Te amo.

Деймон подскочил с кровати и принялся поспешно натягивать штаны. В голове было столько ненужных, пугающих мыслей. Страх липкими пальцами хватал за сердце. Что скажет мама? Что будет дальше? Быстро пригладив черные, взъерошенные волосы, парень открыл дверь комнаты, любезно пропустил гостью внутрь и натянул вежливую улыбку. Мэтт пролепетал что-то про дела и тут же смылся. Отлично. Теперь они будут разговаривать один на один. Миссис Сальваторе села на стул, а ее сын на кровать. Их зрительный контакт продолжался недолго. Кашлянув, она начала: - Отец улетел в Италию на очень важную конференцию. Он ничего не знает. Облегчение было таким сильным и внезапным, что тут же затмило глаза. Он заметно расслабился и в душе потеплело. Пронесло. Все в порядке. Его карьера музыканта спасена. Больше не о чем волноваться. Дей бросился на шею матери, сжимая ее в крепких объятиях. Она сконфуженно погладила его по щеке, никак не ожидая такой прилив нежности от сына. - Спасибо, это так много значит для меня. - Не так быстро, дорогой, - оборвала его женщина. Пару черных прядок выбились из идеального пучка. Что. За. Черт? – Я все понимаю, но врать твоему отцу не собираюсь. Я ничего не скажу ему о твоем прошлом, но только при условии, что ты больше не возьмешь в руку гитару и не выйдешь на сцену. Весь мир перестал вращаться, узел в груди не давал свободно дышать. Сжав руки в кулаки, Сальваторе не мог поверить. Трудно смириться с тем, что близкий человек безжалостно растоптал твои надежды, превратил твои мечты в бесполый пепел. Разве он так много просит? Разве так трудно сделать его счастливым? - Ты не можешь так со мной поступить. Музыка – единственное, к чему я стремлюсь, - процедил убийственно холодным тоном. Миссис Сальваторе изящно изогнула бровь, изображая поддельное недоумение. Пресвятое дерьмо, серьезно? - Мне правда жаль, но отец не одобрит твоего увлечения музыкой. Мы стараемся как лучше. Пытаемся сделать из тебя достойного, успешного человека. Разве с музыкой ты этого добьешься? Нет. Ты закончишь, как дедушка, - голос не дрожал, на лице бесстрастная маска. Будто воспоминания не разжигают целый пожар в душе. Будто нет никакой жалости или тоски по этому человеку. Ничего. Абсолютно никаких эмоций. Тяжелый вздох, и парень уходит из комнаты, громко хлопнув дверью. Достаточно. Хватит. Он больше так не может. Не может плясать под отцовскую дудку. Не может слушать мать, которая всегда потакала мужу и не обращала внимания на желания своих сыновей. Брюнет не обращает на крики матери. Не обращает, как на него смотрят ученики, увидев семейную драму. Это не имеет значение. Ничего сейчас не имеет значения. Он пробирает сквозь толпу на лестнице и идет в игровую комнату. Сейчас там гораздо меньше народа, потому что суббота и многие еще спят. Продолжает ждать ребят. Нужно им все рассказать. Выслушать их советы и дальнейшие планы относительно группы. Что они решат? Что будут делать? Но одно Дей решил точно – он не уйдет из группы. Они стали, как одно целое. Стали едины. Даже Елена. Вспомнив о ее поцелуях, блаженно закрывает глаза, полностью отдаваясь невероятным ощущениям. - Эй, - слышит он чей-то вопль. Голос кажется чертовски знаком. – Открой глаза, простофиля! Я к тебе обращаюсь! Повинуется. Перед ним стоит та, о которой он до сих пор мечтает. Та, которую он хочет. Шелковые халат накинут поверх пижамы, состоящей из майки и коротких шортиков. Соблазнительное зрелище. Все проблемы тут же отходят на второй план. - Мэтт сказал, что твоя мама приходила. Ну, что? – в ее глазах столько надежды, что Сальваторе становится тошно. Он их подвел. Правду будет сказать нелегко. - Ты еще долго будешь дуться? Мм? – кто-то хватает за руку и притягивает к себе. Так знакомо. Так приятно. Все тело покалывает от такой интимной близости. Дыхание сбивается, и сердце трепещет в груди. Теплые губы целуют шею, нежно покусывая кожу. – Ну, же, Кэролайн, отвечай. Я жду. Надо прекращать это безумие. Он не должен больше к ней прикасаться, не должен вызывать таких чувств. Вздыхает и убирает его руки со своей талии. Глаза Клауса вспыхивают, он недоволен отказом и выгибает бровь. - Не прикасайся ко мне, - звучит как приказ. Приказ, который он точно не исполнит. – Все кончено. Неужели так сложно понять и оставить меня в покое? На его лице растет замешательство. Страх потерять ее растекается холодной водой по венам. - Сложно, - отвечает парень, снова хватая ее за талию и прижимая к себе. Одна рука гладит щеку, наслаждаясь мягкостью кожи. Другая скользит по бедрам, вызывая новый ураган эмоций. – Ты моя. Ты нужна мне. Голос окончательно лишился привычных, властных ноток. Теперь в нем сквозит чуть ли не мольба. Сдается. Тянет руки к Майклсону и крепко целует. Всегда приятно мириться. Особенно таким способом. Тот отвечает на поцелуй, продолжая гладить тело. Больше. Нужно больше. - Я не целовал ее. Она сама полезла. Клянусь тебе. Нильс обещаю, что больше не пустит к нам близко эту бешеную фанатку, - на губах играет дьявольская усмешка. Сильное утешение. Их лбы соприкасаются, не в силах оторваться друг от друга, они продолжают играть в гляделки. Влюбленный взгляд говорит о многом. Их чувства настоящие. Не поддельные. Не фальшивые. - Люблю тебя, - шепчет Форбс, скрепив признание новым поцелуем. Они идут, держась за руки, чтобы в очередной раз позлить завистников и дать новый повод для сплетен. Выглядят такими счастливыми, что про виде такой идиллии на душе становится легче. - Смотри, там Деймон и Елена, - говорит Клаус, нежно сжав руку своей подружки. Они оказалась в игровой комнате. Горячее дыхание опаляет кожу, вызывая табун мурашек. В такой близости было что-то личное, что-то интимное. Сладкая истома заполнила все тело, и Кэр закусила губу, пугаясь собственных мыслей. - Пошли к ним, - говорит хрипло, и они подходят к парочке. Народ начинает просыпаться, и комната почти полная. – Доброе утро, все в порядке? Твоя мама приходила? - Оо, голубки помирились, - съязвила Елена, сложив руки на груди. Наградила ослепительной улыбкой, и глаза потеплели. – Я очень рада за вас. Серьезно, – искренние нотки в ее голосе подтверждают это. Потом она переводит взгляд на Сальваторе. Тот слабо улыбается. Он слишком взволнован и раздавлен, чтобы поздравить друзей. Сейчас его интересуют только свои проблемы и их решение. – Я как раз говорила с ним. Ну, спросила, что его мать сказала? Ответишь ты нам или нет, черт возьми? Снова вернулась привычная дерзость. Как будто вчерашний поцелуй ничего не значит. Не изменил отношения между нами. Боже, каким придурком он был, когда пытался добиться от девушки взаимности. Такая, как она никогда не влюбиться в такого парня, как он. Слишком разные. Слишком непохожие. Вздыхает, отбрасывая мысли о Гилберт как можно дальше. Сейчас не время. Они успеют поговорить. - Полное дерьмо. Я пропал, - и он рассказывает о разговоре с матерью. – Я не знаю, что мне делать. Я не хочу уходить из группы, мать твою! – в ярости стучит кулаком по пуфику. Внутри вспыхнул самый настоящий пожар, огонь которого разжигает ненависть. Грусть. Боль. Обиду. Трудно держать все в себе. Отчаяние затапливает громадной волной, и брюнет стиснул зубы, закрыв глаза. Клаус сочувственно похлопал его по плечу. Чьи-то теплые руки сжимали его руку. Поддержка. Это так нужно. Без нее так легко сломаться, поддаться порыву. – Спасибо вам. Ребят, не знаю, чтобы я без вас делал. Я не хочу уходить из группы. Я буду выступать, и моя мать с отцом не будут знать об этом. - С ума сошел? – тут же вспыхнула Елена, разводя руками и прожигая его яростным, мстительным взглядом. Сейчас она была похоже на рассерженную кошку, у которой отняли лучшее лакомство. – Ты хоть думаешь своей башкой, Деймон? Скоро про нас начнут писать в газетах, и наши родители обо всем узнают, – она замолчала, обводя присутствующим быстрым взглядом. Кэролайн снова кусала губы, а парни просто застыли. Совсем из головы вылетело, к чему может привести их музыкальная карьера. Скоро на них обрушиться слава. Они будут очень знамениты. - Проклятье! – ругнулся Ник, сжав руки в кулаки. – У нас нет выбора. Мы ненадолго уходим в подполье. Не будем выступать. Твоя мать пока успокоиться, - он посмотрел на Сальваторе, потом на свою девушку и Гилберт. – А мы все доложим родителям. Пусть будут готовы. Мы не отступим. Слова, вселяющие надежду. Их руки соединились. Могучая, непобедимая четверка, которая стоит друг за друга горой, которая готова к трудностям. Ради своей мечты. Ради достижения цели. Майклсон позвонил Нильсу и отменил все ближайшие выступления. Теперь группа парня его заменяла в клубе. Время неумолимо шло, и Кэр, Клаус и Елена поговорили со своими родителями. У блондинки не было никаких трудностей. Ее отец охотно поддержал увлечение дочери. Он был искренне рад, что она нашла занятие себе по душе и больше не хотела покинуть колледж. Миссис Гилберт тоже была счастлива, что ее маленькое солнышко серьезно увлечена музыкой. Она даже надеется, что шатенка станет такой же знаменитой и будет собирать залы со своими друзьями. Сложнее оказалось с отцом Ника. Он буквально рвал и метал, твердил, что растил сына не для сцены, а для более серьезных дел. Но тот стоял на своем, и совсем скоро мистеру Майклсону пришлось просто смириться с выбором сына, правда их отношения были немного натянутыми и напряженными. Но совсем скоро это пройдет. Отец Деймона прилетел из Италии, и он ничего не знал. Миссис Сальваторе стала спокойней, что ее сын больше не выступал, но отношения дали трещину. Дей все реже появлялся дома и почти не разговаривал с родителями. На выходные он предпочитал оставаться в колледже и развлекаться с одногрупниками. Близилось Рождество и каникулы. Целых две недели. Провести это время в обществе своей семейки брюнету не хотелось. Он еще никак не простил Стефана за танец с Еленой. Да и с самой девушкой он так и не поговорил. Она очень редко появлялась, а шанс остаться с ней наедине был слишком мал. Только на уроках он часто переглядывался с шатенкой, хоть это радует. - Не поеду я домой. Не хочу видеть, как моя мать пытается всучить мне информацию о колледже, в который я, по их мнению, должен поступить, – с отвращением произнес парень, когда Клаус зашел к нему в комнату. До каникул оставался один день, и многие стали собирать вещи. - Остаться здесь ты не можешь, - нахмурился Ник, качая головой. – Ты можешь поехать ко мне. Но… одна проблема. Всего лишь на неделю. Потом ко мне приезжают гости, и сам понимаешь… - На том спасибо, – улыбнулся Сальваторе. – Хоть где-то, потом вернусь сюда. Жалко, что Кэролайн улетает на дне недели. Ее отец с радостью бы меня принял, – тяжело вздохнул и лег на кровать, уставившись в потолок. - А что насчет Елены? - Мы с ней в не лучших отношениях. К тому же общество ее сестренки я тоже не вынесу, - горький смешок. В последнее время Кэтрин стала слишком нервной и раздраженной. Все дело в Коле, который стал просто ходить за ней по пятам. Он пытался привлечь внимание девушки и заверить ее, что он изменился и готов встречаться с ней. Она отказывала. Иногда даже казалось, что она засматривается на Нильса… Стоп! Точно! Вот решение проблемы. Парень берет мобильник и быстро набирает знакомых номер. Майклсон не отрывает от него глаз, ничего не понимая. – Алло, чувак, выручай… Пользуюсь моментом и поздравляю Вас с началом учебного года. Хотя, какой это праздник? ахах, но, тем не менее, все равно поздравляю и желаю успехов, сил и благополучия <3 ( музыка: little mix – dna )