X-men. Другая история. Книга вторая

Логан открывает глаза. Темно. На улице едва слышно кто-то бродит. Рядом кто-то сопит. Голова тяжёлая. В горле пересохло. Сознание будто разбилось на части и не желает склеиваться. Почти невозможно пошевелиться. Запах… запах крови, текущей по венам. Саммерс. Паззл собрался в единую картинку. Он проснулся, потому что ресурсы его тела заканчиваются. Он садится на постели, прогоняя остатки слабости. В комнате холодно, но не так как было, когда они засыпали. Росомаха подходит к окну и всматривается в ртутный градусник. -30°C. Он срывает одеяла, закрывающие окна. По внутренним ощущением они проспали не меньше полугода. Если ему больше не придётся пользоваться своими способностями, то есть шанс, что неконтролируемое желание вцепиться в горло Саммерса проснётся в нём месяца через три. Росомаха вздыхает и позволяет Скотту начать просыпаться. Саммерс слышит, как хлопает дверь. Глаза не открываются. Чёртова повязка. Он кое-как соскребает кусок материи со своего лица непослушными пальцами и находит визор. Такой слабости в теле он ещё никогда не испытывал. Мышцы будто атрофировались, даже дышать полной грудью непривычно. Он видит пробивающееся через плотные тучи солнце. Тепло быстро улетучивается, и Скотт чувствует колючую свежесть, сковавшую воздух. Он плотнее кутается в остывающие одеяла. Постепенно он начинает вспоминать. Саммерс прислушивается. Тишина. Он здесь один. Значит, Росомаха всё ещё не вернулся. Или недавно ушёл. Наверное, будет пытаться избегать его после вчерашней стычки. Он слышит какой-то шум. Вроде, в батареях, а может, и нет. Внезапно Скотт понимает, что не слышит шума обогревателей, и резко садится на постели. Если они не работаю, должно быть гораздо холоднее. Раздаётся тихий щелчок. На полу рядом с компьютером загорается лампа, лопасти внутри обогревателей снова начинают крутиться. Мужчина несколько минут сидит, хмурясь и оглядывая комнату. Становится теплее. Хлопает входная дверь. Скотт нехотя вылезает из-под одеял и выглядывает из спальни в коридор. В туалете горит свет, и льётся вода. Логан выходит из туалета в одних трусах, матерясь сквозь зубы. Саммерс непонимающе смотрит на него. — Что? — спрашивает Росомаха, заметив его взгляд. — Электричество чинил. — И отопление? Да ты прям мастер на все руки, — усмехается Циклоп. Логан скептически поднимает бровь. Он переводит взгляд на батарею и видит тепло, исходящее от неё. — Отопление я не трогал, — задумчиво говорит он. Скотт пару минут смотрит на него в ожидании каких-либо предположение, но Джеймс молчит и хмурится. — Что ж, как я и говорил, быстро потеплело, — говорит он с самодовольной ухмылкой, намекая на скорую вылазку в лаборатории. Логан переводит на него тяжёлый взгляд и уходит на кухню готовить завтрак. Это он знает, сколько на самом деле прошло времени, а для Скотта минула всего одна ночь. Если сказать ему сейчас, мальчишка засыплет его вопросами, а у Логана нет настроения отвечать на них. Скотт вернулся в спальню, отключил половину обогревателей и сложил одеяла. Им понадобится много места, когда они снова принесут сюда документы. Он включает компьютер и идёт на кухню. Логан молча ест, даже не смотря в его сторону. Саммерс понимает, что с ним придётся договариваться. Просто подчиняться он больше не будет. Скорее всего, им придётся разделиться: Саммерс отправится в лаборатории, а Логан — искать выход из этого города. Молчание и напряжение Росомахи нервируют его. Он доедает кашу, возвращается в спальню и садится за компьютер. Он не сразу замечает дату. Сначала он списывает такой скачок на сбой в системе, но потом сам же и отвергает эту мысль. Дата сместилась не назад, а вперёд почти на семь месяцев. Скотт выглядывает в окно. Ландшафт изменился. Машины, стоявшие у обочины, сейчас были буквально разбросаны по всей округе. Да, это могло произойти за одну ночь, но он бы услышал. Саммерс в растерянности поворачивается лицом к двери и видит Логана. Тот бросает на него быстрый взгляд и выходит в подъезд. Он знает, что произошло, Скотт чувствует это. Следующую неделю Саммерс просто наблюдал за ним. Логан старался не попадаться ему на глаза. Он бродил по другим квартирам в поисках чего-нибудь интересного и нужного. Всё лучше, чем сидеть с Саммерсом в четырёх стенах. Но быть на таком расстоянии недостаточно. Росомаха слышит стук его сердца. Он звучит в его голове как фоновая музыка. Очень раздражающая фоновая музыка. Каждый раз, когда Скотт пытается поговорить с ним, он уходит. Скотт прекрасно чувствует, что с ним что-то происходит. Росомаха стал ещё более угрюмым. Он постоянно молчит и старается не оставаться с ним в одной комнате. Саммерс даже удивился собственной наблюдательности, когда заметил, что Логан закрыл глаза и немного сморщился, когда Скотт прошёл рядом. Это было слишком быстро, но он заметил. Всё же они заперты вместе уже довольно долго. И именно на этот фактор он списал свои сны. До потепления ему снились кошмары, но сны, которые он видит сейчас… В них нет орд зомби, загоняющих его в тупик, нет крови и кишок, нет тревоги и страха, но Господь свидетель, Саммерс предпочёл бы видеть кошмары. Когда Логан приснился ему первый раз, Скотт был в замешательстве. Он и раньше замечал рельеф его тела, но всегда в сравнении со своим, чтобы знать, какую часть тела проработать лучше. Во сне Скотт видел его в душе. По его загорелой спине стекали белёсые струйки пены, огибая упругие ягодицы. Пальцы зарывались в отросшие волосы, потом скользили по телу. Во сне Саммерс не сравнивал. Он чувствовал только волны приятного жара, растекающегося по телу. Это было… Скотт не мог подобрать верное определение тому, как это было. Он знал только, как это не было. Это не было издевательски или показушно. Во второй раз он видел его лежащим на диване. Взгляд Саммерса изучал каждый бугорок мышц его обнажённого тела. Логан лежал на животе и листал какие-то папки. Он повернул голову в сторону Скотта и немного привстал. Саммерс проскользил взглядом по его груди и прессу вниз, туда, куда падала тень, и бедро закрывало обзор. Логан усмехнулся. Это не было надменно или пренебрежительно. В третий раз он видел, как Логан медленно шёл к нему с лёгкой улыбкой. Он подошёл к нему почти вплотную и положил ладони на стену по обе стороны от него. Это не было насмешливо или угрожающе. И только когда Скотт почувствовал едва ощутимое прикосновение его горячих губ на своих губах, он понял, как это было. Эротично, притягательно и сексуально. Он не мог контролировать свои сны, и это его бесило. Просыпаться посреди ночи с ноющим стояком — такое себе удовольствие. Хотя бы Логан больше не ночевал с ним в одной комнате. Правда, это тоже бесило, потому что Росомаха просто избегал его. Проснувшись утром, Саммерс собрался решить хотя бы одну проблему. В конце концов, рано или поздно им всё равно придётся поговорить. Скотт вылез из постели, оделся и пошёл искать Росомаху. В квартире его, конечно, уже не было, но этажом выше что-то происходило. Мужчина поднялся по лестнице и заглянул в приоткрытую дверь. В квартире стояла лёгкая дымка, пахло сигаретами и алкоголем. Скотт будто испытал дежавю. Он прошёл по коридору, заставленному полными и пустыми бутылками, заглядывая в комнаты. Логан сидел в кресле спиной к двери, закинув ноги на журнальный столик. В одной руке он держал хорошо початую бутылку виски, в другой — дымящуюся сигарету. — Долго стоять будешь? — спросил он. Скотт медленно подошёл к другому креслу и сел в него, в миг растеряв всю решительность. Росомаха показался ему каким-то… замученным. Саммерс почувствовал странный укол совести и желание убраться подальше, чтобы не докучать ему. Логан выжидающе смотрел на него, потом протянул бутылку. Скотт покачал головой. — Зачем тогда пришёл? Соскучился? — Сколько прошло времени? — тихо спросил Скотт. — Ты знаешь, о чём я. Логан затянулся, несколько секунд изучающе смотрел на Саммерса, а потом сказал: — Полгода. Может, чуть больше. Циклоп не хотел в это верить. Это никак не укладывалось в его голове. Он сам не понял, как это сорвалось с его губ: — Что ты сделал? Логан отхлебнул из бутылки, что-то прикидывая в уме. — Я усыпил нас до потепления. Температура продолжала падать, и электричество отключилось. Мы бы не выжили. — Что значит «усыпил?» — непонимающе нахмурился Саммерс. — Сложно объяснить. Считай, что я просто отключил нас. — О-оке-ей, — протянул Скотт. — Даже если ты нас «просто отключил», как мы выжили? За счёт чего? Мы же не медведи и не насе… — За счёт ресурсов моего тела, — прервал его размышления Логан и глотнул ещё виски. Саммерс только открыл рот, чтобы начать расспрашивать, но тут же его закрыл. До него дошёл смысл фразы. Вот почему Росомаха выглядит таким уставшим. Ему нужно восстановиться, а Скотт продолжает его терроризировать. — Тебе что-нибудь нужно? — тихо спрашивает Скотт. Логан мотает головой. Саммерс молча уходит, закрыв за собой дверь. Он чувствует, что Росомаха много о чём промолчал, но не собирается выяснять все подробности сейчас. Он подождёт, пока ему станет лучше, а пока просто не будет его трогать. Скотт замирает возле спальни. Откуда в нём столько эмпатии? Да ещё и к Росомахе. «Мы слишком долго здесь заперты. К тому же, он вроде как спас мне жизнь…» — отмахнулся он. Логан старается успокоиться. В голове набатом стучит. Дёсны ноют от удлиняющихся клыков. В воздухе теперь слишком отчётливо пахнет человеком. Он делает ещё несколько глотков. Он чувствует, как жажда жжёт его изнутри, окутывая всё тело тоненькими раскалёнными ниточками. Когда он один и вдыхает только сигаретный дым, живётся вполне сносно, но как только он чувствует запах человеческой крови, пульсирующей по венам, становится дурно. Тело будто игнорирует все призывы разума и рвётся в атаку, повинуясь инстинктам. Однажды он уже прошёл через это, и тело подчинилось. Подчинится и сейчас. Логан допивает остатки виски, тушит окурок о полную пепельницу. Он идёт на кухню, достаёт из холодильника бутылку водки, щёлкает зажигалкой и, закурив ещё одну сигарету, возвращается в кресло. Бутылка опускается на пол. Осталось только избавиться от этого запаха.