Цвет её крови

Idk you yet — slowed down — Гермиона, как думаешь, у меня есть шанс стать девушкой Гарри? — вопрос Джинни застал Гермиону врасплох. Две девушки лежали на кровати и смотрели в потолок, поднимая разные темы для обсуждения. — Тебе ответить честно? — Ну, а как же ещё? — Нет, — ответила Грейнджер, — У тебя нет ни единого шанса быть девушкой Гарри Поттера. У него есть… Вторая половинка, которую он очень любит. По секрету, это не его соулмейт, но, всё же. Гарри готов на всё, лишь бы быть с этим человеком рядом, — девушка повернула голову в стену, чтобы подруга не смогла посмотреть ей в глаза и увидеть в них грусть. Это была печаль, которую девушка не контролировала. Ей было жаль Гарри. И Драко. Они очень любили друг друга, но жизнь сурова и не всё идёт так, как мы этого хотим. — А что ты думаешь насчёт Блейза? — спросила Гермиона. — Забини? Ты с ума сошла? — Джин подскочила с места, — Он же слизеринец! — И что? Я вот начала общаться с его сестрой Адель. Она очень хороший человек! Не все слизеринцы плохие, подруга, — Грейнджер перевернулась на живот и посмотрела в глаза подруге. — Даже если и так, слизеринцы не такие уж и плохие, хорошо, — Уизли начала ходить по комнате, размахивая руками, — Он друг Драко Малфоя! Он заносчивый, не любит маглорождённых, чистокровный засранец, который думает только о себе! — А еще он красивый, богатый, умный, насколько мне известно. И у него хорошая сестра, — начала перечислять староста, — А ещё я заметила, что он с тебя глаз не сводит. В Большом Зале так и готов съесть тебя своим взглядом, — Гермиона улыбнулась подруге. Гриффиндорка не успела заметить, как Джинни достала волшебную палочку и направила сразу три подушки в неё. — Это для того, чтобы больше не говорила глупости! — Уизли качнула головой и локоны, доходящие до талии, встрепенулись. — Ох, Джинни, Джинни, — простонала Гермиона, освобождаясь от подушек, — если ты будешь зациклена только на Гарри, ты никогда не будешь счастлива. Он тебя воспринимает только как младшую сестру. Лучше оглянись вокруг и заметь по-настоящему хороших парней. — Это ты о Блейзе Забини? — рыжая скептически изогнула бровь. — Может быть о нём. А может быть о ком-нибудь другом, кто знает? *** В спальне старосты Слизерина двое парней пили огневиски у камина, разговаривая о разных вещах. Резко Драко вспомнил о том, что Гермиона сказала ему о Блейзе. — Блейз, ты правда влюблён в Уизли? — спросил Драко. — Чёрт, это так заметно? — на лице мулата отразилась паника. — На самом деле не очень. Я бы и не понял, если бы Гермиона не сказала, — Малфой пожал плечами. — И давно она — Гермиона? — паника сошла с лица Забини, и вместо неё появилась хитрая улыбка. — Не так давно. Наверное, недели две. Оказалось, что она хороший собеседник и не такая уж и противная. — Да что ты? — Блейз, прекрати ёрничать. Мы проводим много времени за книгами. Можно сказать, что мы сблизились. Разговариваем не через зубы, называем друг друга по имени и так далее. — И почему же я об этом узнаю только сейчас? — спросил Блейз. — Наверное, потому что как раз таки с тобой мы через силу и общаемся. После того случая с Адель всё поменялось. — Тебе стоит извиниться перед ней, — серьёзно сказал Забини. — А тебе, значит, не стоит? Ты забыл, КАК она смотрела на тебя, ища поддержки? Лучше бы ты врезал мне, вот серьёзно. Я бы пришёл в себя и не зашёл бы так далеко. — Я извинюсь. Я понимаю, что натворил. Но она даже не смотрит в мою сторону, а когда я пытаюсь подойти к ней, она тут же исчезает. — Та же фигня, — Драко покрутил стакан с алкоголем в руке, наблюдая за жидкостью, которая бьётся об стенки хрусталя, а затем отпил напиток, пуская жар по телу. — Ты как-то раз говорил, что твоя новая подружка Грейнджер в хороших отношениях с Адель… — Говорил. Но я уверен на сто процентов, что она не поможет нам в этом. Две недели назад мы поругались, и она сказала, что Адель права в своих словах. Она стала защищать её, как младшую сестру. Она не поможет нам Блейз, принципы Гриффиндора, или что там у неё. — Ты, наверное, прав… — Так, ты как-то отошёл от моего вопроса, друг мой. Так что там с Уизли младшей? — Я… Я не знаю… Она красивая. У неё просто невероятные глаза. А волосы просто нечто. Я уверен, что они мягкие, как шёлк. Когда я прохожу мимо неё, я чувствую её запах. Груша. Такая сладкая и так ей подходит. Знаешь, я, наверное, влюблён. — Да не наверное, а точно влюблён, друг. Ты стопроцентно попал. У Уизлетты семнадцатый день рождения летом. — А это ты откуда знаешь? — Грейнджер рассказывала, как они однажды праздновали день рождения твоей возлюбленной. — В таком случае, я должен сделать всё, что в моих силах, чтобы она никогда не ощутила то, что ощущаешь ты, и что мне придётся почувствовать через пару недель. — Ты прав, это ужасно. — Выпьем за любовь, Драко. — Выпьем за любовь. Комнату пронзил звук удара хрусталя друг о друга. *** — Какой цвет он видит? — спросила русоволосая девушка. — Я не могу сказать тебе, — Панси отвернулась от Астории и посмотрела в окно. — Панси, не зли меня, — прошипела Гринграсс. — Ты младше меня на год, Тори, не стоит так со мной разговаривать. — Ты, видимо, забыла, как мои родители помогли твоим, — Астория надула губки и захлопала длинными ресницами, — Если бы не мои родители, твоих бы засадили в Азкабан за пособничество Тёмному Лорду! — Мои родители служат верой и правдой Лорду! А у твоих нет даже Метки! — Потому что мои родители заботятся о роде Гринграссов и моём с Дафной благополучии! Я ещё раз спрашиваю: какой цвет видит Драко? — Красный! Красный он видит! Но у тебя нет ни единого шанса! Его соулмейт — Гермиона Грейнджер! А также у него уже есть вторая половинка, которую он любит до безумия. У. Тебя. Нет. Ни. Единого. Шанса, Астория, — сказала Паркинсон. — Да что ты? Я тут слышала, что он собирается воспользоваться Грейнджер для того, чтобы быть со своей половинкой. Я думаю, что нашей грязнокровке не понравится это. — Откуда ты знаешь, — Панси отступила от девушки. — Научи Драко и Блейза ставить заглушку на двери, — прокричала Астория вслед уходящей подруге. *** По всей Выручай-комнате были разбросаны свитки и пергаменты, перья и чернила, книги из библиотеки Менора и Хогвартса. Лежало даже пару магловских книг о соулмейтах. Там были лишь сказки, но Гермиона решила, что их тоже стоит взять с собой. Девушка сидела на подушках, скрестив ноги по-турецки, и читала толстый фолиант, который им прислала Нарцисса. Она закусила губу и сдвинула брови, думая над содержанием текста. В руках её было очередное перо, которым она записывала пометки в пергамент. Длинным серым пером девушка водила по щеке и носу, хмурясь из-за этого больше. Драко больше наблюдал за девушкой, чем читал книгу. За всё время, проведённое с гриффиндоркой он выучил большинство её повадок. Как она хмурит брови, как встряхивать волосами. Как закрывает глаза и откидывает голову назад, позволяя кудрям водопадом рассыпаться по спине, когда устаёт. Каждый раз, когда она задумывалась, ему хотелось подойти к ней и разгладить эту морщинку между бровей. Хотелось погладить по щеке, когда она зевала. Это были такие странные желания, что Драко отмахивался от них, как от назойливых мух, напоминая себе, что у него есть Гарри, которого он любит. Напоминая себе, что это всего лишь связь соулмейтов, но ничего большего. — Драко, смотри! — сказала Гермиона и указала на строчку в книге. От её вскрика парень вздрогнул и вышел из раздумий. — Чего там? — Слушай: «Были случаи, когда у человека было две родственные души. В таком случае, половинка сама выбирает, с кем ей быть. Но не выбранный соулмейт остаётся навсегда одиноким, не различая цветов» — И что нам это дало? — спросил Малфой, перечитывая абзац. — Ну, не знаю даже. Просто я не видела и не слышала о таких случаях. Да и просто ещё одна информация в копилку знаний, — Гермиона пожала плечами. -Ох, Грейнджер, тебе только знания и подавай в эту копилку, — хмыкнул слизеринец, — Когда-нибудь она должна лопнуть. — Возможно, — Гермиона откинула голову назад и потёрла глаза, а потом посмотрела на Драко. Парень оторвался от фолианта и посмотрел на гриффиндорку. Вдруг он засмеялся так заразительно и громко. Грейнджер ещё ни разу не слышала такого его смеха. Ей захотелось смеяться тоже, но она не понимала, что произошло. — Драко, с тобой всё в порядке? Ты чего, — она коснулась его руки. — Ты бы видела своё лицо. У тебя тушь по всему лицо размазалась. Ты похожа на… Какое у вас там у маглов животное? Панду? — он посмеялся и достал платок. Девушка же пыталась убрать чёрные пятна на своём лице, но получалось откровенно плохо. — Давай помогу, — Драко подсел ближе к девушке и начал аккуратно стерать платком тушь с лица Гермионы. Глаза были сосредоточены на лице девушки, и Гермиона опять залюбовалась блондином. — Драко, у тебя было такое, что ты скучал по человеку, которого не знаешь? — Грейнджер, как такое может быть. Как можно скучать по человеку, которого не знаешь? — Вот я скучала, — она улыбнулась, — Я год скучала по своей родственной душе, —рука Малфоя дрогнула, — Я не видела этого человека, не слышала его голос, смех, не чувствовала его запах и тёплых рук. Даже когда я поняла, что это ты, я скучала по своему соулмейту, — она прочитала в глазах парня вопрос и поспешила ответить, — Гарри мне рассказывал, как ты с ним общаешься. Я видела, как ты на него смотришь. Я понимала, что вы должны быть родственными душами друг друга, ведь понимала, что на меня такой, как ты, никогда не посмотришь. А сейчас я не скучаю по своей родственной душе, ведь я поняла, что она рядом со мной. — Грейнджер… — Я рада, что мы с тобой помирились, когда договорились об этих встречах. — Я тоже рад этому. Девушка подняла глаза и посмотрела в серые омуты Драко. Малфой глубоко вздохнул, и девушка почувствовала тёплые губы Драко на своих. Одна рука слизеринца оказалась в волосах девушки, а другая на щеке. Маленькие ладошки Гермионы обвили шею парня. Но потом пришло осознание. Они целуются. Гарри. Драко и Гарри всё ещё встречаются, и она целуется с парнем своего друга. Девушка резко оттолкнула парня от себя. — Нет, — Гермиона замотала головой, и растрёпанные волосы ударили её по лицу, — Нет, так нельзя, Драко. Ты и Гарри. Вы ещё встречаетесь. Я так не могу. — Да, — Драко прошёлся рукой по волосам, — Да, ты права. *** В пустом коридоре за Малфоем бежал Поттер. — Драко, ты сегодня свободен? — к слизеринцу подошёл Гарри. — Да, Потти, свободен, — ответил Малфой. — Я прихватил с собой мантию, может к тебе? — У меня болит голова, может не сегодня? — Драко, это какая-то тупая отмазка, — грустно сказала Поттер, — но даже если это так, то мы можем просто побыть вместе… — Если ты того хочешь, то… Конечно, давай. Подходя к гостиной, Гарри накинул мантию-невидимку и пошёл следом за Драко, касаясь его локтя. Малфой сказал пароль и портрет отъехал, открывая проход ученику. В гостиной почти никого не было, поэтому это упростило задачу. В комнате слизеринца было как всегда прохладно, поэтому Драко первым делом зажёг огонь в камине. На плечи слизеринца легли тёплые ладони Гарри. Он начал массировать их и целовать шею парня. — Гарри, я и правду устал, у меня болит голова. Давай как-нибудь в другой раз? — Драко услышал разочарованный вздох за спиной. — Как скажешь… Драко сел в кресло и похлопал по колену, приглашая Поттера сесть на него. Гриффиндорец подошёл к своему парню, сел ему на колени и обвил его шею руками. — Ты так отдалился от меня… — Да, я знаю это. Но… У меня сейчас тяжёлый период. Тёмный Лорд… После его возвращения напряжение в семье накаляется и накаляется. Я реже получаю письма от матери, и я очень переживаю по этому поводу. — Драко, я же люблю тебя, если тебе тяжело, скажи мне. Мы должны пройти всё это вместе, как пара. — Да, ты прав, Гарри, — сказал Малфой и поцеловал парня. Он целовал его мягкие губы со вкусом печенья, которые он так любил. Но во рту был лишь вкус ЕЁ губ. Шоколадное мороженое и зефир. Он часто видел, как она ест их в Большом Зале. Перед ним сидел Гарри, который пах пирогом с патокой, но он чувствовал только её запах. Розы и лилии, что-то такое. Руки слизеринца поползли вверх, к волосам Гарри. Они у него не такие длинные, не такие кудрявые, не такие мягкие. И эти очки. Они явно мешают. Нет, это предательство. Драко предаёт Гарри своими мыслями. Малфой отрывается от губ гриффиндорца и смотрит на него, но видит её. Моргает, и всё становится на свои места. Патока. Печенье. Всё не то. — Я люблю тебя, Драко. — Да, и я тебя, — Он не мог сказать, что соврал, но это точно была неправда. *** Урок зельеварения в этом году вёл Гораций Слизнорт. Толстый, низкий старик рассказывал учащимся о различных зельях. — Кто же сможет рассказать о зельях, которые предоставлены вам сегодня? — сказал скрипучим голосом Слизнорт. Рука Гермионы взметнулась, — Да, мисс… —Грейнджер, сэр, — сказала Гермиона и подошла к столу, на котором стояли котелки с зельями, — Амортенция, — сказала девушка, указывая на первый котелок. — Совершенно верно! Вы, видимо, узнали его по особому перламутровому блеску? — И по тому, что пар завивается характерными спиралями, — с большим воодушевлением ответила Гермиона, — и ещё оно пахнет для каждого по-своему, в зависимости от того, какие запахи нам нравятся, — например, я чувствую запах нового пергамента, шоколадного мороженого и, — она запнулась и щеки её загорелись румянцем, — сандала, — она смутилась и отошла от стола. Гриффиндорка метнула взгляд в сторону слизеринца, который, казалось бы, не обращал внимания на девушку. Но именно тогда, когда девушка отвернулась, продолжая слушать профессора, он взглянул на неё. Её амортенция пахнет сандалом.