Продолжение пути

- Эдро! - крепкая дверь в мои покои слетела с петель, охранники были обмануты. Они сейчас изо всех сил пытались скрутить друг друга, а Изенгрим стоял на коленях и держался за виски, скрежетал зубами да рычал. - Что? Ты совсем офонарел? - Иди и помоги Арагорну! - Это он попросил? - Это я тебя прошу. За все, что я для тебя делал. За все десятилетия твоей жизни в Пустошах в той жизни. Он может умереть сегодня, вероятность слишком большая. А с ним и большая часть нитей жизни его войска. Я сел на кровати и положил Скорбь на колени, рассматривая остаток клинка. - И чем это плохо? Он король, который умрет в войне. Так и подобает умирать нам, если только не в постели среди благодарных и многочисленных потомков. И тут вмешался Сарыч: «Помоги ему, худой мир лучше доброй войны. Даже против меня далеко не сразу собирали войска, пока я не наглел. А если тебе интересно зачем, то вспомни. Ваш диалог и договор есть только между вами двумя, и если он умрет, ничто не сдержит его сына от притязаний против Мории однажды». - Да что вы с двух сторон насели, духи чертовы, - я махнул трехпалой рукой на мага, но заметил, что уже кручу в голове варианты боя и тактику. - Так твой сосед тоже за это? - "Серьезно, Влад, не слушать мага, у которого уклон силы идет в видение будущего - это одна из самых глупых вещей, что можно сделать, а ты еще и должник его". - Да черт с вами со всеми! Отпусти стражу, и пусть собирают войско. - Но ты обещал, что будут только добровольцы. Отменишь указ? - Нет. Я просто тоже пойду добровольцем, и посмотрим, сколько гномов пойдут за мной, - все в комнате усмехнулись, Изенгрим, уже слышавший в нормальном состоянии последние пару предложений, махнул седой гривой в одобрительном кивке и унесся куда-то, матом и криком разгоняя всех встречных - поперечных. - "Так ты не хочешь больше спать?" - Огонь Творения интересная штука, да и война тот еще стимул. Но все же чувствую себя как с бодуна. Колдун, поддержишь меня? - майа с уклоном в прорицание положил ладонь на мой лоб, и я почувствовал приятный холодок по венам. Через минуту он опустился передо мной на колени, затем и вовсе сел на задницу, и, наконец, убрал руку. Под глазами его были большие синяки как от недосыпа, капельки пота блестели на лбу. - Твоя душа как треснутый сосуд, из которого выливается жизнь. Я отдал, сколько смог, но дольше дня в норме ты не продержишься. - Я как следует хрустнул шеей, выгибая её, чувствуя приток свежих сил. Как в контрастный душ сходить. В этот раз не стану брезговать броней, хотя тот щит, больше похожий на дверь, я брать не стану. Скорби с клинком из тилкала хватит против любого врага, а защиты лучше, чем Саурон, вряд ли найду. В добротных доспехах, с двумя клинками, я шел в сторону Лориена, где уже в оборонительном построении стояли солдаты Гондора, и какой-то далекий неуловимый запах опасности и чего-то еще стоял в воздухе. Чего-то полузнакомого, словно из сна. Войско степняков уже приблизилось на расстояние выстрела, и летели первые стрелы, однако картина была странной. Впереди всех на коне ехал один воин. На все войско Гондора. Однако это не был самоубийца. Это был мой подчиненный. Изменившийся, постаревший слегка, но это был он. Проклятый истерлинг приблизился к войску и не стал бросать вызов первому поединщику, не стал приглашать в дипломатический шатер. Он встал ногами на седло и, прыгнув с лошади через пару рядов копейщиков, начал резать армию людей. Узнаваемый топор гномьей работы, видать, купил на черном рынке. И белый широкий меч из неопознаваемого издали материала крошил качественную сталь брони. Сам воин не был сильно защищен, кожанка и штаны не в счет. На теле висели еще несколько клинков разного вида, но и только. И все же, никто не мог его коснуться. Окруженный со всех сторон, он, тем не менее, оставался недосягаемым, всегда был на два шага впереди всех. Отбить удар копья от профессионального воина очень сложно, сила просто гигантская, а он справлялся. Некоторые копья скользили по его коже, не в силах ранить, либо оставляя совсем легкие царапины, которые тут же заживали. Да, в нем горит пламя Ангмара. Он вечно находится под Темной Яростью и Колодцем Душ, но они не дают неуязвимости. Червячок внутри сказал, что это жж, неспроста, и я побежал, как и гномы за мной, потому что Кхамул вполне успешно пробивался к Арагорну, оставляя за собой брустверы из трупов. Я сжал зубы от злости. Конечно, Ара не мог остаться где-то далеко в тылу и был мастером клинка, и скорее всего у него кольчуга из мифрила, ведь Лемброк должен был отдать ее, но все же. Пока я бежал сквозь войско Гондора, Саурон взял контроль над моей рукой и снял голову с рядом стоящего паренька в плаще Цитадели. Орочья кровь брызнула из шеи, а орочья же голова упала из-под шлема. У рядом стоящего капитана Гондора сначала вытянулось от удивления лицо, еще бы, король гномов ударил в тыл, но потом вообще упала челюсть от увиденного, еще бы, орки в армии Гондора служат нечасто. Пришлось выбирать, множество жизней воинов или опасность для Арагорна. Ладно, он не мальчик. Я схватил за нагрудник капитана и притянул к себе. - Слушай сюда. Орки отравили запасы. Скорее всего... - меня прервал крик. Знакомый крик. Кхамул добрался до Арагорна, и, разумеется, был сильнее и быстрее. Конечно, царя хотели защитить, и с совершенно издевательским смехом он дергал за копья и конечности гвардию Арагорна, зачастую подставляя их в последний момент так, чтобы сам Арагорн казнил их своим клинком. И благородный витязь из легенд отдал единственный приказ, который нельзя было отдать, и который он не мог не отдать. Не сумев уплатить такую цену, по одной жизни за секунду, он отдал приказ отойти всем. И теперь это был ощетинившийся копьями и мечами внутрь круг, в котором стояли двое королей. Казалось, Кхамула все устраивает, и именно этого он и добивался. Я прорычал в лицо капитану названия трав, которые орки обычно используют для отравления, и стандартные противоядия, дал своего интенданта с королевской печатью, чтобы если что, воспользовались запасами Мории, и побежал дальше. Саурон же в голове отметил, что войско степняков особо не двигается, а наоборот, разворачивает укрепления, а стало быть, все шло по плану степняка. Это не могло радовать. Зычно кричу, и, увидев меня, воины постепенно расступаются. Кого-то приходится отгонять пинком, но их можно понять. Они смотрят на короля. Я тоже смотрел. Чертов степняк сражался великолепно. Он уже не придерживался традиционных канонов своего народа, даже моих приемов не было. Он мог позволить себе такую свободу в битве, что поневоле напоминал мне майа или вала, но никак не человека. Только тот, кто родился среди бескрайних степей и учился ездить на лошади раньше, чем ходить, мог делать подобное. Он грудью бросался на клинок Арагорна, чтобы в последний момент совершить невероятный кульбит, разминуться со смертью в миллиметре и продолжать натиск. Доспех Арагорна крошился, по лбу тек пот, и хотя кровь Нуменора даст ему сражаться хоть весь день, ему уже было нелегко, и я видел, как он меняется. Вот стоит король Гондора, он сражается как король, как рыцарь великой династии, его атаки прямолинейны, но крайне сильны и быстры. Он не отступает назад, потому что такие, как он, не отступают, не имеют права. Шаг в бок для уклона - все, что он может себе позволить. Крутившийся вокруг него волчком, прыгающий и почти пляшущий свою пляску смерти, свой танец макабр, Кхамул выглядел более опасным. И вот случился критический момент, а я все еще бегу, сетуя на короткие ноги. Арагорн сделал шаг назад, и перед теми, кто умеет видеть, и знает, куда смотреть, уже другой человек. Не рыцарь и король, а Следопыт. Одиночка, ходивший по Мордору, Мглистым горам. Убивающий отряды разбойников, орков и других нелюдей в одиночку. Тот, кто один охотится по ночам на целые стаи карагоров или сам лезет в пещеры гулей, которые плюются ядом и собираются десятками. Тот, кто охотится на троллей и граугов, избегает горных гигантов, и, в случае чего, готов прищемить хвост даже драконам. Тот, кто привык, что зачастую враг более быстрый, сильный, и его удары нельзя принимать на блок. Следопыт качает маятник боевого танца, ритм боя меняется, и на какое-то время вновь восстанавливается паритет сил. Блоки и парирования сменились на пируэты, уклонения, отскоки и опасные длинные комбинации. Кхамул отпрыгивает, и на лице его видно почти детское, искреннее счастье от битвы с равным по силе. Лишь эта секунда передышки была у обоих, потому что степняк с каждой секундой адаптировался к измененному стилю короля людей, порой даже копировал его движения! И снова Арагорн, почти загнанный в ловушку, вырывается из нее почти с всхлипом от напряжения, пропустив очень чувствительный удар по корпусу. Нагрудник распался на две части, вся одежда под ним разрезана от плеча до бедра, но уже блестит истинное серебро в полуденном свете, и ясно, что он не ранен. Все же, не ожидавший такого, Кхамул отпрыгнул, чтобы не попасть под Андрил, но и только. Арагорн вновь сменил стойку и хват клинка. Как говорится, в критической ситуации ты не поднимешься до уровня своих ожиданий, а упадешь до уровня своей подготовки. Шелуха гондорской школы слетела первой, настало время слететь и основной части его стиля, который больше подходил против монстров. Обнажилось ядро его гибридного боевого стиля, начальный слой, самое первое, изученное еще в детстве. Плавные, опасные и почти танцующие движения эльфийского боевого искусства Имладриса заставляют степняка впервые пятиться, атаки из неожиданных ракурсов задевают его уже трижды, каждый раз ему не хватает сантиметра, чтобы уклониться, но тут, увы, положение Арагорна играет против него. Он не в удобном и мягком снаряжении следопыта и не в легких эльфийских доспехах. Его клинок двуручный и тяжелый, а поэтому на контроль инерции такого клинка сил нужно гораздо больше. Еще десять секунд боя, еще четырнадцать ударов, из которых попало восемь, и Арагорн не успевает развернуться достаточно быстро. Степняк оказывается уже слишком близко и метит четко в шею. Арагорн отпускает клинок, замедляющий его, и вместо поворота против сил инерции продолжает движение и с разворота бьет тыльной стороной кулака по челюсти Кхамула. Тот отходит на пару шагов, но вместо глухого нокаута, он приходит в себя за секунду, которой, впрочем, Арагорну вполне достаточно, чтобы поднять клинок. И все же король людей не посмел пойти в атаку. Именно так. Не посмел. Один и тот же прием никогда не работал против этого гения клинкового боя, не знающего усталости, рожденного посреди степи. И, видимо, у Элессара осталось не так много козырей в рукаве. Он решил выбирать удачный момент или ошибку оппонента. К счастью, я был уже достаточно близко, чтобы "дернуть" телекинезом Кхамула в нужный момент. Степняк начинает движение, я "тяну" и с удивлением понимаю, что эффекта нет. - " Испытание травами. Бурая твирь и что-то еще. Колдовство людей. Он защищен от слабой магии и проклятий заговорами своего народа." - Вовремя, пля! - приходится дальше расталкивать элиту Цитадели поджопниками гномьих сапог, потому что они вообще ничего не видят, кроме тяжелейшей битвы своего короля. И тут я все же врываюсь в круг и начинаю шмалять. Арбалет, покалечивший вала, выпустил три болта, но ни один не попал в цель. Они все попали в стражу с другой стороны круга, и три трупа упали внутрь импровизированной арены. Кхамул отскочил и захохотал, а у Арагорна вырывался вздох, в котором пополам была смешана боль за своих людей и благодарность за помощь. Несколько воинов решили еще раз сунуться внутрь арены. Король степей и хозяин холмов наказал их за это, пинком подняв в воздух упавшее копье, перехватив его и трижды четко ткнув в прорези шлемов где- то за две секунды. Потом пришло время и моего наказания, и лишь Темная Ярость помогла мне выдержать напор. В сущности, я впервые в своем существовании в Средиземье был вынужден уйти в абсолютно глухую оборону и ничего не мог сделать оппоненту в клинковом бою. Даже в размен не пойти. Колодец Душ не прирастит голову, которой я лишусь за мгновение, этому зверюге и одной моей ошибки хватит. Арагорн пытается отогнать его от меня, но тот кульбитом уходит вбок, ставя Ару между собой и мной, так что я сейчас уже не в силах помочь королю людей Запада. Арагорн отступает, не ввязываясь в размен ударами, и стоит бок о бок со мной. Эльфийский стиль хорош, но слишком тяжелый клинок не подходит для него. - Меняемся! - он лишь молча смотрит на меня с вопросом, экономя дыхание. - Быстро! Нет времени объяснять, поверь мне! - он вперился в меня своим стальным взглядом, но мой взор тоже был чист. Между нами возникло некое понимание, какое возможно лишь на поле битвы против общего врага, и в мои руки полетел Андрил, Пламя Запада. А в руки Арагорна полетел клинок, сделанный силой бога гномов. Красно-зеленый свет отразился от оружия степняка, который вовсе не собирался давать нам преимущество. Элессар взмахнул клинком, и это все изменило. Хитрый Кхамул целился не в него, а в меня. Андрил почти выпал из ничего не чувствующей правой руки, меня откинуло на землю, но король людей и мастер меча успел прочувствовать баланс и вес нового клинка. Ощущая полный контроль и баланс каждой мышцы, он скользнул наперерез Кхамулу и отбил его меч от меня. Вместо звона и парирования раздался звон и удар куска лезвия об мою броню. Меч бога разрезал хорошую саблю степняка. Кхамул ушел назад крутым сальто, успев в прыжке метнуть остаток клинка в Арагорна, но тот легко отбил снаряд полупируэтом. Кхамул склонил голову и смотрел на переливающийся клинок и о чем-то напряженно думал. Он достал меч из неопознаваемого белого вещества. Шире и чуть короче, чем сабля. Даже по виду он был тяжелее, чем сабля, которую он достал, когда добрался до короля людей, заменив ей этот странный клинок. Топор гномов в другой руке остался неизменным. Он ринулся в размен. Раздалось несколько ударов на ужасающей скорости. От топора гномов полетели куски. Невероятно выгнувшись назад, степняк избежал последнего удара и подставил кончик белого меча под тилкал. Маленький кусочек был срезан чисто и упал в траву. Кхамул поднял его и рассмотрел. Убрал в кармашек. Достал меч из истинного серебра, убрав все остальное оружие. Еще два удара и отскок. Меч из мифрила не сломался, но чуть погнулся и треснул. Кхамул снова склонил голову в раздумьях. Заговорил. Речь была спокойной, ни разу не запыхавшейся. - Интересное оружие. Никогда еще под такое не лез. Я его хочу. – И, не дав ответить, начал атаку. Вихрь ударов ранил Арагорну руку, но все же из размена оба вышли относительно удачно, у степняка со лба свисал лоскут кожи, и кровь заливала лицо. - Давно я не видел собственной крови. Наконец кровь бегает как в молодости по жилам. Несмотря на явное преимущество в смертоносности, этот потенциал еще надо было реализовать, и делавший успехи Арагорн все же был человеком. Одна ошибка, удачное или неудачное движение, и это будет концом. У Ары теперь был реальный шанс победить, но только шанс. Даже вблизи телекинез не действовал на Кхамула, поэтому пришлось действовать хитрее. В следующий шаг я выдернул кусочек земли из под ног степняка, и тот поскользнулся, чем смог воспользоваться Арагорн. Кхамул не подвел и, ни секунды не теряя, превратил свое падение в маневр, правда сильно пострадал. Его ключица была разрезана вместе с парой ребер и кучей мышц. Колодец Душ не даст ему умереть, но сейчас он не вывезет бой против бойца калибра Арагорна. И все это понимали. В первую очередь Кхамул. Он был готов умереть за шанс выиграть, но не собирался гарантированно умирать ни за что. Резко развернулся и прыгнул на плечо ближайшего стражника, вырвав у него копье. Отталкиваясь от плеч, голов, других частей тела, он пробежал по армии гномов как по полю, подскочил к коннику, скинул его копьем с лошади и тут же оседлал ее, усмирив парой ударов ладонью по морде. И дал галопа в сторону своей армии, копьем откидывая любого, кто смел преступить ему дорогу. Само собой, самый опасный участок пути был между армиями. Никто не поехал за ним, потому что, по взмаху руки, куча луков и арбалетов уже изрыгнули смерть вслед дерзкому королю степей. Однако он устроил почти цирковой номер. Вскочив на седло, он развернулся лицом к нам и стал отражать копьем и клинком все стрелы и болты, которые могли бы попасть в него или в лошадь. Я невольно восхитился. И тут боец Гондора около меня блеванул на землю. С усмешкой развернувшись к трусоватому салаге, я увидел ежик седых коротко постриженных волос ветерана, снявшего шлем и позеленевшего в лице. Суть. Я забыл, что орки отравили армию людей. *** - Спасибо за помощь. - Пожалуйста. - Что это за клинок? - Клинок бога гномов. Тилкал, его изобретение. Решил сменять на Андрил? - Нет. Мне мой клинок ближе, и он не только меч. Но я поражен мощью этого оружия. - И я. Так что случилось? - Орки шли среди нас два дня. Медленно травили пищу. Ума не приложу, как они спрятались. - Они не прятались. Их принесли. - Что? - В Мории я столкнулся с орком, который умеет запирать их души в черепах. Достаточно было одного, кто несет связку таких черепов, и вот по ночам вашу армию травит сразу отряд орков. - Но кто несет эту связку? - Человек. Черный нуменорец, гондорец поддавшийся злу, просто златолюбивый человек, человек у которого забрали семью и шантажируют. Много вариантов. Ищи сам. Еду дадим чистую, за деньги конечно. - Не проблема. Проблема в том, что ближайшие сутки армия не армия. - Не проблема. Моя армия тут почти вся, кроме стражи. - Но они не боялись твоей армии. - Намекаешь на влияние внутри? - Даже если уже нет... Ну, златорубов убили, ну да. И все же, если по какому-нибудь ходу, который разведал тот орк. Скажем, сам Кхамул проберется в Морию. Кто его остановит? Даже с твоим клинком я мог бы ему проиграть. Он может обезглавить оба наших войска всего за одну ночную вылазку, - я задумался, - да еще вместе с Сауроном. Эта мысль не приходила мне в голову. - Что ты предлагаешь, Арагорн? Считай, в этой войне мы воюем вдвоем, - он пожевал губами. - Тебе не понравится. Ну, опять, а когда было легко?. - А когда было легко? Говори уже. - Кхамул ценит обычаи. И по одному из них он и стал хозяином степей. - Битва один на один? Но ему нужен равный, аааа.... Погоди-ка. Кажется, я понимаю. Вызвать его на дуэль и убить. Но что на кону? Для нас понятно, чтоб они вернулись в степь. А там, выбирая нового вожака, они перегрызутся, и это будет хороший момент, чтобы напасть. Что тебе нужно? Мой клинок? - Я хочу, чтобы дрался ты. - ЧТО?! Я больше не боец на клинках как раз с того момента, как убил вала! - Тут хитрость ведь не в том. Он прекрасно знает, что мы знаем. И если мы вызовем на дуэль, выбор оружия будет за ним. - А если не вызовем, завтра утром они пойдут войной. - Верно. - Спрятаться в горе? - Ты сам сказал, что у тебя теперь есть куча доступов в мое королевство. Думаешь, он не готовился к войне? Если бы разбойники были допрошены, или подчинены тебе, или на верхушке у них сидел твой человек, мы бы знали, где эти твари полезут, и смогли бы устроить побоище. Ты нарвешься на диверсантов уровня твоего орка и Кхамула. Может, ты или я выживем, а остальные? - Скверно. - Скверно. Значит, надо побеждать завтра же. Раз и навсегда. - Да. - Если я его вызову, он выберет оружие. - Да. - И, скорее всего, это будет что-то вроде кулачного боя. - Да. - Ты хочешь расплатиться моей жизнью за передышку для воинов? - Да. - А чего сам не пойдешь? - Больше шансов выжить у того, кто пойдет не на дуэль, а останется вторым. И если меч из тилкала останется со вторым, то из нас двоих у меня больше шансов убить его. - А ты что думаешь, маг? - Майа из степей сидел поодаль от нас. - Я поддержу магией того, кто пойдет на дуэль, но это не мне решать. Я ничего не думаю, потому что не был в таких ситуациях. Мне нечего сказать. Это ваше решение, я и так вмешиваюсь больше, чем должен. Но наблюдать я буду до последнего. " За тобой преимущество. Ты можешь ему выдать, что ты Оркгрим. Он твой подчиненный. Можно его обмануть, сказав, что это все твой план," - он знает, что я Оркгрим. Хорза наверняка все рассказал уже. - "Тогда просто идем и убьем его".- Как ты себе это представляешь? "У нас есть кровь. Если придется, используем, а там будь что будет. Шансов точно больше, чем у Арагорна, его просто забьют кулаками. А в остальном Элессар прав, мы все равно не сдюжим, если из-за угла Кхамул вместе с Хорзой выпрыгнут ночью. - Ты что-то решил, Магни? - майа смотрел на меня пронзительным взглядом. - Да. Я пойду. Отправьте парламентера. " У нас не осталось монет, но есть кровь. Мы справимся, не переживай." – Надеюсь, переживу. *** Спустя три часа вернулся бледный посланник и сказал, что бой состоится ровно посередине лагерей двух войск, только мы вдвоем. Бой кулачный, никаких кольчуг и брони. Изенгрим выругался, Арагорн и майа молчали. Оин еще не знает, он управляет Морией, пока я воюю, пусть и в двух шагах от горы. Я вздохнул и пошел отдохнуть перед завтрашним боем.