Цвет её крови

Gjon’s Tears — Répondez-moi Завтрак в Хогвартсе прошёл как обычно. Правда вот, через пару часов учащиеся должны выдвигаться на вокзал, чтобы уехать на Хогвартс-экспрессе домой на лето. Драко это совершенно не нравилось, также как и Гарри. Гарри там ждёт тётя и дядя с кузеном, а Драко в Меноре ждёт темнейший волшебник столетия, который хочет убить его парня. Замечательно. — Ты чего такой кислый, Малфой? — спросил друга мулат, пихая его под бок. — Кислый? Я? Да я сама радость, — бесцветным голосом ответил Драко, — Я так счастлив отправиться в Малфой-Менор, который кишит Пожирателями Смерти. Именно о таком лете я и мечтал. — Ну, не думаю, что всё настолько плохо, — сказал Забини пережёвывая омлет с сыром и ветчиной, — Всё-всё, молчу, Драко, — взгляд блондина ясно дал понять Блейзу, что он сильно ошибается. — Парни, привет, — сказала подошедшая Адель. На её губах была алая, как кровь, помада, — Драко, меня просили передать, что тебе необходимо расспросить родственников о соулмейтах. Ну, и книжки почитать, конечно, — Забини положила себе в тарелку салат с помидорами черри, а в кубке появилась вода, — Если ты умеешь. Ты ведь умеешь? — Адель, ты опять села на эту свою диету? — спросил брат. — Да, а что? — прожевав помидорку и сделав глоток воды, ответила девушка. — Адель… —А кто попросил тебя об этом? — перебил Драко. — Ну…- слизеринка задумалась, а потом метнула взгляд на Гриффиндорский стол, о чём потом пожалела, — А это так важно? — Это грязнокровка? — спросил Малфой — Даже если это так, то что? — младшая Забини сделала ещё глоток воды. — Я не собираюсь принимать помощь от какой-то грязнокровки, — прошипел блондин. — Даже если эта грязнокровка — умнейшая ведьма столетия? — спросил Блейз, — Даже если она — лучшая подруга твоего любимого человека? Даже если её мнение для Потти важнее чьего-либо ещё? Драко метнул взгляд на Гриффиндорский стол, за которым сидел такой любимый человек. На глаза ему попалась подружка Поттера, которой следовало бы купить расчёску. Он совершенно точно подарит ей одну на Рождество. Сегодня она была одета в светлые брюки с завышенной талией и большую красную футболку, заправленную в них. Волосы, хоть и были завязаны в высоких хвост, всё равно торчали в разные стороны. Явно ей помогала Уизлета с одеждой. Никто ни за что не поверит, что заучка Грейнджер может так стильно одеваться. Некоторые слизеринки даже завидуют. Тем более с такой фигурой, которую она старательно прячет под мешками серой школьной формы. Драко же бесило то, что она носила этот красный цвет. Красный цвет, который скоро сведёт его с ума, и Поттер будет навещать его в Святом Мунго в психиатрическом отделении. Ну, там хотя бы красного нет. — Ты и дальше будешь отнекиваться? — спросил мулат. — Ты о чём? — Грейнджер, — Забини кивнул в сторону гриффиндорки, которая сейчас чему-то учила вислого, судя по его лицу, — Да она же второй день только красное и носит. — Стечение обстоятельств, — пожал плечами Слизеринский принц, хотя и сам постоянно думает об этом, — Она — гриффиндорка. Ты только представь, если она будет ходить в зелёном или синем. Жёлтом… — Ты просто не хочешь взглянуть правде в глаза, Малфой, — ответил друг и продолжил поглощать завтрак, — Она ведь также спокойно может носить оранжевый, фиолетовый, коричневый, серый, голубой, розовый… Мне продолжать? — Драко мотнул головой. Да не может быть Грейнджер его судьбой. Просто плевок от жизни ему в лицо. Если она и правда его соулмейт, то ему нужно найти выход из этой ужасной ситуации. Даже если ему придётся объединиться со столь ненавистной гриффиндоркой. *** В гостиной Гриффиндора не было никого. Ну, кроме троих ребят. — Гарри, поторапливайся! — крикнула Гермиона, которая не любила опаздывать. А именно это они и делают прямо сейчас благодаря Гарри, который «забыл мантию-невидимку». — Всё, выхожу, — послышался голос друга из комнаты. На самом же деле Гарри не забыл про свою мантию. Её он положил в чемодан в первую очередь, как всегда. У Гарри совсем вылетело из головы, что сегодня последний день в этом учебном году, когда он видится с Драко, поэтому решил подарить ему платиновые наручные часы с изумрудом внутри. Ему должно понравиться, ведь часы будут напоминать Малфою о Гарри. Осталось только попросить Гермиону наложить на часы Протеевы чары, чтобы они могли общаться. У Поттера же будет овальный кулон из золота, который ему подарил Драко, через который, он как раз таки и будет ему писать. — Я здесь, — сказал Поттер, выходя из комнаты. — Гарри, я не собираюсь опаздывать из-за тебя, поэтому нам придётся бежать до холла! — Гермиона уже была на взводе. Ей совершенно не нравилось то, что они опаздывают. Друзья побежали в холл, где уже были все ученики Хогвартса. Не было только деканов факультетов, которые обходили комнаты учащихся, чтобы убедиться в том, что никто не остался в гостиной факультета. — Герм, — Гарри потащил подругу за колонну. — Да, Гарри, — она улыбнулась другу, — Что-то случилось? — Эм… Нет, ну… То есть, да, — Поттер почасал затылок, а затем вытащил часы и кулон, — Ты… Ты не могла бы наложить Протеевы чары? — Эм… Гарри, я даже не знаю, — замялась гриффиндорка, — я конечно уже накладывала такие чары на галлеоны, но я не уверена, что у меня хватит времени и… — Ну пожалуйста, Гермиона, прошу, — Гарри взял подругу за руки и посмотрел в самую душу, — Для меня это очень важно. Ты даже не представляешь насколько. — Похоже, представляю, — вздохнула Грейнджер, — Ладно, давай свои часы и кулон. — Гермиона, я тебе говорил, что ты — лучший человек в этом мире? —  он обнял её и отдал вещи. — Говорил, Гарри, и не раз, — она улыбнулась ему и принялась за дело, — Ну, давай проверим? — спросила она после того, как наложила чары. Гарри сжал в руке кулон и зажмурил глаза. На задней части часов появилось «Спасибо», — Всегда не за что, Гарри, — ответила подруга и вложила часы ему в руку. Гарри просто сиял от радости. В холле появились деканы факультетов. Все учащиеся со спокойной душой направились на вокзал Хогсмида. Хогвартс-экспресс уже ждал своих пассажиров. Так как на посадку давалось двадцать минут, Гарри пришлось ускориться в поисках светлой макушки своего парня. Такие платиновые волосы были только у одного человека, поэтому Поттер быстро нашёл любимого. — Драко, — Гарри затащил его под навес, где было мало шансов того, что их увидят. — Гарри, — блондин улыбнулся и страстно поцеловал Избранного. — Драко, я хотел тебе подарить это, — он протянул зелёную коробочку. Малфой открыл её и увидел красивые платиновые часы с изумрудом внутри. — Гарри, не стоило, — замялся он, — Я тебе ничего не приготовил… — Драко, это будет нашим способом общения, — Поттер просто светится изнутри, — Я попросил Гермиону наложить Протеевы чары. Мы можем общаться на расстоянии без каких-либо затруднений. У меня кулон, который ты мне подарил, а у тебя часы, — грудь Поттера обожгло и он поспешил посмотреть на кулон, который уже остыл. На нём красовалась"Не стоило, Гарри» — Я бы мог и сам купить себе часы. Да и тебе тоже, — продолжил Малфой. — Тебе бы стоило просто сказать «спасибо», Малфой, — мальчик-который-выжил отвернулся и уже было направился в сторону поезда, но Драко притянул его к себе и крепко обнял, после чего поцеловал так нежно, как ещё, наверное, никогда не целовал. — Я люблю тебя, Драко Малфой, — прошептал Поттер. Раздался гудок поезда, и Драко отпустил от себя гриффиндорца. Гарри направился к поезду первый, а Драко после него через две минуты. Он еле успел на поезд. Пройдя в вагон Слизерина он зашёл в купе, которое встречало его прежним составом. Тео Нотт, Блейз и Адель Забини, Астория и Дафна Гринграсс и Панси Паркинсон. Старшая Гринграсс сидела на коленях у Блейза, а младшая Забини, поссорившаяся со своим парнем с Хаффлпаффа, о чём-то ворковала с Теодором, из-за чего её брат злился не понятно на кого: то ли на Нотта, который вообще посмел смотреть на его младшую сестру, то ли на саму Адель, которая решила поиздеваться над ним. Астория сразу же оживилась, когда в купе вошёл блондин. До этого она разговаривала с Паркинсон о последней линейке парфюмов от «Золотая ведьмочка», которым скорее всего и надушилась. Запах очень резкий, цветочный, от него хочется, не прекращая, чихать, поэтому Драко пришлось пересесть от девушки на другую сторону, к Адель, которая пахла персиками и каким-то цветком. Скорее всего жасмин. Младшая Гринграсс явно не обрадовалась такому повороту событий и метала в младшую Забини гневные взгляды. Вообще много кто здесь кидал гневные взгляды в её сторону, что заставило Малфоя усмехнуться. Ну надо же, ещё вчера эта девушка плакала на его плече, а сегодня она опять Забини-стерва, в которую только и делают, что кидают гневные взгляды. Брат, слизеринки. Скоро ещё и мать присоединиться со своим новым ухажёром, который уедет через неделю из-за того, что Блейз побьёт его. Ну, а что ещё делать её брату, когда сестра жалуется на то, что ей уделяют слишком много внимания, нужного и не нужного, со стороны почти-отчима. Драко слушает эту историю третий год. И каждый раз ничего нового. Вообще, он почти восхищался этой юной, но такой сильной девушкой. Хотя, конечно, до его матери ей далеко. Нарцисса Малфой — всегда очень холодная женщина за территорией Малфой-Менора. Но в кругу семьи она — самый добрый человек. Она любит свою семью и будет стоять за неё горой. Она красивая, мудрая, а на публике ещё и сдержанная, что заставляет ею восхищаться. Драко вспоминал моменты связанные с матерью, но пришло время выходить из поезда, так как Хогвартс-экспресс не ждёт. Малфой взял свои вещи, вышел из поезда, попрощался с друзьями. Потом появился его личный домовой эльф Тинки. Драко оглядел платформу и увидел Поттера. Они как обычно улыбнулись друг другу, а потом он увидел такое яркое красное пятно. Грейнджер. Она в своей этой красной футболке. Они встретились взглядами и ему даже на секунду показалось, что он разглядел в её глазах карий цвет. Он раньше не замечал, что они такого медового цвета. Видимо ему всё же показалось. Тинки уже взяла его за руку и они трансгрессировали в Менор. *** Гермиона, Рон, Джинни и Гарри прошли через стену, которая вела обратно в магловский Лондон, где их ждали родители. Гарри попрощался с Уизли и Гермионой и пошёл к машине дяди Вернона. Гермиона же осталась на вокзале вместе с Уизли, которые ждали своих родителей. Грейнджер знала, что родители уже ждут её за стенами вокзала, но она не могла оставить друзей одних дожидаться их близких. Поэтому они постояли ещё десять минут за разговором о том, как они проведут лето. — Ох, Гермиона! — услышала девушка голос Молли Уизли, — Ты ждёшь родителей? — Нет, нет, Миссис Уизли, — покачала головой Грейнджер и ответила на объятия женщины, — Скорее они меня ждут. Я просто решила подождать вас вместе с Джинни и Роном, чтобы им не было здесь скучно, — она пожала плечами. — Это очень мило с твоей стороны, дорогая, — женщина улыбнулась ей, — Как прошёл год? — Всё замечательно, мам, — подала голос Джинни, — Думаю, Гермиону уже ждут родители. — Да, Джинни права, — закивала головой девушка, — Была рада с вами увидеться. До свидания, миссис и мистер Уизли. Пока, Рон, Джинни — Мы тебя позовём на каникулах, поэтому прощаемся ненадолго, — крикнул Рон, махая рукой. На это девушка лишь улыбнулась. Как Гермиона и ожидала, на улице её ждали родители. Мистер и миссис Грейнджер улыбнулись дочери и крепко обняли её. — Ох, Гермиона, мы заждались, — сказала мама — Привет, мам, пап, — гриффиндорка обняла родителей, — Я ждала миссис и мистера Уизли с Роном и Джинни. Давайте по дороге всё расскажу? Я устала — Конечно, дорогая, — сказал Уильям и взял чемодан дочери. — Как прошёл год? — спросила Джин, когда машина тронулась с места. — Не очень красочно, — ответила девушка, — В прямом и переносном смысле, — увидев непонимающий взгляд родителей, девушка поспешила объяснить, — В волшебном мире есть такая вещь, как родственная душа, ну, или же соулмейты. В семнадцать лет человек не различает цветов, кроме одного. У каждой пары этот цвет разный. Например, у меня красный. А у Рона розовый. У его девушки Лаванды тоже, а значит, они родственные души, которым суждено быть вместе. — И кто же твоя родственная душа? — серьёзно спросил отец, доставая чемодан, когда они прибыли. — Я пока что не знаю… — А как жы ты поймёшь, что это именно твоя судьба? Как вернуть цвета? Или ты всю жизнь будешь видеть всё в чёрно-белом цвете, и только красный будет разбавлять эту твою скучную картину? — Нет, конечно нет, — поспешила ответить Гермиона, когда они уже входили в дом ее детства, — Чтобы вернуть цвета нужно… Эм… Ну… — на девушку уставились два вопросительных взгляда, — Ну, я и моя собственная душа должны закрепить это половым актом, — смущённо ответила Гермиона. Глаза родителей округлились до размеров галлеонов. К ногам девушки подбежал рыжий кот с приплюснутой мордочкой, — Привет, Глотик — А что будет, если ты не закрепишь это половым актом? — спросил отец — Ну, я всё также не буду различать цвета — пожала девушка плечами, держа на руках Живоглота — А ещё что-нибудь расскажешь про этих твоих соулмейтов? — спросила Джин — Ну, если у меня нет судьбы, — начала Грейнджер, — например, он умер, или его просто нет, то я не смогу различать цвета. Весь мир для меня навсегда останется чёрно-белым. Ну, или если я уже нашла своего соулмейта и у нас уже был… секс до семнадцатого дня рождения, то я буду различать цвета и после семнадцати. — Интересно, — семья Грейнджеров уже переместилась на кухню — Вот у моего друга, Гарри, есть пара, но, как оказалось, у его половинки другой цвет. Какой мне конечно же не сказали, потому что мы, мягко говоря, не ладим, но помощи у меня попросили. Он любит Гарри, а Гарри любит его, поэтому я должна помочь им. — Ты поступаешь правильно, милая, —Джин Грейнджер положила свою руку на руку дочери и тепло улыбнулась, — Ну, про оценки я тебя спрашивать не буду. Ты всегда приносишь только лучшие результаты — Да, в этом плане всё как обычно, — улыбнулась Гермиона, — Я наверное пойду в свою комнату. Я устала с дороги. Поднявшись со стула, девушка положила Живоглота с колен на стул и пошла на второй этаж в свою комнату. Двуспальная кровать, над которой висит круглое зеркало и полка с цветами, в углу комнаты. Стул-кресло с подлокотниками, рядом с которым стоит прикроватная тумбочка в другом углу комнаты. У стены стоит белый комод. Белый шторы, не впускающие солнечные лучи в комнату,  и ковёр, защищающий ступни от деревянного пола. Ничего не изменилось с последнего пребывания Гермионы здесь. Девушка сняла обувь и легла на кровать, распластавшись на ней. Ей нужно отдохнуть от всего этого. Хотя бы пару дней не думать обо всех этих родственных душах и Гарри с Малфоем. Перед глазами сразу появилась сцена в ванной старост. Слизеринец держит девушку за горло, а Гермиона увидела позади него чёрную мантию с зелёным гербом Слизерина. Такого быть не может, ей просто показалось тогда. В окно постучали и девушка встала, чтобы открыть плотные шторы. В окно стучался никто иной, как сова Рона. К Сычику была привязана записочка, и Гермиона поспешила открыть окно. Достав из ящика печеньку, Грейнджер угостила птицу и отвязала послание. «Дорогая Гермиона, Я же говорил, что мы позовём тебя в Нору на каникулах. Мама приглашает тебя на ужин в следующее воскресенье. Там все будут, и мы тебя ждём! Позже напишу время, Рон» Гермиона спустила вниз к родителям, чтобы спросить разрешения на эту поездку. — Мам! — крикнула гриффиндорка, — Мам, меня пригласили на ужин в воскресенье. Следующее. Вы ведь не против? Миссис Грейнджер оторвалась от плиты. На кухне витал аромат любимых блинов Гермионы и кофе с корицей, который она так любила. — Нет, конечно. Можешь ехать, дорогая, — Джин улыбнулась дочери и перевернула блин, который успел покрыться золотой корочкой. Девушка вздохнула полной грудью, перевела взгляд на тарелку с блинчиками и быстро взяла один. — Гермиона, он же горячий! — воскликнула мать, в то время как сама девушка перекладывала блин с одной руки в другую и дула на него. Откусив блин, девушка села на стул. Джин и Уильям Грейнджер очень любили свою единственную дочь и не запрещали ей почти ничего. Хотя, сладкое, которое сама Гермиона очень любила, они покупали очень редко. А чего ещё можно ждать от дантистов? — Гермиона, ты не хочешь сходить на шопинг со мной? — спросила миссис Грейнджер и поставила уже полную тарелку блинов. — Ну, почему бы и нет? — ответила девушка, наблюдая за тем, как мама ищет банку с вареньем, Например, завтра. — Да, давай завтра, — Джин Грейнджер нашла банку с персиковый вареньем и поставила её на стол, — Я как раз взяла себе отпуск на работе на месяц. — Неужели из-за меня? — спросила дочь и взяла ещё один блин. Она конечно знала ответ на этот вопрос.Так как родители очень скучали по своей дочери, она знала, что отец тоже взял себе отпуск на месяц. Скорее всего, они даже обдумывают поездку на море с дочерью. — Конечно, — мама подошла к Гермионе и поцеловала в макушку, — Вкусно? — Просто волшебно, — улыбнулась девушка. Поговорив с матерью ещё полчаса, Гермиона направилась в свою комнату, чтобы написать ответ Рону. *** Малфой-Менор как обычно встречал Драко Малфоя своим холодом. На пороге особняка уже стояла красивая Нарцисса Малфой. Увидев сына, она тепло улыбнулась и направилась в его сторону. Драко ответил матери такой же тёплой улыбкой и зашагал быстрее, чтобы попасть в её объятия. — Драко, — прошептала Нарцисса, как только подошла к нему. Сын обнял мать, а по её щеке скатилась одинокая слеза, — Тёмный Лорд здесь, Драко, — он кивнул, — он хочет видеть тебя, — по его спине прошёлся холодок. И так тусклый мир стал ещё тусклее. Малфой увидел кусты красных роз, которые были посажены вдоль дороги к входу в Менор. — Мама, ты же знаешь, что у меня теперь есть соулмейт? — Ты про родственную душу, дорогой? — всё также не выпуская сына из объятий, спросила Нарцисса. Драко кивнул. — Красный, — слизеринец был уверен, что мама сразу поймёт его. — У тебя уже есть предположения по этому поводу, дорогой? — Есть, но это полный бред, — отмахнулся он и отстранился, — не бери в голову. Тем более у меня уже есть вторая половина. Я собираюсь найти способ, как вернуть себе цвета, не прибегая к сексу. — И кто же эта твоя половина? — Не важно, мама, — взгляд Драко зацепился за рубиновую брошь матери, а затем он услышал шаги и, повернув голову, увидел идущего к ним Люциуса, — Здравствуй, отец. — Здравсвуй, сын, — ответил Малфой-старший, подойдя ближе к семье, — Драко, у тебя есть пол часа на то, чтобы переодеться и отдохнуть. Тебя будут ждать Пожиратели в главном зале. — Хорошо, отец, — Малфой старался не замечать грустного взгляда Нарциссы и направился в дом. В Меноре было как обычно холодно. Портреты предков на стене перешёптывались, но, когда увидели наследника рода, надевали свои надуманные маски и замолкали. Идя по знакомым коридорам, Драко не видел ничего красного. Он и не замечал того, что в этом доме всё или серое или зелёное. Раньше он не придавал этому значения, но теперь, когда он видит только красный цвет, его это стало напрягать. Комната Малфоя-младшего также была оставлена в зелёных цветах. Зелёный ковёр, зелёный балдахин на кровати с таким же зелёным покрывалом, коричневый платяной шкаф и коричневый стол. Зелёные кресла у камина. Вот что раньше Драко видел, приходя в эту комнату. Теперь же он видел всё серым. И вот, он заметил красную вазу на своём письменном столе с красным букетом роз. Мама. Нарцисса ухаживала за садом Малфой-Менора, и только там он видел эти красные розы. Наверняка, мама попросила домовых эльфов поставить этот букет, когда он ушёл. Драко подошёл к букету и прикоснулся к алым бутонам. Раньше он не замечал того, насколько красивы эти цветы, но сейчас он начал замечать их красоту. Драко повернулся, когда услышал хлопок, означавший прибытие домовика. Тинки стояла у шкафа. — Молодой хозяин, хозяин Люциус приказал Тинки поторопить Вас. Молодого хозяина ждут Пожиратели Смерти, — пропищала она. — Спасибо, Тинки, можешь идти, — эльф поклонилась ему, прикасаясь лбом пола, и с таким же хлопком удалилась из комнаты. Малфой подошёл к шкафу и открыл его. Всё чёрно-белое. Ничего красного. Драко взял чёрную рубашку, чёрные брюки и пиджак с чёрным галстуком. Никаких цветов. Это всё-таки собрание Пожирателей Смерти, что ещё можно надеть? Красный костюм? Зелёный? Он даже не увидел бы этот зелёный, так что чёрный как раз. Драко спускался вниз к главной гостиной, где уже собрались Пожиратели во главе с Тёмным Лордом. У входа в зал его встретила тётя Белла. Она была одета в своё чёрное платье, в на голове был всё тот же беспорядок из чёрных кудрявых волос. Даже Грейнджер позавидовала бы её гнезду на голове. Лестрейндж безумно улыбнулась племяннику и приобняла его за плечи. — Ну, здравствуй, Драко, — сказала Беллатриса — Здраствуй, тётя, — ответил слизеринец — Сегодня великий день для рода Малфой. Тёмный Лорд решил встретиться с тобой, — пожирательница оголила кривые зубы, а в глазах появился безумный блеск. Она повернулась к двери, ведущей в зал, и открыла её. Главный зал Малфой-Менора встретил Драко молчанием. Пожиратели Смерти сидели за длинным дубовым столом. Сначала Драко увидел Сивого, потом крысу-Петтигрю, Долохова, отцов Крэбба и Гойла, Рабастана и Рудольфуса Лестрейндж, к удивлению Драко, Северуса Снейпа, Люциуса и Нарциссу почти в самом начали стола. В глазах матери была боль и печаль, в то время как в глазах отца плескалась гордость за сына. — Здраствуй, Драко. — услышал шипение Малфой. Его глаза взметнулись к источнику звука, и его встретили красные щёлки. Глаза Волдеморта.