Синдром диснеевской принцессы

Спустя время Софа лежала рядом со мной, обнимая за грудь и дыша в плечо. Я же втягивал запах её волос и обнимал в ответ. По её обнажённому телу пробежались мурашки. - Холодно? - спросил я, прижав её к себе сильнее. - Да. Я укрыл её крылом. Софа поёрзала под ним и довольно потёрлась щёчкой о перья. Затем улыбнулась, проведя по моей щеке ногтями. - Вот я тебя и испортила, принцесса. - Ну... я ещё до тебя порченный был... - промямлил я слегка смущённо. Она засмеялась. - Я не девственность имела в виду, Рафаил! - Оу... ой... так, забыли. - Дурак, - она чмокнула мою щёку и потянулась под моим крылом. Затем свернулась под ним калачиком, что было не так сложно, ведь крыло больше неё раза в два. Софа выглянула из-под него и посмотрела на меня. - Позволь вопрос? - Какой? - Что теперь? - А что теперь? - не понял я. - Мы переспали. Ты своего добился. Что теперь? - Я... я не... ну то есть... так, секунду, - я придвинулся к ней, приподняв крыло и смотря в глаза. - Я не этого добивался... ну, не только этого... - Тогда что ещё? - Стой, ты правда не понимаешь? - Чего не понимаю? - Я же... я же люблю тебя... очень-очень сильно... - теряясь сказал я. Софа поджала край губ, смотря на меня. Затем положила руку на мой толстенький бок, поглаживая его, и задумчиво вздыхая. - А как же тот брюнет... Мадиэль, кажется? Я выкатил на неё глаза. - Мадиэль? Но я никогда не любил его... ну то есть мы помолвлены... были... - Тебе нельзя меня любить, Рафаил. Ты принц, а я преступница. - Мне всё равно. Я не хотел править, мне никогда не хотелось трона... хочешь, я отрекусь от королевства? - Впервые вижу наследника с синдромом диснеевской принцессы, - усмехнулась она. - Осторожней с такими словами, Рафаил. Когда разлюбишь, идти будет некуда, если отречёшься. - Я не разлюблю, клянусь! - я взял её руку, начиная целовать мягонькую беленькую кисть. - А если я предам? Если ты однажды проснёшься, а я исчезну за морями? - Я буду искать тебя, пока не найду. - Какой же ты наивный дурак, - она поцеловала мои губы. Затем запустила руку в волосы. - Наивный и очаровательный. - Я буду жить для тебя, только позволь быть с тобой, Соф. - Красиво говоришь, - улыбнулась падшая. - Что ж, давай попробуем, принцесса, - Софа чмокнула мои губы и сладко улыбнулась, запуская руку мне в лохматые патлы. - Правда?! - обрадовался я. - Господи, я люблю тебя! - я начал её радостно целовать. - Я себя тоже люблю и обожаю. - А меня? - И тебя. И ещё вот эту сладенькую прелесть, - она быстро залезла на мои бёдра и обняла животик. - Фак, меня аж трясет от твоего пузика... оно очаровательно... - Серьёзно? - я начал краснеть. - Тебе нравится... ох... - О да, серьёзно. - Почему? - Потому. Софа легла мне на живот щёчкой и стала его поглаживать. Тут в коридоре раздалось: - Софочка, дорогая, у меня сюрприз! Астарот пришёл. Девушка чмокнула меня в живот, заставив покраснеть, и встала с кровати. Затем завернулась в халат, а второй кинула мне. - Накинь, принцесса. Я надел халат и встал, идя за Софой. Та же открыла дверь и через секунду на неё повесился Астарот. - Душа моя, через две недели мы идем на губернаторский бал! - объявил он довольно. - Мы - это мы трое? - спросила рыженькая, отпихивая беса от себя. - Трое? - не понял блондин. Затем глянул на меня. - А, точно. Тогда трое. Кстати, чего вы в халатах? Софа прижала меня к себе за бок и демонстративно обняла за животик и чмокнула в щёку. - Эт теперь мой парень. Я аж засмущался от счастья. Астарот помолчал несколько секунд. - Ты... это шутка? - Нет. - Соф, ты же шутишь? - Говорю нет. - Да не может такого быть. - Это почему? - встрял я. - Смотри и запоминай, - Софа притянула меня к себе и жадно впилась в губы, лапая задницу. Щеки стали краснеть. Затем она отстранилась и взглядом победителя посмотрела на демона. - Доволен? - Я... - Так, иди погуляй полчаса, - я выпер его за дверь, закрыл и начал раздевать падшую.

Спустя две недели...

Этим утром Софа уговорила Астарота дать ей поиграться с его драконом. Я до этого момента понятия не имел, что она умеет делать щенячьи глазки. Чмокнув мою щёку, она с демоном в охапку понеслась к конюшне. Я же решил сам сделать нам с ней завтрак, ибо грешным делом втихоря мечтал о том, чтобы Софу прикормить. Божечки, она конечно и так милая булочка, но мне всё мало. Она наверное права, я очень жадный. Так вот, на кухне я хозяйничал минут десять, пока мне не понадобились листья чая. Ну и открыв шкаф, я обомлел. На полках лежали кучи колб с измельчёнными травами, на которых были написаны названия чаёв, типа "Эрл Грей" и тому подобное. Решив не экспериментировать лишний раз, я взял именно его, ибо остальные названия мне как-то особого доверия не внушали. Заварив чай, я стал выкладывать всё на тарелки. И спустя мгновение в кухню вошли Софочка и Астарот. Второй был помятым и потрёпанным, а Софа была вполне довольной. - Ну я же просил тебя, не дёргать его за усы! - ругался бес. - Если бы я не дёрнула, я бы свалилась с него. - Мой бедный Люцифер... - Да ну ладно, я же не специально. Я ему мясо потом подгоню, - Софа встала рядом со мной и обняла. - А чем так вкусно пахнет? - Это тебе, - я придвинул к ней тарелку с яблочным пирогом. - Афф... моя прелесть, - Софа чмокнула мои губы. Астарот принюхался и наклонился к кружке с чаем. Затем глянул на меня. - Это откуда? - Я вот взял... или нельзя было? - я дал ему колбу со слегка виноватым видом. Демон прочитал надпись и ещё раз принюхался. - В общем-то можно... меня запах напрягает немного. - А что не так? - спросила падшая. - Да просто он... хотя... забей, я так, о своём. Сейчас вернусь. Он вместе с колбой вышел и направился на второй этаж. Софа же чмокнула мою щёку и потянула садиться за стол. - Давай есть? я голодная. - Конечно, давай, - я сел рядышком с ней и придвинул тарелки. Софочка укусила пирог. Затем взвизгнула. - Мамочки, как вкусно! всё, теперь ты будешь моим личным поваром. - Я согласен, - улыбнулся я, делая глоток чая. Тут примчался Астарот. - Стой, не пей! - рявкнул он. Однако, я уже выпил. Демон выхватил у меня кружку и схватил за щёки. - Ты сахар добавлял? - Ну да... пусти... - Да твою ж мать, - вздохнул он, убрав от меня руку. - Теперь ещё и с тобой разбираться. - Чё не так? Почему пить нельзя? - спросила Софа, приобняв меня. - Видишь ли, один из слуг по дурости перепутал травы. В этой колбе было зелье. - К... какое?! - запаниковал я, хватая его за плечи. - Судя по запаху, не смертельное. Если в него добавить сахар, то ты... в общем, сейчас узнаешь. - Хватит интриговать, зараза! живо расколдуй! - рявкнула Софа, вскочив с места. - Как я его расколдую, если не знаю, что с ним сейчас будет? У меня два варианта. Либо он превратится в мышь, либо в... - Ай... ай-ай-ай... - выдал я, взявшись за голову, которая сильно начала болеть. - Рафаил? Рафаил, т-ты дыши, ладно? - падшая приобняла меня, посадив на стул. Перед глазами всё плыло. Затем на какое-то время я перестал осознавать, что происходит. Я только ощутил странное чувство, будто падаю. Когда я пришёл в себя, я протёр глаза и посмотрел на Софу. - Ммф... что случилось? - спросил я неожиданно звонким и высоким голосом. - Ты... ты... твою мать, я сейчас порвусь! - пискнула Софа, хватаясь за свои щёчки. - Что такое? что с моим голосом? - я слез на пол. К своему великому удивлению, чтобы смотреть Софе в лицо, мне пришлось слегка запрокинуть голову. - Ты стала выше? - Нет, это ты стал меньше, - фыркнул Астарот. Я посмотрел на свои руки, с которых чуть свисала рубашка. Мне удалось сделать вывод только о том, что одежда стала мне велика. Я похудел? И стал меньше... блин, что я такое?! - Соф, что со мной? - с паникой спросил я. - Ты ребёночек... фак, ты такая милая плюшечка... глянь, - она стянула с полки зеркало и дала мне. Я посмотрел на себя и вскрикнул от неожиданности. Блин... я так выглядел, когда мне было лет девять... круглые румяные щёки, пухлые руки, всё пухлое... собственно, от взрослого состояния это не сильно отличалось, но я хотя бы был выше и не столь сильно был похож на шар. Я кое-как положил зеркало обратно, ибо не дотягивался, и уткнулся в столешницу лицом, сгорая со стыда. - Побудь ребёнком какое-то время, пока я сварю новое зелье, - сказал мне Астарот, доставая из шкафа новые колбы. - Мгм... - промычал я, пытаясь сильнее вжаться в мебель. - Рафаил, ты чего? - спросила Софа, подойдя ко мне. - Не смотри на меня пожалуйста... я такой толстый... - Да ути мой маленький мальчик, ну какой ты толстый? Ты же зефирка настоящая. Иди ко мне. Я повернул к ней голову. Софа развела руки в стороны, чтобы обнять меня, когда я сделаю к ней шаг. Я сглотнул и подошёл к ней. Девушка заключила меня в объятия и потёрлась об мою пухлую щёку своей. - А ты вкусно пахнешь, - улыбнулась она, гладя мена по затылку. - Ммф... - Ну чего ты, дорогой? ты стесняешься? - Да, и сильно. - Ну ты же мой самый любимый, самый красивый, самый аппетитненький мальчик на свете. С самым сладеньким животиком и щёчками, - она чмокнула меня в левую. - Мы тут одни, Астарот ушёл, не стесняйся. - Соф, как ты меня любишь сейчас? - чуть не плача спросил я. - Я ведь... я ведь сейчас просто жирный ребёнок... - Не надо так себя называть, моя булочка, - она сложила руки замком у меня за спиной и чмокнула в нос. - Если ты так стесняешься, то давай позавтракаем у нас в комнате. Туда точно никто не зайдёт. А потом мы тебя переоденем, договорились? - Ладно, - промямлил я, паникуя, что сбежать от неё мне не удастся, и что она увидит весь мой детский жирок. Софа магией перенесла нас с едой в спальню. Там она устроилась на кровати и жестом попросила меня сесть спереди между её ног. Я сглотнул, кое-как залез на кровать, и устроился перед девушкой. Она обняла меня за живот, который я рефлекторно попробовал втянуть. - Чш, ты что? Не прячь от меня свой прелестный животик, - она ласково поцеловала мою красную щёку. - Ну пожалуйста, Рафаил, не надо. Я сглотнул и выдохнул. Живот улёгся на мои бёдра, доставив Софе неописуемую радость, судя по тому, как она бережно его обняла и поцеловала мои волосы. - Моя радость. Давай кушать. Она начала первой, ибо я и раньше-то немного стеснялся есть при ней, ибо совсем себя контролировать не мог, а сейчас, когда из-за небольшого роста я выглядел упитаннее, я и вовсе лишний раз дышать боялся. Софа поднесла кусочек пирога к моим губам. - Ты чего не ешь, сладенький? - Я... мне... я... мне не хочется... - промямлил я, пытаясь спрятать красное от стыда лицо за волосами. - Не ври. Ну хотя бы крошечку, - мурлыкала она. - Ммф... я тебе честно не противен? - спросил я, повернув к ней голову. Она сильно поцеловала мои губы. Затем провела ноготками по моей щеке, ласково смотря в глаза. - Как мне может быть противна такая милая тёпленькая булочка? Кушай и не стесняйся, я же не обижу. Я поджал край губ. Затем посмотрел на кусок пирога. Вздохнув, дабы хоть немного успокоиться, я начал есть. Ну и спустя полтора пирога, я устало охнул и опустил руку на наполненный животик. Софа дала мне откинуться себе на грудь. Господи, лучше, чем на подушке... - Наелся? - Мгм... а можно я кое-что сделаю? - Попробуй. Я повернулся к ней, обнял и лёг на грудь щекой, слушая биение сердца любимой женщины. Софа усмехнулась и, скользнув по моим бокам руками, обняла в ответ. - Маленький хитрец. Я кое-как поцеловал её щёчку и лёг обратно. Утешала только мысль о том, что когда меня расколдует Астарот, я смогу ещё раз попробовать накормить Софочку. Спустя минут десять, когда мне стало легче, падшая слезла со мной с кровати и вытащила ремень из брюк, которые мне сейчас были длинными. - Так, сейчас мы тебя переоденем. Раздевайся. - А может это... м-может не надо? - Не ходить же тебе в балахонах весь день. - Ну вообще-то можно попробовать, хех? - Раздевайся, - повторила она с лёгкой улыбкой. - Почему ты стесняешься? Я же видела тебя без одежды. И не раз. - Но тогда я не был похож на беременного хомяка, - буркнул я стыдливо. - Ты вовсе не беременный хомяк, ты очаровательная плюшечка, - она поцеловала меня, погладив толстый животик. - Давай, не смущайся. Я сглотнул, напрочь покраснел, и стал снимать рубашку. Меня потряхивало от паники. Если буду стоять к ней лицом - она увидит живот, если отвернусь - увидит складки на спине. Господи, какой же я толстый... Я втянул живот, отвернулся и снял с себя рубаху. Затем протянул ей, не оборачиваясь и краснея. - Вот, - промямлил я. - А чего отвернулся? - Я всё равно стесняюсь... ммф, я же всё равно ужасно жирн... а-ах! Она обняла меня, поглаживая бледный круглый животик и положив вторую руку на мою пухлую грудь. Сердце бешено заколотилось в груди от стыда. - С-Софа, я... п-п-прости, я... - Чшш, успокойся, - тихо сказала она в мою щёчку, выцеловывая. - Моя всё равно больше. - Н-но ты-то девушка... - Моим словам это не противоречит. Не нервничай, не втягивай свой красивый животик, и снимай брюки. - Не м-могу... - Хочешь, я тебя раздену, мой пухленький? - Т... ты? - Как скажешь, - она шустро расстегнула молнию на брюках и пуговку. Затем начала их спускать. - С-с-стой, прошу т-тебя! Из глаз выступили слёзы. Она остановилась и отпустила брюки, которые мне пришлось придерживать одной рукой, а слёзы вытирать второй. Из груди вырывались предательские всхлипы. - Ох... мой маленький, прости, я... извини... иди ко мне, - она бережно меня обняла, гладя по спине. Я уткнулся в неё лицом, шмыгая носом и содрогаясь всем телом, на котором потом слегка покачивался жирок. Софа поцеловала мою макушку и стала немножко укачивать в своих объятиях. - Я не подумала, что ты у меня такой чувствительный, солнышко... если хочешь, я больше не буду называть тебя пухленьким и булочкой, и всем остальным. - Н-н-нет, называй... т-только не часто... или часто... я запутался... - всхлипывал я, прижимаясь к ней и вытирая слёзы. - Тогда не буду, пока не распутаешься, - она с любящей улыбкой поцеловала мои губы, вытирая выступавшие слёзки со щёк. - Хочешь, я выйду, и ты переоденешься? - Я не знаю... - застыдился я, смотря в её красивые оленьи глазки. - Я выйду, дорогой, - она собралась отпустить меня, чего я ей сделать не дал, прижав к себе. - Ох... Рафаил? - Побудь со мной ещё п-пожалуйста... - я всхлипнул. - Я не могу у-успокоиться... - Моё солнышко, - она взяла моё лицо своими тёплыми ладонями, вытирая слёзы и поглаживая по щекам. Затем с материнской заботой поцеловала в лоб. - Ты меня простишь? - Й-я уже, - я снова всхлипнул и через силу улыбнулся, отчего слёзы с новой силой потекли из глаз. - Т-только не уходи пока, х-хорошо? - Конечно, милый. Всё, что попросишь. Сидел и плакал в неё от стыда и грусти я ещё около получаса. Я вспоминал детство, когда также плакал. Правда, моя мама не могла уделить мне столько времени, сколько сейчас со мной сидела Софа. У матери всегда были дела, я никогда не винил её за это. Отца тоже. Я даже немного боялся плакать при них, потому что не знал, что они сделают. Мне казалось, что отец начнёт ругаться, а мама молча уйдёт и закроет меня одного. Наверное, из-за этих страхов я и вырос таким неуверенным и нюней. Ну и пухлым, ведь надо признаться, заглушал эти страхи я едой.