соловьиная трель

женя не знал, что он будет делать сегодня. каждый новый день, словно тень предыдущего, и чем дальше — тем слабее и тускнее проблескивает свет. все еще? он стоял на балколе, держал в руках сигарету. как бы, бросил-то женя давно, поэтому не зажигает, просто привычка осталась меж пальцев прокручивать сигарету и прокручивать клубок собственных мыслей где-то в голове. каждое слово брошенное с языка, казалось идиотским, поэтому он сбрасывал их с балкона. женя вдохнул. глубоко, чтобы холодный воздух пробрал его с головы до пят, чтобы наполнил легкие и напомнил им, какого это чувствовать свежесть ветра, вместо сигаретной гари. женя устал, но сам не знает от чего. еще полгода назад он находился в состоянии, которое нельзя было назвать ни ужасным, ни прекрасным, оно было… никаким. буквально никаким. словно вся апатичность вселенной взгромоздилась ему на плечи и давила на ключицы. женя тогда мог забывать целые недели: что делал, что ел, с кем разговаривал — все это замыленные воспоминания. похоже, частички тех дней, словно крошки от печенья на кровати — невидимы, но ощутимы физически. колкие и доставучие. не все он еще стряс. женя матнул головой, стряхивая всю эту чепуху. ну, куда ему сейчас об том вспоминать? сейчас-то, сейчас и пелена, и тени, все-все давно рассеялось, сейчас все ведь хорошо., но он все еще не знал, что будет делать сегодня. кажется, женя не привык задумываться о будущем. полагаться на случай — вот его старый, потрепанный девиз, который, в самом деле, изжил себя. почему-то женя, понимая, что он творит, все равно ж, не уходит с балкона. он правда пытается оторваться от прошлого забвенья и это даже получается, с переменным успехом. ему всего лишь нужна маленькая помощь.  — жень, ты чего здесь мерзнешь? — поежился вова, ступая босыми ногами на холодный пол.  — скоро вернусь, я просто задумался.  — эх, — вова обнял его со спины и мельком посмотрел в окно. — оделся бы хоть, вечно как на пляж.  — ну, может, я хочу на пляж? — женя улыбнулся, обнимая в ответ, совсем позабыв про все невзгоды. они ведь уже слабы, намного слабее самого жени, поэтому и пропадают быстро.  — хотеть не вредно, вредно не хотеть! а у меня, между делом, печенье в духовке, по рецепту, который ты нашел.  — то, которое… а, теперь вспомнил. вова помогал всегда. может, он сам того не понимал, как сильно он помогает. своим присутствием, голосом, объятиями, даже теперь, он по-детски наступил жене на ноги, чтобы свои не морозить и от этого теплилось в душе. к черту все дерьмо, эту сигарету, дым — пустяки! это минутное помутнение, все хорошо. на душе уже очень давно не было тяжело так, как тогда. правда, давно. последние полгода женя счастлив. он созерцает окружающее, он испытывает чувства и неважно какие. само ощущение жизни для него — победа. он счастлив, счастлив, счастлив.  — я знаю, как мы можем провести этот день, — радостно вспыхнул ленский, вспоминая про недавно купленные билеты в кино. правда, счастлив.