Валькирия. Обратная сторона Небес.

Саундтрек главы: King Arthur Official Soundtrack | Seasoned Oak — Daniel Pemberton

***

Мелл-Дара всегда завидовала мужу. С самого первого дня их знакомства, с раннего детства, когда Ад-Лар, в сиянии матери своей, протянул Мелл-Даре руку, выведя нерадивого ребёнка на свет, показывая: «Ей приняла сама Императрица! Смотрите! Завидуйте, ибо она принадлежит наследнику Теневой Вуали!»

В ту самую секунду Мелл-Дара желала ему самой страшной смерти. Не только из-за зависти. Всё же что-то внутри ней действительно ненавидело Ад-Лара. Ненавидело всё то, что он породил своим бездействием в ответ на мольбы будущей жены.

Начиная с первого дня их знакомства, заканчивая последними минутами своей жизни на его руках, Мелл-Дара хранила ненависть к Ад-Лару. Пусть она и была героиней, женой великого генерала и учёного, поэта и спасителя галактики, сына великой и ужасной Хэлион-Вион, это не спасало Ад-Лара от тщеславия и всех ужасов. что оно вело за собой. Пусть Мелл-Дара всегда была рядом, но титулы и слава её мужа затмевали её подвиги. Она всегда была второй. Всегда была в растреклятой тени своего муженька-героя!

Но в конечном итоге Мелл-Дара стала убийцей. Безумной революционеркой. Мелл-Дара говорила себе: «Если бы я знала, что всё обернётся именно так, то я бы не задумываясь повторила эту судьбу». Ад-Лар некогда подарил надежду и забрал её так же, как и преподносил дары — он забирал резко, вырывал из рук, будто сердце из груди. Его мать, великая Хэлион-Вион, Защитница Теневой Вуали и её Разрушительница, благословила Мелл-Дару, нарекла дочерью своей, ну а теперь они, Лорд, покоривший псионику, и его безумная жена убивали друг друга во имя мести.

«Нет судьбы страшнее, чем та, что пережили мы… — думала Мелл-Дара, вспоминая тела детей, погружаемые в могилы. Её детей. Её кровь и плоть, дети, которые не пережили испытаний проклятого мира, ныне покоятся на безымянной планете, тенью молодых деревьев.

      Пламя протонного заряда неслось на них слишком быстро. Запах мёртвой земли заставлял лёгкие болеть всё сильнее и сильнее. С каждым ударом увядающего сердца виски стучали всё медленнее и медленнее. С каждым тяжёлым стоном, еле ощутимым вдохом, кровь подступала к горлу, от чего Мелл-Дара пыталась найти хоть какой-то способ сказать мужу, как сильно она его ненавидит. Всё, что она сейчас могла сделать — исказить его мечту, сделать так, чтобы он страдал.

— Я найду тебя в следующей жизни и убью тебя, Ад-Лар. — Шепчет Мелл-Дара, прежде чем направить свои силы в Пустоты, на поиски тела, что послужит ей сосудом для перерождения.

— Я буду ждать, любовь моя. — Отвечает ей Ад-Лар прежде, чем пламя протонного взрыва расщиплет его на атомы.

***

Территория Арт’Балтарадонской Гегемонии.

Окраина рукава Ориона.

Временная ставка командования Безымянных Легионов.

Планета пустынь и штормов «Аннексия-5».

      Фэйт была Неправедницей. Пусть и родителей своих не знала и точно не могла сказать, кто обременил ей этим клеймом. Убежавшая в страхе мать? Как там о ней говорили безумные старики? «Она бросила рождённого ребёнка, потому что узрела в нём убийцу. Уничтожителя миров!» Или виной был отец? Мужчина, выросший в клане наёмных ассасинов и обременивший свою ученицу на муки деторождения? Фэйт не знала. Да и не считала она это чем-то несоизмеримо важным. Так ей велела Мать. Истинная и настоящая. что вытащила её из бездны.       У валькирианцев Неправедниками называли всех полукровок. Неважно были ли твои родителями дворянами или политиками, обладающими высочайшими связями, для любого валькирианца ты оставался ублюдком, пятном на полотне народа, Неправедным помётом отбившейся от стада скотины. Ведь устои, вбитые Святыми Проповедниками, оказались намного крепче, чем традиции, передававшиеся сквозь поколения с наставлениями отцов и молоком матерей.       Но Фэйт гордилась этим клеймом. В Безымянном Легионе она сделала себе репутацию сумасшедшей оторвы, суки и беспринципной твари из числа Детей Псионного Порядка. Любое задание, которое поручали ей, она доводила до конца и только из-за её способностей Красного Дыма ей позволялось учинять разрушения, которые приводили к десяткам жертв. Ничего зазорного в убийствах как таковых она не видела. Слабые пугались и не угрожали ей, сильных она убивала, чтобы они не смели ей мешать. Зачастую сильные и были её целью. Ведь Мать её так учила. Слабый умирает. Сильный живёт. Таков закон.       И всё же когда она проходила мимо солдат Легиона она слышала эти крысиные шепотки. — Неправедная тварь! — Рычали на неё Деформаторы. — Полукровка! — Плевались в её сторону офицеры Легиона. — Сумасшедшая сука! — Но стоило ли тратить силы и драгоценное время на этих ничтожеств? Нет, Фэйт так не думала. Всё потому что Мать так велела.       Они все хорошо… нет-нет, прекрасно знали, что она сильнее их. Охотники одной группы справлялись с задачей по убийству бойцов проклятого Арктура, другие умирали, не выполнив задание. Именно во втором случае, когда дело не требовало отлагательств, Безымянный Легион вызывал Смертников. Таких как она. Впрочем, то, что Фэйт была жива, и всячески красовалась перед репортерами, уже говорило о том, что клеймо «Смертника» ей не подходит. Ибо Мать Обещала ей бессмертие.       Её быстрый шаг по коридору, где со стен сняли обшивку для того чтобы починить провода и трубы, которые до сих пор не починили, был слышен задолго, перед тем, как она поворачивала два раза налево, чтобы добраться до штаба.       Серый. Серый цвет выбешивал её. Он напоминал о времени, когда она не могла направлять пси-волны, когда она была слабой, когда её держали взаперти как зверя. Страшные дни, когда Матери не было рядом.       Два раза повернув налево, Фэйт прошла мимо красных ламп, чей свет заставлял её чувствовать будоражащее покалывание в каждой клеточке тела, прямо как при искажении волн и полей.       Гермодверь с грохотом расступилась перед ней, и взору Фэйт предстали Охотники Безымянного Легиона, возомнившие себя генералиссимусами великой армады. Фэйт шагнула вперед, оказавшись в паре метров от штабного стола с картами и голографическими повторяющимися записями.       Охотники глянули на неё, прервав свою дискуссию. Командир смотрел в пустынный пейзаж старой колонии. Ветра гнали песок плотной стеной, и жёлтое солнце кое-как пробивало своими лучами тяжёлые тучи. Бури не нравились Фэйт. Она их терпеть не могла. Песок забивался под одежду, и Фэйт приходилось вычищать его отовсюду! Премерзкое занятие!       Командир Лайгарской Флотилии, или для всех остальных — Лайгар, кивнул, приветствуя Неправедную Фэйт, и с места в карьер выдал ей задание. — Отправишься на Фронтир-12. Проведешь полную разведку и устранишь представителей Фаргонов. Ясно? — Фэйт фыркнула. — Мы дадим тебе знак, когда можешь приступать к аннигиляции. Поубивай в удовольствие. — Фэйт зарычала, не то от удоволсьвтия, не то от пренепрежительного тона собеседника, от чего Лайгар лишь заулыбался во весь рот. — Не обращайся со мной как с псиной! — Выпалила Фэйт, на что валькирианец посмеялся: — Ты же ведь хорошая гончая, пусть и отец у тебя был дворовый кабель. Свободна, Amhin. — Фэйт не подчинилась. Согнула руку, окутала себя алым дымом, но взгляд зацепился за фоторгарфии на голограмме. Она внимательно посмотрела на фотографии, высветившиеся у края стола, когда она к нему прикоснулась. Ничего не обычно. Цели, да и только. Но одно лицо её заинтересовало. Волосы, зачесанные назад, высокий и чистый лоб, аккуратная щетина, с прямым носом без всяких горбинок. Одет в кожанку, глаза серые.       «Жалко будет убивать такого красавца!» — Подумала Фэйт, перекидывая информацию на свой коммуникатор. Мать была с ней согласна.

***

Фронтир-12. Столица РЕС.

Резиденция Фаргонов.

Район Старой Валькирии.

5:45 по местному времени.

      Обычно утро Ориона и Андромеды начиналось с часов так в десять-одиннадцать. К этому времени слуги успевали наготовить еды и наследники Старой Валькирии, проводив родителей по их «важным и не терпящих отлагательств» делам, были вольны делать всё, чего душа их могла возжелать! Ну, это наступало примерно к трём часам дня, потому что до этого им приходилось высиживать уроки светского этикета, краткие лекции в историю и ещё пару нотация от Танвилиды — учительницы танцев и этикета — и их свобода никак не сковывалась после всего ужасного, что было в период с двенадцати до трёх-четырех.       Обычно их телохранителям приходилось только поспевать за ними, так как Орион и Андромеда часто тратили карманные деньги (очень больше деньги) на походы в кино, театры, стрельбища, клубы и простые покупки, за которыми вечно занятые родители не могли уследить. От этого в их комнатах скопилась уйма, естественно ценного для принца и принцессы, барахла.       Но с приходом этих новых учителей всё так молниеносно поменялось, что Орион стал резко верующим, и принялся молиться Святым Проповедникам, чтобы весь этот кошмар закончился, и его пара шуток прогнала этих садистов прочь! Андромеда же стала более прагматичной, и понимала, что помощи от Богов здесь не дождёшься!       И всё начала Эмма Бейкер со своей «разминкой».       Часовая стрелка перешла за полшестого утра, и будильники, которые обычно отключены, заверещали с какой-то страшной, доселе невиданной силой, от чего Орион моментально вошел в состояние Рывка. Самая первая волна пси-способностей представляла собой вовсе не тоннель, а полое кольцевое пространство, по которому гонялась точка в виде размытого пятна. Чем сильнее разгонялась эта точка, тем быстрее получалось ускорять реакцию. Орион никогда не мог нормально сконцентрироваться и терял точку, выходя из Рывка намного раньше соперников.       Но, не обнаружив опасности, Орион поднялся, резко скидывая одеяло дорогого покрова, и в одни только трусах принялся метаться по комнате, в поисках орущего будильника. Найдя злополучный аппарат, Орин сначала диву дался, а потом вспомнил, что отец нанял в учителя инженера-программиста. Теперь понятно, как эти новые учителя умудрились взломать запароленные часы со встроенной машиной по пробуждению. Из колонок, вмонтированных в стену, ревела музыка двадцатого или же двадцать первого века, Орион точно определить не мог.       Проснувшись окончательно, он связался с сестрой и злосчастные Сыновья Фортуны одной небезызвестной группы перестали рвать его перепонки.       Как брат и сестра Орион и Андромеда могли легко связываться и общаться ментально. Это приписывали к эффекту Глушения и Возгорания, доставшегося им от матери. Так Псионики-родственники, могли легко общаться, будучи даже на разных уголках галактики.       Оказалось, Андромеда была в той же ситуации, что и старший брат, но музыка в её комнате не утихала, потому что она никак не могла найти часы, управляющие колонками.       Спустя пару минут визгов и криков, девушка смогла отключить музыкальный рёв. Одевшись легко и наспех, накинув спортивные штаны да футболки, брат и сестра вышли в коридор, где их уже ждала Эмма, с самой «светлой» улыбкой, от наблюдения злостных лиц подопечных. — Доброе утро! — Проведя руками по чёрным волосам, женщина поправила на себе облегающий спортивный костюм цвета серо-белого камуфляжа. — Как это понимать?! — Пропищала Андромеда, тут же прижавшись к Орину, поймав на себе хитрый взгляд новой телохранительницы. — Надо же следить за тем, чтобы вы жиром не заплыли от ваших походов к шаурмечным ларькам с Митчеллом, не так ли? — Орион даже посмеялся, но стёр ухмылку, когда сестра обиженно сжала его руку. Вентор Бейкер протянула им браслеты, крепящиеся на предплечье. Состояли они из пары проводков, и центрального ремешка, плотного, почти что намертво обвивающего руку ремешка.       Орион и Андромеда вновь соединили свои мысли:       «Проучим её?» — Сестра бушевала от гнева и жажды мести в адрес новой телохранительницы.       «На зарядке и сбежим, она не угонится за нами в связке!» — Брат улыбнулся, и наследники послушно закрепили браслеты.       Под прощальные взгляды и молитвенные смешки Вальтера — главы службы охраны, его стражников и прочей прислуги, Эмма вместе с принцем и принцессой вышли на территорию резиденции, где охрана обычно пробегала по десять кругов. Уже понимая, что вот-вот их заставят бегать, Орион разогнал точку Рывка и без команды помчался вперед, а Андромеда притянулась за ним. Эмма лишь хохотала, вместе со стражниками. Они оторвались вперед на десять метров и внезапно оба резко остановились, когда тело сковал резкий порыв боли, отчего они (и Орион и Андромеда) запрыгали на месте, потому что боль от рук стала переходить по всему телу, мышцы сокращались с большой скоростью. Тело тряслось и билось в коротких конвульсиях и всё закончилось столь же быстро, как и началось.       Андромеда присела на корточки, вцепившись в свои волосы, а её брат просто сел на землю, стиснув зубы до слышимого скрежета. Эмма, хохочущая во всю округу, подошла к ним и полистала панели на своей кисти. — Я наслышана о ваших шутках, Ваше Королевское Высочество. — Присев рядом с ними, она продолжала хихикать. — Это было больно! — Андромеда прошипела эти слова, и гордо поднялась с корточек. — Нас так на флоте учили. Любой, кто отлынивал, получал по мягкому месту удар током, а тех, кто отставал, тащили на горбу успевающие. — Орион поднялся на ноги и попытался сдёрнуть шокер, но тот лишь ударил его ещё раз и Эмма вновь хихикнула. Орион, как бы не злился, почему то успел приметить красоту этой злорадной женщины. Костюм-комбез красиво облегал её тело, выделяя красивые ноги и торс. Заметив как брат пялится на Эмму, Андромеда пихнула его в плечо. — Я люблю подколы, если они уместны, конечно. Но я должна следить за вашей физподготовкой, а если вы будете убегать, то мы вовсе не подружимся. Дайте мне слово, что будете выполнять мои поручения и задания, и я сниму эти шокеры. — Эмма в миг нахмурились и стала серьёзней некуда.       «Не надо! Не обязывая себя ничем!» — Почти сразу заверещала Андромеда в мыслях брата.       «Это слабость. Если я не могу держать слово, то я не имею права зваться Фаргоном?!» — Ответил сестре Орион, чуть ли не задирая подбородок от гордости.       «Говоришь совсем как отец. Это скучно!» — Надулась Андромеда, скрестив руки на груди.       «Не думаю, что нам будет с ними скучно.» — Задумчиво проговорил Орион. — Я даю слово, Ventor Бейкер! — Торжественно выдал Орион, гордо подняв свою голову. — Я тоже! — Согласилась Андромеда, сжимая руку брата. — Зовите меня просто Эмма. — Улыбнувшись Бейкер сняла с них шокеры.       Честь требовала от них держать слово. Они как-никак были дворянами. И почему остальные учителя не догадались до этого?

***

      На самом деле это оказалось куда сложнее, чем он ожидал. Уже на пятом круге он сдал выдыхаться, а к десятому, когда это пытка, называемая «пробежкой» была закончена, Орион на пару с Андромедой рухнул без сил на прохладный бетон под ногами. Однако голос Эммы сей же момент поднял их и заставил шагать, восстанавливая дыхание. — И так каждое утро?! — Запыхалась Андромеда, чуть ли не со слезами на глазах. — Естественно! — Эмме даже нравилось это! Орион плёлся позади, проклиная себя за дурость и гордость. — А как же наши уроки танцев? — Не унималась Андромеда, всячески донимая вентора. — По расписанию, принцесса. — Эмма глянула на часы. Как же с ними было сложно! — А уроки у… мистер Митчелла Маклауда? — Вопросы сыпались из Андромеды, как горох на стол. — Сразу после меня, а там обед, принцесса. — Зевнула Бейкер. — А когда придёт Райли? Тот Неправедник? — Эмма, наконец, остановилась и, взъерошив свои волосы, улыбнулась, глядя на весёлую Андромеду и замученного Ориона. — Райдер появится, когда сам решит. Он немного странный. Мы с вами позанимаемся ещё пару часов и, быть может, пойдём прогуляемся, если вам не надоело сидеть в вашей башне из слоновой кости… — Орин почесал затылок, пытаясь понять смысл этих слов, и не смеяться с выпученных глаз сестры. — Людское выражение, означает… — немного потупив взгляд, она всё же нашла нужные слова — обитель высокого и культурного, далёкий от реальности. Как же сложно объяснять простое выражение детям… — Никогда Эмма не чувствовала себя такой… глупой. Ей было почти стыдно. — Ха, разве десятки учителей это «высокого и культурно?» Скорее мы у Хэлион Вион меж грудей нежели… — Возмущённо насупилась девушка, вытянув губы, и тут же получив от брата удар локтём в бок от сравнения их жизненной ситуации с бюстом императрицы Теневой Вуали… — Да, похоже мне и на уроках этикета за вами следить, принцесса. — Эмма сдержала позыв радости и смех от умения Андромеды хорошо так ругаться, но в то же время заметила, как Андромеда нервничает и чего-то стесняется, постоянно отводя взгляд. — Не зови меня так, когда мы наеденные. Тебе не нравится моё имя? — Синие глаза Андромеды заблестели, когда она потянулась вверх, встав на носочки, уперев руки в боки. — Андромеда — красивое имя. Будем панибратсвовать у всех за спиной, а сестрица? — И девушка охотно закивала телохранительнице. «Посмотрим, сколько шуточек ты вытерпишь!» — подумал Орион, и сестра смерила его злостным, огненным взглядом, мол: «Ты на мою подружку не заглядывайся!»

***

      Орион, узнав что бегать они будут так каждый день или же в зависимости от ситуации готовиться к какому-нибудь мероприятию, расстроился. А уж услышав план отработки боя на каждое растреклятое утро и почти что каждый вечер, проклял отца множественными ругательствами. В добавок, он в мыслях своих возненавидел тот день, когда Авалон Фаргон нашёл именно этих «учителей» для своих детей.       После мозговыносящей пробежки, троица прошла в спорт-зал ангара, размялась на тренажёрах и по просьбе Эммы, Вальтер расставил подобие штурмовой комнаты с думая этажами. Ну, как Вальтер. Мимо проходили два его солдата, так что стражники поместья без дела не ходили. Позже ещё несколько его солдат занесли тренировочные снаряжение, бьющее импульсом с силой как у небольшого, реального ранения.       «Нам конец, да?» — Андромеда связалась с Орионом обреченным голосом. Как родные брат и сестра с парными волнами, Орион и Андромеда могли связываться друг с другом с помощью остаточного Рывка, будто они перекидывали друг другу мячик невзначай передавая друг другу свои мысли.       «Может быть, «Холодный разлив» спасёт нас от этого?» — У каждой их шутки были названия и планирование, что переходили на уровень полноценной операции, так что можно было с ума сойти, не зная, о чём идёт речь.       «Где я тебе найду ведро воды со льдом? И вообще, ты же дал слово!» — Обиженно проскрипела сквозь зубы Андромеда.       «Что не буду убегать с занятий, а не срывать их!» — Орион ухмыльнулся, чувствуя себя победителем.       «Это не честно! А как же дворянская честь?!» Закричала Андромеда, так, чтобы Орион зажмурился от её писка.       «Может тогда Армада Кнопок?» — Предложил Орион.       «Только когда она найдёт стул, у меня пару штук в кармане есть» — Согласилась Андромеда, радуясь и предвкушая веселье.       «А что сейчас делать?» - Спросила сестрица.       «Заниматься!» - Ответил её брат. — А зачем нам это? — Стража вручила Ориону тренировочные бронежилет и ящик со снаряжением, всё для той же тренировки. После расставили проекторы, отвечающие за голо-мишени, коих насчиталось больше двадцати. — Ваш отец в договоре, а после и в личном разговоре, велел мне обучить вас штурму и прочим премудростям десанта Республики. — Пока Орион и Андромеда устало затягивали жилеты с ремнями разгрузки, Эмма уже затягивала последнюю липучку на тактических перчатках. — Зачем? — Продолжил Орион, не совсем понимающий всю ситуацию. Неужели отец их к чему-то готовил? — Спроси у отца, принц. — И хлопнув его по каске, вентор махнула рукой подошедшему Митчеллу, пришедшему к полудню. — Уже мучаешь деток? — Почавкал Маклауд, доедая яблоко. — А ты уже напился? — Вобрав в грудь воздуху, улыбнулась Эмма. — Твой рекорд по пьяным пробуждениям пока ещё не перебил. — Митч закатил глаза, увидев вытянутый средний палец в свой адрес. — Детский юмор, хочешь послать, сделай это изощренно. — Скучающим голосом выдал Маклауд, звучно чавкнув. — Пошёл на хрен! — Услышав злость в голосе подруги, Митчелл откланялся ей и наследникам, поспешив уйти. Эмма же достала пистолет-шокер и точным движением выстрелила другу прямо в ляшку. Но Маклауд лишь улыбнулся, когда его тело окутала синяя сетчатая оболочка. Небольшой блик обновил её, и она вновь исчезало под хохот мужчины, который ускорился, чтобы не получить ещё пару зарядов в спину или того хуже, свою благочестивую задницу. — Да ладно, рефлекторный щит на одежде?! — Орион уронил челюсть под ноги, а его сестра выпучила глаза. — Митч вас этому научит. — Эмма покачала головой, и начала очередную тренировку, с «показательного номера»

***

— Ва-ау-у! — Восхищённо прошептала Андромеда. Таймер остановился на минуте и тридцати пяти секундах.       Штурм начался. Эмма держалась ближе к стене. Первый враг выскочил справа. Метнулась в сторону и выстрелила. Минус один. Присела, двое показались в окне второго этажа. Ещё пара выстрелов. На полусогнутых вперед, не высовываясь. Ещё трое за углом. Ускорила шаг. Беглый огонь позволил ей снять двоих из окна и рвануть за стену, когда по ней открыли огонь из пяти стволов.       Прокатившись по полу, она спряталась за стеной. Удобно зайдя за спину, сняла ещё троих и тут же отпрыгала в сторону, когда рядом запищала голо-граната. Пальнув пару раз, так чтобы сбить тем огня, Эмма сиганула через окно и, не переставая двигаться, упёрлась спиной в стену, когда её ещё раз зажали огнём.       Не получив ранения, она помедлила лишь секунду, кинув гранату ко второму этажу и ещё одну к небольшому переулку между окнами, откуда и палили. Ещё минус семеро.       Быстро, почти молниеносно, Бейкер прошмыгнула к лестнице, спиной прижимаясь к стене у подъёма, периодично смотря вверх-вниз. Шаг вперед, ещё два. Двое показались наверх, трое внизу. Дыхание у неё участилось, и она пошла наверх очень быстро. Палец резко спустил триггер огня, и так пару раз, добив двух на втором этаже.       Трое мчались по лестнице вверх. Эмма встретила их около выхода на второй. Боты были чуть завышенной сложности, ей просто нужно было вспомнить былое, и тогда она сможет научить ребятню работать со стопроцентными ботами, а эти черти как настоящие наёмники Порубежья — не знают пощады.       Трое замедли свой шаг. Блик голограммы представал в виде рядового Безымянного Охотника с винтовкой и гранатой. Были ещё и псионики, но это включалось на высоких уровнях сложности. А она играла на «Эксперте», чуть ниже чем «Мастер».       Рванулась вперед. Минус три! Ещё четверо показались в дальней части площадки. Двое были тяжеловесами, таких типчиков не свалить парочкой выстрелов. Эмма села за укрытие. Её не видели, уже хорошо. Заряда на винтовке уже не было, как она и рассчитывала. Граната была только одна, а враг уже рассыпался на парочки.       Двое обошли её со стороны, плохо. Почти что перекрестный огонь. Но бить точно и по ногам она умела. Остатки заряда винтовки ушли на первых двух. Три выстрела свалили тяжеловеса, два в ноги, контрольный в голову. Пистолетом добила его напарника, и когда чуть не попала под огонь двух оставшихся, кинула светошумовую и кувыркнулась за стену.       Всю обойму высадила в здоровяка. Последний, потеряв оружие (даже такое было предусмотрено в программе обучения у ботов) только и успел выхватить пистолет, как Эмма метнула нож ему прямо у грудь.       Минута и тридцать пять секунд. — А зачем нож? — Орион был псиоником и на её месте бы ускорился, сломав пару рёбер противнику. Однако услышав мысли брата, Андромеда пихнула его в бок. «Она же не псионик, дурак!» — Да, у нас же есть пушки и гранаты с режимом простого нажатия. — Наигранно поддержала брата Андромеда, перед этим получив щелбан по каске. — Отруби руку врагу и он не успеет нажать на кнопку. — Эмма сняла шлем, и на табло, висевшем на стене, высветился счёт в пятьсот очков и ещё три сотни бонусом за время. — Ваш черёд показать, как вы сражаетесь. В договоре говорилось, что умение с тренировочным оружием у вас имеется. Пошли, пошли, пошил! Бегом марш! — Командный крик снёс их с места и брат с сестрой, обычно играющие подобное в симуляции, начали раунд.       Результаты впрочем, были плачевные. Было прямо как в простейших симуляциях, без шлемов-камер и ощущение того, что вообще это всё происходило в реальности.       Получив с десяток выстрелов, первой упала Андромеда, а за ней и Орион, свалившийся, когда перепрыгивал через заграждение. Уже во втором раунде они смекнули, что можно использовать псионику и после короткого отдыха и числа в сто пятьдесят очков за десять минут, они взяли реванш.       Та же ситуация. Орион двигается быстро и потому боты за ним не поспевают, потому-то их число просто увеличивается. Андромеда же скачет как кошка по полю, от одного угла к другому, редко стреляя, и отвлекая на себя противника. До предела им далеко, так как их работа состоит только в команде, и друг без друга они просто падают после пятого противника. — Не так посредственно как я думала. Будет из вас толк. — Время на часах шло к обеду и Эмма закономерно почувствовала голод, впрочем, как и принц с принцессой, схватившиеся за животы. — На сегодня всё. Молодцы. — Хлопнув в ладоши, Эмма закончила тренировку. — Вы пойдёте с нами на обед? — Андромеда чуток поскакала вокруг неё и услышав положительный ответ, заливисто улыбнулась. — А мне даже понравилось… — подытожил Орион. — Да ты пялился на неё большую часть времени, потому то и вылетал! — Хихикнула сестра. — Ничего я не пялился! — Резко рыкнул брат, поняв, что весь залился краской. Может он и смотрел на Эмму, он же внимательно глядел, запоминал движения… но не то, чтобы пялился-то! Это…. — Замолчи! — Брат пригрозил сестре кулаком, когда она принялась хохотать во весь голос.       А ведь ему и вправду понравилась эта тренировка. Это тебе не лекция, где учителя боятся твоего дворянства! Мать будет в шоке!

***

      Обед выглядел аппетитно, после такого-то занятия!       Орион и Андромеда быстро уплели кашу с яблоками, затем взялись за супы с вторые блюда и поняли, что у них было ещё полчаса до того, как сюда придёт Танвилида.       Вот уж над кем было опасно шутить, так это над Танвилидой, учительницей танцев и этикета. Эта женщина могла заставить танцевать их так долго, что голова уже не воспринималась как что-то, в чем держится мозг, а сам главный мыслительный центр уже давно ушел куда-то в область печени.       Но над Эммой можно же было шутить? Так ведь?       В обеденный зал, включавший в себя небольшой стол для королевской семьи, когда она была в полном сборе, потихоньку приходил народ. Сам стол, королевский естественно, был длинный, почти что корабельных размеров; стол для охраны, и два чуть меньше королевского, отведенного для гостей и учителей. За последним брат и сестра предпочитали есть больше всего. К обеду к ним поспела и преподаватель танцев.       Танвилида была старой женщиной, даже по валькирианским меркам. Ей было примерно сто тридцать пять лет, но выглядела она не такой старой, как многие о ней говорили.       Морщинистое лицо, сухие руки, но до ужаса прямая спина и ровный шаг. Она часто заставляла своих подопечных шагать со стаканом на голове и сама не раз так делала, не пролив ни капли. Глаза у неё были большими, но отнюдь не добрейшими. Может она и была доброй, но при виде нарушения этикета свирепела как аргонский вепрь.       И вот она увидела, как Эмма и Митчелл пытаются найти место для перекуса. Подойдя к ним, она вежливо представилась и объяснила, что есть они будут за определенным столом, и за королевский сядут только при разрешении. Усилив слух с помощью Рывка, Орин чуть не выпрыснул чай из носа, когда услышал шутку Маклауда. — Хорошо что хоть не у параши… — и тогда Танвилида смерила его таким взглядом, от которого даже Эмме стало не хорошо. Подзатыльник от Эммы для Митча оказался слабоватым, но действенным. — Страшная женщина. Статная, но страшная! — Сказал Митч, состроив смешную гримасу, когда Эмма недовольно посмотрела на него. Этого учительница танцев не слышала, и слава всем Святым Проповедникам!       Но, как это обычно бывает, в такой ситуации даже Ориону прилетело. Забыл встать при подошедших учителях. Ноги подкашивались после тренирвоки, и когда он лишь привстал, то Танвилида обошла его со спины и села на своё место. Плохой знак. — Приятного аппетита! — Эмма кивнула новой знакомой, когда им поднесли супы и вторые блюда. — День добрый, бродяги! — Объявился и Райдер, подсевший к столу внезапно. Танвилида лишь зыркнула на него, но Райли даже не смутился, весело улыбаясь. Спросив разрешения присоединиться у принца и принцессы, Райли, получив положительный ответ, решил спросить как идут дела. — Как тренировки? Эмма вам, небось, за полторы минуты показала лучший штурм десанта РЕС? Это вы ещё её снайперские навыки не видели! — Андромеда и Орион закивали, указывая на плечи с синяками. — Ты будешь составлять график или, как всегда, останешься спонтанным дурнем? — Поинтересовалась Эмма, утирая губы салфеткой. — Думаю псионике можно поучиться и вечером, часов в пять-шесть? А потом проверить их умения на деле. Есть одна идея. — Райли подмигнул учениками, и Андромеда больше всех заулыбалась. Орион хотел было молиться. Эмма привстала, чтобы достать коммуникатор, Райли то же, но для чего-то другого, и сели они, моментально шипя и подскакивая. — Я припомню это вам на тренировках. — И смахнув кнопки со стула, Эмма села обратно, но Райли, хитро улыбаясь, чуть пошатнул стул принцессы. Орион почувствовал пси-волну и зажмурился, когда сестра с воплем соскочила со стула, Орин повторил тоже самое через полсекунды, почувствовал острую кнопу в своей спине. Больше всех хохотал Митчелл, который тоже не увернулся от удара Райли и захохотав, слетел со стула. Танвилида же, поднялась с места и со всей строгостью объявила: — Господа преподаватели! С чувством юмора, как я погляжу, у вас всё отлично, но этикет ваш не соответствует даже минимум, нужного для приёма ikari Вельгеты! — Чего? — Митчелл проглотил кусок хлеба, не понимая, что его ждёт. Кое-как поднявшись с пола вместе с Андромедой и Орионом, он жалобно посмотрел на Райли и Эмму. Друзья лишь пожали плечами. — Королева отбыла, чтобы помочь, на вашем языке, леди Вельгете с очередным балом. Боюсь, ваши выходки опозорят этот род. — Голос её был достаточно тихим, для того, чтобы десантники угомонились и склонили головы. — Нам обязательно идти? — Уточнил Маклауд, добавляя — вентор Танвилида? — Вы будете сопровождать королевскую семью, так что да. Поэтому я возьмусь за вас. Жду вас и выше высочество в полвторого, на занятии. — С этими словами она удалилась. Орион поразился. Старуха успела все съесть, пока они тут дурью маялись! — Фурия, а не женщина. — Митчелл попил молока и оглядел сидящих за столом — Смотри не запади на неё, мальчик! — Райдер заставил всех хохотать. В ответ Митчелл вытянул оба средних пальца. — Хочешь кого-то послать, Митчелл, сделай это изощрённо! — Выдали в голос Орион и Андромеда. — Значит так, пошли как в жопу! — Крикнул Митчелл, через минуту получив вилкой по лбу от Танвилиды, влетевший на кухню, будто она действительно была фурией.

***

— Нас ждёт лекция? — Андромеда успела занять любимое место у окна, чтобы меньше всех заниматься на уроке по инженерии. Поскольку их могли найти (и уже находили) Безымянные Охотники, учиться им приходилось на дому. В резиденции. — Нет, упаси Господь всемогущий! — Воскликнул Митчелл, подпрыгивая на месте: — А что же? — Решил уточнить Орион. — Есть телевизор в этой каморке? — Кабинет, в котором скопились запчасти к инструментам охраны, был обширным, с парой диванов, один из которых был завален коробками с блоками от щитов, экзоскелетов и медицинских интерфейсов. Расчистив от коробок и ящиков удобное место для лежанки, Митчелл, по указанию подопечных, включил телевизор, висевший в углу кабинета. — Мы что, будем смотреть фильмы? — В голос, наполненный мольбой, спросили брат с сестрой. — Вы — нет, я — да. — C этими словами он вручил принцу и принцессе две коробки с различными механизмами в виде блоков с вытянутой трубкой, куда подключались провода и в довесок, чуть не завалив обоих на пол, пару учебников с его личными инструкциями. — И что нам с этим делать? — Прокряхтел Орион на подкашивающихся коленках, пытаясь удержать тяжёлые коробки. — Учитесь разбирать и собирать полицейских дронов… — Беззаботно ответил Митч. — Откуда у вас дроны полиции? — Андромеда лукаво посмотрела на него, скрестив руки на груди, пока Орион пытался спастись из-под завала коробок, взваленных на него. Митч глянул на девушку и приложил к губам указательный палец. — Секрет! — И глаза его засверкали, ой, каким не добрым огнём. — Помогите… — Прошипел юноша, припав на уставшие колени, и с грохотом он упав на пол, сраженный весом коробок. — Ой! — В голос выдали Митч и Андромеда.       Ещё полтора часа они занимались тем, что пытались понять, что такое этот полицейский дрон и как, собственно, разбирать-собирать. Митчелл же с переменным успехом им помогал, объяснял, что скоро научит их цеплять на одежду рефлекторный щиты. От строения дрона он медленно переходил к каждой запчасти. Циклонический барьер, рефлекторный щит. Переменность его стараний заключалась в том, что на телевизоре проигрывался ремейк Форсажа с гипер-карами и новым актерским составом. Андромеда смотрела то на экран, то на дрона и всюду скучала.       «А что такое рефлекторный щит?» — спросила она у брата, и он незамедлительно передал вопрос учителю. — Специальный блок энергетических полей, крепящийся к броне. Поля почти не видимы, лишь блестят на солнце. Действует по принципу выпуска боевого геля, образующего электромагнитные поля. Работает вот так: до прилёта пули в твою бренное тело из блока щита, прикрепленного к броне или встроенного в одежду, выпускается определенное количество геля, которое в свою очередь реагирует с генератором электроэнергии, заставляя частицы выстраиваться в сетку. Можно щит настраивать на отклонение, но тогда получишь много касательных ранений, потому что маленький генератор будет распределять свою энергию на гель, делая твой щит подобием невидимого бурана. По такому же принципу работает циклонический барьер, но он питается от куда больших источников энергии. Поскольку щит будет подвижным и менее крепким при отклонении, то и энергии будет тратиться куда больше, чем если настроить щит на задержку пули. — Объяснил Митч. — Но от чего он питается, если нет энергоемкой батарейки, как у солдат? Если от геля, то сколько он будет держаться, если перестрелка затягивается? — Андромеда мало что понимала в словах брата, необычайно заинтересованного в этой теме, но принцесса заставила себя включиться в диалог. — Обычно таскаешь с собой пару таких вот маленьких ячеек, их легко купить. Гель приходится пополнять, он обычно в ячейке размером с ладонь. Обычно, на пятиминутную перестрелку, хватает стандартного запаса в три ячейки геля и одной энергоячейки. От машины спасёт, не от фуры, конечно, но при столкновении выживешь. В бою, не дай Боже в масштабном, снайпер обычно не лажает при первом выстреле, но если всё-таки кто-то по тебе отработал, то щиты падают, что даёт время на спасение. Но да, для длительных перестрелок используют большие объёмы щитов и генераторов. Для этого в броне есть специальные места для размещения больших емкостей для энергии и для геля. — Митч не глядя на учеников рассказывал об устройстве защиты, сосредоточившись на фильме.       Втроём они продолжили ковырять дронов отвертками, изучать каждую ячейку и каждый проводок, и чуть позже Митч принялся учить детей паять микросхемы, когда они сняли корпус бедного полицейского для изучения его механических внутренностей. — А вы давно знаете Эмму? — Спросила Андромеда, передавая Митчеллу паяльник. — Десять лет. Нам было по двадцать, когда пошли на флот. Землю тогда уже как лет двадцать уничтожили и мы шли мстить за наших отцов и матерей, Довершать то, что не довершили они. — Грусть в его голосе заставила девочку поникнуть, а Орион решил перевести тему немного в другое русло, но не успел. Сестра задала ещё один вопрос: — Вы вините в этом валькиранцев? — Было ясно, в чём подвох. Брат уже хотел заставить её замолчать, но Митчелл ответил раньше, почти сразу: — Я виню Безымянных Охотников и Эскадру Устрашения. С армией вашего отца я, Эмма и Райли бились бок-о-бок в трёх битвах, так что… у меня нет ненависти к валькирианцам. Наш командир, Дмитрий Петренко, как-то сказал: «неважно кто мы: люди, арканцы, валькирианцы, беркеты, ольхины, все — ошибка эволюции, которая хотела сделать умных обезьян!» — С этими словами они передал паяльник девчонке и указал, где нужно работать, а Ориона послал разгребать ещё пару коробок, что бы он разобрал ещё пару блоков питания, чтобы, наконец, понять принцип их устройства. — А Райли, он всегда был таким странным? — Раз уж пошел разговор, принц решил узнать учителей получше. — Нет. Шутил постоянно, был добрым, а теперь как сумасшедший ходит. Ну, за то шутит по больше… — И голос Митчелла стал совсем тихим. — А у них что-то было? Ну, у Эммы и Райли — Только Маклауд хотел выдать все карты, как сам успел опомниться. Орион успел лишь глаза закатить. Сестра всё же была женщиной. — Рано тебе такое знать. Всё, паяльником тут и тут, потом брату объяснишь, я а кинцо посмотрю. — Злорадству Митча не было предела. — Больно надо! — Шептала Андромеда, показывая брату микросхему. Хотя бы их устройство и составные части они быстро запомнили. А по телевизору крутили пяту часть ремейка Форсажа.

***

      Андромеда не любила эти танцы и уроки прямого держания спины и прочих дворянских устоев. Это было долгим, изнурительным делом и вообще казалось страшной вещью, от которой стопы болели хуже, чем он часов пси-гонки с Орионом.       Но баллы она любила посещать и танцевать на злобу всем, кто говорил, что она не может исполнить простого реверанса. Ха! Да она раз десть показывала, на что способна! Из-за Ориона удачных было только пять, но всё же!       Пока Орион с сестрой повторяли основы танца, медленно кружась и вышагивая каждое движение, он в Рывке успел подслушать «советы» Танвилиды для учителей. — С вами можно поработать, да… выше голову и перестаньте поправлять волосы! — Эмма тут же начала их приглаживать, тут ж получив указкой по запястью. — Ухаживай за своими волосами, вентор. Они — твоя гордость. Твоё достояние. Пройдёт время и ты начнёшь их ценить. — Гордо выпалив это, Танвилида указала на свою полуседую косу. Локоны у неё всегда были чистые и приятно пахли.       Женщина руками выпрямила сгорбившегося Митча. — Никуда не годится, придётся за вами следить каждый день, да. И одежда, пожалуй не должна быть рабочей робой! — Не сказать, что на нём и вправду была роба, но всё же, его одежда была старой, но не потрепанной. Митчелл хмыкнул и принялся чесать затылок. И так же получил по руке указкой.       После настал черед Райли. — Всё хорошо, мистер Райдер… — Оценивающе нахмурились Танвилида. — Не зовите меня так… — Попросил Райли. — Уже плохо! — Танвилида цокнула и покачала головой. — Свыкнетесь с тем, что вас могут называть так. Вы же свыклись за тем, что Неправедник? — Охрана посмотрела на него, и в одних взглядах было сожаление, в других опаска и призрение. — Я неправедник не по своей воле… — Райли выпрямил шею, немного размяв кости. — Как и я рождена валькрианцами не по своей воле. Детей не спрашивают, их рожают, воспитывают и делают лучше. — Танвилида положила руку на щеку Райли. — Если держите обиду на своих родителей, то отбросьте это, венмар Райдер. Каждый родитель любит своё чадо. Светлой, чистой или же порочной, болезненной любовь. — Попросила его Танвилида. — Не обязательно носить пластины под курткой! И что за мания носить кожаную куртку везде и всегда?! — Вернулась Танвилида к одежде учителей.

«Мне кажется, они теперь учащиеся учителя!» - Хихикнула сестра. «Только им об этом не говори!» - Согласился Орион. «Ты мне все ноги оттоптал!» - Пропищала Андромеда. «Ты каблуком мне ноготь содрала!» - Шикнул Орион.

      Валькирианка, заметив нелепость танца, обратила свой взор на детей. — Помнишь, как мы танцевали… — Райли наклонился вперед, чтобы его услышала Эмма. — Да, ты мне туфли испортил. — Хмыкнула Эмма, поджав губы. — А ты тогда ещё напилась…. — Губы Райли искривились лисьей ухмылке. — Это ты же ведь предложил забраться на крышу! —Эмма выручила глаза, внезапно почувствовав себя смущенной. — Тебе же понравилось, ты тогда пахла так прекрасно… — Райли вдохнул аромат волос Эммы. Это пробуждало в нём приятные воспоминания. — А от тебя несло духами командира Петренко, я чуть не померла…. — Тут же Эмма изобразила, будто её тошнит. — Да, помню, ты ещё платье порвала! — Ещё шире заулыбался Райли. — Заткнись! — Выпалила Эмма. Только Митчелл находился как раз между ними, слушая эту святую романтику двух развратников. Посмотрев на Райли, а затем на Эмму, он махнул на них рукой: — Смотреть на вас противно, пойду что ли, старый турецкий сериальчик посмотрю! — И с этими словам Митч залез в коммуникатор, в поисках хорошего сериала.

***

      Закат на Фронтире-12 был прекрасным. Золотой цвет уходящего желтого диска тёплыми цветами уступал место холодным оттенкам ночного неба. Благо, что очень медленно. К тому времени жёлтые огни города уступят место синим и красным светилам, расположившимся снизу и сверху, меняясь местами в том или ином квартале.       Райли решил начать обучение с гонки. Простых догонялок, только в ночном Фронтире, который жил активно даже часов эдак в два-три ночи. К половине седьмого народу было ещё больше, потому потеха обещала быть ещё интереснее. Одев свою неизменную кожанку тёмно-бежевого оттенка, под которой покоились подвижные пластины брони, он встал на край открытой крыши. Воздух здесь, на высоте, был прекрасный. Чистый и такой… лёгкий, от чего хотелось плыть по нему вверх.       Но сейчас он должен был шагнуть вниз. — Что мы здесь делаем? — Райли попросил принца и принцессу одеться незаметно. Куртки и кепки с капюшонами были тёмными, чтобы их не сразу узнали. — Да, здесь холодно! — Поддержала девчонка брата, ёжась от холода. — Ваш дар силён, когда вы вместе. По отдельности вы отличные мишени, но вместе — машины для битвы. — Ухмылка его стала заливистой и раскинув руки, Райли повернулся спиной к пропасти. Под ним не было потока воздушного транспорта, а в самом низу была улица, заполненная людьми. Всё таки Квартал Херинг-Тауэр был развлекательным центром, эх, какие кинотеатры здесь стоят, какие кафешки! — И что? — Пустотный ветер не завывал, уже хорошо. Райли повернулся к вопрошающему Ориону. — Я бегу, вы догоняете. Играем салки! — И выкрикнув это, он упал назад, раскинув руки.       Спустя минуту, подняв упавшие челюсти, принц и принцесса начали преследование.

***

      Рывок в комбинации с Броском позволял использовать биогенез на полную катушку. Когда до земли осталось семь из двенадцати этажей, Райли ухватил две парные волны и исказил их, ускоряя их колебания. Уже в паре метров от земли он завис в невесомости, напугав людей до полусмерти. Крутанувшись на сто восемьдесят градусов, и встав на ноги, он рванулся вперед.       Рывок придал телу мощи и силы. Ноги как не свои понесли его вперед, сквозь толку людей.       Орион и Андромеда через пару секунд оказались на том же месте, и пошли по следу.       Райли просто бежал. Его «охотники» уже вовсю использовали свою силы. Девушка уже отталкивала себя от земли. Как якорь она раскачивалась летающих на гравитационной тяге фонарях, притягивая себя к ним и отталкиваясь от них, каждый раз ускоряясь. Орион вошёл в Рывок. И почти поравнялся в скорости с Райдером.       Андромеда притянулась к брату и нависла над добычей как коршун. Её братец уже вышел на прямую. Ловко перепрыгнул через лоток с хот-догами, к большому сожалению тамошнего продавца, Орион попытался ухватить Райли за куртку. Уже вот-вот они должны были поймать его.       Промчавшись через одну улицы, они свернули направо, точно к месту, где машины не ездили. Здесь был уличный кинопроектор проецировавший изображение на стене высотки. Этакий уличный кинотеатр. Дорога была заполнена сотнями людей, прикатившими сюда свои машины для удобного «зала». Райли оттолкнулся от земли, когда Орион был совсем близко. В полете он повернулся, засмеялся, вошёл в тоннель Рывка и оказался на той стороне улицы. Андромеда не удержалась и в последнюю секунду приземлилась на крышу тачки, где сидело пятеро человек. От удара они поспрыгивали с места и принцесса притянула себя к отключенному фонарю, продолжая погоню, не заметив вмятины на крыше машины и криков людей.       Не очень-то поспевающий за ней Орион, под маты и визиг людей, у которых прервали кино и поломали машину, рванулся вперед за сестрой. Для него всё было слишком медленным. Так как сам он ускорился до предела и мог бы обогнать машину, не гоночный гипер-кар, но земного типа, на колёсах, уж точно.       Погоня продолжилась и вышла на уровень открытых крыш в двенадцать этажей. Райли оттолкнулся от приблизившейся близко ученицы, и в полёте выровнял свой вес и положение, после вскинул руками сверху-вниз, отталкиваясь резко и высоко, этажу так к шестому. Затем он исказил волну Заряда, подпитывая истощившиеся Рывок и Бросок. Совсем чуть-чуть, при рациональном использовании этой волны перед использованием любой другой, позволяло Райли днями находиться в таком состоянии. Орион и Андромеда смотрели на него с улицы и проклинали на родном языке. К этому моменту взбудоражилась полиция и вряд ли они смогут объяснять, что такое занятие вполне легальное, ну может не совсем. Андромеда притянула себя к Райли, оттолкнувшись от брата, и помчалась за добычей дальше, а Орион ушёл в переулки.       Райдер усилил Рывок и Бросок с помощью Заряда и полетел ей на встречу. Девушка вытянула руки, пытаясь осалить его, но не хватило меньше метра. Она потянула себя к нему, но потеряла скорость и отстала на десяток метров, приземлившись на крыше, в чьей-то клумбе. Орион к этому моменту уже настиг сестру и, глядя на Райли, стоявшего на противоположной крыше, злобно сжал кулаки. Райли хохотнул, зазывая их за собой. Полиция тем временем уже подвела машины.       Погоня продолжилась.       К этому моменту они уже заканчивали круг своей псионической гонки, и Райли остановился там же, где и всё и началось. Орион и Андромеда не показывались, и лишь колебания волн заставляли его не сбрасывать Рывок. Вдруг, на другом краю крыши объявилась женщина, из неоткуда. Райли испугался и сжал кулаки.       Молодая женщина, на вид его ровесница, мило улыбалась ему, чуть наклонив голову на бок. Золотые локоны волос спадали её на плечи, а голубые глаза полыхали жаждой адреналина и битвы. — Мы знакомы? — К вечеру стало душно, и Райли не мог не насмотреться на блондинку в таких же боевых пластинах, как и он сам. Она подмигнула ему, раскинула руки и упала прежде, чем он успел её поймать. Подбежав к краю, он не увидел её следов, но почувствовал мощнейший Пустотный Ветер, пошатнувший его назад.       Рывок взорвался, когда Райдер впихнул в него большую часть Заряда. Орион и Андромеда, подошедшие к нему со спины, почти что победили. Двигались брат с сестрой очень медленно. Он шагнул прямо в пространство между ними, позволив себя обступить с двух сторон. Затем принц и принцесса, уставшие и злые донельзя, потянули к нему руки, одновременно напрыгивая на него. Райли оттолкнулся и вошёл в тоннель Рывка. Андромеда налетела прямо на брата, и Орион упал наземь, устало выдыхаясь.

«Я говорила, чтобы ты напал первым!»

Обиженно тараторит Андромеда. «Громче нужно было!»

Огрызался Орион. «Я верещала, идиот!»

«А ты дура!»

      Райли вновь оказался за их спиной, и, смягчив голос, утер пот со лба, протянув им руки. — В первый раз ни у кого не получается — Мягко сказал Райли, пытаясь улыбаться. — Но мы тебя почти поймали, не так ли? — Ехидно хрипел Орион. — Да, но почти не считается. Походите, восстановите дыхание. — Пока они выполняли его поручение, он вновь вернулся к тому краю. Ни следа блондинки. — Вы не видели женщину? Здесь. Упала вниз. — Он повернулся к принцу и принцессе и те пожали плечам, мол, видели только тебя. — Не сходи с ума. — Сказал он сам себе — И часто у нас будут такие уроки? — Жалобно спросила Андромеда. — Раз в неделю, пока копы не успокоятся. А так, будет заниматься в штурмовой комнате. — Райдер засунул руки в карманы. Он даже немного устал. Ребята оказались на редкость сильными и способными. Значит, есть чему их учить. — Только я первым делом выплюну лёгкие. — Хрип Орион был ожидаем. — Я солидарна! — Отозвалась сестра парня. Райли хохотнул, но когда внизу заверещала полицейская сирена, с хохотом выдал: — Потеха продолжается! — И ученики заверещали: — Нет!

***

      Второй урок оказался куда более страшным. Поздней ночью, когда Авалон и Каселия вернулись в резиденцию, то увидели подле фонтана в саду своих детей. Их новые учителя, кроме Райли, отошли в сторону. Авалон и Каселия присоединились к Митчеллу, Эмме и Танвилиде с Вальтером. Все слуги смотрели с окон дворца на этот урок.       А началось всё с того, что Эмма и Митч начали спрашивать, какого чёрта Райли с наследничками устроил. Продолжилось всё тем, что Орион заверил Райли в своей силе. - Гонка гонкой, а к бою мы готовы! - Горделиво выкрикнул Орион. - Брат, успокойся... - Попыталась угомонить брата Андромеда. - Райли, ты чему их учишь? Хочешь, чтобы они как ты, скакали всю жизнь от одного угла галактики к другому? - Спросила Эмма, скрестив руки на груди. - Бейкер, не начинай. - Попытался успокоить подругу Маклауд.       Райли сначала пожал плечами, затем толкнул Ориона в фонтан и запер его волной Регуляции. Непробиваемая стена под водой. Каселия только хотела напасть на Неправедника, как и все стражники, но Авалон приказал не вмещиваться и все застыли. Все кроме Эммы и Митча. — Дурень, блять, ты что творишь! — Взревела Бейкер. Но Райли вместо ответа обратился к испуганной, бледной словно смерти Андромеде. — У тебя минута на то, чтобы войти в телепортационный рывок и спасти брата. Не овладеешь волной, умрёшь ты и умрёт твой брат. — Андромеда хотела была зареветь, но увидела брата под водой, пытающегося продержаться ради неё. Увидела мать, готовую ринуться к ней и отца, ждущего действия принцессы.       Андромеда исказила Бросок, подняла себя на сантиметр вверх и ухватила точку Рывка. Потянула нить Броска и в секунду оказалась под водой, представив себя подле брата. Она схватила Ориона за руку и вновь повторила действие, из-за которого кровь приливала к ушам, а сердце стучало, как загнанная вусмерть лошадь. Успев нахлебаться воды, Андромеда и Орион выпрыгнули над головой Райли с болью приземлились на землю. — Это издевательство! — Взревел Орион, активируя тоннель Рывка в попытке прибить Райли. Но Райдер достал пистолет и направил его на Ориона. — Я выстрелю и ты поймешь пулю, Орион. Придёт время и ты из-за страха своей способности умрёшь. Ухвати остаточный Бросок! — Митч придержал Эмму и покачал головой. Орион исторг из тела синий дым и… выстрела не было. Райли отпустил пистолет, который метался в его руке туда-сюда. Орион, не закрывая глаз, ухватил Бросок, потянул его искажённую нить и выбросил оружие за пару сотен метров от их местоположения. Мокрый, уставший, но победивший. — Ваш дар, ваше проклятье, принц и принцесса. Это ещё один урок. Когда не на кого полагаться, полагайтесь лишь на себя. — Объяснился Райли. — Райли, ты ёбаный дурак! — Митч и Эмма покачали головой, а вот король громогласно приказал: — В мой кабинет, живо!

***

— О чём ты думал? — Спросила Эмма, желая застрелить Райли. Они сидели в роскошном кабинете короля Фаргона. Авалон и Каселия молча слушали перепалку старых друзей. — Их дар пробудился поздно. Скорее всего лет в десять, если не позже. Дворяне раньше детей палками били и со скалы бросали, чтобы их дар проснулся. Тем более, стрелять я не собирался, а Орион мог отплыть метр и выбраться из ловушки. — Райдер лишь пожал плечами. — Райли, ты хотя бы их предупредил бы… — Начал было Митч, но Райли бросил взор в сторону Каселии и Авалона. — Рано или поздно Орион поднимет стяг Валькирии и будет убивать Охотников. Один такой урок покажет ему, что смерть всегда рядом. А Андромеда будет с братом всю свою жизнь, Ваше Величество. Я не буду извиняться перед вами, я буду извиняться перед принцем Орионом и принцессой Андромедой. Они платят за то, что родились псиониками. Платят своим временим, нервами, страданиями и слава Богу, не жизнью, как большинство их сверстников на приграничных мирах. Их дар рождён Пустотой и дарован Вуалью, а они не прощают ошибок. — Эмма и Митчелл по приказу Авалона покинули кабинет. Король же смерил Райли вызывающим взглядом, встал напротив него, поправив парадный чёрный мундир: — Неправедник, ты прощён только по праву крови. Только потому что говоришь как Арерра Фаргон. Только потому что ты её сын. И только потому что я сам не смогу перепадать такие уроки моим детям. Но впредь требую от тебя конспектов твои занятий. Обговаривай со мной каждый шаг. — Райли встали, поклонился и молча ушёл.       Каселия хотела уже заглушить мужа всеми силами, но Авалон дал преждевременный ответ. — Я бы не смог ударить сына. Не смог бы ударить дочь. Но мой отец избивал меня и Арерру в поединках каждую неделю. Пусть мои дети один раз узнают, что такое дыхание смерти, нежели будут чувствовать её каждый день, дарованный нам Проповедниками. И я рад, что Райли здесь. Арерра хорошо его обучила. Но если он вновь выкинет что-то подобное без моего ведома, я пожалуюсь его матери и его отцу. И буду отмаливать грех у Проповедников .— Каселия ничего не ответила. Лишь закрыла глаза, чтобы вспомнить день, когда Арерру Фаргон изгнали из рода. Когда она убила, следуя заветам отца.

***

Греатол.

30 лет назад.

Родной мир Старой Валькирии.

      Каселия в ту ночь не спала, как и всё во дворце. Будущая жена наследного сына короля своими глазами наблюдала за темя как сестра Авалона льёт кровь по приказу отца, как все тогда считали. Словно ошпареная, она носится по дворцу, вся в крови и ошмётках тел. Стражи, будто каменные изваяния в залах памяти смотрят на только вперёд, ожидая приказа монарха. Арерра алит Неру герат Фаргон явилась ко двору отца поздно ночью, с головой Безымянного Охотника в руках.       Надеялась ли Арерра, что этот поступок просто так возьмёт и вернёт её в род Фаргонов? Старые пророчицы огласили на весь мир ведение, которое пришло к ним. — Ты породишь на свет дитя, которому не станешь хороший матерью. — Шептали двухсотлетний старухи в дыму костра, на вершине священного холма. — Ты станешь причиной смерти чужака, которого полюбишь больше Родины. — Поют пророчицы в своём трансе, касаясь бирюзового огня. — Твоё дитя падёт. И сама Вуаль отвергнет его, отречёт от силы. И мир наш падёт вслед за твоим сыном. — Плачут старухи, когда гаснет пламя. Они твердили ей это всю жизни. Кто бы это ни был, гадалка или советница, пророчица или сумасшедшая — все они твердили, что Арерра не станет хорошей матерью, понесёт жизнь род сердцем от Неправедника и нарушит все традиции. Тогда отец изгнал Арерру. Дал ей титул: «не по своей воле отречённая от службы Фаргонам».       Не было удара страшнее для Арерры. Тогда она решила кровью отвоевать место в родном доме. Принесла окровавленную голову одного из командиров Эскадры Устрашения. Не этого было не достаточно. Принцессе должна была продолжить род Фаргонов, а не лить кровь, как неправедная воительница.       Каселия ещё никогда не чувствовала себя такой слабой. Она — жена Авалона Фаргона, поглотила боль его сестры и чуть не сошла с ума. Дочка, брошенная отцом и матерью. Спрятанная в забытой колонии. Если бы Арерру не бросили, если бы её не оставили одну, ни одно из пророчеств не сбылось бы.

***

Наше время.

      Уже перед сном Райли наведался к Ориону с подарком. Принц не то что бы злился на Райли, но и просто так взять и начать общаться как прежде не мог. — Орион, ты послушай меня, хорошо? Я много чего умею. Но меньше всего мне хочется учить тебя и Андромеду убивать. Псионика должна служить тебе, а не ты ей, будучи под властью гнева. Я этого нахлебался сполна. Если ты не захочешь, чтобы я тебя учил, только скажи. — Орион, стоявший у окна, глядел печальными глазами на Райли, остановившегося у письменного стола принца, заваленного разными учебниками. — Тогда, как принц, я приказываю тебе учить меня управлению Броском и Рывком, пока я не стану мастером! — Тогда Райли кинул с помощью пси-волны жетон и Орион поймал его. — Это мой десантный жетон. Носи его и помни обо всем, что пыталось тебя убить. — Клятва и верность! — Отчеканил Орион. — Почёт и слава. — Отвечал ему Райли.

***

      С Андромедой было в сотни раз тяжелее. Девушка долго плакала в одиночестве и только через часа, к может быть и два, пустила Райли к себе, в обход Эммы и Митча. Комната девушки резко отличалась от комнаты принца. Чистая. Прибранная, почти идеальная, за исключением стены с плакатами разных поп-групп. Райли и Андромеда стояли друг напротив друга и с минуту молчали. — Я не буду говорить, что хочу блага для вас, принцесса Андромеда. Его хотят далеко не все. Я хочу чтобы ты поняла, что в твоей жизни будет не только свет отцовского двора, но и тьма. Смерть. Если ты не хочешь учиться, только скажи… — Но Андромеда, как и Орион, судя по всему, слишком долго росли под гиперопекой и несовместимым с ней безразличием от родителей монархов. — Тогда никто не обучит меня Броску и Рывку. Я только прошу, не угрожать мне так часто. — Андромеда не умела приказывать. Она была милой, красивой пацанкой без нахальства и злобы. Райли вытащил из кормана кольцо в золотом футляре и вручил его Андромеде. — В нём находится кристалл витиль. — Поведал Райли. — Пси-кристалл?! — Подскочила на месте Андромеда. Пси-кристаллы не редкость в галактике. На разных планетах существуют громадные залежи разноцветного материала, излучающего псионику. Андромеда помнила, что сама Хэлион-Вион вела войну за поставку витиля. — Он самый. Его свет поможет тебе, принцесса. Однажды ты окажешься в опасности, так пусть же его отблеск поможет тебе найти свет во тьме, как он когда-то помог мне. — Андромеда вытерла мокрые щёки и улыбнулась. — Спасибо, венмар Райли. - Андромеда поклонилась Райдеру, а Рейдер поклонился ей в ответ, так низко, как только смог. — Спокойной ночи, принцесса.

***

— Охеренный способ воспитания, Райдер. — Рассказав обо всём Эмме и Митчу, Райли сидел с ними в столовой и пил чай. Первой отреагировал Эмма. — Надёжный, как республиканская судостроительная компания! — Поддержал её Митчелл. — У них есть стрежень. И это хорошо. Вы знали, что Псионики после смерти уплывают на Лазурный берег? Место где вечно варятся в кипятке из пси-силы? Вы знали, что звёзды там сжигают тела и душу? Знали? Нет, нихрена вы не знаете. А я вот знаю. Псионика это не просто дар, псионика это к тому же проклятье, от которого нельзя избавиться. Мы не просили этой силы, никто, ни Древние, который хрен пойми как долго существовали, ни один псионик! Нет! Никто и никогда! Дети псионики, это самое худшее. У них нет детства. Только учёба дару. Как было у моей прапрапрабабки, Люсиль. Дочка Стефана, оружейного барона и Миранды, поехавшей церковницы, всё детство училась псионике. Всю жизнь страдала, чувствуя боль родных и близких. Её внук, Генри Райдер, умер на Порубежье, на её руках! Счастье у псиников только в человеческих сказках. У валькирианцев сказки все с плохим концом… — Райли, казалось, напился без выпивки. Митч ушёл спать сразу после рассказа от Райли, а Эмма села рядом с ним, выискивая подходящие слова. — Тогда почему ты припадал им такой страшный урок, раз им и так тяжело? — Спросила Бейкер. — Потому что если они смогут пережить его, то им не составить труда пережить всё остальное. — Ответил Райли. — Это странная педагогика. — Эмма повела плечами от холода на кухне и от осознания того, что Райли в чём-то да был прав.