Эффект бабочки

      Судя по всему, тот несчастный стаканчик пунша всё же возымел на девушку не самый благоприятный эффект: тело расслабилось, мысли затуманились, а мозг наотрез отказывался рассуждать здраво.       Или, быть может, до такого состояния Оливию довёл этот вечер? Энергичные танцы, близость с Томасом, его руки на её талии…       Да, она определённо захмелела, ведь даже не заметила, как вскоре они вернулись в гостиницу на такси, даже не попрощавшись с Диланом и Юнис, Оливия просто плюхнулась на кровать и лежала там, неумело балансируя между бодростью и надвигающейся дремотой, пока мужчина медленно блуждал по номеру, собирая свои вещи в чемодан.       — Лив, — смеясь, покачал головой Томас, с упрёком глядя на ученицу. — Пора собирать вещи. Уже завтра вылет…       В ответ на это девушка лишь устало поморщилась и промычала что-то нечленораздельное, непонятное даже самой себе.       — Что? — добродушно посмеялся Том, улёгшись рядом и глядя на Оливию сверху вниз, возвышаясь на локтях, которыми упёрся в матрац.       Но Лив так и не ответила, лишь перевернувшись на бок — к мужчине — и прикрыв тяжёлые веки.       Это был трудный день, и, разумеется, Тейлор устала, как эмоционально, от волнения на вручении сертификатов и во время ссор с Томом, так и физически, от катания на коньках и безудержных танцев.       И она слышала, как шатен поднялся с кровати, тихо передвигался по комнате, очевидно продолжив собирать вещи и минимально убираться в номере.       — Лив? — вдруг прошептал он.       По голосу было понятно, что мистер Хиддлстон стоял недалеко, может быть у шкафа, напротив кровати. И тон его был каким-то удивлённым.       — Что это?       Светловолосая была даже не в силах открыть глаза, чтобы увидеть, о чём говорил Том. Лишь в очередной раз промычав что-то невнятное себе под нос, девушка ощутила, каким медленным и глубоким стало её дыхание, и совсем скоро провалилась в сон.

***

      Из цепких объятий требовательного Морфея Лив удалось выбраться лишь глубокой ночью, тут же оказавшись в крепких объятиях Томаса.       Из небольшой прорези меж штор уже вовсю виднелась полная луна в окружении верных сестриц звёзд, блестевших в темноте, словно глаза диких животных, заставших девушку врасплох.       Всё это было так необычно… Ещё пару дней назад эти двое не знали толком, как даже вести себя друг с другом, а уже сегодня спят в одной постели. Какие же удивительные и неожиданные повороты судьбы порой готовит нам жизнь!       Благоговейно вздохнув, светловолосая счастливо улыбнулась своим мыслям, нежно погладив холодную от ночной прохлады руку Томаса, покоившуюся на её животе.       И, кажется, это мимолётное движение заставило мужчину, обычно спящего очень чутко, тут же проснуться и притянуть девушку ещё ближе к себе, буквально вжать в своё тело.       — Ты не спишь? — совершенно тихо, будто боясь спугнуть момент, промурлыкал Том на ушко Тейлор.       Всё её тело отозвалось тысячей мурашек, пробежавшихся от макушки головы до кончиков пальцев. Видимо, дело всё же было в прохладе номера, ведь Томас обдал нежную кожу девушки горячим дыханием.       Или же дело было в нём, ведь поток мурашек повторился ещё бесконечное множество раз, когда шатен принялся покрывать поцелуями шею светловолосой. Очень влажными и тёплыми, громко причмокивая, иногда облизывая кожу Лив горячим языком и оставляя засосы тут и там.       Испытывая страшное волнение и желание, и ужасную тягу внизу живота, Оливия неосознанно вцепилась ногтями в руку мужчины, по-прежнему располагавшуюся на её талии, но уже выше — под самой грудью, и даже не смогла сдержать стон наслаждения, когда Том оставил первый засос.       — Что вы делаете? — смущённо захихикала Тейлор, повернувшись к нему лицом.       И это было ошибкой. Ведь один только вид его кудрявых волос, растрепавшихся в разные стороны, разгорячившейся от возбуждения кожи, затуманенного взгляда голубых глаз заставляли Лив хотеть его только больше.       — Хочу показать этому миру, что ты моя, — отозвался шатен, вновь припадая губами к её коже.       Его голос стал хриплым и низким от возбуждения.       — Прямо всему? — вновь хихикнула Тейлор в удивлении. — А что мы скажем в школе?       — А обязательно что-то говорить?       — Конечно! — усмехнулась светловолосая, даже отстранившись от мужчины и повернувшись к нему всем телом.       Она даже заметила лёгкое недовольство на его лице, когда отстранились, и это не могло не радовать.       — Это же… школа, — выделила последнее слово Оливия, — все увидят, все начнут обсуждать и сплетничать.       — Тебе не всё равно? — улыбнулся Том и прикрыл глаза, уже намереваясь продолжить поцелуй.       — А как же мои друзья? В таком случае мне придётся сказать, что эти засосы оставил Дилан…       — Что? — только и сумел прошептать мистер Хиддлстон, остановившись в паре сантиметров от губ светловолосой.       Есть!       Лив была довольна результатом, ведь именно такой реакции и добивалась. Здесь и сейчас девушка чувствовала себя настоящим кукловодом, умело дёргающим свою любимую марионетку за ниточки. Впервые ситуацию контролировала именно она.       — Друзья потребуют объяснений, — вновь повторила Тейлор.       Нет, не потребуют. Они всё поймут без слов.       — И мне придётся сказать, что это был…       — Скажи это ещё раз и будешь наказана, — строго произнёс Томас.       — Наказана? — издала смешок светловолосая. — И как? Оставите после уроков? Или…       Но не успела она и договорить, как Том стремительно впился в её губы своими губами. Этот поцелуй был другим и совершенно точно не походил ни на один из предыдущих: в нём не было и намёка на нежность, только бешеная страсть, копившаяся в молодых людях всё это время.       Он не позволял девушке отстраниться ни на секунду, даже не давая возможности набрать в лёгкие кислород, покусывая нижнюю губу и по-хозяйски исследуя её рот языком.       Даже когда руки Лив прикоснулись к шнурку на резинке его шорт, натянувшихся до предела, мужчина не позволил их стянуть, словно дразня.       — Нет, — на выдохе произнёс он, вновь принявшись покрывать поцелуями шею Тейлор, спускаясь всё ниже и ниже, к ключицам, плечам, а затем…       А затем несчастная футболка Лив из пижамного комплекта полетела в сторону.       Некоторое время Том лишь молча лицезрел её обнажённое тело, впиваясь взглядом в каждую малейшую деталь. Поначалу Тейлор почувствовала себя страшно неловко, страшась того, что, увидев её изъяны, Томас просто возьмёт и уйдёт.       Но он этого не сделал. Нет. Он продолжил касаться губами её разгорячённого тела. Оставлял влажные и горячие поцелуи на миниатюрной груди, зубами оттягивал набухшие соски, поглаживал спину и талию, периодически впиваясь ногтями в нежную кожу. Одной рукой он сжимал ягодицу Лив, а второй ласкал внутреннюю сторону бедра, с каждым разом всё больше и больше приближаясь к самому заветному месту, отчего низ живота светловолосой буквально сводило от наслаждения, и Лив уже не могла сдерживать стоны, едва не переходя на вопли. Затем Том аккуратно уложил девушку на спину, устроившись сверху, и стянул с себя одежду.       Впервые Оливия увидела его обнажённый торс. Он был идеален. А лунный свет лишь добавлял ему привлекательности, подчёркивая каждый изгиб, каждый мускул, напряжённый от возбуждения.       — И что же тогда мне нужно будет сказать? — продолжила эту игру Тейлор.       — Моё имя, — выдохнул шатен, вновь наклоняясь к её лицу. — Сегодня я хочу, чтобы ты выкрикивала только моё имя.       И именно в тот момент, когда должно было произойти самое важное, самое долгожданное и самое приятное…       Она проснулась.       Именно тогда, когда Томас снова потянулся, чтобы её поцеловать, девушка распахнула глаза, сгорая от жгучего желания, и застала номер в абсолютной тишине и темноте, и покое. Окно не запотело от жара двух тел, вожделеющих друг друга, воздух не был разряженным, только лишь Оливия скорее осела на кровати, выбравшись из тесного плена одеяла, испытывая настоящее удушье, и обливаясь по́том, тяжело дыша, будто после длительного бега.       Что это было?! Сон?! Но почему всё казалось таким реальным? Почему всё нутро по-прежнему было на взводе? Неужели на больное воображение Лив так подействовал тот несчастный пунш?!       В очередной раз осмотрев саму себя, девушка наконец убедилась, что её футболка была на месте, и на шее не было ощущения лёгкого покалывания после оставленных мужчиной засосов.       — Чёрт! — в ужасе прошептала Тейлор, злясь на саму себя и свой мозг за эту злую насмешку.       — Лив? — послышался хриплый голос сбоку. — Что-то случилось?       — Нет! — тотчас же встрепенулась светловолосая, отскочив от мистера Хиддлстона на максимальное расстояние, не рассчитав силу и повалившись на пол с высоты кровати, больно ударившись затылком и поясницей.       — Господи! С тобой всё хорошо?! — перепугался Томас, смотря на Тейлор сверху вниз.       Да, его голос был хриплым, но вовсе не от возбуждения, а ото сна. Он спал. Ничего между ними не было, и это было до смерти обидно.       — Да, — только лишь пискнула в ответ Лив, продолжая лежать на полу, держась на расстоянии от мужчины.       — Кошмар приснился?       — Нет! Вовсе нет! Хотя… да. Да, это был кошмар. Я испугалась…       — Да уж, — понимающе кивнул Том, — мне тоже иногда снятся, так что я тебя понимаю.       — Это вряд ли, — буркнула себе под нос Оливия.       — Ты подниматься собираешься? — ухмыльнулся шатен.       Ну вот опять. Точная картина, сводившая девушку с ума: растрёпанные волосы, лёгкий румянец, прищур и сексуальная ухмылка.       Неловко поднявшись на ноги, Лив скорее поправила футболку, оттянув подол вещи чуть ли не до колен, и забралась под одеяло, плотно закутавшись в нём до самого подбородка.       Лицезря эту картину, Томас издал тихий смешок и придвинулся ближе, обняв девушку и устроившись на подушке, непозволительно близко к её лицу.       — Замёрзла? — прошептал он.       На удивление, в комнате не было прохладно, ведь батареи работали на славу.       — Нет, — покачала головой светловолосая. — Извините, что разбудила.       — Ничего страшного, — пожал плечами мужчина. — И… извини.       — Что?       — Извини, — повторил он. — Мы спим в одной постели, а ты всё ещё обращаешься ко мне на «вы»?       И тогда до неё дошло. Теперь они на равных. Что это, новый уровень отношений? Теперь они ещё более близки? Вопросов было миллионы, но задать их все было так страшно…       — Да, — согласно кивнула светловолосая, — извини.       — Спокойной ночи, Лив, — ухмыльнулся шатен и поцеловал её в щёку.       — Спокойной ночи, Том, — прошептала Тейлор, тяжело вздохнув.

4 декабря 2019 года

      8:37       «Путешествия никогда не проходят зря. Из каждого ты возвращаешься новым человеком…»       Эти слова, когда-то сказанные Томасом, так и продолжали безостановочно крутиться в голове Лив, будто старая пластинка в сломанном патефоне, раз за разом прокручивающим один и тот же момент заевшей в голове песни.       Совершенно точно Лив больше не будет прежней. Эта поездка изменила её. Подарила бесценный опыт, помогла открыться, свела её с мужчиной мечты.       И даже несмотря на то, что тот двухместный номер старой гостиницы не тянул на почётное звание самого уютного, от слова «совсем», девушка всё же будет вспоминать его с трепетом и теплом на душе. С благодарностью. Ведь уже с минуты на минуту Лив и Том покинут это место навсегда. Или, кто знает, может они ещё вернутся? И тогда заселятся в номер на двоих осознанно, а не по ошибке?       Было бы здорово.       Сейчас же Оливия просто сидела на кровати. Она проснулась, может быть, минут пятнадцать назад, когда Том уже вовсю принимал душ. Он даже собрал вещи светловолосой в её потрёпанный рюкзачок.       Наконец, дверь ванной комнаты распахнулась, и на пороге показался Том.       — Доброе утро, — бодро произнёс он. — Выдвигаемся через полчаса.       — Да, я помню, — кивнула Тейлор.       И уже собралась отлучиться в уборную, когда её путь неожиданно преградил преподаватель, в грудь которого она и врезалась по инерции откачнувшись назад, чуть было не упав, но к счастью, Том успел схватить её за плечи.       — Но перед этим, — подал голос он, — могу я задать один вопрос?       — Конечно, — нахмурилась Лив.       О чём же он хотел спросить, что это требовало такой срочности?       Принявшись шарить в кармане своих брюк, Томас неуверенно достал оттуда небольшую вещицу, тут же показавшуюся знакомой светловолосой.       — Что это?       Презерватив! Чёртова глянцевая упаковка квадратной формы!       — Г-где-е… — только и смогла выдавить из себя девушка дрожащим голосом.       — Где я его нашёл? — нахмурился шатен. — Лежал на полу. Вон там.       И указал рукой в сторону шкафа позади Тейлор.       Неужели он выпал, когда Лив яростно трясла жёлтое худи перед их первым поцелуем? Ладно, Лив, надо выкручиваться. Как там говорят? Лучшая защита — это нападение?       — С чего вы взяли, что он мой?! — деловито воскликнула светловолосая, уперев руки в бока.       — Точно не мой, — уверенно улыбнулся мистер Хиддлстон.       — Почему это?!       — Я бы не хотел обсуждать это сейчас, но я не пользуюсь дешёвыми презервативами из супермаркета.       Не зная, что ответить, она растерянно плюхнулась обратно на кровать. Ей было невероятно стыдно! Ещё и тот сон по-прежнему мелькал перед глазами, будоража нутро юной девушки.       — Послушай, Лив, — мягко произнёс мужчина, сев на колени перед светловолосой и мягко дотронувшись до её ног. — Я не пытаюсь упрекнуть тебя. И вовсе не хочу обидеть. Но я хочу знать. Ты ведь и не думала, что познакомишься здесь с кем-то? Есть хоть малейший шанс того, что когда ты брала его с собой, то думала… обо мне?       Помедлив несколько мгновений, ей всё же пришлось кивнуть, подтвердив гипотезу мужчины. А когда он смущённо улыбнулся, она и вовсе закрыла побагровевшее от стыда лицо ладонями.       — Эй, — нежно произнёс Томас, дотронувшись до её рук и принявшись их целовать. — Одна только мысль об этом мне невероятно льстит, слышишь?       — Мне так стыдно! — поделилась переживаниями Тейлор.       — Всё хорошо! Тебе нечего стыдиться!       И, присев рядом, он тут же поцеловал её, сначала очень прерывисто, а затем долго и бесконечно нежно.       — Это последнее мгновение, когда мы можем спокойно быть рядом, — с неподдельной печалью в голосе произнёс Том. — Ты же понимаешь, что, возвратившись домой, нам придётся это скрывать? Нам нельзя будет появляться вместе ни на улице, ни, тем более, в школе. Иначе у нас будут проблемы.       — Да…       — И я не хочу, чтобы ты думала, что мне безразлична. Даже если я не смогу уделять тебе достаточно внимания из-за этих обстоятельств. Помни, что я люблю тебя.       Такого Оливия не испытывала ещё никогда. Впервые она услышала эти заветные три слова за одиннадцать лет с тех пор, как их в последний раз произнесла мама. И было в них что-то воистину родное. Такое забытое, но всё же необходимое.       На какое-то мгновение девушка даже прослезилась. Она прекрасно знала, что Том это видел, но ей не было неловко. Уже нет. Мужчина лишь понимающе подставил ей своё плечо и обнял. Крепко-крепко. Так тепло и до ужаса уютно. Будто все звёзды сошлись, будто необходимые планеты выстроились в ряд, будто сбылось давнее пророчество.       Всё шло своим чередом. И Лив знала, что находилась в правильном месте и с правильным человеком.       16:15       Самолёт, следовавший рейсу Маунт-Вернон — Секим, ожидала мягкая посадка. Очень скоро молодые люди забрали свой багаж со специальной ленты и поймали такси, на котором успешно отправились домой.       И казалось бы, всё было хорошо, но на сердце светловолосой зияла бездонная яма глубокой тоски, и она даже не знала, отчего. Ведь Лив наконец вернулась домой, уже совсем скоро она встретится с друзьями, по которым просто безумно соскучилась. В отношениях с Томасом началась хоть какая-то стабильность; появился шанс на поступление, но ей было грустно.       Казалось, будто за эти четыре дня успела пролететь целая вечность! Город по-своему изменился, пусть даже и незаметно для сонных зевак, медленно прогуливающихся по тесным улочкам, и спешащих на работу трудяг. Кафе, магазины и жилые домики уже сменили декорации в виде тыкв, летучих мышей и пауков на рождественские украшения, и это определённо бросалось в глаза Лив, отсутствовавшей всего-то меньше недели.       И эти перемены пугали её. Разумеется, дело было вовсе не в игрушках и гирляндах, Тейлор пугало то, что за эти дни она могла отдалиться от своих товарищей. Ведь по пути домой она получила сообщение от Сэмми:       «С возвращением! С нетерпением жду нашей встречи и подробных рассказов обо всём-всём-всём! 😏 К сожалению, сегодня встретиться не получится (случилась фаза депрессии) :(».       Дэйв же не написал вообще ничего.       К тому же Тейлор прекрасно помнила и о неожиданном заявлении Алексы об их кровном родстве перед самым отъездом. Ну как она должна была на это реагировать?!       Наконец, когда такси подъехало к дому Тейлоров, резко контрастировавшему своей непримечательностью на фоне украшенных домов соседей, и когда девушка уже приготовилась покинуть авто, в ожидании хоть какого-то тёплого жеста от Тома, он лишь бросил холодное:       — Увидимся завтра в школе, Лив. Хорошенько отоспись перед занятиями.       Это заявлением выбило её из колеи. Никакого объятия на прощание, ни даже нежного взгляда. Только лишь нарочито деловой тон.       — Конечно, мистер Хиддлстон, — только лишь кивнула Лив и уже смотрела, как ярко-жёлтый автомобиль с прямоугольной шашкой на крыше уезжает вдаль, скрываясь в красно-розовом свете солнца, уже постепенно склоняющегося к горизонту.       Разумеется, Оливия всё понимала. Секим — достаточно маленький городок, и слухи здесь распространяются со скоростью света. Лив прекрасно об этом знала, ведь, будучи официанткой самого популярного кафе, часто слышала тихие перешёптывания гостей о том, как Аманда сказала «нет» на предложение руки и сердца Робби, как Джеймс изменил Бетти, и как шестнадцатилетняя Грейс забеременела от своего одноклассника. Да и к тому же тот таксист мог оказаться отцом одного из учеников старшей школы Секима и узнать в Томасе преподавателя физики. Так что обижаться не было никакого смысла, ведь мужчина сразу предупредил её о таком раскладе дел. И он сказал, что любит её. Любит!       Счастливо улыбнувшись собственным мыслям, девушка скорее забежала в дом, где было до ужаса тихо и темно, и холодно. Пар по-прежнему мягко выплывал изо рта даже в помещении.       Чёртовы счета за отопление! Теперь о тёплых ночах можно только мечтать!       Как и следовало ожидать, изрядно напившись наверняка, чтобы согреться в такой мороз, отец спал на диване в гостиной, а вездесущая Нэнси дремала в кресле с огромной шишкой во лбу, очевидно получив от Клайда по самое «не хочу».       Поскорее забравшись по лестнице на второй этаж и забежав в свою комнату, даже не сняв зимнюю куртку, Лив плюхнулась на кровать, отбросив несчастный рюкзак в сторону.       Так странно было осознавать, что тот двухместный номер столь неопрятной гостиницы теперь казался девушке намного роднее и уютнее собственной комнаты. Особенно в ту ночь, когда на какое-то мизерное мгновение Лив решила, будто они с Томом переступили черту нового уровня, слившись воедино и став намного ближе, чем раньше.       Вспомнив то самое сновидение, Оливия скорее прикрыла глаза, жалобно сощурившись, ведь всё её нутро тут же отозвалось трепетом, ставшим уже привычным за последние сутки. Девушка даже прикусила нижнюю губу, чтобы хоть на долю секунды почувствовать то же самое, что она чувствовала во сне, когда это делал Том.       Так, хватит! Нужно это немедленно прекратить!       А с другой стороны, зачем? Ведь с недавних пор возможность такой близости кажется совершенно реальной. В конце концов, когда-то Лив сомневалась и в том, что вообще могла нравиться мужчине.       Значит, это и правда могло произойти. И значит, к этому нужно быть готовой.       Решительно поднявшись с постели и достав из кармана свой смартфон, Оливия неловко установила его на стол, подперев стопкой учебников, и уселась на стул напротив.       Увидев своё отражение в камере, показавшееся ей совершенно нелепым, Тейлор всё же отставила все сомнения на второй план и нажала на кнопку красного цвета.       — Я-я-я… — неуверенно произнесла светловолосая, желая отбросить эту затею, но всё-таки прочистила горло. — Меня зовут Оливия Моника Тейлор. Я родилась тридцатого декабря две тысячи первого года. И я официально подтверждаю своё согласие на вступление в половые отношения с Томом Хиддлстоном.       И скорее нажала на кнопку остановки записи. Видео сохранилось в галерее телефона.       Да, пускай Лив и не была совершеннолетней, но в Вашингтоне возрастом согласия считается шестнадцать лет, так что всё отлично.       Облегчённо выдохнув, Оливия довольно откинулась на спинку стула, деловито закинув ногу на ногу и вальяжно подперев руками голову, как вдруг на всю комнату раздался неожиданный стук. Кто-то стучал в окно!       Совершенно осторожно, боясь сделать лишнее движение, светловолосая медленно подошла к окну. За это время раздалось ещё два стука. Наконец, собрав всю свою смелость в кулак, резким движением руки Тейлор одёрнула занавеску и…       За окном показалось странное нечто с боевым раскрасом!       Перепугавшись до чёртиков, девушка закричала во всё горло от страха. Поначалу ей показалось, будто то был клоун-убийца, пришедший по её душу, но потом, приглядевшись получше, Лив осознала, что незваный гость и сам был перепуган не меньше.       Плавно отодвинув нижний слайдер окна вверх и впустив в комнату зимнюю прохладу, Оливия поёжилась от холода.       — Лив, — послышался дрожащий голос, — м-можно?       — Дэйв?! — узнала в незнакомце своего друга девушка. — Что стряслось?!       Блондин успешно вскарабкался на крепкую ветвь дуба, растущего рядом с окном Лив. Парень осторожно перелез на подоконник, при помощи рук девушки, и наконец оказался в комнате.       Его волосы цвета пшеницы, обычно аккуратно причёсанные и ухоженные, сейчас были непривычным образом растрёпаны, а на лице творился настоящий хаос: Дэвид нанёс красочный макияж, вполне претендовавший на целый миллион лайков в Инстаграме, но все его старания были испорчены, ведь чёрная тушь растеклась по щекам от слёз, на коже появились подтёки тонального крема, а губы, накрашенные матовой помадой, знатно обветрились после времени, проведённого на улице.       Смотреть на него было так жалко! Зимняя куртка даже не была застёгнута, а волосы стали влажными от осевших на них снежинок, он наверняка продрог! И стоял там, весь заплаканный, колотящийся от холода, стыдливо пряча лицо, смотря исключительно в пол.       — Я не понимаю, — тихо произнесла Лив, обескураженно глядя на друга. — Что случилось?!       — Я-я-я, — протянул Пэрис, заикаясь то ли от холода, то ли от того, что сейчас снова разрыдается, — он ув-видел, и я… Я-я-я… Он ненавидит меня, Лив! Точно ненавидит! — перешёл он на крик.       Из его шоколадных глаз новым потоком потекли слёзы отчаяния, и Тейлор не придумала ничего лучше, чем просто обнять товарища. Разумеется, сделать это было нелегко, ведь парень был выше Лив на полторы головы, но всё же, поднявшись на цыпочки, она обняла его за плечи, покрепче прижав к себе, пока блондин неловко дотронулся до её спины и принялся рыдать в её плечо, кое-как сдерживая крик.       Каждый раз, когда из его рта доносился жалобный вой, когда всё его тело содрогалось, когда его дыхание стало сбиваться, и когда Лив ощутила капельки воды на своей шее, её сердце разрывалось на сотни крохотных частиц.       Девушка и сама была готова разрыдаться, но понимала, что не имеет на это морального права, потому что сейчас она должна быть сильной ради друга.       Поэтому и продолжила прижимать его к себе, даже когда мышцы ног стали гудеть от напряжения, и отступила, только когда Дэйв сам отстранился первым.       Косметика только больше размазалась по его лицу.       — Извини, — вздохнул Пэрис, прерывисто от безудержного плача, усевшись на кровать.       — Не смей извиняться! — тут же возмутилась светловолосая, плюхнувшись рядом. — Эй… что произошло?       Некоторое время он молчал, тупо глядя в пол, будто собираясь с мыслями, и нервно заламывая руки.       Совсем скоро девушка заметила, как Дэйв принялся чесать их, цепляясь ногтями за кожу, даже не пытаясь контролировать силу. Лив знала, что он делал. Причинял себе боль. Хотел наказать. Может, даже и неосознанно, но всё равно хотел, пусть и самой подкорке мозга. Она знала, ведь и сама этим занималась, когда испытывала невероятную, разрывающую сердце, душевную боль, заглушить которую могла лишь боль физическая. Она знала, поэтому и накрыла его руки своей ладонью.       — Не надо, — мягко попросила Оливия.       Тяжело вздохнув, парень всё же подал голос.       — Меня увидел отец. В таком прикиде.       — Вот чёрт! — искренне удивилась Тейлор. — И что… И что он сказал?!       — Много чего, — горько усмехнулся Пэрис. — Что я позор семьи, что я фрик, что мои увлечения кажутся ему сомнительными… Даже грозился отправить меня в военную академию.       — А ты?       — А я… тоже наговорил ему всякого. Про то, как меня бесит, что он строит из себя хорошего папашу, хотя всё время проводит на работе, про то, что мама бросила его не просто так, и что лучше бы я уехал вместе с ней. Про то, что на самом деле ему на меня глубоко плевать… Я… Я просто ужасный человек, — жалобно произнёс он, зарывшись руками в волосы.       — Вовсе нет, — подала голос Лив. — Эй, с чего ты это взял?! Дэвид Пэрис, ты официально один из лучших людей в моей жизни, слышишь?! Ты весёлый, дерзкий, смелый, общительный, ты замечательный друг!       — Ты ненавидела меня все предыдущие годы, — пробурчал блондин.       — Это не имеет значения, потому что я ошибалась. Значит, так должно было быть! Значит, раньше у нас никакой дружбы и не вышло бы!       В ответ на это парень лишь горько усмехнулся.       — И то, что ты красишься, не делает тебя плохим. Все мы ищем себя в жизни, все мы пытаемся показать себя этому миру. И я считаю, что макияж это один из прекраснейших способов самовыражения.       — Правда?       Он сидел там, на кровати, смотря на Лив глазами столь чистыми и наивными, как у маленького ребёнка, цепляющегося за хрупкую соломинку, в попытке выбраться из болота самобичевания.       — Конечно, — уверенно улыбнулась светловолосая и, подойдя к столу, достала с полки небольшую бутылочку с прозрачной жидкостью. — А для того, чтобы творить шедевры на своём лице, за ним нужно ухаживать.       Так они и сделали. Пока Дэйв стирал косметику при помощи ватных дисков и мицеллярной воды, Лив судорожно набирала ванну на втором этаже, доливая в неё воду, кипячённую в чайнике, ведь горячее водоснабжение в доме Тейлоров отключили уже давно, и, пускай Оливия уже привыкла принимать ледяной душ, заставлять это делать своего друга она не хотела.       И наконец, когда Пэрис вышел из ванной, весь разбитый, но зато чистый, девушка велела ему скорее надеть куртку.       Не хватало, чтобы Дэйв ещё и простудился!       — Ты не против, если я останусь? — подал голос он, стоя в центре комнаты.       — Конечно нет, — ободряюще улыбнулась Лив, пригласив друга на кровать.       Чтобы не спать в неудобных пуховиках, пришлось укрываться чуть ли не дюжиной покрывал и тёплых пледов, но зато было не так уж и холодно. В особенности рядом с ещё одним телом, нагревающим пространство вокруг.       Да, нехорошо, что Лив лежит в постели с другим парнем, едва ли попрощавшись с Томасом, и не дай Бог, мужчина об этом узнает, но ведь Дэвид не просто какой-то парень!       — Спасибо тебе, — тихо произнёс Пэрис, разрезав ночную тишину, — за то, что приютила. И поддержала. Я люблю тебя.       — И ненавидишь? — усмехнулась девушка.       — Нет. Люблю. И очень сильно. Ты настоящий друг.       Понимающе кивнув, Оливия продолжила разглядывать потолок, рыжие пятна которого виднелись даже в темноте.       — Что планируешь делать? Во всей этой ситуации с отцом.       — Не знаю, — чуть погодя отозвался Дэйв. — Думаю, ещё рано для переговоров, нам обоим нужно остыть…       — Уверена, он быстро отойдёт. Вы помиритесь, и всё снова будет хорошо.       — Нет, Лив, ты не понимаешь…       — Чего не понимаю?       — Просто… любовь к косметике — это не единственное, что объединяет меня с девчонками…       — О чём ты говоришь? — нахмурилась светловолосая.       — О том, что… мне нравятся парни. И мой отец сегодня узнал об этом.