчас, ты все равно войдешь в историю как одна из самых сильных заклинательниц своего поколения. Но это только если никто не узнает, что учитель — преступница, которая убила семью, что ее вырастила, и долгие годы следовала за разбойником У Яньцзи. Тогда о тебе будут вспоминать только как о темном пятне в истории Цанцюн, а потом и вовсе постараются забыть. Или я могла бы и вовсе не убивать учителя, а отдать ее в руки правосудия. Интересно, какое наказание ты получишь за все, что сделала? — И что же ты выберешь? — спросила Шэнь Цинцю. — Нет, учитель, выбирать будешь ты. Ведь есть и третья возможность. Учитель выживет и никто не узнает о ее прошлом. Всего-то нужно беспрекословно следовать моим указаниям. — Скажи уже, чего ты хочешь. — Я много чего хочу. Ну, для начала… Как насчет того, чтобы навести порядок? Если оставила грязь — нужно убрать. Здесь, — сказала Ло Бинхэ, показывая на место, где еще оставалась невытертая слюна Шэнь Цинцю. — У меня руки связаны. — У тебя есть все, что тебе нужно. Шэнь Цинцю медлила. — Я жду, — сказала Ло Бинхэ. И фальшивая Шэнь Цинцю коснулась языком ее щеки, слизывая свою слюну. Это было за гранью того, что Ло Бинхэ надеялась испытать, будучи подростком, и она надеялась, что не выдала свое волнение. — Будь тщательнее, — сказала она, когда Шэнь Цинцю спустя несколько мгновений прервалась. «Как будто я тебя так просто отпущу», — добавила про себя Ло Бинхэ. — Хочешь, чтобы от твоей щеки ничего не осталось? — огрызнулась Шэнь Цинцю. — А что? Уже устала? Но работы еще очень много, — скажет Ло Бинхэ и взяла Шэнь Цинцю за подбородок. — Раз ты провинилась, то теперь придется отрабатывать гораздо больше. Ло Бинхэ провела рукой по своей шее, показывая Шэнь Цинцю, что от нее требуется. — Мерзавка развратная, так ты не только унизить меня хочешь, ты еще от этого и удовольствие получаешь! — Разве это такая большая плата за то, что я не раскрою грязные дела учителя? Продолжай. Ло Бинхэ сняла с себя верхние и нижние одежды, оставшись только в штанах. От шеи она рукой направляла язык Шэнь Цинцю пока не дошла до груди. — Здесь тоже, — сказала Ло Бинхэ, очерчивая свой сосок. Ло Бинхэ поверить не могла, что Шэнь Цинцю все-таки до него дотронулась. Мэнмо предупреждал, что владеющие искусством сотворения грез способны создавать иллюзии, которые питаются не только тем, что видящий сон знает, но и тем, чего он хочет, и могут сильно отличаться от своего настоящего прообраза. — Будь осторожна, проводя эксперименты в своем Царстве снов. Не позволяй себе запутаться где явь, а где обман, — говорил он Ло Бинхэ. То, что делала Ло Бинхэ сейчас, вряд ли можно было назвать осторожным, но было невероятно приятно ощущать, как губы Шэнь Цинцю ласкают ее грудь. В тот момент, когда Ло Бинхэ полностью расслабилась, Шэнь Цинцю все-таки не удержалась и от злости укусила ее. — Зря вы так, учитель. — Ло Бинхэ поняла, что ей нравится называть Шэнь Цинцю особенно потому, что они занимались вещами, запретными для учителя и ученицы. — Придется придумать вам наказание. Чтобы Шэнь Цинцю почувствовала боль схожую с ее укусом Ло Бинхэ захватила ее соски точной копией зажимов, которые она приобрела в магазине господина Мэйиня. Они были соединены друг с другом цепочкой, в центре которой висел небольшой нефритовый шарик. Под его весом грудь Шэнь Цинцю слегка опустилась вниз. Ло Бинхэ успела опробовать их на себе и примерно представляла, какие ощущения испытывала Шэнь Цинцю. — У меня и для другого местечка такие припасены, — скажет Ло Бинхэ и скользнула рукой между ног Шэнь Цинцю, — на случай, если учитель продолжит быть непослушной. Ей понравилось, как Шэнь Цинцю при этом забавно дернулась. Немного поигравшись с цепочкой на груди Шэнь Цинцю, натягивая ее и вновь отпуская, Ло Бинхэ спросила: — Больно? — Нет. — Неужели? — сказала Ло Бинхэ и дернула цепочку чуть резче чем ранее. Даже Шэнь Цинцю со своим вечно непроницаемым лицом не выдержала и вскрикнула. — Я же чувствую, когда ты меня обманываешь, забыла? Больше не лги мне, иначе я разозлюсь. Вставай, — сказала Ло Бинхэ и потянула Шэнь Цинцю за веревие бессмертных. — На пол. Ло Бинхэ была уверена, что это первый раз, когда Шэнь Цинцю сидела перед кем-либо на коленях. С кем бы она не занималась такими развратными вещами, с ее гордостью никто никогда не смог заставить ее сделать это. Ло Бинхэ с большим удовольствием станет первой. Ло Бинхэ сняла с себя штаны и, полностью обнажившись, встала перед Шэнь Цинцю. — Учитель, скажи, как я тебе? Шэнь Цинцю, видимо понимая, что признание из нее все равно выбьют, а лгать бесполезно, сказала: — Красивая. Жаль, что характер внешности не соответствует. — Ведь это про нас обеих сказать можно. Учитель тоже очень красивая. Иди сюда, — сказала Ло Бинхэ, прислонившись к стене. — Мне же не нужно объяснять, чего я хочу? Шэнь Цинцю уже даже не пыталась противиться ей. Ее волосы растрепались из идеальной прически и Ло Бинхэ привела их в еще больший беспорядок, играясь с шелковыми и мягкими прядями, пока Шэнь Цинцю проводила языком между ее ног. С рукой на голове бывшей наставницы, Ло Бинхэ чувствовала безграничный контроль над ней. Шэнь Цинцю явно не особо старалась, совершая простые механистические движения, но потребовалось совсем немного времени, чтобы дыхание Ло Бинхэ стало прерывистым, а ноги начали подкашиваться. «Почему она в этом так хороша? — думала Ло Бинхэ, изо всех сил пытаясь спрятать, что на самом деле ей достаточно всего несколько прикосновений Шэнь Цинцю, чтобы потерять голову. — Где она этому научилась?» И тут Ло Бинхэ вспомнила где. Ее словно облили ледяной водой. Она потянула Шэнь Цинцю на волосы и оттолкнула от себя. Та с глухим звуком упала на деревянный пол. «Ну конечно у нее получается!» — вспыхнула Ло Бинхэ. — Гребанные суккубы! Как будто это может быть ей в новинку. Да она, должно быть, вылизала весь бордель! Если тебе так нравятся демонические женщины, то почему, когда ты раскрыла моё происхождение, ты не оставила меня рядом с собой?!» Шэнь Цинцю еще не успела опомниться, а Ло Бинхэ уже стянула с нее штаны и уселась на ее спину. — Ты что творишь? — воскликнула Шэнь Цинцю и тут же вскрикнула, потому что Ло Бинхэ шлепнула ее по заду. — Перевоспитываю тебя, — процедила Ло Бинхэ. «С этого дня ты принадлежишь только мне, никто до тебя больше не дотронется, никто тебя больше даже не увидит, — думала она, продолжая наносить удары по нежной коже Шэнь Цинцю, пока ее ягодицы не приняли ярко красный оттенок. Эту пытку Шэнь Цинцю перенесла молча, лишь иногда издавая стоны боли. — Молчишь? — спросила Ло Бинхэ. — Как всегда так скупа на эмоции. Ну, а как тебе это? И она запустила несколько пальцев внутрь Шэнь Цинцю. Они вошли в ее тело, так легко, что Ло Бинхэ почувствовала отвращение. «Сколько же в тебе побывало, — брезгливо подумала Ло Бинхэ, двигая рукой быстро и резко — Нет! Мне не нравится!» Ло Бинхэ прервала сновидение. От злости она запустила подушку в стену. Сладкий сон, который она хотела себе создать, превратился в кошмар. Немного помучить Шэнь Цинцю и отплатить ей за свои страдания было приятно, но в итоге Ло Бинхэ потеряла над собой контроль и только больше расстроилась. «Мне же вообще не это нужно, — вздохнула Ло Бинхэ. За окном было еще темно, а завтра предстоял долгий путь, но Ло Бинхэ, после того как она себя так взбудоражила, не смогла бы заснуть обычным способом. Вернувшись в свое Царство снов, Ло Бинхэ решила воспроизвести старые подростковые фантазии. В этих мечтах она все еще была ученицей пика Цинцзин, а Шэнь Цинцю ее любимой наставницей. Они основывались на действительно произошедшем случае, когда Ло Бинхэ заметила на лице учителя слегка недовольное выражение. Тогда Ло Бинхэ перебрала в своем уме свои недавние поступки, и, убедившись, что она не сделала ничего, что могло бы послужить причиной плохого настроения учителя, решилась спросить у нее, что же случилось. — Что? Ты заметила? — улыбнулась ей тогда Шэнь Цинцю так мягко и нежно, никто никогда не смог подумать, что это притворство. — Просто сегодня я повторяла свои боевые приемы, и слегка увлеклась, теперь моя спина побаливает. — Ох, — только и ответила тогда Ло Бинхэ, с некоторым удовольствием отметив, что учитель, которую она привыкла считать неуязвимой, тоже имеет свои вполне человеческие слабости. Лишь потом она поняла, что упустила прекрасную возможность. «Я же могла сделать ей массаж! Ну почему я тогда не предложила ей?!» Она выжидала, чтобы подобное повторилось снова, но то ли Шэнь Цинцю более не испытывала дискомфорта после своих тренировок, то ли, осознав, что Ло Бинхэ способна угадывать ее настроения сквозь непроницаемое лицо, наставница решила больше не показываться перед ней в моменты слабости, и подходящего случая так и не предоставилось. В своих мечтаниях она все же рискнула предложить помощь Шэнь Цинцю, и та с радостью согласилась. Это обязанность учеников, помогать своим учителям, к тому же они обе девушки, в этом нет совершенно ничего такого, так что что-нибудь такое, по мнению Ло Бинхэ, вполне могло произойти. Чего нельзя было сказать о последующих предполагаемых ею событиях. Чтобы побольше верить в свои выдумки, Ло Бинхэ изначально представляла Шэнь Цинцю одетой, но только в нижние одежды. Сам этот вид, не нов для Ло Бинхэ, учитель уже давно разрешила помогать ей в время пробуждения и одевания, но вот во время раздевания Ло Бинхэ никогда не присутствовала. Шэнь Цинцю может и в этот раз не дала бы ей на это посмотреть, и позвала бы, только когда была готова, но в этот момент Ло Бинхэ была бы не в своей комнате, как обычно, а стояла бы за ширмой, а значит могла слышать, как учитель избавляется от своих одеяний. Делая ее расслабленной и довольной, Ло Бинхэ осторожно проводила руками по спине Шэнь Цинцю. — Учитель, я все-таки не так хороша в этом. Можно попросить вас снять одежду, чтобы сделать вам еще лучше? Шэнь Цинцю колебалась, но Ло Бинхэ очень старалась, чтобы Шэнь Цинцю понравились ее навыки, и услышав, что ей может быть еще приятнее, она все же соглашалась на предложение Ло Бинхэ. «Учитель так доверяет мне. Она и не догадывается, какие мысли с ее участием частенько меня посещают, — думала Ло Бинхэ, каждый раз когда фантазия доходила до этого момента. До этого могла соприкоснуться с Шэнь Цинцю лишь пальцами, передавая что-нибудь, или учитель могла ободряюще погладить ее по голове или поправить ее позу на тренировке. Но чтобы Ло Бинхэ могла прикоснуться к голой коже Шэнь Цинцю… Такого еще никогда не было. — Учитель, вы чувствуете? Так гораздо приятнее, — говорила Ло Бинхэ, мягкими движениями проводя руками вдоль все спины Шэнь Цинцю, от поясницы до лопаток, проходя по всем ребрам, и затем обратно. Сменяя нежные поглаживания легкими пощипываниями, она очень старалась, чтобы Шэнь Цинцю полностью разомлела от ее прикосновений. С опаской, в надежде, что Шэнь Цинцю не ее отвергнет Ло Бинхэ, аккуратно отодвигала штаны наставницы, и, плавно переместив руки на ее ягодицы, начинала осторожно растирать их. Шэнь Цинцю была застигнута врасплох ее поползновениями. — Бинхэ, — говорила она, еще ни о чем не догадываясь. — Ты перебарщиваешь. — Учитель, доверьтесь мне, я знаю так будет лучше, — отвечала Ло Бинхэ и наклонялась, чтобы поцеловать тыльную сторону шеи Шэнь Цинцю. Да, воображаемая Ло Бинхэ была гораздо смелее настоящей. Даже для воображаемой Шэнь Цинцю это было уже слишком. Желая уйти, она поднималась только для того, чтобы оказаться в объятиях Ло Бинхэ. Та, не теряя времени даром, проскальзывала своей рукой в штаны Шэнь Цинцю. — Ты что творишь! — пытылась вырваться Шэнь Цинцю, но ей было слишком хорошо, от ласковых прикосновений Ло Бинхэ. — Учитель, я знаю, как вам было тяжело, — шептала Ло Бинхэ, оставляя легкие поцелуи на шее Шэнь Цинцю. — Вы так давно не удовлетворяли свои наклонности… Позвольте этой ученице помочь вам. Шэнь Цинцю в наслаждении откидывалась на Ло Бинхэ, ее голова покоилась на плече ученицы, а Ло Бинхэ переставала сдерживать себя, дотрагиваясь до тех мест наставницы, что заставляли ее издавать звуки, полные удовольствия. — Постой, — с придыханием говорила Шэнь Цинцю, когда палец Ло Бинхэ скользнул ниже, намереваясь проникнуть внутрь. — Я действительно… раньше вела неподобающий образ жизни. Но когда ты стала моей ученицей, я поняла, что ты в будущем станешь великой заклинательницей, и мне нужно быть твоим примером для подражания. Поэтому я отказалась от своих старых привычек. Но хотя мне и непросто утихомирить этот зов плоти, ты не должна опускаться до моего уровня, чтобы облегчить мне жизнь. — Ох, учитель, не нужно беспокоиться обо мне. — Шэнь Цинцю трогательно дрожала, когда пальцы Ло Бинхэ оказывались внутри нее — Ведь я буду счастлива, только когда счастливы вы, и вы не можете представить, какое наслаждение я испытываю, когда вижу, как вам нравится, что я с вами делаю. В этот момент чувства Ло Бинхэ должны были достигнуть сердца Шэнь Цинцю, и, принимая их, она протягивала голову, чтобы поцеловать Ло Бинхэ в губы. Ло Бинхэ, не прекращая ее ласкать, углубляла их поцелуй, и каждый стон Шэнь Цинцю отдававшийся ей в губы, наполнял ее радостью и счастьем. После того, как Шэнь Цинцю достигала пика, Ло Бинхэ с нежностью укладывала ее на кровать и устраивалась рядом, поглаживая бедро наставницы. — Я никогда, за столько лет, — говорила Шэнь Цинцю, — ни с кем такого не испытывала. Мне в первый раз так хорошо. — Я всегда буду рядом с вами, — отвечала ей Ло Бинхэ, оставляя еще один легкий поцелуй на губах Шэнь Цинцю. Все это Ло Бинхэ многократно представляла в воображении, но еще ни разу не воплощала в своем Царстве снов. Она снова оказалась в бамбуковой хижине. Теперь осталось только соткать Шэнь Цинцю такой, какой она была для Ло Бинхэ в годы обучения. Ло Бинхэ пыталась снова и снова, но каждый раз допускала ошибку. Что-то в созданной копии было не так. А как Шэнь Цинцю вообще выглядела, когда улыбалась? Ло Бинхэ задавалась этим вопросом, но никак не могла вспомнить. Она столько раз видела, как Шэнь Цинцю сдержанно приподнимает уголки губ в былые времена, но все, что представало перед ней сейчас — гневное лицо учителя, когда она сказала ей прыгать в Бездну. «Кто эта женщина, о которой я мечтаю? Лишь фальшивка, которую придумала я сама. Даже если я заставлю настоящую Шэнь Цинцю изображать ее, мне все равно никогда не получить того, что мне хочется! Разве могла Шэнь Цинцю, которую я полюбила убить всю семью, что выкупила ее из рабства, для того, чтобы последовать за темным заклинателем, известного своей кровожадностью. Я же видела в ее сне, как работорговцы обращались с ней. Семья Цю Хайтана спасла ее, а спустя несколько лет она уничтожила их всех. А У Яньцзы? Он ведь считается побежденным школой Цанцюн. Это она же его и сдала! Использовала, чтобы поступить в школу. А потом? Кто еще стал ее ступенями на пути к могуществу? А ведь я даже не первая, кого она обманула своим притворным поведением! Всего лишь одна из многих!» Она вспомнила, как Цю Хайтан говорил о Шэнь Цинцю. — Она была такой тихой и милой в общении со мной. И с сестрой моей прекрасно ладила. Сестра ее очень ценила, Сяо Цзю была всего лишь наложницей, но сестренка никогда не говорила о том, что мне следует искать жену или брать еще одну наложницу. Считала, что нам прекрасно и втроем, что мы настоящая семья. Ло Бинхэ, я смог опознать сестру только потому что в кровавом месиве, в которое ее превратила Шэнь Цзю были ее украшения. Этот У Янцзы научил ее каким-то страшным заклинаниям, и она сбежала с ним, забыв о свадебных обетах, что дала мне. Она убила всех в нашем поместье, особенно жестоко обошлась со своими личными служанками. Они были с ней с момента первого появления у нас, самые близкие люди для нее, не считая меня и моей сестры. Слушая твою историю про то, как ты относилась к ней, и как в итоге она поступила с тобой, я не могу понять, почему она это делает? Может ей просто доставляет удовольствия причинять зло тем, кто хорошо к ней относится? «Да, вот истинное лицо Шэнь Цинцю, — поняла Ло Бинхэ. — Мне нужно еще раз увидеть ее, только чтобы убедится, что она ничего общего с моей фантазией не имеет. А после можно будет от нее избавиться. Может тогда я наконец успокоюсь и смогу двигаться дальше. А если нет? Что если, заполучив ее, я так и не смогу избавится от созданного мной образа женщины и буду страдать до конца жизни, цепляясь за призрака? Что мне тогда делать?»