Эффект бабочки

      По коридору гулял настоящий сквозняк, образовавшийся из-за распахнутой двери и ледяных батарей. Но что оказалось самым неожиданным за долгие годы, в доме не было тихо.       Обычно, когда Лив возвращалась с работы, отец тихо лежал на диване в гостиной за просмотром телевизора, запивая всё пивом или же просто громко храпя. Иногда он уходил на кухню, чтобы перебиться едой, которую Оливия покупала на свои деньги в супермаркете, ведь Клайд предпочитал не тратить ни гроша на дочь из тех денег, что выплачивались ему государством в качестве социального пособия, как отцу-одиночке.       Но раньше всё было иначе: когда светловолосой было ещё двенадцать-тринадцать лет, когда она ещё не подрабатывала и отлучалась только в школу, отец всё время проводил на кухне со своими друзьями-собутыльниками, громко хохоча над чем-то, крича, отвратительно кашляя, чуть ли не задыхаясь, и разбивая бутылки, осколки которых Лив послушно собирала с пола, пока шумная компания спала в гостиной.       Позже половина тех друзей почила от цирроза печени или онкологии, Тейлор стала меньше времени проводить дома из-за подработки, а Клайд переключил всё своё внимание на спортивный канал в телевизоре. Тогда и стало тише.       Именно поэтому, когда девушка вошла в дом и вновь услышала этот шум, возобновившийся спустя несколько лет, едва ли не словила паническую атаку.       Отвратительный смех, грязные шутки и чей-то осуждающий крик. Всё, как и раньше.       Пройдя ближе к кухне и заглянув в небольшое помещение, светловолосая заметила троих людей.       — А вот и она! — грозно прохрипел Клайд, держа в руках тёмно-зелёную бутылку. — Паршивка!       — А личико-то уже раскрашено! — послышался второй голос.       То был Эрик Бэрроу — давний приятель отца с работы, когда Клайд ещё работал монтажником на заводе до смерти Джулии. Помнится, он был завсегдатаем в доме Тейлоров и вечно пускал грязные шутки в сторону Лив. А как-то раз, во время уже привычной утренней уборки на кухне, когда девочке было четырнадцать, чуть было не залез рукой ей в трусы! С тех самых пор девушка окончательно перестала чувствовать себя в безопасности дома.       — Ну наконец-то! — вновь послышался недовольный голос обладателя машины, припаркованной во дворе.       Мистер Фишер. Как всегда, в тёплой дублёнке, меховой шапке и с золотыми зубами, сверкающими в полумраке комнаты.       — Что за бордель вы здесь развели?! — принялся отчитывать девушку он. — На полу можно картошку сажать! Эти двое бухают, в гостиной валяется какая-то баба!       Нэнси!       — Почему мне звонят коммунальные службы и предъявляют за долги?! — возмутился хозяин дома с явным русским акцентом.       — Я прошу прощения, — покачала головой Лив.       — Нет! — яростно прервал её арендодатель. — Я это уже слышал! Где мои деньги?! Ты хочешь, чтобы я оплачивал вам коммуналку, или что?!       — Нет! Конечно, нет! — встрепенулась Тейлор. — Мне нужно время! Я работаю, я откладываю деньги! Мне осталось собрать совсем немного, чтобы вернуть вам долг за аренду дома!       — Я всё это уже слышал!       — Я знаю! Но я прошу вас дать мне ещё немного времени! Я… я умоляю! Если вы выселите нас, мне будет некуда пойти…       На какое-то мгновение Лив даже показалось, будто его взгляд смягчился, но потом снова стал непоколебимым.       — Ещё неделя, — прошипел мистер Фишер.       — Неделя?! — не поверила своим ушам светловолосая. — Но вы обещали месяц!       — Мне надоело ждать! Я думал, что хотя бы за этот месяц твой папаша возьмётся за голову и начнёт искать деньги! Но как я вижу, ему плевать! Кроме бутылки в жизни ничего не нужно! А зачем мне тратить на это нервы? Зачем предоставлять кому-то жильё за даром, когда я могу найти приличных и ответственных постояльцев, которые будут готовы платить преждевременно и даже ещё бо́льшую сумму?!       — Но, — хотела было возразить Оливия.       — Не хочу ничего слышать! Неделя и точка! Если денег не будет, полетите на улицу! Я всё сказал!       И, громко хлопнув дверью, мистер Фишер стремительно покинул дом.       — Ты не платишь по счетам?! — заорал во всё горло Клайд, ударив кулаком по столу.       Лив ничего не оставалось, как только быстрее убежать на второй этаж и запереться в комнате, лишь бы не получить по первое число. Ей было страшно.       Всего неделя!       К счастью, на ближайшую неделю девушку отстранили от занятий, что, как ни странно, сыграло на руку, ведь это освободило немало времени. Теперь нужно будет только упросить мистера Диксона позволить Лив работать целыми днями, ведь так она сможет заработать больше чаевых.       И что теперь делать? Строить глазки неотёсанным мужланам, заходящим в кафе, прямо как Клэр?! От одной только мысли об этом Тейлор почувствовала себя грязной.       — Что ты здесь делаешь? — тихо спросила она. — Разве ты не должен быть на астрономии?       — Попросил Сэмми передать, что мне стало плохо, — отозвался Дэйв.       — Отлично, — тяжело вздохнула светловолосая, обессиленно плюхнувшись на кровать.       — Проблемы?       — Ага.       — Хочешь поговорить об этом?       — Если честно, не очень.       Наконец, успокоив дрожь по всему телу, Оливия в полной мере услышала запах своей комнаты, и что-то в нём было не так. Пахло чем-то вкусным, сочным и невероятно аппетитным, отчего даже живот принялся музицировать.       — Чем это пахнет? — настороженно спросила девушка, подозрительно оглядев друга.       Пэрис же вальяжно снял кухонное полотенце с небольшого противня, в котором, от масла, блестела печёная картошечка и куриные ножки, маринованные в томатной пасте и майонезе. Тут же на всю комнату раздался аромат тимьяна и паприки.       — Ого, — удивилась Тейлор, — откуда это?       — Это я готовил ещё перед ссорой с папой, — объяснил Дэйв. — Он сегодня дежурит, так что я забежал домой. Он даже не притронулся к моему кулинарному шедевру! — как-то обиженно добавил он.       Ещё раз приглядевшись к блюду, девушка заметила, как от него исходил горячий пар.       — Ясно, — кивнула она, — а разогрел где?       — В вашей духовке, — пожал плечами парень.       — И отец тебя не видел?! — поразилась Лив.       — Видел, — тяжело вздохнул Дэвид, — он пришёл со своим приятелем, как раз когда я уже собирался вернуться в комнату.       — И что он сказал?! — в ужасе расширила глаза Тейлор.       — На самом деле ничего, — почесал затылок блондин, — даже… обрадовался. Похлопал по плечу, предложил присоединиться. Но я отказался, только угостил их курицей и ушёл.       — Надо же, — издала горький смешок Оливия, усевшись за письменный стол и спрятав лицо в руках.       Отец отнёсся к первому встречному парню намного теплее и человечнее, чем к родной дочери! Ведь за всю свою жизнь Лив ни разу не услышала и доброго слова! Ну разве это справедливо?!       Прерывисто вздохнув, уже норовя разрыдаться от досады и безысходности, девушка кое-как удержала себя в руках.       — Эй, — как-то печально произнёс Дэйв, чутко дотронувшись до плеча подруги, поставил перед ней противень и вручил вилку. — Ты голодна?       — Да, спасибо.       Так они и просидели в спальне: Лив с удовольствием заглушала чувство голода кулинарным творением друга, пока Дэйв читал что-то в телефоне.       И, как ни странно, в тот момент она ощутила несказанный уют и укол ностальгии, на долю секунды возвратившись в те времена, когда мама ещё была жива.       Пускай Клайд и выпивал уже тогда, но он всё ещё работал на заводе и бо́льшую часть дня проводил там; к Рождеству Джулия всегда украшала комнаты гирляндами и мишурой, в гостиной она устанавливала старенькую искусственную ёлку, а над камином развешивала бело-красные носки специально для подарков. И она готовила вкуснейший праздничный ужин, от которого исходил пресловутый аромат тимьяна.       Неожиданно смартфон Лив, всё это время покоившийся на столе, завибрировал, оповестив о новом сообщении, равно как и телефон Дэйва, который тот держал в руках.       Саманта отправила сообщение в их общий чат в Вотсаппе с изображением отважных шпионок из известного мультсериала.       «На уроке всего одиннадцать человек… 😪».       — Ого, — удивился Пэрис, — все дружно решили прогулять астрономию?       — Какое счастье, что мне за это не влетит, — усмехнулась Тейлор, — я-то отстранена.       — Да уж…       «Школьная элита решила поддержать королеву и тоже свалить 😂».       Через секунду всплыло новое сообщение:       «Миссис Парнелл уже обзванивает родителей(».       — Вот чёрт! — напрягся блондин.       — Сочувствую, — печально улыбнулась Оливия.       Но будто даже не заметив этого, Дэйв принялся быстро печатать в чат.       «Мэтт тоже?»       Пока Саманта писала ответ, парень начал нервно грызть ногти.       «Да».       — Чёрт! — вновь выругался он.       — Что ты так переживаешь за него? — удивилась светловолосая. — Вы же больше не общаетесь!       — Дело не в этом… Если миссис Коллинз узнает, что он прогулял, то Мэтту несдобровать! Как думаешь, написать ему? Предупредить?       — Нет, конечно! — поспешно отозвалась девушка и, подбежав к другу, скорее выхватила телефон из его рук. — Совсем сдурел?! Он бросил тебя! Из-за Кэти!       — Но мы же почти как братья!       — Уже нет! И не вздумай ему писать!       — Ла-а-адно, — недовольно протянул Пэрис.       И, вновь ощутив вибрацию, Лив скорее взглянула на экран смартфона друга, ожидая увидеть новое сообщение от Сэм. Но это была вовсе не она.       В имени абонента красовался лишь один эмодзи с изображением крысы, а текст послания гласил:       — Привет, пупсик, — обескураженно прочитала Оливия. — Это ещё кто?       — Неважно! — смутился Дэйв, тут же вернув себе мобильник и покраснев как помидор.       — Э-эй! — заговорщически сощурила глаза девушка, — у тебя появился ухажёр?       — Вовсе нет!       — А чего он тогда тебя пупсиком называет?! Кто бы это мог быть? А в имени ещё только крыса… Крыса! — прозрела светловолосая. — Это что, Маус?!       Ничего не ответив, Дэвид лишь тяжело вздохнул.       — Зачем ты водишься с Маусом?! Он же дилер!       — Да не вожусь я с ним! — вскипел парень. — Он сам меня достаёт!       — Серьёзно? Маус?! — вновь воскликнула Лив, плюхнувшись на кровать рядом с другом. — Никогда бы не подумала, что он…       — Представь себе, — поиграл бровями Пэрис. — Но он не гей, а пан.       — Как ты выяснил?       — С недавних пор у меня на такие вещи, вроде как, радар.       — Да уж! И чего он тебя достаёт?       Блондин напряжённо пожал плечами.       — Начал написывать после того, как я навестил его в больнице.       — Откуда у него твой номер?       — Я сам дал.       — Зачем?!       — Он пообещал скинуть название той дряни, которую продаёт Мэтту.       — Это самый тупой способ раздобыть номер из всех! Как ты сразу не понял?!       — Не знаю, — покачал головой друг, — тогда я думал только о Коллинзе…       — Эх ты! — сочувственно улыбнулась Тейлор, приобняв друга за плечи. — Надеюсь, он скоро отвяжется.       — Я тоже…       Недолгую тишину, образовавшуюся за время дружеских объятий, разрезал очередной звук уведомления, на этот раз издавший смартфон Лив.       — А что там у тебя?! — протараторил Дэйв, вырвав гаджет из рук подруги и отбежав в центр комнаты.       — Эй, верни! — возмутилась светловолосая.       — Всё хорошо? — прочитал парень сообщение. — От Тома!       — Отдай телефон, мне нужно ответить!       Лив уже подошла к другу, когда тот стал убегать от неё, и они принялись носиться кругами по спальне.       — И что, у вас всё серьёзно? — запыхавшись спросил Пэрис, устало упав на кровать.       — Какая разница? — отозвалась Тейлор, поспешно вырвав смартфон из его рук и принявшись печатать ответ.       «Да. Спасибо, что интересуешься 😊».       — А я видел, как вы целовались! Из окна!       — Ты что, подглядывал?! — поразилась светловолосая.       — Нет, конечно! — наигранно возмутился парень и, спустя пару секунд, начал делать вид, будто его сейчас вырвет.       — Засранец! — не смогла сдержать смущённой улыбки Лив и бросила тяжёлой пуховой подушкой прямо в блондина, отчего тот расхохотался.       «Я подумал насчёт наших встреч вне стен школы. Как насчёт завтрашнего вечера?»       «Я за! Хоть каждый вечер! На этой неделе я абсолютно свободна».       «Как кстати 😂❤».       Отлично! Значит, Лив увидит Томаса уже завтра, сразу после подработки!       Кстати об этом…       — Мне пора бежать в кафе, — серьёзно произнесла девушка, закинув телефон в рюкзак и направившись к двери, но остановившись на полпути.       Ей совершенно не хотелось снова попадаться на глаза отцу.       — И прошу тебя, не высовывайся! — добавила она, подходя к окну. — Вернусь поздно.       — Что, пойдёшь к своему Томми? — съязвил Дэвид.       Открыв нижний слайдер окна, светловолосая схватила с другой стороны подоконника горсть снега, обжёгшую нежную ладонь холодом, и кинула ею в друга, отчего тот вновь рассмеялся, а Тейлор скорее перелезла на дерево.

***

      К счастью, мистер Диксон вошёл в положение и разрешил Лив поработать целыми днями всю ближайшую неделю, ведь как нельзя кстати одна из подменных официанток слегла с пневмонией.       Так странно, — возмущался себе под нос хозяин кафе, — в последнее время всё больше и больше народу страдают от воспаления лёгких… Вирус что ли какой?       «Просто меньше нужно гулять без шапок», — подумала тогда светловолосая.       Да и в целом смена пролетела довольно быстро: Оливия особо ни о чём не задумывалась, мельтеша между столиками с подносами и только успевая пробивать заказы и протирать столы для новой орды гостей. Один раз девушка даже попыталась пофлиртовать с каким-то суровым бизнесменом, способным раскошелиться и оставить неплохие чаевые, но не смогла себя пересилить, и промямлила какую-то ерунду, глупо улыбаясь и чувствуя себя полной идиоткой, да и сам посетитель толком ничего не понял, всё-таки оставив побольше мелочи на чай, видимо, чтобы хоть как-то разрядить неловкую ситуацию. Зато Клэр вдоволь позабавилась, весь оставшийся вечер подкалывая напарницу.       Наконец, убравшись в зале и получив заслуженные чаевые в размере тридцати пяти долларов, светловолосая зашагала по улице, довольная собой.       Неплохой результат. Тридцать пять за пол дня! А если она будет работать всю неделю, то вполне сможет вернуть долг мистеру Фишеру! Всё-таки есть плюсы в отстранении!       Но как же было неприятно строить глазки тому мужику! Как только у Клэр получается?! Неужели она не чувствует себя ужасно даже просто им улыбаясь?! Не хочет смыть с себя их оценивающие взгляды? Или вымыть эти разговоры из головы хлоркой? Или, быть может, она уже привыкла?       Глупости! Как к такому вообще можно привыкнуть?       Понуро глядя под ноги, Лив так и шагала по темноте вечернего города, запорошённого снегом, на ужин с Доусонами: ноги проваливались в сугробы, отзывающиеся приятным хрустом на каждый шаг, пока крохотные снежинки блестели в свете фонарей, опадая на землю. Нос слегка пощипывало от морозного воздуха, но было в этом что-то по-своему особенное.       И в какой-то момент, остановившись на месте и заметив, как лёгкий ветерок игрался с только-только опавшими снежинками, кружа их по воздуху и отправляя прямо в, без того, обмёрзшее лицо запоздалой девушки, Лив поняла, что жизнь была хороша. Да, сложна, да, витиевата и полна сложностей, но всё равно хороша.       Уже завтра вечером Тейлор встретится с Томасом; отношения с друзьями просто на высоте, совсем скоро она выплатит долг… И даже жестокость отца угнетала не так сильно, ведь Оливия знала, что уже совсем скоро она уедет в Сиэтл. Ну разве расклад дел мог быть лучше? Наверняка мог. Но Тейлор это уже не волновало — она довольствовалась тем, что имела уже сейчас и, счастливо улыбаясь, вприпрыжку шагала в сторону местного общежития, до которого было совсем недалеко, так что она даже не успеет замёрзнуть!       А после посиделок можно будет попросить сестру подбросить её до дома.       Сестру… Так непривычно думать об этом в столь обыденном ключе…       Но в любом случае, Лив не будет об этом просить. Хотя возможность была, и это радовало.       Когда же наконец Оливия подошла к заветной двери и быстро набрала номер комнаты на домофоне, и когда услышала быстрые шаги с другой стороны, то ощутила лёгкую нервозность.       До сих пор она не знала, что именно чувствует по поводу всей этой сложившейся ситуации. С одной стороны, Лив злилась. Злилась на Алексу, за то, что та преследовала её всё это время; на Клайда, за то, что ничего не рассказывал о своей внебрачной дочери… Хотя, не сказать, что Клайд вообще был многословен. А с другой стороны Тейлор была рада, ведь она сможет обрести сестру, настоящих родственников, сходить на семейный ужин.       Чем же он закончится? Слезами счастья или горечи? Скандалом? Или дружным смехом?       Не успела светловолосая найти ответ и к одному из множества вопросов, терзавших её разум, как дверь отворилась, и из ночлежки показалась смущённо улыбающаяся физиономия Алексы с белокурыми волосами, заплетёнными в длинную косу.       — Ну что, начнём всё заново? — подала голос она. — Итак, я Алекса, приятно познакомиться! — и протянула руку, которую светловолосая нерешительно пожала.       — Лив, — улыбнулась она, — взаимно. Даже очень.       — Идём! — воскликнула блондинка, схватив Тейлор за руку и поволоча за собой внутрь общежития.       Там всё было ровно так же, как и в прошлый раз: старики сидели на креслах в импровизированной гостиной недалеко ото входа и играли в лото; какая-то старушка раскладывала карты таро, попутно выкуривая сигарету, а вокруг них бегали дети, размахивая руками, как птицы, очевидно воображая, будто могут летать. Пахло какими-то индийскими специями, и было шумно из-за гомона кучи голосов.       В голове Лив происходил настоящий диссонанс, ведь всё это время она относилась к людям, проживающим в ночлежке, без какого-либо уважения и считала, что вместо того, чтобы жить на одно только пособие по безработице, можно было бы устроиться куда-то, менять свою жизнь, стремиться к лучшему. И за пеленой юношеского максимализма даже не задумывалась о том, что причины могли прорастать корнями намного глубже и не быть столь поверхностными. Иногда ты просто не можешь стремиться к лучшему, и в этом нет твоей вины.       — Лив! — взволнованно хлопнула в ладоши мать Алексы, как только девушки вошли в комнату.       — Миссис Доусон, — кивнула светловолосая в знак приветствия.       — Оставим официоз, — покачала головой женщина, — называй меня просто Кэссиди.       — Хорошо… Кэссиди, — смущённо произнесла Тейлор.       Все трое тут же проследовали в другой угол комнатушки, в котором располагалась зона кухни: маленький холодильник, пара шкафов, портативная газовая плита и небольшой круглый стол, сидеть за которым втроём было довольно тесно.       Помимо всего прочего Лив не могла не отметить то, как выглядела миссис Доусон: домашние тапочки на босых ногах, махровый халатик, едва прикрывающий грудь, полотенце на коротких платиновых волосах, из-под которого выглядывала только влажная чёлка… Судя по всему, она только вышла из душа. Только вернулась с работы. И думать о такой работе Тейлор было тоже нелегко, но девушка изо всех сил старалась отбросить сомнения на второй план. Осуждение совсем ни к чему. Осудить всегда проще, чем попытаться понять человека и поставить себя на его место.       Они уселись за стол, на котором уже стояла курица гриль, покупные салаты из супермаркета, отварная картошка, бокалы белого вина и стакан яблочного сока для Лив. И они стали стучать вилками по тарелкам, накладывая картошку и курицу в неловком молчании.       — Приятного аппетита, девочки, — поджала губы Кэссиди.       — Спасибо, — покачала головой Оливия, шумно выдыхая.       — Так, ну всё! — воскликнула Алекс, отбросив вилку на стол, — нормальным этот ужин точно не выйдет.       — Это ещё почему? — искренне поразилась миссис Доусон.       — Потому что нам нужно всё обсудить! И Лив, наверное, терзают вопросы, ведь так?       Так. Конечно, так. Но как только настал час их задать, они все покинули голову светловолосой, оставив после себя лишь несчастное перекати-поле.       — Д-да, — только и смогла выдавить из себя Тейлор.       — Задавай! — решительно кивнула блондинка, отставив тарелку с едой в сторону.       — Ну-у, — задумчиво протянула Оливия, — как так вообще вышло? Я даже и не подозревала, что у меня может быть сестра… Отец не рассказывал.       — А чего ещё можно было ожидать?! — недовольно сморщилась Кэссиди, скрестив руки на груди. — Клайд вообще мало когда что-то рассказывает.       Это верно.       — Мы познакомились ещё в девяносто шестом, когда я только-только перебралась в Секим, — продолжила свой рассказ женщина. — Помню, тогда я всё мечтала выбраться в люди, стать известной певицей… Ну и пела в местном пабе неподалёку за гроши. Именно там я и встретила Клайда, он часто заходил. Поначалу мы просто были приятелями, общались после моих выступлений, он казался мне невероятно интересным мужчиной, даже несмотря на его пристрастие к алкоголю.       Тогда я не знала никого в городе, да и оплачивать съёмную комнату было тяжело, и Клайд стал мне помогать. Иногда деньгами, иногда хорошим советом, а иногда просто тем, что мог выслушать.       Я и не заметила, как влюбилась. Хотя это было неудивительно: женщине в трудном положении свойственно влюбляться в своего спасителя. Разумеется, одними беседами дело не закончилось, и вскоре я забеременела. А он исчез. Пропал.       Тогда я осталась ни с чем: из паба меня, естественно, уволили, ведь кому нужна певичка с брюхом; за комнату платить было нечем, а Клайд делал вид, будто никогда меня не знал.       По городу пошли грязные слухи, и только тогда я узнала, что всё это время он был женат.       — Женат? — вскинула брови Оливия. — Ого… то есть, он изменял маме?       — Да, детка, — сочувственно улыбнулась Кэссиди.       — И что было дальше? — нахмурилась Алекса.       — Я вернулась домой, — пожала плечами миссис Доусон, — в родную деревню близ Секима. Не сказать, что сделать это было легко, ведь все соседи тут же стали шептаться и сплетничать, да и родители наседали, мол, мы же говорили, что певицы из тебя не выйдет!       А мне было так стыдно! Жить за их счёт, есть продукты, купленные на их деньги, сидеть целыми днями дома, ведь на работу меня никто не брал. И я надрывалась по хозяйству, чтобы хоть как-то сгладить чувство вины: готовила, убирала, доила коров, кормила кур, возилась в огороде…       Потом на свет появилась Алекса.       Миссис Доусон погладила дочь по руке, нежно улыбнувшись.       — Я даже решилась вписать Клайда в свидетельство о рождении. Надеялась на то, что в нём проснутся отцовские чувства, или хотя бы на оплату алиментов. Но нет. Ни того, ни другого я так и не увидела. Я вернулась в Секим. Вернулась в паб, но денег на оплату жилья и содержание ребёнка катастрофически не хватало. Тогда я и стала… тем, кем являюсь и по сей день.       — Уже столько лет?! — искренне поразилась Лив, тут же зажав рот рукой. — Извините!       Как же неловко вышло!       — Всё в порядке, детка, — улыбнулась Кэсс, — я спокойно могу говорить о своей работе.       — Но разве… вы по-прежнему пользуетесь популярностью? — осторожно спросила светловолосая.       — Разумеется! — гордо провозгласила женщина. — Знаешь, сколько маменькиных сынков сходят с ума от женщин постарше? Так что я ещё ого-го!       — Это не то, чем можно гордиться, мама, — заметила Алекса.       — Алекс меня стесняется, — заговорщически прошептала миссис Доусон.       — Нисколько! — возразила блондинка. — Я люблю тебя и поэтому хочу, чтобы ты нашла более благородное занятие.       — Что важнее: благородство или доход?       — Честь!       — Что ж, — вмешалась в спор Оливия. — Думаю, я могла бы помочь. Спрошу у мистера Диксона насчёт вакансий. Уверена, что-нибудь да найдётся. Конечно, официантка — профессия не самая благородная, но…       — Это было бы замечательно, Лив! — обрадовалась Алекса.       — Да, — нехотя кивнула Кэссиди, — пусть заработок и меньше, но у нас уже нет таких расходов…       — А как же колледж? — удивилась Тейлор.       — Я учусь по специальному гранту, так что за учёбу мы не платим ни цента, — пояснила Алекс.       — Точно, — деловито отозвалась Кэсс, — моя малышка все школьные годы шла к этой цели: разные олимпиады, конкурсы, кубки, призовые места и наконец грант! Горжусь тобой, девочка моя!       Лив видела, как Алекса смущённо улыбнулась, покрывшись румянцем. Да, наверное, слышать столь тёплые слова было до жути приятно. Тем более от матери.       — А что насчёт моей мамы? — протараторила светловолосая, желая скорее услышать ответ.       — Джулия, — тяжело вздохнула Кэссиди, — прости, детка, но я её и не знала толком. Мы даже не были знакомы.       — Ничего, — понуро отозвалась Тейлор.       Тогда снова стало тихо: девушки принялись ужинать, и Кэссиди попросила светловолосую рассказать о себе, а рассказывать было и нечего: школа, подработка, дом, отец и всё по новой.       — А у Лив есть парень! — задорно воскликнула Алекса. — И он старше!       — Эй! — изумилась Тейлор, ладони которой мгновенно покрылись испариной.       Ну вот, сейчас миссис Доусон обо всём узнает! Она будет против! У них будут проблемы!       — На-а-адо же, — заговорщически протянула женщина, — намного?       — Вовсе нет! — поспешно отозвалась светловолосая.       — Лет на десять минимум! — довольно улыбнулась Алекс.       По лицу Кэссиди невозможно было понять, что она думает по поводу всего этого: ещё некоторое время она продолжала смотреть на девушку, отстранённо улыбаясь, но затем воскликнула:       — Ну вот! Сразу видно, что мы родственницы! Тоже любит мужчин постарше!       Облегчённо выдохнув, Лив лишь смущённо улыбнулась и продолжила судорожно закидывать в рот еду, лишь бы избежать этого разговора.       Вскоре, помыв посуду после трапезы, девушки устроились на большой двуспальной кровати, очевидно принадлежавшей миссис Доусон, и Кэсс достала несколько фотоальбомов из шкафа, принявшись показывать детские фотографии Алексы.       Глупо отрицать то, что находиться там, лёжа на кровати меж двух новообретенных членов семьи, было приятно и даже уютно. Кэссиди доставала всё новые и новые снимки, рассказывая историю каждого, пока Алекса нещадно краснела.       Так Оливия узнала, что после того, как Алекс сфотографировали на новеньком велосипеде, подаренном на шестилетие, она повалилась на землю, стерев колени в кровь; увидела её фото на горшке в два года, выяснила, что в школе Доусон была той ещё драчуньей, и поняла, что Кэссиди была замечательной матерью.       Да, пускай она и не идеальна, но Кэсс старается изо всех сил, принимает участие в жизни дочери и невероятно её любит. И видеть это было воистину волшебно.       — Я подброшу тебя до дома! — радостно воскликнула Алекс, натягивая тёплую куртку на плечи. — Только машину прогрею! — и выскочила на улицу.       — Обязательно заходи в гости! — заботливо улыбнулась миссис Доусон, помогая Тейлор обвязать шарф вокруг шеи. — В следующую пятницу снова устроим ужин. Ты приглашена, и это не обсуждается!       — Как-то неловко, — покачала головой светловолосая.       — Прекращай! — пригрозила указательным пальцем Кэссиди. — Мы одна семья.

7 декабря 2019 года

      18:23       Всё-таки Лив и правда поделилась номером телефона мистера Диксона с Кэссиди, чтобы та могла позвонить и разузнать насчёт вакансий.       — Очень кстати ты нашла нам человека, — бормотал начальник, очищая кофемашину, — Эмили совсем плоха, лёгкие поражены на сорок два процента! Бог знает, когда она поправится… А ты же не сможешь работать полный день на постоянной основе?       — Нет, мистер Диксон, — покачала головой Оливия, всё это время сидевшая на высоком барном стуле, — по-прежнему учусь в школе. А отстранили меня только на неделю.       — Жаль, — задумчиво отозвался мужчина и тут же встрепенулся, наткнувшись на изумлённый взгляд зелёных глаз. — То есть, конечно, это грустно, что тебя отстранили от занятий, но как же было бы удобно, если бы ты вышла на полную ставку! У нас уже сформировался коллектив, и так не хочется брать нового человека…       Как раз в тот самый момент колокольчик, висевший над входной дверью, весело звякнул, и в кафе вошло семейство Доусон.       — Мистер Диксон, — решительно произнесла Кэссиди, подойдя к барной стойке и крепко пожав руку хозяину кафе. — Я звонила сегодня по поводу собеседования.       — Да. Точно. Звонили, — заворожённо произнёс Диксон, глядя на женщину так, словно та была настоящим сокровищем, поискам которого мужчина посвятил всю свою жизнь.       К слову, Кэсс и правда выглядела бесподобно в новой шубке и замшевых сапожках на высоком каблуке.       — Могу заверить, что я очень быстро учусь и буду ответственным сотрудником. Раньше я работала в пабе «Золотая кобыла» на отшибе. Правда, певицей, но и заказы иногда разносить приходилось.       — Вы приняты, — всё так же заворожённо отозвался Диксон.       — Правда?! — не поверила своим ушам Алекса, искренне обрадовавшись.       — Блеск! — улыбнулась Кэсс. — Мне нужно пройти какую-то медкомиссию, чтобы приступить к работе?       По-прежнему любуясь красотой миссис Доусон, хозяин Фрайз-Тэйсти даже не сумел вымолвить и слова.       — Да, — решила взять ситуацию в свои руки Лив, — нужно обзавестись санкнижкой и пройти осмотр у нескольких врачей, а ещё подойти к нашему бухгалтеру, он занимается кадрами. За неделю со всем этим можно управиться и посвятить время обучению.       — Отлично, значит, учиться можно уже сейчас?       Все три девушки перевели выжидающие взгляды на бармена, который в мгновение ока растерялся и даже покрылся румянцем.       — Д-да, — смущённо ответил он, неестественно высоким голосом, — Лив вас всему обучит.       — Я?! — поразилась светловолосая. — Но обучение сотрудников — ваша обязанность! И на мне куча заказов.       — Беру их на себя.       — По рукам, — тут же согласилась Тейлор, уводя миссис Доусон в раздевалку.       Кэссиди оказалась права и очень быстро училась: за оставшийся вечер Оливия успела обучить её тому, как управляться с кофемашиной, как пробивать заказы на кассе, познакомила с поварами и Клэр, и дала задание — кропотливо изучить все позиции, представленные в их меню. Тем вечером Кэсс даже приняла свой первый заказ — у Алексы — приготовила дочери двойной мокко с шоколадной крошкой.       — Отлично! Очень хорошо получается! — провозгласила светловолосая, громко хлопнув в ладоши. — Осталось только подготовить все необходимые документы, и уже можно приступать к работе!       — Правда?! — искренне обрадовалась Кэссиди.       — Ну конечно!       — Спасибо, детка!       И женщина обняла Тейлор за плечи. Крепко-крепко и так благодарно.       — Серьёзно, Лив, — улыбнулась Алекса, — спасибо тебе.       — Без проблем, — кивнула Оливия в ответ, — ну-с, ты уже вполне подготовлена как официантка. Но осталось самое главное. Самое ответственное в нашей непростой работе.       — Что же это?! — взволнованно подскочила на месте миссис Доусон.       — У-у-уборка зала после закрытия! — торжественно воскликнула светловолосая, достав веник из-за барной стойки.       — Уборка, — брезгливо поморщившись, Кэссиди забрала веник из рук девушки.       — Лив, — строго произнёс мистер Диксон, — сегодня твоя смена.       — Но я же учу работника! — издала смешок Тейлор.       — Кэссиди, то есть… миссис Доусон, — поспешно поправил сам себя мужчина, — я хотел сказать… м-миссис Доусон уже сделала неплохие успехи за сегодня. Так что, Лив, уборка на тебе.       — Ну, пожалуйста! — посмеялась Оливия. — Я же как раз хотела уйти пораньше!       Конечно, она знала, что в итоге мистер Диксон согласится помочь. Просто сейчас ему нужно было немного покапризничать, дабы показать свой авторитет, как начальника.       — Всё в порядке, — спокойно отозвалась женщина, — я с удовольствием уберусь. И да, я мисс Доусон, — добавила она, многозначительно взглянув на мистера Диксона, окончательно побагровевшего от смущения.       — Класс! Спасибо! — подпрыгнула на месте Оливия.       Оба — Кэссиди и мистер Диксон по-прежнему стояли, неловко глядя друг на друга.       — Если вы не против, я мог бы помочь, — наконец подал голос мужчина.       — Совсем не против, — обворожительно улыбнулась женщина.       Алекса и Лив лишь непонимающе переглянулись, когда те двое удалились вглубь зала.       — Отпад, — пробормотала Тейлор, — мне вот никто не помогает!       — Да брось, — посмеялась блондинка.       И вновь над дверью раздался весёлый звон колокольчика, заставивший светловолосую стремительно повернуться на звук.       — Простите, мы уже закрыты, — только и успела протараторить она.       — Оу, я прошу прощения, — очаровательно улыбнулся Томас.       Наконец, увидев Томаса, такого красивого и долгожданного, в привычном элегантном костюме, зимнем пальто, со слегка растрёпанными волосами, Лив улыбнулась.       — Мне нужно две минуты, чтобы собраться, — попросила она.       — Жду в машине, — кивнул мужчина, нежно улыбнувшись, и покинул кафе, в то время как светловолосая принялась стремительно откреплять металлический бейдж со своим именем от жёлтой футболки-поло и услышала мелодичный свист.       — Та-а-ак, — наконец подала голос Алекса, заговорщически сощурившись, — вот ради кого ты отпросилась пораньше?       — Это не важно, — смущённо отмахнулась Тейлор, уже направляясь в сторону раздевалки и попутно развязывая бордовый фартучек на талии.       — Я жажду подробностей! — воскликнула Доусон, задорно рассмеявшись реакции сестры.       — Никому! Слышишь? Никому об этом не говори! Ни одной живой душе, — серьёзно попросила светловолосая, остановившись на полпути.       — А что такого?       — То, что мне ещё нет восемнадцати! А он мой учитель.       — Да-а уж, — удивлённо протянула блондинка, — но ты не подумай, я не осуждаю. И никому не скажу.       — Спасибо, — искренне поблагодарила её Оливия, скрывшись за дверцей своего шкафчика.       — Но вам сказочно повезло, что рядом не было мамы.       — А что бы случилось?! — встрепенулась Тейлор. — Думаешь, она будет против?       — Нет, — издала смешок Доусон, — мама точно не будет. Но если бы она увидела твоего бойфренда, то тут же запала бы. Он хорош собой.       — Это правда, — зарделась Лив, наконец сменив рабочую форму на повседневные вещи и направившись к выходу. — Скажешь мистеру Диксону, что я ушла?       — Лады. Увидимся! — усмехнулась Алекс, глядя в спину удаляющейся сестры.       К слову, на улице уже давным-давно стемнело, а на парковке Фрайз-Тэйсти гудел лишь чёрный седан Томаса. День стремительно близился к своему логичному завершению, и встретить его закат вместе с любимым человеком было так… романтично и даже волнительно.       — Как дела в школе? — тут же задала Лив мучивший её вопрос, как только села в машину.       Она и правда переживала, как бы любопытные школьники не стали в открытую болтать о вымышленном романе мистера Хиддлстона и Кэти Стюарт, и как бы этими разговорами ни заинтересовался директор Мейсон.       — Всё спокойно, — пожал плечами шатен, — никаких слухов я не слышал: учителя болтают только о контрольных, родительских собраниях и предстоящем концерте в честь Рождества. Мисс Стюарт на уроках нет, это хорошо. Но там нет и тебя, а это уже плохо. Я скучаю.       От этого заявления девушка потеряла дар речи: всё, чего ей хотелось, это визжать от восторга. Лишь улыбнувшись во все тридцать два в ответ, Оливия неловко посмеялась и заметила, что пальто мужчины было слегка влажным, будто от растаявшего снега.       — После уроков была метель? — удивилась светловолосая.       — Почему ты так решила? — нахмурился Том.       — Твоё пальто.       Слегка отряхнув предмет гардероба, мистер Хиддлстон понял, о чём шла речь.       — Нет, я… у меня были важные дела после работы.       — Какие дела? — поинтересовалась Тейлор.       — Скоро увидишь, — поиграл бровями шатен. — Это сюрприз.       Совсем скоро седан миновал дом Оливии, отправившись в сторону леса, казавшегося совершенно дремучим в такое время суток.       Остановившись у самого редколесья, молодые люди вышли на улицу, принявшись безжалостно топтать идеальный слой снега, осевшего на землю плотным сугробом и искрящимся в далёком свете тусклых фонарей, и отправились прямиком в холодные объятия колючих ветвей елей, произрастающих там.       — Лес? — изумилась Лив.       — Да, — спокойно отозвался Том, — ты не против?       — Нет. Конечно, нет, просто…. Я люблю лес, — объяснила Тейлор. — У меня даже есть особенное место здесь…       — Особенное место? — заинтересовался мужчина.       — Да, но… Я бы никогда не подумала, что ты тоже фанат леса.       — Почему же?       Сама того не замечая, Лив взялась за локоть преподавателя, и они пошли дальше, совершенно медленно и спокойно, будто пожилая пара, прогуливающаяся по городскому парку.       — Просто ты не создаёшь впечатление человека, который любит подобные места. Глядя на тебя, я бы скорее решила, что ты любишь проводить время в шикарных ресторанах, в библиотеках за прочтением классических романов эпохи античности, или дома.       — Надо же! — посмеялся мистер Хиддлстон. — Ты только что назвала меня скучным?!       — Нет! — издала смешок Оливия. — Я вовсе не считаю всё это скучным.       — Любишь античные романы? — скептично выгнул бровь мужчина.       — Ладно, это и правда скучно, — сдалась девушка, и они оба рассмеялись.       — А что насчёт дома? — чуть погодя спросил шатен.       Неловко уперев взгляд в носки своих ботинок, светловолосая тяжело вздохнула.       — Дома быть не очень люблю.       — Почему так?       — Это… сложный вопрос. С отцом у меня отношения не самые доверительные, так что предпочитаю проводить рядом с ним как можно меньше времени.       — А с мамой?       Этот вопрос прозвучал, как оглушительный раскат грома тихим июльским вечером, так же резко и совершенно неожиданно, бессовестно сбив девушку с толку.       — Это… тоже, — пробормотала Оливия, — поговорим о другом?       — Конечно, — понимающе кивнул Томас. — Что ж, тогда, получается, в твоём сознании я ассоциируюсь со всеми вещами, что ты терпеть не можешь?       — Нет! — нервно посмеялась Тейлор. — Мы же не говорили о шикарных ресторанах!       — Вот как, — усмехнулась Том, — тогда в следующий раз я обязательно отведу тебя туда. Закажем фуа-гра, лобстеров, тигровые креветки! И специально перепутаем столовые приборы, чтобы у всех гостей перехватило дыхание!       — Нет, будем есть руками! — воскликнула светловолосая.       — Неслыханная наглость! — наигранно удивился шатен. — Тогда обязательно закажем луковый суп!       — Точно! А когда настанет черёд оплачивать счёт, то высыпем на стол горсть монет!       — Да, и начнём демонстративно пересчитывать, всё время сбиваясь и начиная с самого начала!       — И платить буду я! — заявила Лив. — Чтобы консервативные дамы в роскошных шляпках потеряли дар речи!       — И напоследок попросим всё завернуть с собой в пластиковые контейнеры!       — И выйдем на танцпол! Заставим их поставить что-то из современного рэпа с непристойным содержанием!       — Ты так жестока! — рассмеялся Томас, остановившись на месте. — Ты знаешь, обязательно это сделаем! А пока…       Сменив траекторию движения, Том повёл Оливию в сторону, откуда открылся неописуемый вид на несколько лесных елей, украшенных белоснежными гирляндами, в свете которых переливались падающие снежинки.       — О мой Бог! — поразилась светловолосая увиденной красоте, тотчас же ощутив ураган бабочек в животе. — Это прекрасно!       — Я хотел, чтобы сегодняшний вечер стал для тебя особенным, — улыбнулся мистер Хиддлстон, ожидая реакции девушки, будто бы страшась того, что она могла разочароваться увиденным.       — Тебе удалось! — заверила его Тейлор. — Это так волшебно! Для меня такого никто не делал.       — Это честь быть первым, — прошептал шатен, притянув Оливию близко-близко к себе, и в ту же секунду из ниоткуда послышалась музыка.       Нежная мелодия гитары, в такт которой молодые люди стали двигаться в медленном танце, влюбляясь друг в друга всё больше и больше.       Да, Лив влюблялась стремительно и абсолютно бесповоротно, лицезря его глаза, такие добрые и любящие, в бликах света гирлянд. Его тонкие губы, бархатная кожа, покрывшаяся лёгким румянцем от вечернего мороза, мягкие волосы, влажные от снега.       И тихий голос, слышащийся из динамиков:       «Я знаю, ты взволнована, но обещаю, это того стоит…»       Приблизившись к щеке светловолосой, Томас принялся нашептывать слова песни на ухо девушке:       «И когда мы говорим, ты совершенно спокойна, но я так люблю это…»       И наконец их губы воссоединились в нежном и таком чувственном поцелуе. Таком обжигающе горячем на контрасте с холодом зимнего леса, и таком желанном.       Да, этот момент жизни Лив действительно стал самым, что ни на есть особенным, и девушка никогда не сможет его забыть: эти танцы в свете гирлянд под звёздным небом, свидетелем которых был лишь полумесяц; эти взгляды, будоражащие сознание, и даже эту песню.       Потому что абсолютно всё в тот момент было идеально.